Изыди, Темный! или Это мой ребенок

Глава 28

Следующие два дня я отдыхала. Ну как отдыхала… Лежала на кровати и смотрела в потолок. Или листала короткие видео на телефоне. Или… Нет, больше ничего.

В какой-то момент подумала, что неплохо бы вспомнить про уволенных сотрудников и подумать, что же там случилось с Галиной. Но… не могла. Я просто не могла. Стоило вспомнить, что справки о тех, кто переехал в другой город, обещал навести Дарий… Дамир…

Чёрт, как мне теперь жить со всем этим?

— Мам, ты ужинать будешь? — заглянул в комнату Гриша.

На запястье сына блеснул новенький серебряный браслет. Уже зарегистрированный — сотрудники явились в субботу, всё записали и настроили начальный лимит по ферам. Теперь оставалось научить Гришу пользоваться магией. Хорошо, что базовые принципы светлой и тёмной магии одинаковы. Вот в ближайшее время и начну…

— Ужинать? Да, надо… — рассеянно пробормотала я, садясь на кровати. — Сейчас приготовлю.

— Сеня уже приготовил, — успокоил Гриша. — Просто… Давай поедим вместе?

Моргнув, я глубоко вздохнула… И заставила себя подняться. Потому что ни один мужчина не стоит того, чтобы забывать про собственного сына. И так уже расклеилась дальше некуда.

— Конечно, поедим, — слабо улыбнулась я, подходя к сыну. — Ты прости меня. Совсем я про тебя забыла.

— Нет, мне с Сеней весело, — успокоил сын. — Но я за тебя волнуюсь. Я же теперь в доме старший мужчина.

— Тебе это кто сказал? — усмехнулась я. — Сеня? И, кстати, давно ты узнал, что он не ворона?

Домовой дух выглядывал из-за угла в образе старичка. Пока я утопала в жалости к себе, он успел помыться, причесаться и переодеться. Кажется, даже копытца подпилил… Надеюсь, не моей пилочкой для ногтей.

Словом, сейчас он разительно отличался от того дикого существа, которого мы встретили при переезде. Да и дом он держал в порядке. Вон, и пол успел помыть, и пыль протереть. Золото, а не дух.

— Почти сразу, — признался Гриша. — Но я не хотел тебе говорить. Вдруг ты бы его выгнала… А о том, что я старший мужчина… Это мне папа сказал.

Закончил сын едва слышно. Мы как раз вошли на кухню, и я принялась расставлять тарелки. На слова сына не ответила. Что здесь ответишь? Конечно, интересно, когда Гриша говорил с Дамиром. Хотя — телефон Дария у Гриши был. И вряд ли тот его сменил.

— Он звонил мне, — продолжил сын. — Спрашивал, как ты.

— И что ты ответил?

Честное слово, фраза вырвалась против воли. Не хотела я знать. Не хотела! Просто так спросила.

— Сказал, что ты плачешь. И из комнаты не выходишь…

— Ясно…

Повисла пауза. Я разложила по тарелкам приготовленный Сеней ужин — рис с овощами и курицей — и села за стол.

— Мам, ты его не простишь? — глухо спросил Гриша, глядя в тарелку. — Он тебя, конечно, обманул. Но ему очень стыдно, честно.

Может быть стыдно, а может быть, и нет. Кто знает, сколько в нём на самом деле притворства?

Да, я помнила, что он собирался о чём-то там поговорить. Но откуда мне знать, о чём именно? Возможно, хотел во всём признаться. А возможно — о чём-то другом. Увы, в этом вопросе я могла полагаться только на его собственные слова. А для этого человеку нужно хоть немного верить.

— Не знаю, Гриш. Честно, не знаю. Может быть, когда-нибудь потом.

— Хорошо, — оживился сын. — А потом, когда ты его простишь, мы сможем жить вместе, как настоящая семья!

И он принялся уплетать ужин. А я вздрогнула, представив эту семью. Я, Гриша и Дамир Золотов. В нашей маленькой квартирке… А ведь если так подумать, Сеня точно знал. Просто не мог не знать! И ничего не сказал!

Резко обернувшись, я уставилась острым взглядом на домового духа. И его виноватый вид ответил без слов: да, он точно знал. Знал и предпочёл скрыть. Интересно, чем он его купил?

И тут я вспомнила, как Дарий трижды в неделю исправно носил домой фастфуд. Неужели?..

— Ты продал меня за картошку фри? — спросила одними губами.

Но дух услышал. Услышал и отвёл взгляд. Значит, так и есть…

— Не знаю, Гриш, — вздохнула я. — Не уверена, что мы сможем стать семьёй.

— Ну мы хотя бы попробуем! — с энтузиазмом возразил сын, и я бледно улыбнулась. Мне бы его энтузиазм…

Утром я встала пораньше. Нужно было избавиться от следов двухдневных страданий. Умывшись и сделав маску, я с удовольствием выпила кофе, позавтракала и оделась. Нанесла лёгкий макияж, скрыв припухлости под глазами.

К моменту выхода из дома на меня смотрела симпатичная девушка с чуть натянутой улыбкой. Она словно говорила: «Подумаешь, найдёшь ты себе ещё тысячу таких Дариев. На одном козле свет клином не сошёлся.»

И в принципе, я была склонна с ней согласиться. Жизнь медленно, но возвращалась.

Доведя сына до школы, я позвонила Расселу. Решила лично отпроситься на пару часов, чтобы отводить ребёнка домой. Да, инициация завершилась. Но негодяев, насколько я могла судить, ещё не поймали. Если бы поймали, Дамир бы мне сообщил. Сообщил бы ведь?..

Вспомнив про Дамира-Дария, я снова погрустнела.

— Конечно можно, Алеся, в чём вопрос! — отозвался Рассел. — А что насчёт Дария, он не хочет сам сходить за Гришей?

Меня словно молнией прострелило. Не то чтобы я не догадывалась раньше об участии Рассела… Догадывалась, и даже знала наверняка. Дамир же подтвердил… Но только сейчас я осознала степень подставы.

Игорь Рассел не просто знал. Он устроил Дамира Золотова ко мне стажёром, чтобы тот смог снять судебный запрет. Специально!

— Боюсь, Дамир Викторович сейчас слишком занят, Игорь Романович, — ответила ровным тоном.

Воздух наполнялся кисловатым запахом испорченных арбузов и пылью. Вокруг меня шумели люди, ловя последние солнечные дни бабьего лета. В небе носились вороны — дикие — и дрались за кусочек хлеба. Мимо шелестели покрышками автомобили. Вот проехал троллейбус, набитый спешащими на работу людьми. А из динамика не доносилось ни звука.

— Он рассказал? — наконец нарушил молчание Рассел.

— Не совсем, — уклончиво ответила я.

— Ясно… Алеся, я…

— Всё в порядке, Игорь Романович. Вы не обязаны передо мной отчитываться.

В горле стоял ком, но я не позволяла ему пролиться слезами. В конце концов, по какой причине я когда-то решила, что Расселу можно доверять? Никто же меня в этом не убеждал. Нет, в голове просто из ниоткуда возникло представление, что начальник всегда на моей стороне.

Даже когда он проигнорировал мои слова про Богданова. Даже тогда я не сделала нужных выводов. А ведь стоило…

Сама придумала — сама поверила. Значит, это мои проблемы. Начальника они нисколько не касаются. Начальник у меня, как он сам выражался, прекрасный. Но он всё ещё начальник, а не какой-нибудь член семьи.

— Игорь Романович, спасибо за разрешение. Я постараюсь возвращаться как можно быстрее.

— Да, конечно, — растерянно пробормотал он. — Алеся, одна просьба. В пятницу, когда будете в офисе, загляните ко мне. Скажем, в обеденное время. Мне нужно кое о чём с вами поговорить.

Здравствуйте, приехали. И этому тоже нужно… Скоро от предложений поговорить у меня начнёт дёргаться глаз.

— Как скажете, Игорь Романович, — ответила вежливо.

С той стороны послышался тяжёлый вздох, но я уже отключилась. Тем более, уже успела дойти до филиала.

Стены кабинета давили. А пустой стол Дария я, кажется, видела из любого положения. В итоге я психанула и попросту переставила стол так, чтобы сидеть к рабочему месту Дария спиной. Так мне удалось кое-как дождаться обеда, когда нужно было забирать Гришу.

Подхватив сумку, я направилась на выход. И почти успела уйти, когда меня перехватил Коля.

Бывший парень как будто специально караулил меня на улице. И даже слова о том, что я спешу, не возымели должного эффекта.

— Алеся, это очень важно, — заявил он сжимая моё запястье. — Мы должны поговорить.

Глаз-таки дёрнулся. Покосившись на часы, я со вздохом засекла пять минут на разговор. Опаздывать за сыном не хотелось. Мало ли — забудет, что я просила его не уходить одного, и направится домой. Вряд ли конечно: я ему не менее десяти раз повторила, что ходить одному нельзя. Но всё же.

— Хорошо, слушаю.

Коля кивнул. Его лицо приобрело крайне серьёзное выражение.

— Алеся, я готов взять на себя ответственность, — объявил он торжественно.

Я моргнула. И ничего не поняла. Но вид у бывшего был такой решительный, что я понимала: тема серьёзная. И фраза точно что-то означает… Только вот что?

— Прости, не понимаю. Ответственность за что?

— За кого, Алесь. За тебя и за сына.

Я ещё раз моргнула, внимательно глядя на Колю. Мозг давать подсказки отказывался.

— Коль, прости, я всё равно не понимаю…

Он вздохнул и покачал головой. Словно я была неразумным ребёнком, не понимавшим элементарных вещей. И неожиданно спросил вообще о другом:

— Этот Дарий, вы расстались? Он испугался ответственности, да?

Я нахмурилась и отвела взгляд.

— Нет, он…

— Не важно! Я не такой. Алесь, я сознательный! И я готов взять на себя ответственность за тебя и Гришу.

— Погоди минутку… Нам обязательно обсуждать это прямо сейчас?

Ну, потому что время уже действительно поджимало.

— Ну а когда? — всплеснул руками Коля. — Я вечно не успеваю. Тебя постоянно уводят прямо у меня из-под носа.

Мозг выдал логическую ошибку и окончательно отказался функционировать. Да о чём он вообще?

— Да о чём ты вообще? — взорвалась я. — Коля, я почти десять лет ни с кем не встречалась. И до сих пор тебя это не волновало.

— Потому что до сих пор я не знал, что у тебя остался от меня ребёнок.

Я застыла, глядя на бывшего, приоткрыв рот. Сначала я не уловила смысл фразы. Но постепенно, очень медленно, картинка начала складываться. По кусочкам. Наша встреча у торгового центра, когда Коля спросил про Гришин возраст. И все эти намёки о том, что он скоро найдёт работу. Совершенно дурацкая обида, когда он увидел меня с Дарием.

Значит, всё это время он считал, что Гриша… О господи…

— Коля… — проговорила я, с трудом сдерживая улыбку. — Коль, Гриша не твой ребёнок.

— Что значит, не мой? — возмутился он. — Ещё как мой! Мы с тобой встречались десять лет назад, а Грише девять. Значит, мой!

— Нет, не твой. Прости…

— Прости? Что значит, прости? Ты мне изменяла?

И вид при этом такой… Обиженный! Настолько, что сильнее всего захотелось прижать его к себе и пожалеть. Но этот порыв я сдержала.

— Нет, не изменяла, — покачала я головой. — Коль, Гриша приёмный.

— Гриша?.. — У него даже рот приоткрылся.

— Приёмный, — кивнула я. — Я его усыновила на втором курсе. Так что к тебе он никакого отношения не имеет.

— О!.. — Информация доходила до него медленно. — О! Так значит… Мне не обязательно на тебе жениться?

Я грустно улыбнулась.

— Совершенно не обязательно.

— О! Так это же… Здорово! — На его лице расплылась счастливая улыбка. — Тогда я пойду?

— Иди.

— Ты только не обижайся, но я пока совсем не готов стать отцом.

— Я понимаю.

— Уф, как камень с плеч.

— Пока, Коль…

Проводив взглядом радостного бывшего, я развернулась и поспешила к школе. И так почти четверть часа потеряла. А мне ещё обратно бежать. Рассел, конечно, сказал, что я могу вернуться, когда будет удобно, но наглеть не хотелось. Точно не после нашего утреннего разговора.

Поэтому я торопилась как могла… И всё равно опоздала.

В дверях школы я наткнулась на Оксану Владимировну, Гришину учительницу. Она как раз выводила учеников продлёнки на прогулку. И моего сына среди них не было.

— А Гриши нет, — подтвердила она.

— Почему нет? А где же он?

— О, не переживайте. Гришу забрал его отец.

Сердце рухнуло в пятки.

Дамир

Проснулся я в воскресенье. Ближе к вечеру. От головной боли. Воспоминания о субботе тонули в алкогольных парах. А рядом со мной лежало чьё-то тело. К счастью, одетое.

— Что ты делаешь в моей спальне? — спросил ровным голосом.

— У тебя очень неудобный диван. — Рядом со мной, морщась, сел Юджин. — А домой я поехать не мог — мосты уже развели.

— Ты живёшь через дорогу, идиот, — прохрипел я и пополз на кухню искать минералку. Минералки не нашлось. Пришлось пить из-под крана.

Вот было у Алесиной малиновой наливки одно несомненное преимущество. После неё не болела голова. Ну, и ещё компания. Пить со светлой ведьмой оказалось не в пример приятнее, чем с рыжим магом. Который сейчас активно отпихивал меня от крана с водой.

— Ну пусти, не будь гадом! — возмутился Юджин. — Пить хочу — не могу.

Я молча отступил в сторону и направился в душ. Спорить не хотелось. Говорить не хотелось. Ничего не хотелось.

Самое обидное — у меня же был шанс признаться, и не один. Чёрт, можно было отодвинуть Галину, поговорить во время обеда, не пустить Алесю на работу в пятницу, в конце концов. Но я всё ждал подходящего момента.

Дождался.

Вот как теперь это всё разгребать?

— Ох, дружище, на тебе лица нет, — покачал головой Юджин, карауливший меня напротив выхода из ванной. — Хочешь, повторим?

Он кивнул в сторону комнаты с баром. Я поморщился и мотнул головой. И снова поморщился, уже от головной боли.

— Ты уже в норме? Сможешь подлечить?

— Могу, — пожал плечами Юджин и шагнул ближе.

Пальцы легли на виски. Я зажмурился в ожидании боли. И она не заставила себя ждать. Прострелила мозг тысячей разрядов, заставив стиснуть зубы. Зато спустя несколько секунд всё закончилось. Я с облегчением выдохнул. Помотал головой и с удовлетворением отметил, что боль прошла. Вот теперь можно и кофе.

Спустя пару минут кофемашина, утробно урча, наливала в мою чашку идеальный двойной эспрессо. Не сравнить с той бурдой, которую приходилось пить каждое утро в последний месяц. Жаль, я так и не успел купить такую домой…

Замерев, я уставился на затухающую струйку. А ведь я и правда начал думать о том доме, как о своём. За неполный месяц он стал мне дороже, чем собственная пустая квартира, в которой я прожил не один год… И я обязательно туда вернусь. Пока не знаю, как, но вернусь.

— И мне тоже сделай, — попросил Юдж, входя в кухню. С рыжих волос текла вода на перекинутое через плечи полотенце. Быстро он.

Я молча поставил другую чашку и нажал на кнопку. А сам подошёл в окну и задумчиво отхлебнул напиток. Через минуту поймал себя на том, что выискиваю среди многоэтажек место, где стоит дом Алеси.

— Да уж, совсем ты что-то скис, — вздохнул друг, вставая рядом. — Даже не знаю, что тебе сказать.

— Я всё верну, — произнёс я уверенно. Среди крыш наконец-то нашёлся пустырь. Тот самый, на котором Алесю дважды пытались прижать гопники.

Интересно, каков шанс, что она меня простит, если я ещё раз её от них спасу? Только сперва надо придумать, как её снова туда заманить… Договориться с Колей?..

Осознав о чём думаю, я решительно помотал головой, выбрасывая из головы дурацкие мысли. Детский сад. Нет уж, я сам разберусь. И верну её тоже сам. Без чужой помощи.

— Да уж, знатно тебя приложило… — Вздрогнув, я столкнулся взглядом с Юджином. Друг задумчиво разглядывал меня, крутя в пальцах опустевшую чашку. — Слушай, ну она же сняла запрет.

— И что? — не понял я.

— Как что? — удивился Юджин. — Забери ребёнка из школы. Она же постоянно на работе. А потом, когда хватится, скажешь ей, мол, выбирай: или ты переезжаешь ко мне или больше Гришу не увидишь.

— Ты рехнулся? — У меня даже сил удивляться не было. — Ты предлагаешь мне шантаж. Ты точно в полиции работаешь, а не наоборот?

— Ну, знаешь! — возмутился друг. — Я, вообще-то, о твоём счастье забочусь! Поверь, женщины довольно отходчивы. Сейчас ей это, конечно, не понравится, но лет через тридцать вы будете вспоминать об этом эпизоде с улыбкой.

Ох, сильно сомневаюсь. Что-то мне подсказывает, что после подобного я до столь почтенного возраста точно не доживу.

— И вообще. Я же не предлагаю всерьёз от неё Гришу прятать. Потом скажешь, мол, пошутил. Хотел разыграть… Она же сама тебе разрешила встречаться с сыном. Я же ничего не путаю?

И Юджин выжидательно уставился на меня.

— Знаешь, кажется, я начинаю понимать, почему у тебя не складываются долгие отношения с женщинами, — усмехнулся я и задумчиво уставился в окно.

А ведь, если подумать, как минимум одна здравая мысль в рассуждениях Юджина точно была.