Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 8

Глава четырнадцатая

— Как, говоришь, называется то, что мы ищем?

— Официально? Да никак! Наковальня — она и в драконьей кузне наковальня, без неё никуда.

— Если позволите, лорд Виктор, то Мэйбл называла драгестольную наковальню довольно поэтически. «Язык Пламени», из-за специфической формы, цвета и функции.

— То есть, она её использовала?

— О, нет, только мечтала о такой возможности. Но вы и сами могли заметить, что её мастерство превалировало над техническими ограничениями.

Мэйбл — так звали бронника Полуночи, что жила здесь порядка двух тысяч лет назад. На пару с артефактором Арчибальдом они создали мощнейшую магическую броню, которая в период бездействия немного сошла с ума, но после усмирения уже пару раз успела спасти мне шкуру. Проблема состояла в том, что чудо-латы, способные выдержать натиск Князя в Жёлтом и Ланселота, держались на мне от силы минут десять. Затем — полный отказ и перезарядка на сутки. Хватит для короткой дуэли, но не серьёзного замеса, коих впереди ожидалось через край. Особенно в контексте посещения Полудня и дальнейших разборок с Закатом.

Единственный способ вернуть броне изначальные свойства — закалить её в драконьей кузне.

Теоретически, главным компонентом для легендарного кузнеческого артефакта являлся дракон — и он у меня имелся, в количестве двух штук. Но устройство, способное трансформировать всесжигающее магическое пламя в силу созидания, не могло состоять из обычных материалов. Даже если эти материалы как следует зачаровать — огонь драконов прекрасно разрушал сильнейшие чары. В итоге требовался чистейший драгестол, тоже зачарованный, который обрабатывался с помощью — барабанная дробь — той же самой драконьей кузни.

Да, существовали и исключения, вроде знакового оружия вечных замков, созданного при прямом их влиянии. Лита также упоминала о заклятиях такой силы, что приближались по воздействию к драконьему пламени. Но кузня пригодилась бы не только для брони, а ещё и сотни других вещей! И что лучше всего — собрать её в рамках Полуночи было вполне реально.

Примерно так же, видимо, рассуждали и мои предшественники.

— Три раза пытались построить, — напомнила Луна. — Причём каждый раз начинали с разных элементов. В литейной уже почти готовый вариант стоял, но в очередной раз всё схлопнулось, и его растащили по углам.

— Хорошо, что из замка не вынесли.

— Они пытались! — пискнула Кулина. — Полночь не дала!

Полночь действительно упоминала о чём-то подобном, когда мы впервые с ней полноценно говорили, хотя детали от меня ускользали. Да и сейчас направление к недостающей для кузни наковальне подсказала именно она, а поисковый амулет скорее ассистировал. Артефакт Зун’Кай всё ещё не до конца восстановился от влияния измерения кошмаров, работал медленно и не идеально точно. С другой стороны, искали мы вовсе не иголку в стоге сена…

— Луна, напомни, каких размеров должен быть этот «Язык Пламени»?

— По моим сведениям — раза в четыре крупнее обычной наковальни, — задумчиво сказала оружейница. — На чертеже были не идеальные пропорции…

— Больше, — мягко поправил Арчибальд. — Заметно больше.

— В переносной карман не влезет?

— Боюсь, что нет, лорд Виктор, — сочувственно отозвался артефактор. — Здесь вам пригодится вся ваша сила.

Ну вот, уже не зря посещал Авалон и становился там рыцарем — чтобы получить возможность таскать вручную многотонную наковальню из чистейшего драгестола. Сразу после того, разумеется, как мы её найдём.

За следующие трое суток Зури с помощью Литы и Кас должна была наладить околостабильную связь с Полуднем. Обеспечить надёжный телепорт хотя бы в одном направлении, предупредить принимающую сторону. Проще всего подобные визиты осуществлялись либо по приглашению хозяйки, либо во время официального приёма гостей — как однажды Мелинда заявилась в Полночь. Сейчас же оба этих варианта были недоступны, и требовалось проявить изобретательность.

Я же вместо заслуженного отдыха взялся разгребать накопившиеся дела, и методом исключения выяснилось, что сборку драконьей кузни можно осуществить чуть ли не по щелчку пальца. Только найти и установить наковальню — что может пойти не так?

От очищенной литейной мы двинулись вглубь замка — примерно по направлению к библиотечным башням, только на шесть этажей ниже уровня земли. Не самая большая глубина Полуночи, на которую я спускался, но и несерьёзной её тоже не назвать. Мой замок простирался вширь, ввысь и вглубь, обещая задач по исследованию и очистке ещё лет на двадцать-тридцать. Сегодня на дело пошла небольшая, но хорошо сработанная группа из меня, Луны, Кулины и Арчибальда в своём неизменном зеркале. Луна была первым экспертом по свойствам драконьей кузни и главным зачинщиком всего мероприятия, Кулина прекрасно ориентировалась в незнакомых частях Полуночи, особенно под землёй, а Арчибальд предоставлял незаменимую оценку по магии в целом.

Однажды мы найдём способ, как вернуть артефактору тело — и тогда его будет совсем не так удобно брать с собой в походы.

До очистки вокруг литейной скопилось немало дуллаханов и иссохших, охранявших загрязнённую ключевую комнату в обмен на продвинутую экипировку. Сейчас по дороге нам встречались лишь разрозненные группы по два-три безголовых, которых мы разбирали почти не останавливаясь. Полэкс, что я брал с собой в Авалон, нуждался в ремонте даже до поединка с Ланселотом, но по возвращению в Полночь я тут же получил новый. Луна сгоряча пообещала мне вариант из драгестола сразу после того, как мы вернём наковальню, в чём я несколько сомневался. Обычный кузнечный процесс занимает немало времени, магический — пожалуй, побыстрее, но явно не пять минут. К тому же, доспех был в приоритете, а сражаться я мог хоть Райнигуном, хоть голыми руками.

Очередной дуллахан выбрался из потайной ниши — удивительно бесшумно, как и все его коллеги, и попытался пырнуть меня в спину коротким тяжёлым копьём. Я обернулся и перехватил древко одной рукой, с лёгким интересом наблюдая за попытками противника использовать против меня принцип рычага. В теории у него было серьёзное преимущество, но на практике он казался пятилетним карапузом против тяжелоатлета. С самого начала моего правления в Полуночи эти орлы доставляли мне кучу проблем, но сейчас угрозы от них было лишь чуть больше, чем от иссохших. Безголовый наконец выпустил бесполезное оружие — только чтобы получить несколько мощных ударов от боевого молота Луны и рассыпаться на бледные частицы души Полуночи.

Очередная развилка. Куда дальше?

— У нас есть представление о конечной цели? — спросил я, хмуро наблюдая, как золотой ястреб медленно поворачивается вокруг своей оси. — Что мы ищем, вариацию сокровищницы? Схрон? Брошенную наковальню посреди коридора?

В теории это могла быть ещё одна ключевая комната неизвестного пока назначения. В таком случае, повозиться придётся подольше, хотя сейчас я бы взялся повторно очистить даже сокровищницу.

Кулина и Луна переглянулись.

— Лет четыреста назад… — начала оружейница.

— Триста! — быстро поправила Кулина.

— Лет триста назад крупная группа наёмников из Ноарталя и Ноктии решила проверить, смогут ли они удержать Полночь под контролем. Они смогли убить тогдашнего хозяина, и помешать воскрешению, но никто из них не решился занять трон.

— У них не было сильных магов!

— Да, зато хватало отличной магической экипировки, чтобы спокойно шататься по замку. Бедная Кас, она стала кастеляном как раз после вторжения этих уродов, и на неё легла вся расчистка последствий.

Я нахмурился, вспоминая — Илюха рассказывал про эту отчаянную попытку захватить вечный замок силами армии профессиональных военных. Неудачную попытку.

— Полночь с ними расправилась, — сказал я.

— Не сразу! — ответила Кулина. — Они успели похватать всё, что плохо лежало, а что лежало хорошо — отдирали и всё равно хватали. Вик, они утащили наковальню из чистого драгестола! Почти вынесли из замка!

— Это «почти» мы и ищем, — продолжила Луна. — Они где-то устроили свою временную кладовую, куда стаскивали всё награбленное. В архивах указано, что она находилась на краю влияния Полуночи, чтобы все предметы подольше сохраняли магические свойства, но было легче прятаться от Жнеца.

— Оррисс бы ими гордился, — пробормотал я. — А то и возглавил бы операцию по расчистке замка от ценностей… Как они погибли?

Мои девушки снова переглянулись — на этот раз менее уверенно.

— Никто не знает, — сказала Кулина, как мне показалось — расстроенно. — Моя бабушка видела, как они сражаются — просто ух! И их было много, пять или шесть сотен! Пока в один момент Полночь не проснулась опустевшей и всё продолжилось, как и раньше.

— Ни трупов, ни оружия, никаких следов? — недоверчиво спросил я. — Может, они просто забрали всё, что могли унести, и ушли через портал.

— Единственный портал, способный быстро переместить столько человек, находится в конце главного коридора, — задумчиво сказал молчащий до сих пор Арчибальд. — Без хозяина он бесполезен. Иначе бы им понадобилась минимум пара недель и хорошо налаженная помощь группы магов в одном из родных узлов. Боюсь, за ночь или за день это попросту невозможно.

Луна и Кулина утвердительно кивнули, но что-то здесь оставалось не так. Триста лет назад Полночь уже была изрядно ослаблена, да ещё и лишилась очередного хозяина. Так каким образом она могла разом прикончить полтысячи закалённых профессионалов? Лучшим её оружием против мародёров был Жнец, но те гады явно знали, как его отвадить, или полегли бы в первую ночь вторжения. Сторожащие коридоры тени могли оказать лишь временное сопротивление, загрязнённые слуги как правило не покидали границ своих комнат. Несложно представить, как хранительница сокровищницы заманивает к себе небольшой отряд наёмников и скармливает мимикам, но не всех же за раз?

— Тогда другой вариант. Они в какой-то момент нарвались на доспехи в проклятой форме, решили принять бой, и все полегли.

— Это… звучит правдоподобно, — признал Арчибальд. — Но стоит заметить, что в силу ряда особенностей вашей новой брони, лорд Виктор, она предпочитала перемещаться лишь на короткие расстояния. Даже в худшие из своих проклятых дней.

Здесь мне нечего было возразить — я впервые столкнулся с «ненасытным духом распада» в форме застывшей свалки ржавого металлолома, которая начинал двигаться только после контакта. Причём двигалась она исключительно от этажа Арчибальда до дверей темницы, и обратно. Даже если предположить, что бравые наёмники спустились до глубочайшего уровня и разбудили проклятый артефакт, он бы не стал ползти к основной группе по горячим следам. Скорее просто перебил разведчиков, поглотил их броню и снова заснул.

Я хорошенько раздумывал, не огласить ли новую теорию, но мы как раз свернули из сравнительно широкого коридора в такой узкий, что Луне пришлось протискиваться боком. Спустя несколько минут потолок заметно понизился, чуть не соскребая нам затылки. Таким макаром придётся вставать на четвереньки, а то и отправлять оружейницу назад — единственную в отряде, не способную протиснуться в небольшое пространство.

— Кулина, душа моя, сползаешь на разведку?

Если впереди тупик, нет смысла тратить силы «Метаморфа», просто дружно повернём назад и выберем другую дорогу на развилке. Если нет — разберёмся в зависимости от запущенности ситуации.

Леди-слайм понимающе закивала, и мигом приняла свою родную форму. Я ожидал, что разведка займёт от десяти минут до получаса, но Кулина вернулась к нам в рекордные пять минут.

— Не тупик. Но что-то очень странное!

Сперва мне показалось, что мы сразу вышли в зал, который наёмники использовали в качестве своего хранилища. Но нет, это помещение — весьма обширное, к слову — скорее выполняло роль эдакого тамбура, прихожей перед основным залом. Полукруглое пространство с небрежно расставленными у стен шкафами для доспехов и одежды, парой круглых столов для перекуса и игры в карты, да полусгнившими коврами на каменном полу. По следам времени сразу было видно, что это место избегало пристального внимания Полуночи — в этом плане расчёт наёмников удался.

Не то, что бы это сильно им помогло.

«Прихожая» оказалась завалена трупами. Что удивительней всего — совершенно свежими на вид, не гниющими и не иссохшими. Будто решила компания из тридцати человек прикорнуть где ни попадя, и попадали все разом на пол, кто лицом вверх, а кто вниз. Никаких следов ранений, по крайней мере, при взгляде со стороны. И какой-то… нехороший запах, но не тот, который ожидаешь почувствовать в комнате, полной мертвецов. Скорее что-то вроде ауры, исходящей из невидимого источника.

— Всем стоять, — негромко приказал я, до рези в глазах всматриваясь в детали нехорошего места. — Ни шагу. Арчибальд, нужна ваша оценка.

— Здесь опасно, — без раздумий сказал артефактор, нахмурившись из глубины своего зеркала. — Пусть опасность не моментальная. Судя по всему, некогда неподалёку сработала сильнейшая магия, мне незнакомая, и её следы до сих пор в воздухе. Лорд Виктор, если вы присмотритесь…

Мне не оставили времени присмотреться — поскольку павшие наёмники в прихожей решили, что они достаточно полежали за последние триста лет.

Нежить, охранявшая это странное место, сперва не казалась серьёзным противником. Да, тридцать хорошо вооружённых зомби могли доставить мне неприятности с полгода назад, но не сейчас, и уж точно не в компании Луны и Кулины. Мертвецы слаженно собрались в боевой отряд и наступали по всем учебникам тактики — ощетинившись копьями со второго ряда, на первый выставив защиту с круглыми щитами и длинными мечами. Я мог бы ворваться в эту толпу и разметать их всех за время подготовки, но слова Арчибальда заставили насторожиться. Следы в воздухе? В каких именно частях «тамбура»?

Тем временем, зомби-наёмники сократили разделяющее нас расстояние и ударили как один. Попытались ударить. Я отмахнулся на упреждение, и удар полэкса раскидал ближайших щитоносцев как кегли. Луна одновременно со мной контратаковала двуручным молотом — строй врага дрогнул, отступил для перегруппировки. Нам бы стоило развить успех, но тут Кулина молча указала на одного из отброшенных нами зомби.

Остриё топора полэкса начисто срубило ему левую руку. Только вот на месте потерянной конечности уже формировалась новая, призрачная рука, словно состоящая из синеватого дыма. Та же картина происходила со всеми наёмниками, получившими тяжёлые раны. Кому-то дымка затягивала рваную дыру в груди, кому-то — заменяла часть головы, почти не скрывая месиво из костей и мозга. Призрачные пальцы с лёгкостью подхватили физическое оружие, призрачные ноги позволяли спокойно стоять на полу. Вражеский отряд принял павших назад в свои ряды.

— Что это за хрень⁈ — рявкнул я, но наёмники не торопились отвечать.

— Похоже, Полночь не взяла их души, — помедлив, сказал Арчибальд. — То ли не захотела, то ли даже не смогла — ибо те остались заперты в их телах. Частично слились с ними. Искалеченные, необратимо повреждённые. Запретное искусство рассматривает повреждение души как худшую из возможных практик…

Я знал только одного человека, достаточно беспринципного, чтобы экспериментировать с темой, которую обычные некроманты считали табу. По невероятному совпадению и к огромному моему сожалению в прошлом он также являлся хозяином Полуночи. Моим непосредственным предком. И хотя замок в какой-то момент воспротивился опытам безумного лорда, он запросто мог оставить ряд «подарков» в неизвестных схронах.

Спустя семьсот лет некая обширная группа тщательно обыскивала замок на предмет ценных вещей и артефактов. Наверное, они сильно обрадовались, когда обнаружили тайник с чем-то вроде хорошо запечатанного, фонящего магией ларца. Додумались притащить в своё новое хранилище и уж потом вскрыть.

С тех пор в подвале Полуночи находился очаг штамма «Мортум» с несколькими сотнями погибших от него идиотов. И где-то рядом с эпицентром лежала бесценная наковальня, необходимая для драконьей кузни.

Наследие лорда Бертрама фон Харгена нагоняло меня и портило жизнь в самых неожиданных местах.