Идущий тропой мертвых 7 (пиромант)

Глава 2

Когда мы прибыли в столицу, система местного правосудия вцепилась в меня своими когтями. Самое забавное — я видел, что служащим меня жаль, но они продолжали чётко следовали протоколу. Мои ужимки разве что незначительно облегчали мою участь. Все вежливые сверх меры, но не более того. Например, у меня забрали всю магическую одежду и переодели в то, что на скорую руку купили ребята. Потому что в хранилище кольца банально не было обычных вещей, я никогда их не носил. Максимум, пара рубашек разве что.

Если знать, что доставать, то это могли извлечь посторонние. Но только владелец мог видеть абсолютно всё благодаря привязке.

А ещё меня заселили в камеру. Одиночную. Я даже не знал, радоваться или печалиться этому. С собой разрешили взять только артефакт тепла, чтобы не замёрз. Ведь на улице сейчас зима, а отопления у эльфов нормального нет. Кроме полотенца и сменного белья разве что расчёску позволили иметь. Ведь камнем-феном с блокатором я пользоваться не мог.

Первое заседание было назначено только через неделю, а это целых девять дней! Толку, что книг с собой много? Я ведь не мог их достать. Мне, конечно, дали экземпляры из местной библиотеки, но это читать было невозможно. Омерзительные сюжеты о благоденствии и добре. Самые очевидные сказки о дружбе, любви и преданности. От них только тоскливее становилось и хотелось спать.

Раз в день разрешались посещения, но только по одному гостю за раз. И со свидетелем. Ничего приносить нельзя. Трогать нельзя. Спасибо, что дышать можно и смотреть.

Потому я медитировал. Для развития доми это имело эффект, конечно, но крайне слабый. Потому быстро перешёл к контролю препраны. Благо, блокатор защищал и от «шумов». От этого занятия я ментально уставал и много спал — так время текло быстрее. Рэй тоже грустил, ведь я не мог его покормить.

Когда стала известна дата первого заседания, Айлинайн свалил, как мне сообщил Рэй. Куда и зачем — фортис не сказал. Возможно, просто прятался, но мне казалось, что донести Тайритрону. Правда, я не понимал, что тот может сделать в принципе. Да и засветить нашу связь так открыто? Учитель ведь сейчас выглядит младше меня.

Дознаватель пару раз заходил ко мне, но я от его манипуляций ничего не ощутил. Попросил думать об определённых эльфах и днях — всё. Рэй также подтвердил, что его вмешательство было очень поверхностным.

Ребята нашли мне адвоката. Среднестатистический мужчина, ничем не примечательный. Он уверял меня, что всё будет в порядке.

Наконец, день настал. Заседание проходило в здании неподалёку, меня провели через двор. Большое помещение, длинный стол для судьи и его помощников, секретаря. Зона для присяжных и зрителей.

На меня вылупились все. Я ясно читал в их взглядах рассеянность и непонимание.

Судя по словам ребят, общественное мнение склонялось к тому, что я зазнавшийся чужеземный принц и виновен по умолчанию. Многим хотелось расправы над «птицей высокого полёта». Мне оставалось только гадать: кто-то специально манипулирует толпой, или это лишь случайность? Ведь мой возраст не был тайной, как и внешность. Карточки королевской битвы с моим детским образом везде были в ходу.

Наверное, для народа стало шоком что я не сказать, чтобы сильно отличался от ребёнка. Да, старше, хоть мне и приближалось девятнадцать лет, выглядел на семнадцать. Ещё и рост ниже среднего.

Как и задумывал заранее, делал вид опечаленного несправедливостью эльфа. Обещал со всеми сотрудничать и не врать суду.

Кстати, парадокс. Я не мог принести магическую клятву в таком состоянии, но снимать для этого блокатор никто не собирался. А всё из-за того, что защитник уровня клоаф и мог представлять реальную угрозу. Да и изнасилование тут жестокое преступление, сродни причинению тяжкого вреда здоровью и магической основы. Никакое хорошее поведение не могло смягчить устав обращения с подозреваемым в подобном.

Я был очень удивлён актёрской игре якобы пострадавших девушек. Да, я с ними спал, но никогда никаких обещаний не давал. Почему-то решили начать с именно с «обманутых», что больше подходило суду чести, а не уголовному. Но по неведомой мне причине решили разбирать всё совместно.

Это было ужасно. Каждое заседание через неделю. Длилось по три часа, успевали выслушать до пяти девушек. Она рассказывали до того слезливые истории, что я бы может и поверил в эту чушь, если бы смотрел со стороны. Они реально верили в то, что говорили! А ведь согласно суду, каждая прошла такую же проверку менталиста, что и я. Но они послушницы первого уровня, а то и аглары (нулёвки) вообще. А я… я клоаф! И принц. Давил авторитетом, а может и магией. И мог чисто теоретически обмануть дознавателя.

Что ещё поразительнее для меня, почему-то судья никогда не останавливал их фразой «говорите по существу». Спрашивал потом у адвоката, но это якобы норма, чтобы «увидеть всю картину в мелочах». Что⁈

Меня так же спрашивали о тех событиях и я всё рассказывал, разве что без углубления в вопросы кого и в каких позах имел. Потому что больше ничего не было! Никаких свиданий и прочего. Уточняли даты, в некоторые я был в рейдах, или на территории части, что задокументировано. На аванпосте с такими вещами строго, так что принималось как неоспоримое доказательство. Сложнее с выходными. Ладно ещё, когда уходил в динами, о том есть отметки. Но некоторые девушки попадали так, что у меня не было официальных отговорок.

Три недели длился этот бред. Я был готов на стену лезть и волком выть от отчаяния. Я вроде был середняком, немного интроверт, немного экстраверт. Но сейчас чувствовал себя просто ужасно. И ведь на встречах нельзя было даже прикоснуться к другу. Я внезапно осознал, насколько привык к эльфийской культуре тактильности. Прикосновения и объятия — скучал безумно. В этом была моя поддержка, но сейчас, забившись в угол комнаты или кровати, я обнимал сам себя и ощущал дикое одиночество, пустоту.

Рэй бесплотный дух. Я не мог прикоснуться к нему, как и он ко мне. Когда просил его поднять меня в Чёрном доме, это касалось стула, одежды. То есть нужен был проводник.

Да и полноценно обнять он не мог. В образе ребёнка я ощущал его слабо, потом просто контакт терялся и он вновь становился бесплотным. Так же это отнимало у него силы, которые я восполнить не мог. Лёгкие объятия раз в три дня не удовлетворяли мои потребности. К тому же, от него не исходило тепло.

Как бы мне хотелось, чтобы Мэйн обнял меня до хруста в рёбрах. Или Арлейн. Да даже Этриан. Просто почувствовать прикосновение, тепло чужого тела. А не зимнего холода влажного помещения. Почти забытое одиночество пожирало меня изнутри.

Спустя почти месяц наконец-то перешли к изнасилованиям. Алесис, как и другие три девушки, слёзно доказывали, что я их принуждал, грубо обращался с ними. Да что за бред вообще⁈

Наконец-то до суда дошло, что так просто всё это не закончится. И была назначена процедура глубокого сканирования воспоминаний. Опять через неделю. Серьёзно? Это издевательство!

Отец, к слову, прислал каких-то эльфов и Кальвера для поддержки. Меня перевели в камеру получше, там не было сырости, удобства не просто дырка в полу и раковина, а отдельная комнатка с душем. Но брата я видеть не желал, просил приходить только друзей на встречи.

Почему запрет прикосновений не считается пыткой⁈ Это якобы для того, чтобы никто не мог инсценировать побои.

До моего дня рождения оставалось меньше месяца. Я начинал бояться, что встречу его в стенах местной тюрьмы. Адвокат уверял, что скоро всё закончится, но я уже не верил ему, настолько ситуация на меня давила. Что угодно, лишь бы выйти отсюда и оказаться в кругу друзей.

Наконец, наступил день глубокого сканирования. Меня отвели в специальное помещение, где ещё находилась комиссия из пяти эльфов. Привязали к стулу, усугубив и без того моё подавленное состояние. Зашёл дознаватель, все перездоровались. Он встал рядом, я уже ждал его прикосновения в предвкушении. Ведь это последний этап, скоро всё закончится.

Рэй находился в моём сознании, как и договаривались. На всякий случай.

Почти сразу после ощущения тёплой руки Манесара на лбу мир померк.

Не знаю, сколько я спал, но разбудил меня голос Рэя, точнее его вопли:

— Я нашёл тебя! Нашёл! Скорее, Адмир! Просыпайся!

Меня начали трясти. Но как же хотелось спать! Разве что снова заснуть отвлекали крики фея и… грохот? Такое ощущение, что землетрясение или погром какой-то.

Преодолевая сонливость, я открыл глаза. Передо мной на коленях стоял Рэй в форме ребёнка, он и тряс меня. Я же лежал на грязном асфальте, а вокруг творилось невесть что.

Кажется, мы были на улице. Точно, двор с фонарём, тот самый. И ветки эти трясутся, освещение слабое. Вокруг нас летал всякий мусор типа осколков стекла, веток, листьев, столов, стульев, дверей, одежды, бумаги, ручек, тарелок. Что там только не было! И почти всё сломано.

— Где мы? — сказал я очень тихо, что сам себя не услышал. Ощущал сильную слабость.

— В твоём подсознании! — Рэй меня всё же услышал. — Тот мужик, это не Манесар! Это кто-то другой! Он громит тут всё! Я спрятал самое ценное, но он силён и кажется догадывается о моём существовании. Адмир, я ограничен, это твоё сознание, ты тут хозяин.

— И что нам делать?

— Понятия не имею, ты не в состоянии с ним бороться, он сдул почти всю твою препрану. Тогда, в Чёрном доме, ты ушёл в глубокую медитацию, попробуй сделать это сейчас. Пожалуйста, Адмир!

Было сложно заставить себя не уснуть и отвлечься от шума, а также от отвращения к грязному асфальту под щекой. Но я понимал критичность ситуации. Если Рэй не может ему противостоять полноценно, то что же я?

Сосредоточиться получилось не с первого раза. Я будто соскальзывал, но не в золотые пески свои родные, а в сон. Сон во сне, как бы это абсурдно не звучало.

Наконец, мне это удалось. Я лежал на тёплом золотом песке и смотрел в чёрное небо своего мира. Тусклые звёзды это мои ядра, меридианы вообще не видно.

Сонливость как рукой сняло. Я сел и ощупал себя. Получилось? А как же Рэй?

Дёрнул за нитку и он появился.

— У нас получилось! — радостно воскликнул он. — Как только ты вошёл в медитацию, его сразу вышвырнуло. Отпусти меня, надо посмотреть, что там снаружи происходит. Твоё тело посторожить. Я сам дам знать, что готов прийти.

— Хорошо, — кивнул я и подкинул его, наблюдая, как тот растворяется в воздухе.

М-да, опять я один. Но тут всё равно приятнее находиться.

Кстати, где там ящики с моим вещами? Книгу надо почитать, не важно что. И почертить заклинания. Все дни заключения я изучал узор на Рэе и хотел попытаться его расшифровать.

Интерлюдия

Дознавателя внезапно отшвырнуло от Адмира. Он отлетел прямо в стену, ударился о неё и съехал. Трое из комиссии тут же бросились к нему, чтобы помочь встать. Ещё двое — к подозреваемому.

— Он… Он в глубокой медитации! — воскликнула единственная женщина из пятёрки комиссии. — Как такое могло произойти?

— Он клоаф, гений, — хрипло сказал Манесар, изображающий сильную усталость. Он опирался на плечо одного из мужчин. — Но то, что я успел увидеть, достаточно! — он ткнул пальцем в блондина и лицо исказилось от отвращения. — Он всё это делал, а доказательства — подделки! Больше того, он убивал! Это демон в шкуре эльфа!

— Но… он не выглядит одержимым, — неуверенно сказал один из комиссии.

— Я и не говорил о подобном, — Манесар перевёл на того взгляд, полный страха. — Он сам и есть живой демон. Его мысли грязны и порочны, а его деяния… Это ужасно! Он убил больше десятка эльфов! Мужчин и женщин!

Члены комиссии отступили от преступника, смотря на него в ужасе. Обвинения менталиста были чудовищны, но он являлся членом королевской семьи, как они могли не доверять ему?

— Его следует казнить, — тихо сказал Манесар. — То, что я видел… Он найдёт способ выпутаться. Если он выйдет на свободу, то погибнут сотни эльфов!

Внезапно в комнате материализовался ребёнок с перекошенным от гнева лицом. Он ткнул в дознавателя пальцем:

— Кто ты? Ты не Манесар Кси-Калнайрос! Ты чуть не убил моего подопечного! Я пожалуюсь Кореллону, он навсегда лишит тебя своей благосклонности!

— Демон! — чуть ли не пропищал Манесар. — Адмир заключил с ним контракт! Им удалось всех обмануть!

И в ошарашенного Рэя полетели кинетические техники, но не успели достигнуть, так как он растворился в воздухе.

Фей не знал, что ему делать. Подгадав момент, когда все отвернулись, выходя из комнаты, спрятал тело Адмира вместе со стулом в более низком плане реальности. Потом подумал ещё немного и создал вторую ловушку. Это было тяжело из-за слабой связи с подопечным, ведь он теперь не мог получать энергию и приходилось довольствоваться только своими источниками.

Когда дело было сделано, он метнулся в снятую неподалёку от тюремного комплекса квартиру, где остановились друзья. Когда обеспокоенный Рэй появился в зале, его тут же заметили.

— Там такое! Шпион настроил всех против меня и Адмира! Меня назвал демоном! Представляете? И напал! Он чуть мозги Адмиру не сломал, уничтожил много воспоминаний…

Фей осёкся и посмотрел на Мэйна.

«О его прошлой жизни. Скорее всего, он это видел».

— Почему ты замолчал? — насторожился Этриан.

— Его нужно спасать. Они… проводят какой-то ритуал. Я спрятал Адмира в пространстве, но, видимо, его уже достали. Моя связь с ним слабеет. Спасите Адмира!

Фей пропал, так как помчался обратно. Оказавшись в той же комнате, где проходила комиссия, он увидел Адмира всё так же сидящим на стуле. Но под ним находилась печать, которую наполнял маной какой-то мужчина. Пришлось приложить усилие, чтобы пробиться к телу подопечного, спирит словно в тяжёлую воду попал.

Наконец, он сел на надплечье Даэрин и почувствовал облегчение. Маг же понял, что в круг что-то попало. Он крикнул об этом в сторону открытой двери, откуда вышел спокойный Манесар:

— Похоже, это проделки демона. Не беспокойся, он бессилен против светлой магии.

Когда круг был завершён, Рэй ощутил лёгкость. Его словно выкидывало из Реальности. Но спирит всеми силами держался за волосы Адмира у самых корней. Потребовалось потратить много преманы на сопротивление, он даже засомневался, что сможет удержаться и придётся покинуть мир, оставив подопечного без присмотра.

«Может, стоило выучить не только эльфийскую вязь, но и основы магии? Я бы тогда смог нарушить действие печати, наверное», — подумал он. Но тут же понял, что ему всё равно лень это делать даже после происходящего.

Внезапно ему стало легче, узор на полу перестал светиться.

— Ты молодец, — Манесар похлопал мужчину по плечу. — Демон уже должен быть изгнан. Теперь убийцу можно перенести в другое место.

Рэй решил пока не показывать себя и притаился в волосах подопечного, как они делали не раз.

Тем временем группа эльфов спешила к зданию суда. Двое не заметили, как третий остановился как раз перед поворотом улицы.

Мэйналивэйн повернул голову и нахмурился:

— Как ты смог проникнуть в город?

На его плече материализовалась рука, а за ней постепенно и весь Айлинайн. А ведь он не мог ходить по улицам, магзверь это прекрасно понимал, так как Адмир «осветил» лишь одно помещение в гостинице, когда они в первый раз прибыли в столицу прошлой осенью.

— Потому что мой Хозяин в городе, — безэмоционально сказал фортис и опустил руку. — Я сообщил ему о ситуации. О чём кричал Рэй? Он находился далеко, но отголоски я смог разобрать.

— Адмир в опасности, его подставили и обвинили в убийстве. Духи тут не помогут. Кто твой истинный Хозяин? Где он?

— Иди за мной.

Айлинайн развернулся и направился в противоположную от здания суда сторону. Случайный прохожий прошёл сквозь него так, будто там пустое место. Мэйналивейн задумался на миг, но всё же последовал за фортисом.

Всё, что он знал о Тайритроне, происходило из слов Адмира и звучало по большей части бредово. Шпионам Ларгоса так же не удалось узнать ничего конкретного об этом колдуне, лишь голословные слухи. Такое ощущение, что личность поддельная изначально. Похоже, он наконец-то узнает, кто этот эльф. Было даже немного волнительно.

По правде говоря, Мэйн не верил до конца в слова мальчика, хоть и не показал этого. Он видел архимагов и бешеных колдунов, Тайритрон на это образ никак не ложился. Возможно, Адмира и правда обманули. Эта личность выдуманная, лишь актёр, подкупленный Ширейлином для взращивания лояльности к себе. У ксилтарского кронпринца были связи в Аране, чисто теоретически он мог помочь.

Они шли недолго. Дух проплыл сквозь калитку и дверь обычного двухэтажного домика. Мэйналивейн только поднял руку, чтобы постучаться, как проход отворился. Было видно недалеко внутрь помещения, по углам же его царила тьма. И это средь бела дня! Конечно, он заметил, что окна зашторены, но этого было бы недостаточно. К тому же, фонило сильной магией.

— Не бойся, заходи, — услышал он голос Айлинайна.

Магзверь колебался. Он нутром чувствовал, что что-то здесь не так, но в то же время он предпочитал доверять этому фортису.

— Мне действительно нечего бояться? Моей жизни и свободе ничто не угрожает?

— Нет, тебе ничего не угрожает, — прозвучал ответ без колебаний.

Мэйналивейн вошёл, дверь за ним захлопнулась. Тьма начала рассеиваться зажигаемыми повсюду свечами-артефактами. Те стояли на полу, на полках стен. Очень странный способ.

Но чем больше света появлялось, тем страшнее становилось Мэйналивейну. Потому что это не был дом в Ниндамосе, в который он вошёл изначально. Потолки выше, кирпичная кладка, нет окон.

— Так обещал мой хозяин, — продолжил речь Айлинайн.

Мэйн ощутил липкий страх и обернулся: позади него не было двери, лишь мелом нарисованная на стене арка. Телепортационный портал!

— Кто твой Хозяин? Где он?

— Он… немного занят. Скоро придёт.

Спустя несколько секунд дверь в дальнем углу отворилась и в помещение вошёл подросток, немного младше Адмира на вид, ксилтарец. Он вёл себя непринуждённо и улыбался. Вытирал руки влажным полотенцем и Мэйн вскоре осознал, что это кровь.

— Ну и громила, — сказал он с усмешкой, приближаясь. — На колени.

Мэйналивейн растерялся, а в следующую секунду он действительно упал на колени из-за внезапной силы, свалившейся ему на плечи, словно гора. Он медленно повернул голову, чувствуя рядом нечто ужасающее по силе. И справа и слева от него стояли прекрасные девушки-фортисы, их ладони и осадили его. Одна прекрасная амротка, но без зрачков, будто слепая. Вторая черноволосая ксилтарка, как и Айлинайн, но с ярко синими аранскими глазами.