Изыди, Темный! или Это мой ребенок

Глава 10

Дамир

После невероятного представления от Игоря больше всего хотелось кого-нибудь придушить. Желательно обоих: и Рассела, и эту женщину, не пускавшую меня к моему же собственному ребёнку.

Отрезвила новость о том, что у Гриши уже началась инициация. Началась недавно, значит, до следующей волны есть минимум несколько дней. Посторонняя помощь ей понадобится не раньше третьего, а при желании можно даже до пятого дотянуть. Вот если не оказывать ребёнку помощь дольше, тогда всё может окончиться по-настоящему плохо. От полного выгорания дара до мучительной гибели. Чаще второе.

И снова меня обвели. Одной из причин согласиться на предложение Игоря была именно возможность узнать о начале инициации, чтобы вовремя появиться на пороге Алеси и предложить помощь. Но меня опередили, попросив о помощи… Меня же. Что за абсурдная ситуация? Выходит, что я сам у себя отобрал возможность помочь своему ребёнку?

Возможно, стоило отказаться. Но если подумать, уж лучше я-Дарий, чем совершенно незнакомый мужчина, отирающийся вокруг моего сына. В конце концов, здоровье Гриши важнее всего. И хотя для помощи в инициации подойдёт любая тёмная магия, лучше, чтобы она всё же принадлежала родственнику.

— Простите, вы не подскажете, где я мог бы найти стул? — Спросил вежливо, да ещё и хрипотцы в голос добавил. Казалось бы, сейчас всё будет, и быстро… Но я не учёл одну деталь.

Смазливая блондинка в ресепшена смерила меня насмешливым взглядом с ног до головы и изогнула бровь.

— Повзрослей сначала, мальчик.

Ну точно. Я ведь сейчас не руководитель крупнейшей алкогольной компании, а несуразный подросток с гигантскими ушами и нелепой фамилией. Ну, Рассел, спасибо, удружил.

— Это не отменяет вопроса, — устало вздохнул я. — В кабинете психолога не на что сесть.

— Конечно, не на что, — неожиданно фыркнула блондинка. — Это же бывшая подсобка.

— В самом деле? — кисло улыбнулся я.

— Правда! Её босс спецом сказал переделать для психолога. Прикинь, говорят, генеральный её турнул из главного офиса, потому что нашёл другую любовницу.

— Другую? — заинтересовался я. — То есть, они со Светловой спали вместе?

В конце концов, причина заинтересованности Игоря этой конкретной девушкой до сих пор была мне не понятна. А посредством сплетен порой можно было узнать вполне правдивую информацию…

— Ещё как! Говорят, у неё… — Она стрельнула глазами по сторонам и склонилась ближе, понизив голос: — Ребёнок от Рассела.

…Или нет. Во всяком случае, откуда у Алеси ребёнок, я знал наверняка. И Игорь тут был совершенно ни при чём.

— Очуметь, да? Казалось бы, гендиректор, а предохраняться не научился.

А вот это сейчас было неприятно.

Кисло улыбнувшись, я ещё раз напомнил про стул и, получив направление, поспешил удалиться. Чтобы наткнуться в коридоре на Алесю.

Только она меня не заметила, потому что ровно в этот момент её отчитывал грузный начальник филиала. И то, что он делал… Чёрт, неужели они здесь так всех новичков встречают? Тогда странно, что филиал вообще ещё стоит.

Вмешиваться не хотелось. Да и странно будет, если новенький стажёр вклинится в разговор начальства. Я ведь подчинённый Светловой. И вроде как сотрудник этого, Богданова… Кстати, стоит узнать, как Рассел провёл меня по документам.

Мысль ещё крутилась, а пальцы уже набрали номер.

— Игорь, это я, — проговорил, отходя в сторону. — Ты как меня по документам провёл?

— Тебя? — удивился он. — Никак не провёл. Ты же к Алесе приставлен. А документы якобы у меня.

Ага. Так я, в общем-то, и подумал.

— Иными словами, начальника филиала ты предупредить забыл, да?

— Да чёрт. — Послышалась ругань и истеричный звук клаксона. Кажется, Игорь стремительно парковался. — Забыл, разумеется. Ты же мне вчера только сказал, что приедешь.

— Позвони сейчас, — сказал с нажимом, покосившись на распаляющегося Богданова.

Если Игорь и хотел о чём-то спросить, то не стал. Коротко попрощался и прекратил звонок. А через пару секунд телефон зазвонил уже у Богданова.

Я же наконец дошёл до стула и всё-таки вернулся в кладовку.

Алеся сражалась с допотопным компьютером и безнадёжно проигрывала. Светлые волосы растрепались, а в воздухе разливался невесомый аромат белого чая. Безумно раздражающий запах.

Весь оставшийся день я искренне старался находиться рядом и попытаться наладить контакт. Однако все мои попытки с треском провалились. Алеся не выходила из кабинета, упорно выписывая что-то из телефона на офисные листы. Рядом с ней уже высилась стопка, исписанная убористым почерком и изрисованная непонятными для меня схемами.

Моя помощь здесь явно не требовалась. Да и некогда было — меня постоянно отвлекали по рабочим вопросам. Приходилось выходить, чтобы отдать распоряжения. В итоге я не выдержал и ушёл раньше — всё равно общаться Алеся была не настроена. А, если подумать, помимо общения с ней мне заняться было нечем.

Переодевшись в салоне автомобиля — спасибо тонированным стёклам — я наконец открыл ноут. И сразу погрузился в рабочий процесс: чтобы работать, не обязательно было находиться в офисе. Эх, ещё бы поесть… Но это уже роскошь. И так целый рабочий день потерял. А сколько таких дней ещё будет впереди…

Увлекшись рабочей рутиной, я не сразу заметил, как стемнело. Лишь закрыв крышку ноута и оглядевшись, с удивлением обнаружил, что окна офисов филиала «Юррай» уже потухли — лишь тускло светилось стекло на входной двери. Вот это я засиделся. Наверняка Алеся уже ушла домой, и сейчас ужинает. Вдвоём с моим сыном.

От этой мысли пальцы сами собой сжались в кулаки.

А в следующую секунду я с удивлением замер, уставившись в окно. Потому что Светлова только что покинула офис. Взглянув на часы, я нахмурился. Десять вечера. Не критично, конечно, но… Но она решила идти домой пешком! Просто прошла мимо остановки и двинулась дальше, в сторону пустыря.

Стиснув зубы, я завёл машину и… поехал к себе. Потому что Алеся — взрослая женщина и сама может нести ответственность за свои поступки. Даже если последствия будут катастрофичными. Потому что даже если она привыкла ходить пешком по северу города, то на юге ситуация была совершенно иная. И дело даже не в том, что южные гопники агрессивнее северных. Нет, дело в том, что на севере Алесю знали, а здесь нет. У этих людей совершенно феноменальная память на лица, и чужих от своих они отличают с одного взгляда.

Словом, была вероятность, что Алеся до дома сегодня не дойдёт.

Выругавшись сквозь зубы, выкрутил руль, разворачиваясь прямо через двойную сплошную, и вдавил газ — плевать. Главное успеть вовремя.

Тормозить пришлось резко. Дальний свет выдернул из темноты пустыря пять фигур в спортивках и одну — в деловом костюме. Нашла в чём ходить по ночам.

Убедившись, что смог привлечь внимание, вышел из машины и яростно уставился на Алесю. Потому что насколько глупой нужно быть, чтобы подвергать себя такой опасности? Ведь если с ней что-то случится, я даже Гришу забрать не смогу из-за дурацкого запрета. И она смеет так рисковать!

С Алеси перевёл взгляд на державшего её отморозка. Тот смотрел с вызовом, как мелкий стайный хищник, готовый отстаивать право на добычу. Вот только настоящий хищник здесь я.

— В машину, быстро! — процедил, не отрывая взгляда от отморозка. — И давай без глупостей.

Алеся

Голос Дамира вывел из ступора. И как бы меня ни бесил этот козёл, в данный момент я была даже рада его видеть. А потому решила не возмущаться и в самом деле сесть в машину.

Вот только у державшего меня мужика были другие планы.

Криво усмехнувшись, он выпятил тощую грудь и с вызовом поглядел на Дамира. И дружки его, словно опомнившись, встали плотнее.

— Слышь, Васёк, иди куда шёл! — выкрикнул тот, что держал меня за руку. — Мы с дамочкой просто разговариваем. Да, фифа?

— Отпустите, — процедила сквозь зубы, опять угрожающе поднимая баллончик. — А то без глаз останетесь.

Отчасти я блефовала. Прекрасно же понимала, что баллончик вырубит первого, но пока он будет корчиться на земле, ещё четверо скрутят меня. К счастью, пока нападавших это сдерживало: никто не желал становиться тем самым первым. Правда, это ненадолго.

— Ишь какая боевая, — отозвался щербатый мужичок справа. — Люблю таких. Горячая цыпа.

Ощупывая меня масляными взглядами, они словно разом забыли о том, что у нас вообще-то есть свидетель. А возможно, решили, что мужик на иномарке слишком нежный, чтобы влезать в разборки местной шпаны. Тем более, один против пятерых.

А зря.

Я даже вздрогнула, когда голос Дамира прозвучал практически над ухом.

— Отпустил её, быстро.

— А то что? — щербато оскалился мужик. — Мамочке пожалуешься?

— Ты считать-то научись, — сплюнул паренёк в тонкой шапочке. Из всех он казался самым молодым — лет двадцать от силы. И явно старался казаться круче, чем сам себя ощущал.

— Ага, нас пять, ты один. Или хочешь, чтобы мы тебя за компанию отделали?

Я едва сдержала улыбку. Да уж, угрожать тёмному магу расправой — хоть вас тут пять, хоть десять — не слишком хорошая идея. Но говорить им об этом я не собиралась. Да и не послушают они меня.

— Последний раз предупреждаю. — Голосом Дамира можно было заморозить. И я внезапно подумала, что не хотела бы, чтобы эта холодная ярость была направлена на меня. Как будто при наших прошлых встречах он меня ещё щадил. — Отпустите. Девушку.

— Твоя штоль? — догадался щербатый.

— Зачетная шмара, — снова сплюнул тот, что в шапке. Плевок по чистой случайности попал на начищенный до блеска ботинок Дамира.

Повисла тишина. По спине пробежали мурашки. Я кожей ощущала клубящуюся тьму. Гопники, вне всяких сомнений, тоже это чувствовали. Но они, в отличие от меня, неспособны были установить источник. Поэтому просто придвинулись ещё ближе друг к другу, затравленно озираясь по сторонам.

А потом Дамир призвал магию.

В один миг я почувствовала беспричинный ужас. Липкий, жуткий, сводящий с ума. Я устояла на месте лишь потому, что воздействие было направлено не на меня. А вот гопников как ветром сдуло.

Вряд ли они поняли, что именно произошло. Скорее всего, завтра, как протрезвеют, будут спорить о случившемся. Кому-то покажется, что Дамир достал пистолет, кому-то — что рядом показались его дружки. Кому-то наверняка примерещилось какое-нибудь потустороннее чудище или вовсе показалось, что у Дамира отросли рога и крылья, а глаза полыхнули красным. Даже жаль, что я никогда не узнаю наверняка.

Финальным жестом Дамир запустил заклинание очистки одежды, заодно стирая магией плевок с ботинка. После чего повернулся ко мне.

Сразу стало не по себе.

— Ну-у… Спасибо за помощь, — протянула я с кривой улыбкой, делая шажок назад. — Если вы закончили, я, пожалуй, пойду домой.

Тёмные глаза сощурились, крылья носа раздулись. И мне на миг подумалось, что сейчас будет плохо… Но он просто повторил:

— Я сказал, в машину. И без глупостей.

Тяжело сглотнув, я подчинилась и, развернувшись на каблуках, двинулась в сторону иномарки с намерением незаметно скользнуть на заднее сидение.

— На переднее, — рявкнули из-за спины.

Поколебавшись, я всё же открыла переднюю дверь и села в машину. Внутри поднимался протест, но возражать вслух я не решалась. Молчала, когда на водительское сидение опустился Дамир. Не проронила ни слова, пока он вёз меня к дому — оставшиеся полторы остановки. Терпение покинуло лишь когда он свернул во двор.

— Ты следил за мной? — прошипела, поворачиваясь к Дамиру. Чёткий профиль с трудом угадывался в свете фонаря.

— Мы уже на ты? Невероятный прогресс.

— Откуда у вас мой адрес?

— Нет, я не против перейти на ты, — хмыкнул он, заглушая двигатель и поворачиваясь ко мне. — В конце концов, у нас общий ребёнок.

— Ладно, плевать, — фыркнула я, дёргая дверь. Дверь не поддалась. Заблокировано, чёрт возьми! И когда успел?

— Отвечая на твой вопрос, — ответил он, растягивая гласные. — Я за тобой не следил. Я искал сына. И у меня было два адреса. Сейчас же заметил тебя случайно, когда ехал мимо. Но если я помешал чему-то важному, в следующий раз, так и быть, не стану вмешиваться.

Я замерла. Потому что, если честно, не вмешайся Дамир… Я даже представить боюсь, чем бы дело закончилось. Я глубоко вдохнула, выравнивая голос.

— Спасибо, — проговорила, оборачиваясь. — Вы меня спасли. Я вам благодарна. Могу я теперь выйти?

— Не раньше, чем ответишь, какого чёрта ты решила идти одна пешком через пустырь? Жить надоело? Даже отвод глаз не накинула!

Я застыла. Потому что да, действительно не накинула. Попросту забыла о такой возможности: заклинание энергоёмкое, и на прежнем месте жительства я всегда обходилась перцовым баллончиком, а не отводом глаз. Сейчас-то я могла себе его позволить — безлимитка же. Но к такому сложно привыкнуть, когда всю жизнь считала каждый лит. Подобная возможность даже в голову мне не пришла.

Правильно истолковав моё молчание, Дамир с досадой выдохнул сквозь зубы.

— Ясно. Значит, так. Скажу Игорю, чтобы приставил к тебе кого-нибудь. Пусть провожает до дома.

Я нервно усмехнулась. Прямо как в старших классах. Там тоже был одноклассник, который любил провожать меня до дома. Правда, потом мы с ним… Прикрыв глаза, я выкинула бывшего из головы. Коля тут ни при чём. А вот Дамир Золотов внезапно начал проявлять собственнические замашки. Спасайся кто может.

— Я вообще-то взрослая женщина, — попыталась сказать как можно серьёзнее. Хотя ситуация отчасти смешила.

Отчасти пугала до чёртиков.

— А откажешься — буду отвозить сам, — невозмутимо закончил Золотов, откидываясь на спинку сидения. — Я как раз живу рядом. И совершенно не заинтересован в том, чтобы мой недавно найденный сын внезапно оказался сиротой.

Я прикусила язык и кивнула. Мысленно взмолившись, чтобы Рассел проигнорировал просьбу Золотова. В чём-то я, конечно, Дамира понимала, но… Вот только провожатого мне не хватало.

— Отлично, — удовлетворённо произнёс Золотов. — Тогда до встречи. Грише привет.

Стоило щёлкнуть замку, как я пулей выскочила из машины. Только на миг обернулась в дверях подъезда, чтобы убедиться, что Дамир не следует за мной — мало ли. Что-то в последнее время мне везёт на неадекватных миллиардеров.

Взлетев по лестнице, щёлкнула выключателем и выругалась. Ну конечно же, электрики не позвонили, а у меня на фоне сегодняшних событий это напрочь вылетело из головы.

Вытащив из кармана телефон, набрала номер аварийной. Ответом мне были длинные гудки.

Прождав не меньше минуты, со вздохом отключилась. Ситуация просто не укладывалась в голове. А если бы у меня, скажем, прорвало трубу? Что тогда? Плавать по квартире в ожидании начала рабочего дня?

С досадой убрав телефон, я хлопнула в ладоши, вызывая светлячков, и двинулась вглубь.

Гриша спал, оставив возле матраса лампу с руной Соуло. По комнате разливался мягкий свет. Наклонившись, я поцеловала сына в лоб и поправила одеяло. А выпрямившись, почувствовала чей-то внимательный взгляд.

Медленно повернувшись, уставилась на запертого в клетке домового духа.

— Поговорим? — произнёс он.

Я ухмыльнулась.

— Неужели Гриша всё-таки научил тебя разговаривать? Надо же, всего за день.

— Смешно тебе, колдунья? — проворчал дух, топорща перья.

— Честно говоря, очень, — прищурилась я. — Не расскажешь, зачем квартиру разрушил? Ты хоть представляешь, во сколько мне обойдётся ремонт и новая мебель?

— А я и не рушил, — буркнул ворона. — Так, помог немного. С тараканами всяко веселее, чем одному кукарекать.

— Или каркать, — проворчала я и задумчиво постучала ногтем по браслету. — А кто же тогда всё это устроил?

Вопрос повис в воздухе. Птичка явно не собиралась отвечать. Подождав немного для вежливости, я пожала плечами и направилась в свою комнату.

— Стой, колдунья! — гаркнул дух. — Давай поговорим!

Я замерла и резко обернулась, пристально вглядываясь в фигуру Гриши. Но, к счастью, сын спал крепко. В эти моменты у него хоть из пушки над ухом пали — не проснётся.

— А ну тихо, — прошипела, оборачиваясь к вороне. — Разбудишь — на бульон пущу.

На бульон духу явно не хотелось, поэтому он затих. Только смущённо переступал с лапки на лапку, поглядывая исподлобья.

Закатив глаза, я подхватила переноску и понесла в свою комнату.

— Ну? — нахмурилась, опуская клетку на пол и садясь напротив.

— Поесть бы, — жалобно попросил дух.

Бесшумно выругавшись, я снова поднялась. А через пару минут вернулась с кухни с двумя ломтями хлеба, пакетиком молока и миской. Такие пакетики выручали в отсутствие холодильника. В основном потому, что могли храниться при комнатной температуре, пока их не вскроешь. А выпивались за один раз.

Просунув угощение в клетку, я опять уселась по-турецки и набралась терпения. Дух же приступил к трапезе: он зажимал хлеб в руке, отрывал клювом кусок, размачивал в молоке и проглатывал. И при этом щурился от наслаждения, как сытый кот. Да уж, в форме кота он бы точно смотрелся органичнее. Но здесь уж выбирать не приходилось: руна Стан не позволяла перекинуться, как ни старайся.

— А я ведь уже приносила молоко, — протянула задумчиво. — А ты к нему даже не притронулся.

— Я ведь не знал, что ты за человек, колдунья, — отозвался дух, глядя сытыми глазами. — Мало ли, что бы ты в то молоко подмешала. Не доверял я тебе.

— А теперь, значит, доверяешь? — хмыкнула я. — Откуда такие перемены за пару дней?

— Парнишка у тебя больно хороший. Хоть и не родной тебе… И не надо так смотреть. Он мне сам рассказал.

— Ладно, — вздохнув, я на секунду прикрыла глаза. — Во-первых, при чём здесь Гриша? Во-вторых, прекрати называть меня колдуньей.

— А как тебя называть? — удивился дух. — Не ведьмой же. Ты не ведаешь, ты колдуешь. А парнишка… Раз он хороший, то и ты хорошая. Так что теперь я тебе доверяю.

И дух умильно посмотрел в глаза. Слова его звучали искренне. И вещи он говорил приятные. Вот только…

— Обет дашь? — спросила прямо. — Ты, конечно, не обижайся. Но это ты мне начал доверять. Я тебе пока нет.

У вороны от возмущения даже перья встопорщились. Как будто я только что предложила нечто неприличное. А ведь я всего-то хотела получить обет о не причинении вреда хозяевам дома. Ритуал стандартный. Но, видать, дух давно не признавал никого хозяевами.

— Ну нет так нет. — Я пожала плечами. — Передумаешь — дай знать.

Ворона молчал, и я, подхватив переноску, понесла её обратно. Вряд ли Гриша обрадуется, если утром не обнаружит Соколиного Глаза рядом с собой.

— Темно здесь, — прокаркал дух, когда я уже поставила переноску на пол.

— Тебе мало света? — Я с удивлением покосилась на лампу.

— Да нет же, — мотнул головой пернатый. — Магия здесь. Злая, голодная. Берегись колдунья.

— У нас стоит экран, — нахмурилась я.

— Хороший экран, да. Но следи за ним, чтобы не стёрся.

Поджав губы, я смерила духа последним взглядом и пошла к себе. Что ж, завтра перед уходом придётся проверить руны. Как знать, возможно, домовой дух действительно ни при чём.

Разве что кроме того, что воет по ночам, поправилась я, вспомнив жалобу соседей.

С этой мыслью я наконец смогла уснуть.