Правила волшебной кухни – 3

Глава 15

Я остановился напротив двери с потускневшей вывеской. Сам дом находился в живописнейшем месте, так ещё и наполовину торчал прямо над каналом. Я пока что такое только с расстояния видел — собственный крытый причал-гараж вместо подвала. Думаю, Бартоломео будет рад разбить здесь свой штаб.

Но это всё потом. Надо сперва посмотреть, что внутри. Ключа у меня с собой, понятное дело, не было. Греко передал мне бумаги с печатями, пожелания удачи и… да и всё, собственно говоря. Что ж. Как правило без ключа в моей жизни двери открывались либо после вежливого стука, либо же после хорошего удара ногой.

Каюсь, я уже начал всерьёз подумывать над вторым вариантом, но тут рука сама потянулась к ручке. Решил проверить на всякий случай и не прогадал. Пекарня оказалась не заперта.

— Ага, — сказал я и шагнул внутрь.

Воздух внутри оказался тяжёлым, спёртым, но неприятных запахов не было. Свет с улицы едва пробивался сквозь грязные окна, и внутри по первой я увидел лишь смутные очертания мебели. Пригляделся — нет, не смутные. Просто всё вокруг почему-то было завешано тряпками, простынями, брезентами какими-то. Чем-то мне это напомнило мой первый день в «Марине».

Вот только здесь пахло как-то иначе… знаю-знаю, все эти метафорические запахи дурной тон, но почему-то хочется сказать «пахло удачей».

Я сдёрнул первую же попавшуюся простыню и тут же зажмурился. Пылюка поднялась такая, что я непроизвольно чихнул. А когда открыл глаза малость опешил — вместо столика для посетителей пекарни передо мной был полноценный покерный стол с зелёным сукном. Чуть потрёпаные края, лунки для фишек, разметка, все дела. Более того — складывалось ощущение, что на столе сейчас была незаконченная раздача. Карты, фишки — всё это было аккуратно распределено между отсутствующими игроками.

— Интер-р-ресно.

Что ещё бросилось в глаза, так это ножики, которые были воткнуты буквально повсюду — в стены, в потолок, в пол. Причём совершенно разные, от кухонных тесаков до складных малышей. Пол усеян пожелтевшими от старости картами и фишками разных цветов. Короче говоря, не пекарня, а настоящее казино.

Не спеша я обошёл всё заведение. Три этажа — тот самый гараж-причал, зал с кухней на первом, и жилая зона наверху. Кухня, к слову, оправдала все ожидания. С этим действительно можно работать.

Ходил я без малого час, но всё никак не мог ощутить никаких аномальных вибраций. А они ведь есть! Они должны быть, раз заведение брошено. А мне пока что казалось, что в реалиях Дорсодуро это место аномально отсутствием аномалий.

— Так…

Уверен, что не всё так просто, и подвох обязательно должен быть. И надо бы, наверное, вернуться ночью. Ну а сейчас я просто накидал в уме примерный список дел: вывезти хлам, отдраить стены, заказать нормальную мебель и запустить Леонардо, чтобы поработал над деревом. А затем начал собираться восвояси.

Вышел на улицу, захлопнул дверь, сделал пару шагов прочь и в этот самый момент услышал звон битого стекла. В ту самую дверь, что я только что захлопнул, прилетела какая-то посудина. При этом само здание пекарни вздрогнуло, издав протяжный скрип, а редкие прохожие навалили шаг, чтобы поскорее убраться отсюда подальше.

— Ага, — кивнул я. — И вы серьёзно думаете, что меня это отпугнёт?

Возвращаемся, стало быть! Я вернулся в зал и осмотрелся заново. Ничего и никого не углядел, а потому решил спросить вслух:

— Ну и кто тут такой меткий?

А в ответ тишина. Ни скрипа, ни шороха. Ну допустим. Тогда я подошёл к покерному столу, смахнул со стула пыль и присел на одно из игровых мест. Осмотрелся ещё раз.

— Ну⁈ — крикнул я. — Посмотрите-ка на меня! Идеальная мишень! Ну давайте, киньте в меня ещё что-нибудь! Покажите класс, ребята!

Снова ничего. Только пыль оседает. С целью провоцировать, я встал и начал нарочито медленно прогуливаться по залу туда-сюда, буквально подставляя спину под удар. Осмотрел барную стойку, заглянул в туалет, и тут в самом центре зала среди карт, пыли и фишек вдруг увидел маленькую записочку. Издали она напомнила мне структурированный список с пунктиками — первый, второй, третий.

Интересно? Ну конечно же интересно! Я наклонился, подобрал его, попытался прочитать, но тут же понял что вместо букв на листочке были «структурированы» каракули. А когда разгибался, услышал свист рассекаемого чем-то воздуха.

— Оп!

Рефлексы на высоте. Думаю вот, а может мне на досуге флейрингу поучиться? Пустая стеклянная бутылка была пущена мне прямо в голову, но я умудрился перехватить её. Подкинул пару раз, прокрутил на ладони и сказал о том, что:

— Я если что тоже бросаться умею!

Аномальные партизаны снова утихли. Тогда я решил не то, чтобы сменить тактику… а хотя бы попытаться её выработать. Вернулся за покерный стол, сел, положил руки на сукно и стал думать. Уверен, как-то можно спровоцировать то, что здесь живёт. Вот только как?

И тут я вернулся к своим первоначальным наблюдениям. Незаконченная раздача. Серьёзно! За каждым игровым местом стояло несколько стопок фишек, разложенных по цветам. У каждого невидимого игрока была рука с парой карт, перевёрнутых рубашкой вверх. А по центру небрежно-сдвинутые фишки образовывали банк, что прямо сейчас стоит на кону.

Игра. Идёт. В полном, блин, разгаре!

— А если я сделаю так? — спросил я у пустого зала и перевернул одну из розданных «рук». — Четыре и семь разной масти. Надеюсь, ты не ставил. Хм-м-м… а хочешь поставлю за тебя? — тут я взял стопку фишек и выставил её в центр стола.

Тишина вокруг зазвенела, как натянутая струна.

— А что, если я вообще всё на пол скину? — спросил я как можно веселее и уже было замахнулся, но тут…

Тут дом начал дрожать.

— Считаю до трёх и вы появляетесь! Раз, два… ать! — вместо ответа в меня полетел нож.

И если в жонглировании бутылками у меня большого опыта нет, то уж в мастерстве обращения с ножами я действительно поднаторел. Я поймал лезвие между средним и указательным, тут же провернул нож на триста шестьдесят градусов, подкинул, поймал и…

— Ах-ха-ха-ха! — воткнул прямо в сукно. — А как вам такое⁈

Дом ответил незамедлительно. Ножи и бутылки полетели в меня с разных сторон. Что-то я ловил, от чего-то уклонялся, а сам думал: ну вот допустим, снаряды у них рано или поздно закончатся. Но синьоре Паоло здесь работать категорически нельзя — во всяком случае пока что. И теперь надо не просто спровоцировать нечисть, но и выйти с ней на связь.

— Ну⁈ Мне еще долго ждать⁈ — закричал я. — Я сюда пришёл чтобы нормально поиграть, ждал нормальной игры с нормальными мужиками, как Нигреану или Манимейкер, но вы про них даже не слыхали! Прячетесь по углам и кидаете долбаные ножи, так ведь⁈ Только кучу времени у меня отняли!

Аномальный град закончился. Видимо, я всё-таки умудрился задеть нечисть.

— Или тут нет смельчаков, согласных сыграть⁈ Испугались⁈

Чтобы подчеркнуть серьезность своих намерений, я сунул руку в карман, а затем положил на стол горсть золотых монет. Составил их стопкой, будто фишки и начал перебирать. Сумма, признаться, была солидная — я ведь брал её с собой для того, чтобы закупить продукты для грядущей ночной свадьбы.

— Трусы, — сказал я.

Последовавший за этим энергетический всплеск ощутился физически — воздух хлопнул, как от взрыва, и пыль разом сдуло со всех поверхностей. И тут же перед столом, в полуметре возле меня, возникло шесть маленьких фигурок.

Ростом с Петровича, телосложением с Петровича, вот только не гномы. То есть… не совсем. Эта мелкая нечисть была одета во все оттенки зелёного от болотного до изумрудного, а волосы и бороды либо красила самой ядрёной хной, которую только можно найти, либо же от природы была огненно-рыжей. Лепреконы. Ну точно же — лепреконы. Чем именно они отличаются от домовых я без понятия, но в скором времени, как мне кажется, узнаю.

— Фишки не трожь! — выступил один из них вперёд. — У нас партия не закончена! Мы же не помним, у кого сколько фишек было! Ты всё спутал, гад!

— А я теперь вообще в открытую играю! — пискнул, по всей видимости, владелец разномастных семёрки и четвёркой.

— МОЛЧАТЬ!!! — рявкнул я и кулаком шарахнул по столу.

Удар был такой, что все размешанные мной фишки подпрыгнули и вернулись в исходное состояние.

— Так, — сказал я, выждав паузу. — Теперь я хочу знать, какая гадина в меня ножом бросалась? Кто из вас?

Лепреконы переглянулись между собой, и среди улыбок я вычислил самую борзую.

— Ну я, — сказал бородатый гад в зелёной шляпе. — И чо? Я ещё не так могу…

Тут он щёлкнул пальцами и из-за барной стойки с лязгом поднялись в воздух ещё порядка десяти ножей. Они зависли, причём лезвиями, направленными в мою сторону, и теперь дрожали от напряжения, готовые ринуться в атаку.

Я же вызов принял. Сказал, что как раз хотел попрактиковаться и быстрым, почти невидимым движениям выхватил из кармана те самые ножички, что успел «насобирать» во время атаки. Один за другим я метнул их в левитирующие ножи и за ручку пригвоздил каждый к стене. Обезвредил, так сказать.

— Хватит! — крикнул я и пронаблюдал за тем, как ухмылки постепенно сползают с лиц лепреконов.

Настала пора поговорить обстоятельней.

— Я так понял, у вас тут серьёзная контора, верно? Хотя откуда в Венеции лепреконы, блин? А, ладно, проехали.

— А тебе-то чего, человек? — вопросом на вопрос ответил Борзый.

— Серьёзная контора не может существовать в такой дыре. Не так ли? Пыль, паутина, ножи в стенах. Это не уровень, ребят. Это помойка.

Лепреконы заворчали, но спорить не стали. Видимо, у меня всё-таки получилось задеть их самолюбие.

— Поэтому я предлагаю решать вопрос. Я хочу приходить сюда в нормальное место, где можно и в картишки поиграть, и выпить, и вкусно поесть…

— А ещё чего? — пискнул один.

— Вообще-то у нас есть выпить! — вмешался второй. — Виски!

— Ирландский! — добавил третий.

— Зачем вы ему это всё рассказываете⁈ — рявкнул на них Борзый. — Хочешь играть, человек, так играй. Ставь свои золотые и посмотрим, как быстро ты останешься без штанов.

— Не-не-не, — я покачал головой. — Я в этой дыре играть не собираюсь. Давайте-ка лучше договариваться. Фабула в том, ребятки, что я выкупил это заведение и теперь оно моё. Нравится вам это или нет. Очень-очень скоро здесь будет работать мой человек, и если с ним хоть что-нибудь случится, у вас будут большие проблемы.

— Проблемы? — хохотнул Борзый. — И кто нам их устроит? Ты, что ли?

— Может я, — задумчиво произнёс я. — А может и дон Базилио.

Имя прозвучало, как выстрел, и все шестеро нервно дёрнулись. А Борзый, так тот вообще к стене пятиться начал. Причём страх в их глазах был искренним и… да, они знают это имя.

— А ещё у меня есть друг Андрюха. Могу его позвать. Надо?

Писклявый решил закатить браваду на пустом месте, засмеялся и выступил на шаг вперёд.

— Андрюху? Это кто вообще такой? Зови своего Андрюху!

— Ну ладно…

В крике не было никакой необходимости. Я уже давно призывал водоворот обычным свистом через два пальца — это был ежедневный ритуал перед началом его кормёжки. И Андрюха откликнулся. Сперва я понял это потому, что за баром внезапно начал булькать кран, а потом:

— АА-ААА-АААА!!! — раздался крик откуда-то снизу. Предположительно, из гаража-причала. — ОТЗОВИ!!! ОТЗОВИ УЖАС ГЛУБИН ПОЖАЛУЙСТА ОТЗОВИ ОТЗОВИ ОТЗОВИ-ИИ!!!

— Ты подчинил себе Ужас Глубин? — на выходе спросил борзый. — Но… как? Как ты это сделал? Это же невозможно?

— Не знаю я никакого Ужаса Глубин, — отмахнулся я. — Я только Андрюху знаю. Хороший парень, если его не злить. Любит круассаны и разрушенные понтоны. Ну так что, господа? Вы готовы к переговорам?

В итоге договориться оказалось делом техники.

— Вы покидаете это место, — сказал я. — Прямо сегодня и прямо сейчас. Я понимаю, что вы здесь живёте, и играете, и потому совсем уж на улицу вас выгонять не собираюсь. Я же не зверь какой-то, верно?

Лепреконы мрачно кивали, поглядывая в пол.

— Через два дня я вернусь и сообщу адрес вашего нового дома. И это будет нормальное место. Нормальное, понимаете? Там как минимум кровати будут. А как максимум — оборудованный игорный зал, в котором можно будет разместиться с комфортом.

В этой части моего спича бородатые начали переглядываться и даже улыбаться.

— Но! — поспешил я осадить их. — Там будут правила.

— Мы не подчиняемся правилам.

— Простые, обычные правила, — нажал я. — Например, не швыряться ножами. И не ломать мебель. Надеюсь, это вам по силам?

При упоминании сломанной мебели пятеро лепреконов вдруг с укоризной уставились на одного из своих, а тот в ответ съёжился и опустил голову ещё ниже.

— Понятно, — прокомментировал я. — Буян, значит, да? С тобой будем проводить отдельную работу.

Слово за слово, фишками по столу, и мы достигли предварительного соглашения. Лепреконы двинулись на выход, но прежде чем окончательно исчезнуть Борзый решил оставить последнее слово за собой и обернулся:

— Если ты не вернёшься и не выполнишь обещание… знай, что Венеция слышала твои слова. Мы найдем тебя везде, — и на прощание провёл свои масеньким толстеньким пальчиком поперёк горла. Медленно и очень выразительно. Угрозу кинул, то бишь.

А я в ответ вздохнул и подумал — видела бы сестра, кто мне сейчас угрожает, наверняка валялась бы впополаме от смеха.

Так! Ладно! Здание пекарни обезврежено. Оставшись в тишине, я ещё разок прогнал самого себя по списку: оборудование, хлам, Леонардо, мебель. Вроде бы ничего не забыл. Но едва я собрался на выход, как вдруг увидел дивное диво — дверь на улицу отворилась и внутрь целой толпой ввалились домовые. Уже знакомые мне домовые в пиджаках и жилеточках, люди дона Базилио.

— О! — удивился я. — А вы чего тут?

— Наблюдаем, — ответил тот, что постарше, с седыми усами как у моржа. — Синьор Маринари, может вы и не заметили, но мы наблюдаем за вами с того самого момента, как вы заключили сделку с доном. А в это помещение не заходили потому, что оно было… м-м-м… несвободно.

Честно? Прямо сейчас у меня не было желания выяснять что за тёрки у домовых с лепреконами, и как вообще это всё работает. А потому я решил изобразить из себя дурачка. Сказал:

— Ну здорово же! — а затем: — Ну раз так, то можете приступать к уборке, — и оставил недоумевающих домовых в пекарне…

Дальнейший мой день прошёл в закупках и приятных поварских хлопотах. Мяско томится, бульоны отдыхают, и всё-всё-всё готово к тому, чтобы накормить сотню с лишним голодных домовых. Причём… ну… с уважением!

Но тут, догоняя сальсу до вкуса, я вдруг понял, что кое-что всё-таки забыл. Оттягивал до последнего, а ведь Джулия уже раз десять спросила к чему такому грандиозному я готовлюсь. Что ж… перед смертью, как говорится, не надышишься.

Вызвав кареглазку на «серьёзный разговор», я выложил перед ней все карты. На удивление, Джулия восприняла новость спокойно. Привыкла уже, что ли? И к домовых, и к свадьбам…

— … ты главное не переживай и делай вид, что всё нормально. Как будто бы к нам пришли самые обычные гости.

— Думаю, это мне по силам.

И всё вроде бы хорошо. Ещё бы Петрович масла в огонь не подливал своим:

— Ты псих, Маринарыч! Ты полный псих! Грядёт ужасное!

— Надеюсь, они хотя бы руки распускать не будут? — спросила кареглазка.

— Не беспокойся. Во-первых, это всё-таки свадьба. Возвышенная церемония, а не пьяный шабаш. Ну а во-вторых, если что я всегда буду рядом.

— Синьорина Джулия! — материализовалась рядом с нами Женевра. — Уверяю, вам совершенно не о чем переживать! Если хоть кто-то из гостей хоть пальцем посмеет тронуть вас или кого-то из хозяев, сам дон им такого не простит!

— Да-да, — кивнул я. — Старичок буквально зациклен на уважении.

Удивительно, но конкретно сегодня я так и не увидел круглых глаз Джулии. Ни возмущения, ни удивления, ни-че-го. Мы просто подготовились к грядущему банкету, и просто начали его отдавать.

Сбор гостей начался в половину двенадцатого. Домовые проходили в зал и занимали места, причём вот что интересно: перед тем как в «Марину» заходила новая волна домовых, я каждый раз отчётливо слышал визг тормозов на улице. Как будто бы к ресторану подъезжала машина и высаживала дорогих гостей.

Однако пристально наблюдать за рассадкой у меня не было времени — столы сами себя не накроют. И вот, в полночь наше мероприятие можно было считать открытым. Дон Базилио постучал ножичком по бокалу, привлекая всеобщее внимание и объявил:

— Друзья! Родные! Союзники! Благодарю вас всех за то, что пришли разделить с нами этот замечательный…

— БАХ!!! — входная дверь в ресторан слетела с петель, а дальше начался цирк.

С криками:

— Да-да, это то самое место! Мы проследили за ним! Он живёт здесь! — в зал начала забегать целая толпа рыжих, одетых в зелёное коротышек. — Давайте накажем его! — причём до зубов вооружённых коротышек. — Да! ДА-ААА!!! Да-а-а?

Боевой клич замер в горле. Лепреконы экстренно затормозили. На вскидку тридцать пар глаз, полных ярости и предвкушения расправы над бедным-несчастным Маринари, разом уставились на спину дона Базилио.

— Шон? — неуклюже поворачиваясь к выходу уточнил домовой. — Это ты?

— Д-д-д-да…

— У тебя какой-то срочный вопрос ко мне?

Лидер лепреконов, тот самый Шон, вовсе не отделялся от толпы. Скорее уж толпа сама вытолкнула его прямо под ясны очи Базилио, и тот снова пискнул:

— Да.

— Что «да»?

— Кхм-кхм, — главный лепрекон собрался с мыслями, вышел из ступора и принялся тараторить: — Мы пришли поздравить вас, дон Базилио! Да-да, с великим праздником пришли поздравить! И выказать своё почтение…

— Ц-ц-ц, — поцокал я и покачал головой, глядя на беднягу Шона. Не то слово он сейчас употребил.

— … и конечно же преподнести свадебные подарки. Э-э-э-э… вот! — лепрекон продемонстрировал кривой кинжал, который всё это время держал в руках. — Вот! Ритуальные оружие, которое хранится в нашем клане уже несколько сотен лет! И золото! — тут он пнул локтём бородача, который стоял ближе всех к нему. — И, конечно же, золото!

Шон подошёл к Базилио первым. Склонился, положил кинжал на землю, и попятился назад. Это сработало как сигнал, и остальные лепреконы выстроились в очередь.

— Подарки, — весьма по-доброму улыбнулся Базилио. — Подарки это хорошо. Но как по мне, не хватает…

— Уважения? — не удержался я.

— Уважения!

Лепрекон, до которого прямо сейчас дошла очередь одаривать дона замер в страхе. Потом до него дошло, он бухнулся на колени и страстно поцеловал протянутую руку Базилио прямо в перстень.

— Вот теперь я чувствую уважение, — медленно проговорил дон, и церемония продолжилась. — А ещё я хотел бы, чтобы вы проявили уважение к хозяину этого чудесного ресторана. Я возьму оружие, а золото оставьте ему. Как компенсацию за то, что вы сделали с дверью…

И разве это плохо? Ну конечно же хорошо.

— Кхм-кхм, — прокашлялся в кулак Шон, когда всё наконец-то закончилось. — А теперь можно мы пойдём?

Дон молча кивнул и еле заметно махнул рукой в его направлении. И этого было достаточно, чтобы лепреконы сорвались с места. Чёрт! Никогда не видел такой давки в дверях «Марины»!

И всё же… Откуда в Венеции чёртовы лепреконы⁈