Ты даешь мне крылья

Глава 25. Зеркала

Вопреки ожиданиям, большой лекционный зал был заполнен едва на четверть. Студенты не спешили посещать бесплатные лекции, зато преподаватели были почти все.

— Новенькая девочка, значит, — удивленно приподнял брови Тариэль при виде преподавательницы.

Женщина у кафедры была ничем не выдающаяся, неинтересная: темные волосы пучком, заурядное лицо, худенькая фигурка, средний рост, простое платье. Искусно наложенный морок. Настолько искусно, что не сразу разглядишь. Не целиком образ, как обычно делается, а по чуть-чуть — там штришок, здесь морщинка. Вроде бы ничего не меняется, но из яркой молодой женщины получается такая вот простушка.

При виде аудитории женщина издала нервный смешок.

— Здравствуйте, меня зовут Ирен, — представилась она. — Признаться, я не ожидала подобных слушателей. Я буду рассказывать о зеркальной магии. У кого из вас есть зеркальце?

Неожиданный вопрос застал всех врасплох. Несколько девушек неуверенно подняли руки.

Эрхан, сидящий в переднем ряду с Тариэлем, оглянулся как раз вовремя, чтобы заметить Лиэль, пробирающуюся на свободный ряд сзади.

— А кто из вас слышал о зеркальной магии?

— На этот раз рук было значительно меньше — Эрхан, Тариэль, оба черных мага и Юлия.

— Я бы попросила девушку выйти к доске.

Юлия пожала плечами и поднялась на помост.

— Покажите ваше зеркало, — попросила Ирен.

Юлия дала ей в руки старинное серебряное зеркальце с красивой ручкой.

— Отлично! Зеркало в серебре! — похвалила Ирен. — Самое лучшее сочетание для магии. Еще неплохо сочетание стекла и дерева. Золото и зеркала не дают эффекта, более того, золото может исказить многие заклинания. Ваше же зеркало еще и старое — ему более сотни лет. Зеркала накапливают магию, даже если мы ими не пользуемся. Вопрос в том — какую магию? Молодая девушка любуется собой — зеркало обретает способность дарить красоту. Стареющая кокетка со злостью и страхом разглядывает новые морщины — пусть не удивляется, что их будет больше. Зеркало пылится на чердаке — достаньте его и оно похоронит ваши возможные достижения. Зеркало в холле, где мелькают люди, ускоряет время, увеличивает суету. Нечисть легко проникает через зеркала из отраженного мира. Все это — естественная зеркальная магия. Есть еще магия искусственная. Вот девушка. Я беру ее зеркало. На будущее — никому не давайте свои вещи, даже мне. Показывайте издалека. Потому что я могу сделать так.

Ирен сделала несколько пассов руками и дунула в зеркало. После этого она вернула зеркало Юлии и попросила её заглянуть в него и пройти на место. Юлия посмотрелась в зеркало, поправила воротничок строгой блузки и направилась к своему ряду. Однако буквально на первых шагах у нее сломался каблук. Неловко взмахнув руками, она сшибла бронзовый вазон с цветком, стоящий у кафедры. Вазон, звонко подпрыгивая, покатился на первый ряд. Сама Юлия была предусмотрительно подхвачена Тариэлем, явно предвидевшим подобное развитие событий, однако тут же у секретарши ректора треснул пиджак по шву на спине. Вазон тем временем наводил панику, ловко уворачиваясь от пытавшихся остановить его студентов, засыпая всех черной землей и сшибая стулья. Над головой раздался странный скрип и все подняли голову. Светильник, висевший над вампиршей, угрожающе раскачивался.

Ирен с легкой улыбкой наблюдала за поднявшимся переполохом. Стул под Юлией с грохотом развалился, и она, вскочив, тут же подвернула ногу и снова устояла на ногах, только вцепившись в Тариэля.

— Господа черные маги, — обратилась к слушателям Ирен. — Что сейчас происходит?

— Сглаз обыкновенный, — быстро ответил один из магов.

— Сглаз обыкновенный расширяющийся, — дополнил другой.

— Черная магия, — торжественно заявила Ирен. — Но как? Я не проводила ритуалов, не жгла перьев черного петуха, не кидала в камин волосы пострадавшей, не убивала летучих мышей или пауков и не ворожила. Я просто поймала в зеркале девушки один из её страхов. Страх нелепой ситуации.

У каждого из нас свои страхи. Кто-то боится смерти, кто-то — одиночества, кто-то темноты, да-да, не смейтесь. А кто-то обладает способностями эти страхи видеть. К счастью, таких очень и очень немного. Девушка, опустите зеркальце в воду, а потом посмотритесь и увидьте себя красивой, умной и очень удачливой. И больше никогда не смотритесь в столь сильный артефакт в плохом настроении. Уж лучше большие зеркала, право слово. Чем больше площадь зеркала, тем более расплывчаты ваши страхи. Это же зеркальце, напротив, всегда с вами и просто пропитано вашей энергетикой. Простите меня, я не думала, что ваш страх удастся вытащить так сильно, да еще и создать воронку. Видимо, дело в том, что в вас немало нечеловеческой крови. У вас отличная возможность овладеть зеркальной магией очень широко.

Юлия смотрела на Ирен с ненавистью.

Весь первый час Ирен рассказывала, как распознать и защититься от зеркальных проклятий.

— Я думаю, на сегодня достаточно, — наконец сказала она. — В пятницу все желающие смогут попрактиковаться в снятии проклятий. На следующей неделе я расскажу о нечисти и способах защиты от неё. Если какие-нибудь вопросы?

— А может ли немаг снять наложенное зеркальное проклятье? — поднял руку юноша в очках.

— Абсолютный немаг — нет. Но таких мало.

— А можно снять с другого человека?

— Зависит ли степень проклятья от способностей того, на кого его накладывают?

— Можно ли наложить благословение?

— Может ли быть проклятье с задержкой во времени?

Ирен с радостью отвечала на вопросы. Даже когда колокол оповестил об окончании лекции, студенты расходились медленно и неохотно, бурно обсуждая увиденное.

Ирен подошла к Тариэлю, и они медленно отправились к выходу.

— Ну как, хороший я преподаватель? — шутливо спросила она.

— Замечательный, — улыбнулся он дочери.

— А эта девушка, ну, черненькая… Я что-то сделала не так? По-моему, она сильно расстроилась.

— Ох, зайка, лучше б ты выбрала Эрхана.

— Он же не носит с собой зеркала, — резонно возразила Эрин.

— Ты бы его предупредила.

— Тогда все бы поняли, что это подстава. А эта просто идеальная цель для сглаза.

— Юлия не афиширует своего происхождения. А ты выдала ее с головой.

— Почему не афиширует? — удивилась Эрин. — Что тут такого? Это же здорово — быть иной! А она вообще уникум.

— Расскажи это кому-нибудь другому, — вздохнул Тариэль. — А Юлию с детства преследовали охотники на вампиров. Всю ею семью вырезали.

— Ой! — остановилась Эрин. — Я вовсе не хотела навредить. Надо перед ней извиниться.

— Не стоит, я сам ей всё объясню.

— Ты? Ты с ней подружился?

— Пока нет, но планирую. Она, видишь ли, кроме вампира, еще и суккуб.

— Я видела, — удивленно сказала Эрин. — Но причем тут это? Ох! Папа! Ты омерзителен!

— Я просто люблю женщин. Они все прекрасны по-своему, — оправдывался Тариэль.

— Так почему же ты не ухаживаешь за страшненькими?

Тариэль неопределенно пожал плечами.

— Морок тоже из зеркала наводила?

— Ага. Ты книжки, которые ты мне дал, просто свели меня с ума. Все-таки хорошо, что люди не могут управлять зеркальной энергией.

Неожиданно раздался странный звенящий взрыв. Вокруг на разные лады загудели, зазвенели колокола.

— Тревога! — воскликнула Эрин. — Что-то случилось.

— Кажется, это в общежитии.

Эрин и Тариэль бросились к длинному, прихотливо изломанному зданию общежития, в то время как студенты, напротив, выбегали в сад. Все стекла в здании были разбиты. В холле были пусты все рамы — зеркала хрустели под ногами.

— Дьявол! — выругался Тариэль. — У кого-то в этом здании уникальные способности к зеркальной магии!

— Я даже догадываюсь, у кого, — бросил ему прибежавший Эрхан.

Втроем они поднялись на второй этаж. Осколки стекол в коридоре легли в подобие полусферы. Сразу было заметно, в какой комнате виновник.

Посередине комнаты стояла крылатая девушка в белом, невозмутимо разглядывающая свои окровавленные руки. Большое зеркало перед ней было абсолютно целым, чего не скажешь о нескольких других. Судя по различного размера и формы рамам, зеркал было не меньше дюжины.

— Ка-а-ак интересно, — протянул Тариэль, оглядывая зеркало.

— Тира, у тебя голова есть? — рыкнул на девушку Эрхан. — Ты отчислена!

— Погоди! — осадил его Тариэль. — Посмотри на зеркало.

— Что мне на него смотреть? — махнул рукой ректор. — Я в вашей зеркальной магии пустое место!

— Все равно… посмотри!

Зеркало, казавшееся на первый взгляд целым, оказалось усыпано мелкими, не толще волоска, трещинками. Если смотреть внимательно, трещинки складывались в чье-то лицо.

- Не трогай, — сдавленно прошептала Эрин.

Но Тариэль, не слушая её, прикоснулся пальцами к трещинкам. Там, где он проводил, трещины начинали светиться ярко-желтым цветом.

— Ложись! — скомандовала Эрин и потянула за собой Тиру.

Эрхан, не раздумывая, последовал их примеру, и вовремя. Лицо в зеркале приняло законченное очертание, налилось огнем и плеснуло мелкими, острыми как иголки брызгами.

Эрин поспешно поднялась с пола, вытряхивая из волос осколки. Лиэль на первый взгляд не пострадала, зато Тариэль стоял, похожий на зеркального ежа. Вся его одежда была в мелких разрезах, в седой бороде и плаще торчали кусочки стекол, лицо было в маленьких, но обильно кровоточащих ранках.

— Ты тоже отчислен, Тариэль Мудрец, — буркнул Эрхан. — Вызовите целителя. Отсюда никто не выйдет в таком виде.

Эрин достала карманное серебряное зеркальце и постучала по нему пальцем. Из зеркала донесся недовольный голос Хория.

— Кто меня отвлекает? Я обедаю!

— У нас проблемы, Хорий, — терпеливо пояснила Эрин. — В университете неконтролируемый выброс магической энергии, есть пострадавшие. Ты срочно нужен в общежитии, комната 261.

— Что случилось? Какие повреждения? Ожоги, переломы, сотрясения?

— В основном порезы, глубокие и в большом количестве.

— Кто-нибудь из вас может создать портал?

— Я могу, — откликнулся Тариэль.

— Ты не можешь, и даже не пробуй, — отрезала Эрин. — У нас тут нет ни одного целого зеркала достаточного размера, поэтому я тоже не смогу. Придется идти пешком, уважаемый. Ничего, тут не далеко. И стражу поставь, чтобы никто не заходил.

— Почему я не могу? — удивился Тариэль.

— А ты попробуй, — ехидно усмехнулась Эрин.

Тариэль взмахнул кистью, взяв несколько нот. Осколки зеркал вспыхнули огнем и закружились по полу порошей, явно вознамерившись атаковать людей. Эрин, вскрикнув, запрыгнула на кровать. Тира взмыла вверх, сильно взмахнув крыльями, Тариэль и Эрхан сели на стол и пождали ноги. Некоторое время по полу метался огонь, постепенно затихая.

— Попробовал? — поинтересовалась Эрин. — Вот и молодец.

— М-да, — мрачно оглядел комнату Тариэль. — Здесь можно сделать музей глупости. Где ты столько зеркал взяла, горе моё?

Тира, очнувшись от ступора, вдруг с грохотом свалилась на пол.

— Я летать не умею, — испуганно сказала она.

— Ну-ну, — буркнул Эрхан.

Пол у комнаты стал невероятной красоты. Зеркальные узоры по всей комнате расположились фантастическими цветами и звездами. Все, что не было зеркальным, было угольно-черным, и похоже, отмывать пол не было смысла.

Эрин опустилась на колени и потрогала зеркальный цветок.

— Если стекло плавится, то оно должно перестать быть прозрачным, — заворожено сказала она. — Эта комната противоречит законам природы. Удивительная красота. А можно это снять? Я хочу такое панно во дворце.

— Во дворце? — пискнула Тира.

— Ваше величество, с вами всё в порядке? — ворвался в комнату Хорий. — Ох, батюшки, какая красота!

Тира в ужасе перевела взгляд с Эрин на Эрхана. Он кивнул. Крылатая девушка побелела и упала на колени.

— Ваше величество! — взмолилась она. — Позвольте мне продолжить обучение!

Эрин от неожиданности отскочила.

— Здесь главный ректор. К нему обращайтесь.

— Но он холодный и жестокий человек! — со слезами воскликнула Тира. — Вы же добры и милостивы! Сжальтесь, мне некуда идти!

Эрин, взглянув на «холодного и жестокого», фыркнула. Тариэль нахмурился, отчего кровь из порезов на лбу потекла вновь.

— Пожалуй, вначале стоит разобраться, что здесь случилось, — мирно улыбнулся Хорий, заживляя порезы Тариэля. — А вы, леди, встаньте и дайте мне подлечить ваши руки.

Тира, злобно сверкнув глазами в сторону ректора, поднялась с колен и протянула руки целителю. Тот, привычно потерев ладони, отчего они засияли ярким голубым светом, взял её руки в свои. Свет мгновенно погас, и целитель, зашипев, отдернул ладони. Руки Хория были покрыты волдырями, словно подверглись воздействию огня.

— Дьявол! — выругался он. — Что за дрянь? Первый раз такое вижу! В эту девочку сила проваливается как в пропасть! Да еще и отдача!

— Позвольте теперь мне помочь вам, — поклонился Тариэль и мгновенно заживил ожоги целителя. — А теперь ты.

Он не стал прикасаться к рукам девушки, а просто держал ладони над ними. Его сияние было не менее насыщенно, чем у Хория, но по оттенку было ближе к зеленому. Раны Тиры остались без изменений.

— И правда, как в пропасть, — удивленно протянул т’ига. — Оч-чень интересно. Придется по старинке, бинтами да мазями лечить.

Эрхан, внимательно наблюдавший за манипуляциями учителя, готов был поклясться, что черная тень внутри девушки сгустилась и шевельнулась.

— Демон! — пораженно воскликнул он.

— Сам такой, — буркнул Тариэль.

— Тьфу, да не ты! У нее внутри демон! Эрин?

— Я не видела, — призналась королева.

— Дай ей еще немного энергии, — распорядился Эрхан. — И смотрите внимательней.

Тариэль снова окутал сиянием руки Тиры.

— Я вижу черную тень, — неуверенно сказала Эрин.

— Это и есть демон! — объяснил Эрхан. — Любой черный маг тебе подтвердит.

— Однако никто его не видел до сей минуты, — протянула королева. — Не стоит ли позвать черных магов?

Тира молчала, обхватив себя руками и опустив голову.

— Не думаю, — покачал головой Эрхан, искоса взглянув на Тариэля. — Это своего рода семейное дело.

— Семейное? — удивился Хорий. — Девочка чья-то родственница?

— Эрхан прав, — вмешалась Эрин. — Если станет известно, что в университет проник одержимый студент, наша репутация пошатнется. А ведь за десять лет у нас не было ни одного скандала!

— Самое время, я думаю, — удовлетворенно кивнул Тариеэль.

— Послушай! — обратилась королева к Тире. — Ты знала про демона?

— Я знала, что что-то не так, — неохотно ответила девушка. — Но что это демон, я не подозревала.

— Не может быть, — резко ответил Эрхан. — Нельзя просто взять и посадить демона в себя. Для этого нужен обряд. Или ты его сама проводила, или кто-то другой.

— Я… нет. Не проводила.

— Значит, кто-то другой. Но ты должна об этом знать.

— Возможно, в детстве… Может, я просто не помню?

Эрхан оглянулся на Тариэля, но тот еле заметно покачал головой.

— Надо выяснить, где ты росла.

— Я… не помню… меня выкрали… в младенчестве…

— Кто?

— Пираты.

— Дальше.

— Некоторое время спустя я сбежала. Жила то тут, то там… Скиталась.

— Где? Когда ты поняла, что с тобой что-то не так?

— Я не знаю! — отчаянно крикнула девушка. — Я не помню!

— Врешь, — спокойно ответил Эрхан. — Разве ты забыла, что я маг разума?

— Я не могу сказать, — простонала девушка. — Он… демон мне не дает.

Это было правдой. Она не могла ничего сказать. Для этого и служил демон. Кто бы ни подсадил его, он позаботился о своей безопасности.

— Попробуем по-другому, — мягко отстранил Эрхана Тариэль. — Дитя, как твое здоровье? Не бывает ли так, что тебе постоянно хочется спать? Чувство выжатости и усталости? Неожиданные приливы сил? Когда это началось?

— Мне кажется… давно. До поступления в университет. Раньше я могла что-то делать… Изменять предметы…

— Мороки? — с уважением спросил Хорий.

— Нет, что вы, — покраснела девушка. — Камни в хлеб, грязную воду в чистую… Цвет платья изменить… По мелочи…

— Ничего себе по мелочи, — присвистнул Эрхан. — Менять сущность вещей — на это способен только один известный мне волшебник…

— Два, — поправил его Тариэль. — Еще Корт Неугомонный. И грифоны могут, не все, понемногу, но бывает.

— А кто-то не может, — задумчиво произнесла Эрин. — Значит, все дело в грифонах… И летать она, как мы видели, умеет…

— Я не умею, — возразила Тира. — Я много раз пыталась, но не получается. А сегодня… может, это демон?

— Спроси у Корта, — посоветовал Эрхан. — Он же своих мальчишек разработал, наверное, и тебе сможет помочь.

— Грифоны, — одновременно с ним сказал Тариэль. — Попробуй у них спросить. Тут на четвертом курсе грифон учится.

— Так я могу остаться? — жалобно спросила Тира.

Эрхан только махнул рукой.

— Что же ты пыталась сделать? — снова спросила Эрин. — Изгнать демона?

— Я пыталась представить себя сильной, — пояснила Тира. — Я думала, это сглаз или вроде того.

— И что произошло?

— Сначала я увидела себя в зеркале, прозрачную и полную огня. А потом вдруг появилась черная тень и поглотила меня. Зеркала вокруг закружились, я словно оказалась в зеркальном вихре, и вдруг накинулись на меня… Я руками лицо закрыла…

— А зачем ты столько зеркал притащила? Я ж говорила, что нужно узкое воздействие.

— Я подумала, что чем больше зеркал, тем сильнее поле, — серьезно пояснила девушка. — Чтобы и сзади и спереди.

— Замечательно, подумала она, — проворчала Эрин. — А о мерах безопасности ты не подумала? Где ты вообще их взяла?

— Стой! — вскричал Эрхан. — А как ты смогла так быстро их принести и расставить? Лекция закончилась минут за десять до взрыва! Тебе кто-то помогал?

— Ну… — смутилась Тира. — Я пораньше убежала, чтобы зеркала из соседних комнат собрать.

— Кто тебе помогал? — спросил Эрхан. — Ты же понимаешь, что все равно найдем.

— Коридор был пуст, — задумчиво протянула Эрин.

Тариэль тихо подошел к окну и резко распахнул полуприкрытую ставню. Из окна раздался вопль, а затем «шмяк». Все бросились к окну, вытянув шею. На газоне, потирая лапой зад, сидел ужасно виноватый золотистый грифон.

— Горхель! — возмущенно воскликнул Эрхан. — Что ты здесь делаешь? Давно дома не был?

Грифон промолчал, изобразив смущение. Наверное, если бы он мог, он бы покраснел.

— Знакомьтесь, — взмахнув рукой, язвительно представил грифона зрителям Эрхан. — Горхель — наш первый и, очевидно, последний студент-грифон. Его уже отчисляли четыре раза, но по слезным просьбам племени принимали обратно.

— Три раза, — буркнул грифон, не поднимая глаз.

— Уже четыре, — отрезал Эрхан. — Горхель у нас массовик-затейник. Если студенты задумали какую-нибудь каверзу, будьте уверены, что без грифона тут не обошлось. А теперь он нашел себе достойную подружку.

Тут грифон наконец поднял голову и радостно щелкнул клювом.

— Папочка! — завопил он, подпрыгнув. — Ты тоже тут!

Все начали оглядываться в поисках «папочки», и только Тариэль поморщился со страдальческим видом и подергал бороду.

— Да-да, Горхель, — вздохнул он. — Я тоже поражен. Что вы тут натворили?

— Мы хотели снять проклятье с Тиры, — с готовностью пояснил Горхель. — Грифоны, хоть и не пользуются зеркальной магией, но вполне способны к ней. Мы с Тирой объединили силовые поля, ох, ну и сил у этой девочки! Она не меньше, чем на треть грифон, здорово, правда? И поэтому мы с ней без труда объединяемся! А потом мы как представили! Как бабахнуло! Меня сразу в сторону кинуло, а она в центре этого вихря! Потом смотрю, все поуспокоилось, а она стоит, руки в крови… И зеркало, главное, целое, а там вроде как тетка светится такая, с черными волосами и ржет как лошадь. На вас, кстати, похожа, госпожа Ирен. Я даже думаю, что мне это от волнения привиделось. А потом слышу, кто-то идет, я за окошко и нырнул, значит, послушать, чего дальше будет. За карниз когтями уцепился и вишу, крыльями тихонько только машу, чтобы не слышно. А потом как второй раз как бабахнет! Не так сильно, как в первый раз. В первый раз словно лопнуло что-то. А тут вроде как мусор какой пропал, даже вонять сразу перестало! Бум, и взорвался.

— Так, стоп, Горхель! — остановил болтливого грифона Тариэль. — Что ты про запах говорил? И про первый взрыв?

— Ну да, это у вас, людей, нюха совсем нет, а мы, грифоны, куда более совершенны! Да ты и сам знаешь, ты же нас создал! Мы и летать умеем, и шерсть у нас, и перья, а вы лысые и на двух ногах ходите…

— Ну да, тебя послушать, ты один тут красавчик, — пробормотал Эрхан.

— Что значит «создал»? — изумленно спросила Эрин Тариэля. — Ты что, грифонов создал?

— В некотором роде, — пробормотал Тариэль. — Продолжай, о совершенное создание!

— Ну мы как представили, что отражение такое… белое… Вроде как вот вся эта нечисть, слабость сжимается, сжимается… Ну и сжалась. Да и лопнула, как прыщик. А оттуда гною, гною! Да воняет еще! Сладко так воняет, как цветок хищный. Только еще мертвечиной несет неслабо. А у Тиры внутри тварь какая-то глазами зыркает да потягивается. Она раньше как в коконе была, пряталась. Вроде как в горошинке маленькой. А питалась её же энергией. Другую бы давно сожрала уже, но у нее энергии страх как много, да еще эксперименты магические. Понятно, что тут она вроде как на поправку пошла, много же энергии да в замкнутом куполе, тварь быстрее насыщалась. Как бы девочка не старалась, а вне университета уже бы когти откинула. Пап, а ты за меня словечко замолвишь, а? А то бабушка мне обещала перья выдрать, если меня снова отчислят, а она выдерет, ты же её знаешь…

— На редкость талантливый раздолбай, — вздохнул Эрхан. — Волшебник Корт слезно умолял простить его после пожара в столовой. Говорит, ему очень не хватает свежего взгляда грифонов и их развитых органов чувств.

— Ну что, папочка, возьмешь на поруки сыночка? — язвительно спросила Эрин. — Ты у нас теперь многодетный отец, как я погляжу.

— Не язви, дочь, — спокойно ответил Тариэль. — Мне столько лет, что у меня давно могло народиться сотня-другая детишек, но черт возьми, все они начали появляться только сейчас. А на руках мне удалось подержать и вовсе только одного. Радуйся, что твоя Дара растет у тебя на глазах, и не ревнуй.

Эрин фыркнула и отвернулась. Эрхан озабоченно отвел в сторонку Хория, чтобы старик не ляпнул что-нибудь лишнее. Тира и Горхель смотрели на Тариэля, вытаращив глаза.

— Вы что, отец королевы? — изумленно прошептала крылатая девушка.

— Знаешь, дорогая, теперь ты на особом положении, — любезно ответил Тариэль. — Ты, так сказать, в ближнем круге. Надо разбираться с тобой и с демоном. Или тебя не настораживает, что все так свободны при тебе? Хочешь ты или нет, теперь ты одна из тех сумасшедших, которые стоят во главе Империи.

— Но почему? — отчаянно воскликнула Тира. — Я не хочу! Я не готова!

— Не хочешь? — усмехнулся Тариэль. — Милости просим за двери. Тварь внутри ты разбудила, поздравляю. Ты даже не протянешь так долго, чтобы успеть разболтать всё то, что сегодня узнала. Или ты можешь попытаться стать нам полезной, а мы подумаем, как тебе помочь. Кроме того, ты в любом случае связана с грифонами, а значит, являешься и моим потомком. Помимо всего прочего.

— Я… я…

— Ты или глупа, или слепа, — неожиданно сказала королева. — Я вот узнала своего отца, когда впервые его увидела. Ты не узнаешь его, даже когда он прямо говорит тебе об этом.

— Я не глупа и не слепа, — буркнула Тира угрюмо. — Даже с этой дурацкой бородой он остается пиратом. Другое дело, что он мне не отец и вообще…

— Лиэль, Лиэль, — печально произнес Тариэль. — Что я сделал, что ты возненавидела меня? Я был плохим отцом? Я не любил, не целовал тебя, не утирал твои слезы? Я не предоставил тебе возможности выбрать путь? Я не учил тебя всему, что знал сам?

— Ты лгал мне, — резко ответила девушка.

— В чем, Лиэль?

— Моя мать! Ты убил её!

— Правда? — Тариэль почесал голову. — Не припомню такого. Вроде бы старушка Зара сама скончалась. Знаешь ли, грифоны живут хоть и долго, но не вечно. Впрочем, стоит уточнить у Корта.

— Зара? Корт? — растерянно спросила Тира. — Мать мою изнасиловал грифон…

— Наглая ложь! — возмутился грифон. — Людские самки нас в этом плане не интересуют!

— Кто тебе внушил такую чушь? — хищно прищурился Тариэль.

— Я… кажется, я сама вспомнила. Сны… Видения…

— Демон! — хором сказали Эрин и грифон.

— Твой отец Корт Неугомонный, — мягко сказал Тариэль. — Твой родной отец.

— А Коранна? Мама?

— Увы, Корт к тому времени еще не был женат. Твоей матерью стала Зара — старейшина грифонов. Она подарила искру своей жизни яйцу, из которого ты вылупилась.

— Яйцу? — пискнула девушка. — Я из яйца?

— Да. Корт бредил летучими людьми, но ты единственная его удача. Он создал тебя искусственно.

— Я что, мутант? — расстроилась девушка.

— Мы все мутанты, — ободрил её Горхель. — Грифонов тоже т’ига создали, и ничего, мы не жалуемся. А если ты дочь Зары, то ты моя бабушка, ха-ха! Я праправнук Зары, так-то! Теперь я понимаю, почему сразу в тебя влюбился. Нет, конечно ты ужасно хорошенькая для людей, да еще крылья…

— Горхель! — перебил грифона Тариэль. — Потом расскажешь. Ума не приложу, когда грифоны стали такими болтунами. Мы их вообще бессловесными делали. Так что, Лиэль, теперь у тебя как минимум один отец, мачеха, четверо братьев и один внук. И уж к Корту нельзя предъявить никаких претензий. Он искал тебя много лет.

— Отец… братья… — удивленно прошептала девушка, пробуя новые слова на вкус, и, отчаянно вскрикнула. — Папа!

Лиэль рыдала на груди у Тариэля, а он гладил её волосы. Эрхан, которому такое развитие событий сильно не нравилось, внимательно изучал ногти. Эрин успокаивающе похлопала его по плечу.

— Демоны, грифоны, потеря памяти, — процедил сквозь зубы Эрхан. — Почему у меня одного это вызывает подозрения?

— Не у одного, — тихо сказала Эрин. — Тут явно дело нечисто.

Эрхан и сам не мог объяснить, почему крылатая девушка вызывает у него острую неприязнь, граничащую с ненавистью. Он уже не хотел, чтобы она исчезла, но в её присутствии беспричинно раздражался. Подобные чувства были для него внове. За последние годы люди перестали вызывать у него интерес, жалость или восхищение. Все они казались скроенными по одной мерке, отлитыми из одной формы. Несколько отличались от прочих Тариэль и Эрин со своими сверхспособностями, но и они были настолько же людьми, насколько и остальные маги.

А вообще Эрхан устал. Он привык спать по четыре-пять часов в сутки, делать несколько дел одновременно и быть в нескольких местах. Какой бы талантливой ни была его племянница, она была всего лишь женщина, и порой просто отказывалась заниматься делами. Её муж, впрочем, Эрхану никогда не отказывал, так же безропотно неся бремя власти, что и вся семья, но Эрин и его отгораживала.

Иногда первому советнику приходила мысль об отпуске, но тут же увядала. Несмотря на то, что все в государстве работало как часы, без его присутствия все ломалось.

Наконец Лиэль успокоилась. Тариэль вывел её из здания университета, пообещав устроить в отдельном доме. Поскольку семестр уже начался, все домики были заняты, и крылатую девушку временно поселили к грифону, который занимал специальный большой дом без перегородок. Горхель был одним из самых низкорослых в своем племени, общим размером с крупную лошадь. Некоторые его собратья были в полтора-два раза крупней его. Невысокий рост как раз и оказался решающим фактором в выборе представителя племени для университета. Меньше всего грифоны хотели напугать людей. Однако даже у маленького грифона были впечатляющие крылья, и в обычном доме ему не повернуться. Тем более, что домики для студентов изначально строились небольшими. Коттедж для грифона построили побольше, повыше, без деления на комнаты и с плоской крышей. С такой крыши можно было взлететь. В действительности же эта крыша стала модным местечком для студенческих вечеринок, а в большом коттедже по углам часто отсыпались весельчаки, не сумевшие попасть в запертое на ночь общежитие. Теперь в углу поставили ширму и устроили постель для Тиры. Конечно, самым приемлемым вариантом Эрин считала подселение крылатой девицы к Корту и Коранне, но им и самим с четырьмя детьми было тесновато. Следовало уговорить их переехать в более широкое пространство. А с другой стороны, со строгой Коранной не забалуешь… На её лекциях ученики сидят тише мышек, ведь привыкшая к выходкам сыновей, она особо не церемонится с хулиганами.