Ты даешь мне крылья

Глава 43. Последние

Тариэль переместился в степь, туда, где на много миль нет ни городов, ни стойбищ. Открытое пространство, бескрайнее голубое небо, от которого кружится голова. Он раскинул руки, поднял голову и громким голосом, особенным голосом закричал в небо:

— Бор-а-три-онн! Аран-а-грох-олль! Шерх-а-рен-элль! Гор-а-прат-атт! Вар-а-норд-анн! Та-а-ри-элль! Именем жизни, именем смерти! Призываю вас, братья и сестра!

Затем он уселся на землю и принялся ждать. Выйти в контакт с сородичами было несложно, а вот донести вызов только до них требовало куда больших усилий. Однако если услышат те, другие…

Они появлялись один за другим, возникали из воздуха.

Темноволосый тучный купец в роскошных одеждах. Седовласый отшельник в лохмотьях. Мужчина в княжеских одеждах, сверкающий янтарными глазами, с узким, как у Тариэля, лицом. Молодая женщина в полупрозрачном платье, с длинными светлыми волосами, с голубыми глазами. Воин, в порванной кольчуге с окровавленным топором.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — в сердцах сказал воин, швырнув на землю топор. — Если мои варвары проиграют войну, я лично оторву тебе голову.

— Таар! — поджала губки очаровательная женщина. — Мне пришлось покинуть богослужение во имя моё! Что подумают люди!

Тариэль перевел взгляд на остальных.

Черноволосый с желтыми глазами пожал плечами.

— Я был свободен, брат.

Купец тоже усмехнулся.

— Всеми деньгами мира не заглушить любви к жизни.

Отшельник просто сел на землю и уставился на Тариэля.

— Братья, — сказал Тариэль. — И сестра. У меня для вас новость. Одна на всех. Смотрите.

Все они сели на землю в кружок, взялись за руки, открыли свое сознание, и Тариэль вызвал в памяти увиденное у Князя Теней. Круглую вмятину, засыпанную песком. Глубокую дыру в добрых тридцати днях пути. Троих Истинных. Копошащихся людей. Машину, копающую и вывозящую песок.

— Ад и преисподняя! — вскочила на ноги Арана. — Вы меня не видели! Вы меня не знаете! Меня вообще не существует! Если эта сучка узнает, что я жила под голубым небом, пока она копалась под землей, она меня просто уничтожит! Я жить хочу, господа, и жить на свободе!

Отшельник тоже поднялся и поднял топор воина.

— Научишь пользоваться, брат? — спокойно спросил он. — Я, пожалуй, тоже жить хочу.

Купец тяжко вздохнул.

— Сколько нужно денег?

Воин покачал головой.

— Деньгами тут не поможешь.

Желтоглазый князь вопросительно взглянул на Тариэля.

— Как узнал? — коротко спросил он.

— Князь Теней показал.

— Для чего?

— Не знаю. Не уверен, — медленно сказал Тариэль. — У меня дочь. Приемная. В неё подсадили демона. Шуточка, как я теперь понимаю, вполне в стиле Тир-а-ли-Элль. Особенно если она прознала, что девочка — моя.

— Значит, она начнет с вашей страны, — кивнул Шерх-а-рен-элль, его старший брат.

— Думаешь, она главная?

— Думаешь, она позволит кому-то командовать над собой? — ответил вопросом на вопрос Шерхар.

— Почему, ну почему именно она? — простонал Тариэль.

— А кто еще? — пожал плечами брат. — Остальные подохли, но только не она! Она ж королева! Царица! Зубами, ногтями триста лет рыла. Скорей всего не своими, конечно… Лестад и Аргрен рыли, а она указывала, куда.

— Думаешь, еще кто-то жив?

— Не уверен, — вмешался воин. — Конечно, там было сколько-то припасов, но не на триста лет.

— Неужели она их сожрала? — позеленела Арана.

— Если было нужно, даже не сомневайся, — отрезал Шерхар. — Но, скорее всего, просто уничтожила, чтобы продовольствием не делиться.

— Можно я где-нибудь пересижу? — умоляюще спросила девушка. — Я не смогу…

— Нельзя, — резко ответил Шерхар. — Нам нужны все силы, вся магия. Таар, у тебя университет сможет помочь?

— Помочь в чем? — поинтересовался Тариэль. — Ты решил, что будем делать?

— Древнее зло должно погибнуть, — решительно заявил отшельник, поглаживая топор. — Я предлагаю их грохнуть.

— Уж если наш поэт столь решительно настроен, то дело нечисто, — покачал головой купец. — Что ж, я согласен. Убить гадину. Только это… Лестада не будем, а? Он хоть и сволочь, но талантливая. Как говорится, самим пригодится.

— Я согласна, — быстро сказала Арана.

— Варан? — Тариэль посмотрел на воина.

— Я не понимаю, — задумчиво сказал воин. — Для чего её убивать? Отчего не присоединиться к ней?

— Юноша, — медленно сказал купец. — Юноша… Возможно, именно вам ничто не угрожает. Что до меня… Я и в прошлой жизни был с Тираль не в ладу, а уж в этой… Тираль не остановится на людях… Кто уничтожил наше царство? Люди… Люди будут наказаны. Люди хлебнут сполна. Кто остался в живых? Мы. Мы тоже будем наказаны. По её меркам это чудовищное преступление. Особенно тяжко будет Аране, это факт. Эта сумасшедшая её не просто уничтожит, ибо мы все знаем, что Арана против Тираль ничего не сделает… Эта сумасшедшая сделает каждый миг бесконечной жизни Араны безумием… адом…

— Мы с Тааром и Вараном выжили случайно, — сказал Шерхар. — Мы были в набеге, потому что мой младший братец нуждался в успокоении нервов… Арана?

Арана лязгнула зубами.

— Случайность. Была на свидании вне горы.

— Нас с Боратом вынесли наши грифоны, — сказал поэт-отшельник. — Очевидно, мы были не самыми дурными хозяевами. Мне вообще все равно было…

— Никогда не понимал этой страсти Истинных к уничтожению всех и вся… — пробормотал купец. — Лично мне грифоны по душе.

— Кстати о грифонах, — кивнул Шерхар. — Их тоже запишут в расход.

— Это уже проблемы Таара, это он носился с ними как мама-курица с цыплятами. Он всегда был слишком добрым мальчиком, наш Таар, — пожал плечами отшельник. — Наша проблема — избежать смерти. Лично я думаю, что люди не такие уж и глупцы. Они эту вздорную бабу все-таки порежут на кусочки и закопают в разных местах. Их много, а она одна. Я предпочитаю не быть следующим. Как вариант можно держать нейтралитет. Но тогда есть опасность получить по шапке от победителя. Одно из двух — либо Тираль побеждает и становится богиней, либо побеждают люди, и Тираль становится трупом. Если мы на её стороне… у неё есть шанс. Только я так понял — Тариэль в любом случае против? У него тут своя империя, увяз по самые уши?

— Не факт, — пожал плечами Варан. — Как бы он первый не побежал к ней на помощь. Он же её вечный раб.

Все посмотрели в сторону Тариэля.

— У меня две дочери, — задумчиво произнес он.

— Уже две? — удивился Шерхар. — Я только одну видел, крылатую.

— Две… Корабль с командой… Университет… Друзья… Грифоны… Что стоит одна лишь ночь с Тираль?

— Стоит ли? — нетерпеливо спросил Шерхар. — Я-то с тобой, брат. У меня только ты. Я не такой дурак.

— Было время, когда я считал, что стоит, — грустно сказал Тариэль. — И, может быть, стоит… Но жизни моей не стоит, это точно. И жизни остальных. Я буду рационален. Жизнь любимой женщины или тысяч людей? Однажды она умерла. Пусть умрет снова. Я за жизнь.

— Да будет так, — кивнул Шерхар. — Нас двое. Я, кстати, тоже подумал, что не готов отдать свое княжество в угоду злобной гадюке. Хотя, признаться, она по-прежнему хороша.

— Я за мир, — сказал отшельник. — Спасибо, нахлебался крови. Жить спокойно мне не дают. Я с вами.

— Друг мой Варан, — поглядел купец на воина. — Я тоже с ними. Мне на людской род, в общем-то, плевать, но своя шкура дорога. А здравый смысл мне подсказывает, что союз с Тироль выгоден лишь до поры до времени. А потом я умру в страшных мучениях от неизвестному науке яда. Просто потому, что я не стану её рабом. А я не хочу быть её рабом… И не смотри на меня! Учти, уйдешь к ней — умрешь, если мы победим. Мы будем вынуждены.

— Я понял, — коротко кивнул Варан. — Таар, еще двое спаслись, где они?

— Дети? Один был еще совсем мал, несколько месяцев от роду, другой — не более двух лет. Оба выросли среди людей. Они не знают нас.

— А ты знаешь? — прищурился воин.

— Одного, — признался Тариэль. — Где второй, не слышал. Может, мертв, а может нет.

— Кто?

— Хорий Жизнь дающий, — нехотя сказал т’ига.

— Придворный айдаррский целитель? — поднял брови Шерхар. — Поразительно!

— Он уверен, что открыл секрет вечной жизни, — улыбнулся Тариэль. — Я был в шоке, когда понял, что к чему. Он, кстати, не прошел преображения в детстве. Он не превращается.

— Еще один в вашем стане, — задумчиво произнес Варан. — Целитель… Я пас. Против вас я не пойду. Она у меня хоть и не вызывает восторга, но и ненависти к ней нет. Слава отсутствующим богам, я никогда в её шлейфе не был. Признайтесь, кто из вас с ней не спал?

Присутствующие дружно отвели глаза. Покраснела даже Арана.

— Во-о-от! Поэтому вы все её и боитесь, — удовлетворенно улыбнулся воин. — Я избежал подобного счастья. В общем, если проблемы докатятся до моих варваров, я начну шевелиться, а пока — надо же кому-то и со стороны понаблюдать. И не надо оправдываться, ребята. Я вам скажу — все вы давно не Истинные. Да и не были никогда. Истинные — это люди. А мы — твари. Животные, поедающие самих себя. Если кто-то не понял этого за триста лет — ваши проблемы. И да, дружище Таар, приезжай в гости со своими дочками. У меня жена и сын. Я хочу жить полной жизнью. Прощайте, братья.

Он исчез.

Пятеро оставшихся поглядели друг на друга.

— Пять за людей, один воздержался, — произнес в пространство Шерхар. — У меня, кстати, тоже внук есть.

— У меня дочь, — усмехнулся купец. — И трое внуков.

— Около полусотни потомков, — смущенно потупился поэт-отшельник. — Жена умерла давно.

Арана фыркнула.

— Никого. Ни детей, ни внуков, ни правнуков.

— А он прав, черт возьми, — неожиданно сказал отшельник. — Мы хорошие, она плохая, о чем тут думать?

— Тогда прошу всех ко мне в гости, — церемонно поклонился Тариэль. — Улаживайте дела и добро пожаловать в университет. Я пока попытаюсь разведать, что к чему.