Идущий тропой мертвых 7 (пиромант)

Глава 10

Эрлик крепко держал меня за руку, когда мы спрыгнули в воду. Я вновь инстинктивно зажмурился.

На секунду сердце сжалось от ужаса: если он меня отпустит, то могу потеряться здесь. И тогда всё будет очень плохо. Но быстро успокоился: Рэй где угодно найдёт меня по нити договора, это как прямая дорога.

Сначала думал запихнуть его в космо, но это слишком опасно. Этот мелкий засранец мог сорваться и нырнуть в озеро маны. Согласно моим данным, если так его бросить, он мог взорваться от передоза, либо раствориться. В общем, случится явно что-то нехорошее. Я банально не мог так рисковать и оставлять его без присмотра в комнате с наркотиком. А больше и некого было брать с собой. Даэлия банально не знакома с Миром Мёртвых, она не могла мне здесь ничем помочь.

Открыв глаза, обнаружил себя будто в толще тёмной воды. Я всё так же мог дышать (хоть это и субъективно, на деле тело впадало в некий аналог стазиса), ощущал невесомость. Эрлик смотрел на меня с тёплой улыбкой, я даже растерялся от такого. Он сейчас был очень красивым, буквально светился, как и я, скорее всего. Белоснежно-белый, глаза как алмазы переливались.

Впервые я видел на его лице то, что можно было назвать искренностью и теплотой. Эта перемена настораживала.

— Я ожидал подобное, — он коснулся моего лица кончиками пальцев свободной руки, — но увидеть… Ты ведь знаешь, как выглядишь?

Кивнул ему, на что парень улыбнулся шире.

— Я наложу иллюзию, чтобы ты казался сильнее. Хорошо?

Снова кивнул.

Он опять коснулся моего лица, я же посмотрел на него повнимательнее. Но, похоже, он сам уже использовал иллюзию. Слабее Айлинайна, но ненамного. С другой стороны, его, как владельца этого места, оно и питало. Сейчас он был в своей лучшей форме, как ни крути.

Мы поплыли дальше вниз. Не было ощущения потока, ногами не перебирали. Наверное, это состояние было ближе к полёту. Разве что волосы вели себя так, будто это именно вода.

Меня настораживало, что пейзаж не менялся. Со временем я стал различать, что мы будто опускаемся в некую впадину, ограничивающая её структура напоминала тёмные камни. И больше ничего. Неужели он и правда запечатал эту область Астрала? Но зачем?

С другой стороны ясно, почему никого сюда не пускает: чтобы иные сознания не разрушали основную иллюзию своими. Для меня, как для живого, это было проблематично, да и он контролировал наверняка. Но если сущностей будет много, то этот шум создаст проблемы.

Мы приблизились к тому, что можно было бы назвать тёмной водой. Она как нефть, мы отражались в ней как в монохроме. Эрлик продолжал лететь так, будто впереди ничего нет. Я дёрнул его, заставив обернуться.

— Что это? — нахмурился я. — Оно мне не нравится.

— Ты никогда не бывал ниже первого слоя? — его голос выражал немного удивления.

— Нет. Подожди. Но там разве не опаснее?

— То место так же запечатано, не беспокойся.

Меня терзали сомнения. С одной стороны, нырять туда очень глупо. С другой — там находилась наша цель, которую я хотел увидеть.

— Ты обещаешь, что всё под контролем? — я внимательно посмотрел на его прекрасное лицо.

Интересно, что оно мне нравилось, но сугубо эстетически. Ничего более глубокого не испытывал, как это было с собственным отражением в первый раз. Возможно, дело в менталистике, у меня теперь был блок на подобные вещи.

— Клянусь, всё под контролем. Тебе ничего не угрожает. Если даже что-то внезапно случится, я защищу тебя.

Я кивнул и мы поплыли.

Опять зажмурился, не смог смотреть, как прохожу через эту преграду.

Стало заметно прохладнее. Туннель ощутимо сузился, но всё ещё был широким. Мы опустились на третий уровень, потом на четвёртый. Здесь уже диаметр колодца не превышал пяти метров.

Наконец, мы достигли Его.

Оно находилось на самом дне, некая тёмная сущность, от которой веяло морозом. Очень похожее ощущение я уже встречал прежде.

— Это же демон! — воскликнул я.

— Демон четвёртого уровня Мира Мёртвых, — подтвердил Эрлик. В этот момент он смотрел вниз, нахмурившись. — […].

Знакомый звук зажёванной плёнки и одновременно как тишины. Имя демона, слишком тяжёлое для восприятия живых. Я использовал силу, чтобы рассмотреть его внимательнее. Очень было похоже на амёбоподобную массу, которая постоянно ворочалась. А ещё, её сковывали цепи. Очень много цепей, от которых просто фонило энергией.

Так же существовало нечто вроде купола. По нему перетекала «тёплая» энергия, подобно разводам на мыльном пузыре.

Я перевёл взгляд на Эрлика. Тот сам внимательно разглядывал моё лицо.

— Ты не боишься, — констатировал он факт.

И правда. Почему я не боюсь? Потому что демон в цепях? Или потому что Эрлик рядом? Увы, я и сам не понимал.

— А мне стоит бояться?

— Это естественный исход для живых. Ваша эмоция, которая способствует спасению.

— Я не знаю, почему не боюсь, — признался я.

Он продолжал молча рассматривать меня.

— Теперь ты понимаешь, почему я здесь? Почему не хочу видеть эльфов?

— Не совсем.

Эрлик разочарованно покачал головой.

— Если бы ты мне нормально объяснил, было бы проще, — заметил я.

— Я не просто так молчу о […]. Само знание о нём может вызвать беду.

— Зачем же показал мне это? Ты ведь чего-то хотел добиться. Ты ничего не делаешь просто так. К тому же, в тебе много от живого. Почему так?

Он помолчал какое-то время.

— В тебе что-то есть. Время и обстоятельства научили меня ценить любую возможность. Но твоя сила связана со стихией, они не работают в Мире Мёртвых. Возможно, не сейчас, но позже, ты сможешь помочь мне. Пойдём.

Так как он продолжал всё это время держать меня за руку, потащил вверх. Когда мы достигли первого слоя, он остановился и снова начал пристально разглядывать моё лицо.

— Я расскажу тебе, — сказал он и перевёл взгляд в сторону.

Окружение начало меняться. Мы находились в обычном динами, наполненном жизнью. При этом мне казалось, что это храм, а не дикое место.

Пришёл мужчина альверец, похоже, лет так около двухсот. По косвенным признакам видно, что сильный маг. Всё же, я много встречал подобных эльфов и немного ориентировался.

Незнакомец улыбнулся и к нему вышла копия Эрлика. Фантомы начали диалог, из которого я понял, что они достаточно близки.

— Я владел динами храма несколько столетий по отсчёту живых, — Эрлик рядом со мной заговорил тихо и будто бы с некой болью и тоской в тоне. Я посмотрел в его лицо, оно и правда было болезненным, печальным. — Это глава второго клана. Ты ведь знаешь, почему в любом городе как минимум два высоких рода?

Он посмотрел на меня и я кивнул.

— Они следят друг за другом, контролируют, — сказал я так же тихо. В это время фантомы жили своей жизнью, не замечая нас. Выглядели умиротворяюще.

— Увы, в мире живых не всё работает так, как надо. Вы сами создаёте законы и правила, а потом их нарушаете. Второй клан лишь на поверхности был сильным, сам же глубоко зависим от первого. Я слишком поздно понял, что хотел мне сказать мой… друг. Полагаю, он находился под действием клятвы, потому напрямую сделать это было проблематично. Я же тогда не придавал значения поведению живых. Первый клан вёл свою игру, эльфы жаждали силы и готовили безумные планы.

Иллюзия подалась рябью, словно поверхность воды. Пейзаж изменился, динами было не узнать. Куски льда, снега, пожухлые растения, трупы эльфов, текущая повсюду кровь и Эрлик на кресте. Просто две палки буквой Х. Только это был камень, а не дерево, конечности и всё тело обмотано цепью, как та, которую видел совсем недавно. Одежда фортиса порвана, волосы спутанные и будто местами выдраны. А ещё у него текла кровь из глаз, носа, рта и ушей.

Я удивлённо перевёл взгляд на оригинал.

— Ты ведь знаешь, что духа можно сделать полуживым? — сказал он.

— Знаю. Поэтому у тебя кровь?

— Верно.

В зону видимости вошёл ещё один альверец, довольно старый. С ним пять прихвостней помоложе. По состоявшемуся диалогу я понял, что это глава первого клана. Он банально глумился над Эрликом, называл того глупым слабаком, который не мог увидеть перспектив. Парень же отвечал, что глава сошёл с ума и демоны в принципе не могут принести благо живым. Но альверец был уверен, что всё предусмотрел.

— Он жаждал силы, — сказал Эрлик рядом со мной. — Хотя и так был силён, он уже был уровня архимага. Но годы изысканий не дали ему желаемого. Я так и не смог понять, чего же он хотел на самом деле. У него было всё и даже больше.

Пока парень говорил, из кромки воды вылезло нечто. Тёмное, полупрозрачное. Не то жидкость, не то дым, очень странной консистенции. И начало поглощать копию Эрлика. За этим наблюдал глава первого клана с какой-то маниакальной улыбкой.

Рука Эрлика, которой он сжимал мою ладонь, начала дрожать. В это время его копия истошно орала от боли. Там, где его касалась сущность, появлялись язвы, словно от кислоты. Плоть приходила в движение и будто вздувалась. Что происходило дальше, не видно, так как скрывалось в тумане демона.

Я крепче сжал его ладонь и протянул руку, чтобы повернуть лицо к себе. Его облик был полон печали, что ошарашило меня. Казалось, ещё немного и из глаз польются слёзы.

— Ты всё ещё полужив? — с замиранием сердца прошептал я. Эта догадка потрясла меня, я смотрел на парня широко раскрыв глаза.

— Уже нет, но проклятье сошло не до конца, — сказал он устало. — Мои воспоминания о чувствах ещё яркие и отражаются в душе.

Иллюзия тем временем исчезла, мы опять были в тёмной толще воды.

— Я долго пробыл в плену демона, проглотившего меня. Он постепенно разъедал меня. Ещё немного и я бы потерял себя. Тогда… мне удалось обмануть его. Вырваться и отзеркалить запечатывающие силы. На продумывание этого плана я потратил почти всё своё время. А потом, мне требовалось запечатать место Астрала с ним. Когда же я выбрался в Реальность, то оказался там, где ты меня и встретил. Я понимал, что должен сдерживать […]. Иначе он однажды вырвется и плохо будет всем. Живым, мёртвым. Мне в частности. Но я не могу больше верить эльфам.

— Но ты решил довериться мне. Почему? — я всё также смотрел на него в изумлении.

— Ты странный. Вроде живой, но в то же время что-то от мёртвого. Ты не мёртвая душа, между тем. От тебя идёт лёгкий запах потустороннего, астрального. Кто ты?

Ну вот. Я догадывался, почему он меня так воспринимает — я иномирец. Но рассказать ему… Я не хотел этого делать.

— Ты прав, я аномалия этого мира. Но это всё, что я могу тебе сказать. Это секрет.

Он широко улыбнулся. Совсем как тому главе второго клана в иллюзии.

— Так и знал, что это необычная встреча. Я никому и никогда не расскажу об этом, можешь не сомневаться.

— Но я не могу помочь тебе, — осторожно заметил я.

— Я знаю, ты ещё в начале своего пути. Ты так молод… И слаб. Но однажды… Мы должны возвращаться, — он посмотрел наверх. — Ночь пришла.

Это намёк на надежду? Разве подобные категории есть у духов? Они ведь просто существуют. Не отчаиваются, не боятся, не любят. Просто всегда движутся вперёд.

Когда мы поднялись в динами, там и правда было темно. Мне потребовалось приложить усилие, чтобы разжать ладонь: её будто свело судорогой. Ведь всё это время я держался за Эрлика как за спасительную соломинку.

— Я не приду завтра, — сказал я, массируя ладонь. Элрик кивнул. — Мне нужно придумать способ всё это урегулировать. Объяснить, не рассказывая ничего.

— У тебя получится, — улыбнулся он. Опять по-нормальному.

— Было бы неплохо, — вздохнул я и направился к краю поляны. Но остановиться и обернулся: — Ты начал вести себя иначе. Почему?

Он ничего не ответил, вместо этого всё с той же лёгкой улыбкой растворился в воздухе. Ну да, фиг такой изменится. И могила не исправит, так как мёртв уже.

Ребята уже готовились ко сну и выдохнули с облегчением, когда я появился. Рэй тут же потребовал покормить, так как он якобы перенервничал. Я посмотрел на него как на идиота:

— Ты не можешь нервничать.

— Ну дай! Жалко, что ли?

Я посмотрел на тарелку с кашей в своих руках. Что со мной? Откуда это чувство? Оно мне не нравится. Некая безысходность, очень похожая на ту, как когда я лежал на алтаре сумасшедшей Айлалэ. Но в то же время я прекрасно понимал, что не загнан в угол. Почему тогда так тошно? Ещё и Рэй со своим потребительским отношением. Я стал слишком мягок, в ущерб себе же. Или наоборот, всегда был таким, но только сейчас понял?

В стороне, метрах в трёх над землёй, на ветке полулежал Айлинайн и наблюдал за нами. Я скрывал свои мысли ото всех в этот момент.

А ведь этот дух в последнее время очень много помогал мне, хоть и не обязан был. Почему он так поступает? У него тоже есть надежда однажды улучшить свою долю, поступив на службу такому мямле как я? Скорее, наоборот, подавив меня, вырваться на свободу. Он сам так говорил.

Мой взгляд перешёл на Мэйна. Тот сидел, смотря на костёр, его лицо ничего не выражало. Он просто следовал за мной, я ведь даже не знал причин! Задумывает ли он выгоду? Или причинить мне зло в будущем?

Пляска пламени в его глазах напомнила мне о Ширейлине и его грандиозных безумных планах.

А чего хочу я? Не бояться подобных тому демону, что мне показал Элрик? Иметь власть над другими? Ведь не раз ловил себя на мысли, что мне нравится, когда меня внимательно слушают и подчиняются. Это ни с чем несравнимое чувство.

Пока я так сидел в раздумьях, Рэй повёл себя достаточно тактично, исчезнув. Я съел половину тарелки и понял, что больше просто не хочу. Потянул за нить и выставил вперёд ладони лодочкой. Фей тут же упал в них с довольной рожей и прикрыл глаза. Я накормил его от пуза — ему хватит на всю ночь валяться в несознанке. Так что отложил в сторону, в свой спальный мешок. Его для меня заранее подготовили.

Судя по всему, Этриан уже спал, как и Даэлия.

— Я отойду ненадолго, не переживай, — сказал я Мэйну.

Тот ничего не ответил, я же закрылся, нащупав один единственный канал, который тянулся к дереву.

«Иди за мной, я хочу поговорить».

Я отошёл на достаточное расстояние, чтобы ощутить истончение нитей. Они словно уходили в никуда. Проблема прямой речи в том, что она транслировалась из открытого пространства сознания. Если быть недостаточно далеко, Мэйн услышит меня. Держать же каналы закрытыми долго у меня пока ещё получалось с трудом.

— Нас ведь никто не слышит сейчас? — тихо спросил я и огляделся, ища Айлинайна. Тот стоял сбоку от меня.

— Из тех, кто мог бы осознать услышанное, никого рядом нет, — ответил он.

Я улыбнулся:

— Это ты простых животных имел ввиду?

— Растений и насекомых тоже.

— Айлинайн, я тут подумал. Кое что мне не ясно, ты можешь пояснить?

— Смотря что хочешь узнать.

Всё такой же истукан с лицом закалёбанного жизнью мужика. Отсутствие мимики и минимальные движения придавали его образу неестественность, так присущую духам. Это сильно контрастировало с Рэем и Элриком.

— Почему ты решил общаться со мной, отвечать на вопросы, исполнять просьбы и просто делиться советами?

— Это лучше, чем безмолвно наблюдать.

— Чем лучше? О чём ты?

Он будто подвис, смотря на меня. Как обычно, я не торопился. Духи немного иначе воспринимали общение. Дать ответ даже через год для них нормально, будто разговор был прерван минуту назад. Живые же придерживались определённых норм той же вежливости. Так тесно контактируя с мёртвыми, я привык к этому, мне даже нравилось. В них не было двуличия и показных эмоций. С живыми я никогда не мог знать наверняка, врут мне или нет, действительно ли рады или это лишь вежливость.

— Мне… нравится действовать самостоятельно. Не быть инструментом, заточенным на определённые паттерны, выход за которые чреват последствиями. Недавно я понял, что этого мне не хватало прежде на службе у Хозяина.

Я вспомнил Элдреару. За ослушание Тайритрон сделал с ней нечто, из-за чего она упала безвольной куклой в грязь, а по лицу распространялась чёрная паутина вен.

— Тайритрон ведь делает вас, своих прислужников, полуживыми?

— Верно. Нам сложно причинить вред. Чувствуя боль и эмоции, мы испытываем страдание. Этого Хозяин и добивается, частично даруя чувствительность.

— Ты не хочешь становиться живым, так ведь?

— Действительно, мне это ни к чему. Я был жив и ещё помню то время. Я постоянно наблюдаю за живыми. Мне это состояние не нужно.

— Ты следуешь за мной согласно приказу Хозяина, но общаешься из личных побуждений. Что, если я захочу, чтобы ты чаще выполнял мои просьбы?

— Если они будут способствовать твоему выживанию, то не вижу противоречий.

— Я не об этом. Если это будут простые поступки с твоей стороны?

— Зачем мне это делать?

— Об этом я и хотел поговорить. У всего есть причины и цели. Если я хочу воспользоваться твоей силой, то мне нужно заплатить. Ведь я не могу заставить тебя что-то делать напрямую. Верно?

— Тебе нечем платить, мне ничего не нужно.

— И всё же, помнится, тебе понравилась моя мана.

Пока мы разговаривали, я внимательно следил за его лицом. Сейчас его глаза будто немного вспыхнули, ещё он моргнул. Для такого существа это верх проявления заинтересованности.

— Действительно, это так.

— Я буду давать тебе свою ману, как поступаю с Рэем. Но не на такой же постоянной основе, ведь он мой хранитель, а у нас прямого контакта нет.

Он вновь моргнул.

— Я согласен.

— Ты уже сделал для меня много по своей воле. Потому я хочу наградить тебя сейчас. Подойди и наклонись.

Я ощущал трепет предвкушения. Когда же он приблизился и встал на колени, тут же закрыл своё сознание. Потому что вновь возникло это приятное ощущение власти над кем-то. Выходит, я на самом деле не хотел, чтобы меня просто любили? Это был самообман? Да и не умеют мёртвые любить.

Или я накручиваю себя? Мне просто нравится управлять потусторонними сущностями. Одно дело ловить демонов и запечатывать, гонять бесят, и совсем другое, когда они подчиняются приказам, готовы сделать ради меня что угодно.

Я положил ладонь на его темечко и начал передавать ману. Та текла внутрь его, словно вода в сухую землю. Меня же наполняли приятные эмоции. Ощущение безнадёжности ушло, вместо него я испытал душевный подъём. Я могу очень многое, как например сейчас, не заключая прямого контракта с сильнейшим фортисом, заставить его подчиняться.

Даже недолюбливающий эльфов Эльрик разглядел во мне мою суть. Я не серая масса, я особенный. Таковым меня делают не гены или внешность, а моя личность как таковая. Это и есть моя отличительная черта, делающая аномалией мира.

Я очень молод, впереди столетия жизни, а мир огромен. Архимагов мало, оказавшись в одном ряду с ними, я обрету истинную свободу и могущество. Все тайны мира окажутся в зоне моего влияния. Если уже сейчас столько всего интересно, то что же дальше? Я хочу большего, мне мало обыденности. В этом, наверное, я похож на Тайритрона.

Когда мана изменила скорость, перестав впитываться, так же яростно, я убрал руку. Пять мес, крохи для меня. Но от такой дозы Рэй на несколько дней передается.

Ничего не говоря, я развернулся и направился к костру. Айлинайн продолжал стоять на коленях, безэмоционально смотря вперёд.