Патруль 4

Глава 19 Выходной и враг из прошлого

— Нет! Ну нет же, сука! Блядь, ну за что⁈ — завопили у меня из подвала.

И я выдохнул. А теперь понял, «куда»…

Снова надевая шлем, я опёрся плечом на косяк стены, ведущей в мой кабинет.

— Вам нужен палач для таких вещей, а я ликвидатор, — вздохнул я, спускаясь вниз, ловя себя на мысли что зря конечно я это всё замутил.

— Нет! Ну почему⁈ Что я вам сделал⁈ — орал Сомов, дергая цепь которой был прикован к стойке стеллажа.

— Кирилл Евгеньевич, как себя чувствуете? — начал я играть роль садиста, на которой мы с ним и расстались в прошлой раз. — Нога не болит? Готовы второй билет решать или поучите еще? Ведь у вас есть вторая нога, но в целом я могу вам вставить палец в уже зашитую дырку на правой ноге. И за каждый неправильный ответ сгибать его.

— Что я тебе сделал⁈ — прокричал он.

— Тихо, — приказал я. — Будете орать, я вам нож в другую ногу воткну, и больше вас врачам не отдам. Сдохнете — так сдохните, слишком уж вы доставучий.

— Я им ничего не сказал, отпустите меня, а? Ну пожалуйста! — он рухнул на колени, сложил в молитвенном жесте руки.

— Учите билеты, Кирилл Евгеньевич, назначайте время экзамена, ну и еду кушайте, вам надо, чтобы рана заросла быстрее.

— Я всё вам отдам, — выдохнул он. — Всё что у меня есть!

— Не надо всё. Надо ПДД сдать! — и я достал нож и, подойдя ближе, увидел, как он от меня отползает на заднице, насколько позволяла цепь на его левой руке. — Не будете учить, я вас снова порежу! А, да! Вот компьютер, иногда с вами будет связываться наш психолог, он вам подробнее объяснит, почему именно, вы ведёте себя как мудак. Но без экзамена я вас всё равно не выпущу.

Ну, у меня был, конечно, план «Б»: напоить его и сдать гаишникам, чтобы его лишили прав. Вот только отсутствие прав у Кирилла вовсе не гарантировало, что он не сядет за руль снова и снова, пока не убьёт кого-нибудь на дороге и не попытается скрыться, и тогда уже его поймают навсегда. Тут бы Николай Николаевич Гусев справился бы лучше, он бы, словно демон в каноничном аду, мучал грешника, пока его душа не очистилась бы и не вознеслась, куда там положено возноситься правильным душам.

— Я буду учить, — всхлипнул он.

И я, кивнув, покинул пленника.

Вот не знаю, что они все так нервничают, условия сносные же. У ваххабитов в ямах хуже было. А тут и поят, и кормят, и ведро выносят. Мыться негде — ну, ничего, достроится отель, будет вообще шикарно.

И ощущая общее утонение я пришёл к одной единственной мысли: Слишком дохера для этого дня: смениться со смены, разминировать авиабомбу под АЭС, переделанную под фугас, выписать одного гостя и вновь принять второго, быть награждённым самим президентом…

А то что член не встал, так он просто не в погонах. Был бы в погонах — подчинялся бы приказам. А так я ему даже завидую, он просто есть! Пребывает в состоянии высочайшей осознанности бытия. Хочет — живёт полной жизнью, не хочет — не живёт. Это у людей всё сложно, а нервную систему с либидо не обманешь. Ему не подаришь Рендж Ровер, чтоб он не опускался еще год.

Но что-то я негативлю. И, выйдя с подвала, я снял шлем и первым делом пошёл сполоснуться в душ, погладил всех животных и, подойдя к спальне, увидел, как Ира сидит в телефоне в вечерней темноте.

Аккуратно подползая сзади по кровати, я слегка навис над ней, касаясь своим нерабочим инструментом её прекраснейших изгибов, и прикусив губами её ухо, заглянул в экран.

А на экране была страница свадебного салона со свадебными платьями.

— Я где-то слышал, что на красивых людях и мешок смотрится хорошо, — произнёс я.

— Платье хочу, — чуть по-детски произнесла Ира.

— Добро, — кивнул я.

— И хочу голубей белых в небо выпустить и фотографа. И раз мы по-минимуму планируем, то хотя бы чтобы свидетели были. Мой и твой.

— Да у меня друзей-то нет, — выдал я, бегло думая, кто бы мог засвидетельствовать. Лёша Иванов, Саша Лаечко? Командиры? Кураторы из Леса? Третий?

— Уж найди кого-нибудь, ты вон в зал ММА ходишь, хоть тренера своего позови, — предложила Ира.

— Тренер хороший человек, но у него в жизни что-то не получилось, он теперь против свадеб и вообще в участии в оных, — произнёс я.

— Вот в этом мы с тобой тоже похожи: друзей нет, одни коллеги и завистники.

«Вячеслав, мы вам немного решили подсластить этот день. В понедельник, успейте, пожалуйста, сфоткаться на загранпаспорт, а во вторник уже можете его получить». — напечатал мне Енот Аркадий и я лёг рядом с моей девушкой.

«Во вторник у меня смена», — ответил я.

«Тогда в среду. Во вторник напишите рапорт на отпуск, и вам от Леса сюрприз».

«Еще один»? — удивился я.

«Контора дарит вам свадебное путешествие на юг».

«Что в Крым»? — саркастически выдал я.

«Место пока не могу сказать, но будут билеты и отель, где всё включено, включая экскурсии».

— Спасибо, Аркадий, — произнесла Ира, смотря в мой телефон. — Но мы уже ложимся спать.

«Да-да, конечно, доброй ночи!»

— Доброй, — произнёс я зная что куратор меня слышит.

Чудеса в Очень Злом Лесу: загранпаспорта ускоренно делаются, путёвки дарят, стараются быть приятными. Ну, конечно же, считают меня психопатом, который думает, что он из прошлого, но другого ликвидатора у них в Златоводске больше у них нет.

И я встал, вынес свой телефон в коридор, положив его возле туалета, и вернулся к Ире.

— У нас с тобой всё получится, — произнёс я, снова зависая над ней и вдыхая запах её волос. Пахло цитрусами.

— У нас уже всё получилось, — произнесла она, чуть выгибаясь и касаясь меня ягодицами. И я вдруг ощутил, что внизу живота проснулась жизнь.

Сегодня она не дала мне быть сверху, а приняла весь труд семейной близости на себя. И этот секс был каким-то особенным, в нём не было обычной страсти, но была нескончаемая нежность и ласка, с чувственными движениями навстречу друг другу.

А после наконец-то случился сон. С плавным переходов в утро, в котором не было места суете, но я нашёл.

В воскресенье нужно было еще много успеть, покормив гостя, выкинув его ведро и, сполоснув, поставив заново, я поиграл со щенятами, покидав им мяч, погладил кота и, одев лучший из своих спортивных костюмов, дождался, пока Ира приводит себя в порядок. И сев за руль новой машины, чтобы повезти нас в город из уютного и, как сейчас говорят, «лампового» Поля чудес.

Рендж Ровер мягко гудел, рассекая утренние улицы города уже наполненные машинами. Воскресенье ё-маё.

Ира, устроившись на просторном пассажирском кресле с белоснежной кожей, настраивала массаж передних кресел через центральный сенсорный экран. Легкая вибрация разлилась по моей и её спине, и она с тихим удовольствием откинула голову на подголовник.

А я, крепко держа руль, сконцентрировался на дороге, иногда бросая взгляд на проекционный дисплей, где виртуальные стрелки мягко подстраивали дистанцию до впереди идущей машины.

— Во. Техника дошла, Ир, — произнес я. — Смотри. В базе — одна камера заднего вида, а тут… — я ткнул пальцем в верхнюю часть лобового стекла, — целых пять. Круговой обзор. Как будто паришь над тачкой, а не едешь в ней.

Ира лишь улыбнулась, её взгляд тоже скользнул по салону, чтобы снова зажмуриться, словно греясь на солнце, хотя я ехал с закрытыми окнами со включённым кондиционером. Внутри был уютный свет подсветки и идеальная тишина, нарушаемая лишь едва слышным гулом климат-системы. Её рука сама потянулась к массивному подлокотнику, внутри которого скрывался миниатюрный холодильник.

— Сюда можно положить шампанское, и ты меня будешь катать по ночному городу. Это будет очень романтично, — произнесла она.

— Сначала я должен к ней привыкнуть, тут есть роботизированная система парковки. В автоматическом режиме. Представляешь? Нажал кнопку — и машина сама нашла место и припарковалась. Это ж технолоджия, Ир!

Хотя что это я удивляюсь: у меня вон коптер обратно может возвращаться, если заряда хватает, просто я «тяжёлый» обычно из-за брони и боекомплекта и приходится его оставлять постоянно.

— Согласна, и здорово, что у тебя есть время поехать и купить костюм, не стоя в пробках, и не в выходной, хотя сегодня было именно воскресенье, — выдала Ира, смотря на лобовое стекло.

И её внимание привлек небольшой квадратный модуль, почти незаметно закрепленный под зеркалом заднего вида.

— А это что за шпионская штучка? А, авторегистратор такой… — догадалась она, указывая на него кончиком ногтя.

— Видеорегистратор, ага, — кивнул я. — Говорят, что пишет в 4К, с ночным видением. И видит не только дорогу, но и салон. На всякий случай. Особенно меня, знаешь, что поразило? Беспроводная зарядка! — Я бросил взгляд на свой телефон, мирно лежащий в специальной нише на центральной консоли, где мигал синий индикатор заряда.

Машина плавно свернула на Сибирскую. А Ира ткнула куда-то в экран, и на нём развернулась карта с пробками в реальном времени.

— Тут еще и вай-фай есть встроенный, — произнесла она. — А самое кайфовое — это подножки, которые выдвигаются, когда открываешь дверь. Как в лимузине.

Я улыбнулся. Для меня подножки было уже слишком технологично, а после моего УАЗика из 94-го — вообще другой уровень.

Ира покачала головой, глядя на меня с невозмутимым выражением лица, за которым скрывалось настроение шутить и радоваться всем, что есть вокруг.

— Знаешь, что я думаю, Слав? — медленно начала она.

— Что? — спросил я.

— Что навигатор нам тоже не помешает, потому что магазин мы уже проехали.

И я взглянул на свой телефон, затем в боковое окно. Яркая вывеска брендового бутика костюмов действительно осталась позади, а я уезжал от него, ближе к реке.

— Ничего страшного! Сделаем круг почета. С полным использованием всех систем этого космического корабля по цене нашего дома. А там, глядишь, и место для парковки само найдется.

Ира улыбалась, она вздохнула через нос, словно вкушая воздух дорогой жизни, базового минимума, как бы сказали балаболы с Патриотов, снова выбрала режим массажа, созерцая сквозь панорамную крышу в голубое Златоводское небо, усеянное редкими перистыми облаками.

И вот, я, сделав тот самый круг почёта, припарковал Рендж Ровер, послушный и тихий, на парковке у целой линейки магазинов, смотря на вывеску ресторана «ШашлыкоFF».

— Может, поедим сначала? — спросил я её.

— Давай, — выдала она.

Шашлыков был как шашлыков, салаты на первое, мясное на второе, напитки. И в целом было неплохо, но чего-то не хватало в этой еде, возможно, души, но ресторан сэкономил наше время. Далее мы уже сытые пошли в магазин напротив, и Ира долго мучала меня, выбирая мне три костюма: серый, тёмно-синий и чёрный. К костюмам были куплены рубахи и галстуки.

И я как буд-то бы форму на складе получал: ведь у меня в руках оказалось два больших пакета с парадно-выходной одеждой. Я поймал себя на мысли, что я за сорок лет той жизни и за двадцать лет этой так и не научился завязывать галстуки. Возвращаясь в машину и кладя пакеты на заднее сидение, я вдруг услышал за своей спиной свист.

Ну, на свист оборачиваться я не стал, а вот на фразу:

— Нихера себе, менты живут! — повернулся.

На парковке у двудверного жёлтого мерседеса стоял Зубчихин младший. И я подошёл к нему, останавливаясь в двух метрах от сына моего врага по прошлой жизни, но теперь, с моими проблемами и опасностями, этот щенок меня не волновал.

— Да, прикинь, кто-то мне дрянь подкинул. А я возьми и начни этим всем торговать раз уже все меня наркодилером считают! Так и накопил. Ты случайно не знаешь, кто мне подкинул дрянь? — спросил я его.

— Ну, судя по тачке за 30 лямов, ты ему благодарен должен быть. Я слышал, вы с Дашкой разошлись, всё еще не раздумал мне морду за неё бить? А то я 10-го октября на Кубке Области дерусь по ММА, в весе 77, залетай, побоксируем!

— Я знаю, что вы с батей меня подставили, и я не просто дам тебе пизды, я и бате твоему пизды дам, дай только время! — пообещал я.

— В былые времена я бы тебе в лицо рассмеялся, но, видя, на чём ты ездишь, и то что ты срока избежал, и то что ты в «Лето» выжил, заставляет думать, что ты не простой Иванушка-дурачок, каким кажешься. Мы бы с тобой даже могли бы общаться, если бы не твой тупой накат на репутацию моего отца. Приходи через неделю на выборы, кстати. 14 сентября у Златоводска появится новый мэр. И, раз ты теперь в богатых кругах, очень тебе рекомендую, Слава, правильно выбирать себе друзей и врагов!

— Я всех уже выбрал. Твой отец рано или поздно ответит за то, что делал в Чечне. — произнёс я.

— Красивая тёлка, твоя? — посмотрел он на Иру наклонившись в сторону. — Отбить у тебя её, что ли?

— Может, тебе прямо тут ебальник расколотить? — спросил я, приближаясь.

— Воу-воу! Держите себя в руках, товарищ сержант Гайзенберг, у вас будет такая возможность на кубке по ММА. — он отстранился, подняв руки, а его лицо изобразило маску презрения. — Но знаешь что? Я теперь понял, где тебе будет больнее всего уколоть! И я тебе не рекомендую связываться с Зубчихиными!

Мы расходились без каких-либо еще слов, каждый со своими мыслями. Я садился в машину, пристёгиваясь.

— Кто этот метросексуалист? — спросила Ира.

— Сын будущего мэра этого славного города! — произнёс я.

— Как я понимаю, вы не друзья? — выдала она.

— У него отец — мудак, а он просто избалованный деньгами ребёнок.

— Он с нами одного возраста. — улыбнулась Ира. — А, поняла, ты таким образом говоришь, что он инфантил конченный?..

Погоди, моя родная, я еще с метросексуалистом не разобрался, кто это и с чем его едят, если едят, а ты уже инфантила подкидываешь. И мне показалось, или Зубчихин младший мне угрожал здоровьем моей девушки? Если так, то его ждёт сюрприз, за Иру я могу и убить. Могу даже нескольких людей. Но мне всё еще не известно, где живут бедующий мэр и его отпрыск. Какой у них бизнес и чем эти твари зарабатывают себе на жизнь. Начну копать — ОЗЛ снова наложат вето на мою инициативу. Просить разрешение на ликвидацию у кураторов? Тоже такое себе, мы же не бандиты, а значит, ход снова на его стороне, но в сравнении с Тимом он даже не ребёнок, он инфузория! Хотя тот трюк с посадкой меня был выполнен мастерски. Ну что же, кто на что учился.

Но этот день я посвящаю Ире. И далее, я повёз её в свадебный салон, где она забрала у меня 3 часа жизни, выбирая себе то самое платье.

В этом бесконечном выборе мы остановились на белом платье с открытыми плечами и кружевными рукавами до запястий, а к платью были подобраны такие же туфли на каблуке. Нахрена к платью туфли, если их всё равно не видно, потому как платье в пол?

Ну надень удобные кроссовки, тоже белые, тоже на высокой подошве, и ногам будет удобно, и смотреться будет интересно. Но Ира искала туфли, а я старался не препятствовать.

Следующими в списке были кольца, за которыми пришлось ехать в салон «Золотые этажи» и выбор пал на белое золото с мелкой россыпью бриллиантов для Иры и попроще с лазерной огранкой для меня. Потому как мент в патруле с бриллиантами на пальце будет выглядеть уж очень странно, хотя для себя я решил, что кольцо на работах буду снимать, чтобы не отмывать его от крови и грязи постоянно.

И вот, наконец, когда я думал, что уже всё, Ира меня очередной раз удивила:

— Слав, на завтра мне надо: маникюр, педикюр и моделирование причёски, — заказать на дом.

— Хорошо, тогда я съезжу, сфотографируюсь завтра, чтобы тебя не отвлекать. — произнёс я.

И мы поехали домой, как по ОЗЛ-связи пришло сообщение: «Обнаружено место базирования Тима, готовы принять ликвидацию?»

Однако далее были не координаты, как обычно, а даже адрес, но вот незадача, я не сразу прочитал адрес, потому как он был…