Свет над Грозовым Створом

Красота, Белок и Дисциплина

Разговор Виктора с Маркусом стал для меня холодным душем. Меня боятся. Меня считают ведьмой, высасывающей жизнь. И если я выйду к людям старой, сгорбленной и изможденной, это только подтвердит их страхи: «Смотрите, она тратит силу на зло, поэтому так выглядит».

Лидер должен сиять.

​Я вернулась в свою башню.

Виктор ушел на плац, и у меня было два часа до приезда торговца.

Два часа для себя.

​Часть 1. Техобслуживание кузова

​Я разделась и встала перед зеркалом.

Зрелище было... честным. Магия, которую я потратила на кур и лечение Виктора, взяла свое. Кожа была сухой, пергаментной. Мышцы висели.

Крем, который я делала для Эльзы, закончился.

— Сапожник без сапог, — хмыкнула я. — Исправляем.

​Я достала свои запасы: воск, льняное масло, остатки нарцисса (теперь уже сухие лепестки). И добавила новый ингредиент —шафран(куркуму?), который принесла Дора. Он дает золотистый оттенок и улучшает кровообращение.

​Я смешала новую порцию крема прямо в чашке над свечой.

—Vis Vitalis, — шепнула я, но на этот раз направила энергию не на «вспышку», а на «структуру».

«Питание. Эластичность. Барьер».

Крем получился густым, желтоватым, с пряным запахом.

​Я нанесла его на лицо, шею, руки. Втерла в колени и локти.

Кожа жадно впитывала жир. Я почувствовала, как уходит стянутость. Шафран сработал как легкий автозагар — бледная немочь ушла, появилось здоровое, теплое свечение.

​Часть 2. Йога для пенсионеров

​Теперь — каркас.

Мои суставы скрипели. Мышцы были забиты вчерашним спуском в подземелье.

Я расстелила волчью шкуру.

​— Привет, коврик, — сказала я. — Сегодня у нас реабилитация.

​Я начала ссуставной гимнастики. Вращение кистями, локтями, плечами. Медленно. Вдумчиво. Слыша, как хрустят солевые отложения.

Потом — шея. Наклоны. Аккуратно, чтобы не пережать сосуды.

— Вдох — тянемся макушкой вверх. Выдох — плечи вниз.

​Я перешла касанам.

Поза Дерева (Врикшасана).Я стояла на одной ноге (держась за спинку стула для страховки). Это тренировало вестибулярный аппарат и концентрацию.

Кошка-Корова.Для позвоночника. Прогиб — вдох, скругление — выдох.

Скручивания лежа.

​Это было больно. Мышцы сопротивлялись. Тело хотело лечь и умереть.

Но я заставляла его работать.

— Мы не умираем, — шипела я, растягивая заднюю поверхность бедра. — Мы готовимся к войне. А на войне нужны крепкие ноги.

​Через сорок минут я взмокла. Но это был хороший, здоровый пот. В теле появилась легкость. Кровь побежала по жилам, смывая токсины усталости.

​Часть 3. Магическая Тренировка

​Я села в позу лотоса (ну, или в то, что отдаленно её напоминало).

Передо мной стояла свеча.

Мне нужно было научиться управлять "розеткой" — энергией Замка, не сжигая себя.

​Я закрыла глаза. Представила Камень в камине Большого Зала.

Я почувствовала его. Он гудел где-то на периферии сознания, как высоковольтная линия.

—Подключиться, — мысленно скомандовала я.

​Поток хлынул. Мощный, холодный, чужой.

Вчера я чуть не захлебнулась в нем. Сегодня я выставила барьер.

«Фильтр. Мне нужно только 5%. Тонкая струйка».

​Я визуализировала кран. Я приоткрыла его совсем чуть-чуть.

Энергия потекла в меня — тонкая, управляемая.

Я направила её на свечу.

«Зажгись».

Фитиль вспыхнул. Ровным, спокойным огнем.

Я не почувствовала головокружения. Я не почувствовала тошноты.

Я взяла энергию извне и использовала её.

​— Работает, — выдохнула я. — Я — проводник. Я — трансформатор.

Это было ключевое открытие. Пока я в замке — я сильна. Моя слабость наступает только тогда, когда я выхожу за его пределы или пытаюсь пропустить через себя слишком много вольт.

​Часть 4. Операция "Белок"

​Я привела себя в порядок (новое белье, бордовое платье, волосы в строгий узел).

Теперь нужно было решить проблему голода.

Яиц нет. Мяса мало (коров резать нельзя, это актив).

Где брать белок?

​Я спустилась во двор.

Первым делом —Коровник.

​Питер встретил меня с вилами в руках. Он сиял.

— Миледи! Смотрите!

В коровнике было чисто. Сухая солома лежала толстым слоем. Запах аммиака исчез.

Но главное — ящики на окнах кухни, которые я "зарядила" вчера.

Зерно проросло.

Густая, сочная, изумрудная трава высотой в ладонь. Гидропонный корм.

​— Мы дали им первой травы утром, — доложил Питер. — Они чуть ящики не съели! И...

Он подвел меня к ведру.

— Молоко!

​На дне ведра плескалось молоко. Немного, литра три. Но оно было!

Беременная корова (которую я грела магией) начала давать молозиво, а вторая, которая считалась яловой, вдруг расщедрилась.

​— Три литра, — подсчитала я. — Мало. Но это начало.

— Питер, траву давать порционно. Воду греть.

Я посмотрела на молоко.

— Неси на кухню. Снимем сливки. А из обрата сделаемтворог.

Творог! Вот мой белок. Концентрированный казеин.

​— А еще, миледи... — Питер замялся. — Там, в подполе, где сыро... Ганс нашел грибы.

— Плесень?

— Нет, вешенки. На старых бревнах. Много.

​— Вешенки! — я хлопнула в ладоши. — Грибной белок.

Подземелья Ровены "фонили" жизнью, и споры грибов, видимо, проросли в сырых подвалах замка.

— Собирайте всё. Грибной суп с топинамбуром — это уже меню ресторана.

​Часть 5. Оранжерея (Удаленное управление)

​Я не могла спускаться в "Джунгли" каждый день. Это опасно и долго.

Но мне нужны были помидоры и топинамбур.

— Томас! — позвала я.

Истопник подошел.

— Ты у нас самый крепкий. Слушай задачу.

Вход в подземелья я открою. Но ходить туда одному — запрещено.

Сформируй бригаду. Ты и еще двое.

Возьмите длинные палки с крюками. И корзины.

Ваша задача — спускаться только до первой площадки. Там растут томаты.

Вглубь не ходить. Ничего руками не трогать. Если увидите шевелящуюся лиану — бежать.

Я нарисую карту безопасной зоны.

​— Понял, миледи. А если... чудища?

— Чудища боятся огня. Берите факелы. И вот...

Я сняла с пояса мешочек с солью.

— Если растение нападает — сыпь соль на корни. Это их жжет. (Осмос, детка).

​Логистика налажена. Теперь у меня будет регулярный поток витаминов, и мне не придется рисковать жизнью ради салата.

​Часть 6. Перед выходом

​Солнце поднялось высоко.

Я вернулась в башню. Съела кусок хлеба с тонким слоем свежего творога (первая партия, еще теплая!).

Почувствовала, как силы возвращаются.

Мышцы после йоги приятно гудели. Лицо в зеркале выглядело свежим (спасибо шафрану и крему).

​В дверь постучали.

Виктор.

Он вошел, уже одетый для встречи — в камзоле, при мече.

Он окинул меня взглядом.

— Вы... сияете, Матильда.

— Я просто умылась, Виктор. И сделала зарядку.

— Маркус внизу. Ицхак приехал. Его повозка у ворот.

​Я взяла корзинку с нашими баночками ("Огонь Сторма" и сироп).

Поправила кинжал на поясе.

— Ну что ж. Пойдемте продавать наше будущее. И объяснять капитану Маркусу, что химия — это не ересь.

​Я была готова.

Спокойная. Собранная. С прямой спиной.

Не ведьма.

Бизнес-леди.

Я уже взяла корзинку с банками, чтобы идти вниз, когда мой взгляд упал на стол. Там, на блюдце, лежали жалкие остатки того самого первого нарцисса. Сухие, коричневые лепестки, которые я собиралась растереть в пыль для новой партии крема.

​Я замерла.

— Елена, ты идиотка, — сказала я себе вслух. — Ты сидишь на атомной электростанции и экономишь спички.

​Зачем мне сухая труха, в которой почти не осталосьVis Vitalis?

Я могу вырастить свежие цветы. Наполненные соком, жизнью и активными веществами. Это будет не просто крем. Это будет био-активный концентрат.

​Я поставила корзину.

Достала мешочек, который принесла Дора.

— Календула, — прочитала я на тряпице. — «Ноготки». Лучшее средство для регенерации и снятия воспаления. Идеально для мази «Огонь Сторма».

А в другом узелке — семена лаванды.

​Я взяла два пустых горшка (тех самых, из-под овса, который я скормила курам). Насыпала земли (Томас притащил ведро чернозема для рассады).

Бросила семена.

​Теперь — магия.

Я не стала колоть палец. Я не стала напрягать свои жилы.

Я положила руки на горшки.

Закрыла глаза.

Обратилась к Камину, который гудел внизу, в Большом Зале.

«Мне нужна энергия. Немного. Теплый спектр. Рост. Цветение».

​Я почувствовала поток. Он был ровным, плотным, как струя теплой воды. Я просто направила его в горшки.

«Растите».

​Земля шевельнулась.

На этот раз не было взрыва и истощения.

Зеленые ростки пробились уверенно, быстро, но плавно. Стебли налились соком. Развернулись листья.

И через минуту на кустиках календулы раскрылись ярко-оранжевые, как маленькие солнца, цветы. А лаванда выбросила фиолетовые метелки, наполнив комнату одуряющим ароматом Прованса.

​Я открыла глаза.

Передо мной стояли пышущие здоровьем растения.

Я сорвала цветок календулы. Из стебля брызнул сок. Он был липким и пах терпко, мощно.

Концентрация полезных веществ в нем была запредельной.

​— Вот это — сырье, — удовлетворенно кивнула я.

​Я быстро растерла свежие цветы в ступке (вместе с соком) и добавила эту кашицу в уже готовые баночки с мазью, просто вдавив её сверху и перемешав палочкой. Мазь мгновенно поменяла цвет на насыщенный янтарный.

То же самое с кремом для лица — туда пошел свежий сок лаванды.

​— Теперь это не кустарщина, — резюмировала я. — Теперь это Люкс.

​Торговая Площадь (Двор Замка)

​Я спустилась во двор.

Виктор и Маркус уже ждали там.

Повозка Ицхака стояла у ворот. Это была старая, крытая кибитка, запряженная мохнатой лошадкой. Сам торговец — сухопарый старик с хитрыми глазами и седой бородой — о чем-то спорил с Виктором.

​— Милорд, времена тяжелые! — ныл Ицхак, разводя руками. — Горцы шалят, дороги плохие. Денег у народа нет. Кому я продам ваши... кхм... поделки?

​— Это не поделки, Ицхак, — раздался мой голос.

​Я вышла на свет.

Бордовое платье, прямая спина, корзинка в руках.

Маркус напрягся, его рука легла на эфес. Он сверлил меня тяжелым, подозрительным взглядом. Он искал признаки "ведьмы".

​Я подошла прямо к нему.

— Доброе утро, капитан, — сказала я громко и спокойно. — Я слышала, у вас ноет колено к непогоде?

​Маркус опешил.

— Ну... бывает, миледи. Старые раны.

​— Отлично. Вы будете моим испытателем.

Я открыла баночку с "Огнем Сторма" (теперь она пахла свежей календулой и перцем так, что пробивало нос).

Зачерпнула пальцем янтарную мазь.

​— Ицхак, смотри, — обратилась я к торговцу. — Это не просто жир.

Я решительно (но аккуратно) нанесла мазь на колено Маркуса (поверх штанов мазать бесполезно, но я втерла её в то место, где штанина заправлялась в сапог, ближе к суставу, заставив его чуть приподнять ногу).

​— Чувствуете тепло, капитан?

Маркус хотел было отдернуть ногу, но замер.

Свежая календула, усиленная магией, и перец действовали мгновенно.

— Греет... — буркнул он удивленно. — Сильно греет. Как утюг приложили.

​— Боль уходит?

Он помолчал, прислушиваясь к ощущениям. Боль, тупая и ноющая, действительно отступала под напором жара.

— Уходит... — признал он неохотно.

​Я повернулась к Ицхаку.

— Видишь? Это мазь "Огонь Сторма". Секретный рецепт: медвежий жир (маркетинг!), красный перец исвежая календула.

Я сунула банку ему под нос.

— Понюхай. Ты когда-нибудь видел такую свежую календулу зимой?

​Ицхак понюхал. Его глаза округлились.

— Свежая... Но откуда? Снег же лежит!

​— У нас свои теплицы, — небрежно бросила я. — Мы используем передовые аграрные технологии. Никакой магии, Ицхак. Просто наука. Тепло земли и правильный уход.

​Я увидела, как расслабились плечи Маркуса.

"Теплицы". "Наука". "Календула".

Это звучало понятно. Это не было "зельем из лягушачьих лапок". Это было просто очень качественное лекарство.

​— Сколько? — деловито спросил Ицхак. Нытье исчезло. Он почуял прибыль.

​— Двадцать банок мази. Пятнадцать бутылок сиропа (на меду и вишне, от кашля). И...

Я достала маленькую, красивую баночку.

— Пять банок "Эликсира Леди". Крем для лица. Свежая лаванда и пчелиный воск. Убирает морщины, делает кожу как шелк. Продашь женам богатых купцов в городе. Цену ставь тройную.

​— Возьму всё, — быстро сказал Ицхак. — Даю... пятьдесят серебряных марок.

​Виктор хотел было согласиться (для него это были большие деньги), но я рассмеялась.

​— Пятьдесят? Ицхак, не смеши мои подковы. Здесь ингредиентов на сорок. Плюс труд. Плюс бренд Лорда Сторма.

Сто марок.

И ты привезешь нам заказ.

​— Какой заказ? — торговец прищурился.

​— Мука. Мешок соли. Специи (перец, корица, гвоздика). Ткань (шерсть и лен). И...

Я посмотрела на свои руки.

— ...Хорошую бумагу и чернила. Много.

​Мы торговались десять минут. Яростно, с удовольствием.

Сошлись на восьмидесяти марках серебром и бартере (специи и бумага в счет следующей партии).

​Ицхак отсчитал монеты. Тяжелый кошель лег в руку Виктора.

Торговец уехал, довольный сделкой.

​Я повернулась к Маркусу.

— Капитан, — сказала я мягко. — Эта мазь... оставьте её себе. И раздайте солдатам, у кого суставы болят. Пусть лечатся. Это дар Хозяйки.

И добавила тише, только для него:

— Я не высасываю жизнь, Маркус. Я её выращиваю. Просто иногда... чуть быстрее, чем вы привыкли.

​Капитан посмотрел на меня. В его взгляде все еще было недоверие, но враждебность ушла. Он сжал банку в руке.

— Спасибо... миледи. Я... проверю. На себе.

​Он поклонился (сдержанно) и ушел.

​Виктор подбросил кошель на ладони. Звон серебра был музыкой.

— Восемьдесят марок, — сказал он. — Я не видел столько наличных полгода.

— Это оборотный капитал, — улыбнулась я. — Теперь мы можем снарядить экспедицию в горы.

​— Вы удивительна, — он покачал головой. — Вы продали ему жир и цветы по цене боевого коня.

— Я продала ему здоровье и красоту, Виктор. Это самый ходовой товар.

​— Идемте завтракать, — сказал он, предлагая мне руку. — Сегодня у нас, кажется, топинамбур?

— С творогом и зеленью, — уточнила я. — Белок и витамины. Нам нужны силы. Завтра мы выдвигаемся к "Узлу №1".