Изыди, Темный! или Это мой ребенок

Глава 24

Половину воскресенья я провела с соседкой. Ира играла в комнате с Гришей, а я разговаривала на кухне с её бабушкой, Дарьей Афанасьевной. Сказать, что женщина была в шоке — ничего не сказать. И её можно было понять. Узнать, что жена погибшего сына была магом. И что ей, бабушке, и не подумали об этом рассказать… Женщина посыпала голову пеплом и каялась, что когда-то не одобрила выбор сына. И была уверена, что именно по этой причине её не посвятили в секрет.

Я же успокаивала Дарью Афанасьевну. Объясняла, что ничего страшного в магии нет. И единственное, что от неё теперь потребуется — это приобрести браслет. По программе поддержки осиротевших магов девочке полагается ежемесячное пособие литов до достижения двадцати одного года. Зато в жизни она сможет устроиться намного лучше, чем человек, не владеющий магией.

В итоге женщина ушла к себе переваривать информацию. Я же проводила их с внучкой настороженными взглядами и со вздохом закрыла дверь.

— Мам, Ира теперь уедет? — печально спросил Гриша, стоявший на пороге своей комнаты.

— Нет, конечно. С чего ты взял?

— Не знаю. Она мне рассказывала про школы для магов из книжек. Говорит, что теперь ей принесёт письмо настоящая сова. И Ира уедет учиться в Хог… Хогс…

— Не уедет, — успокоила я сына, присаживаясь возле него на корточки. — И вообще, если бы существовали школы для магов, ты поехал бы туда первым.

— Это ещё почему?

— Потому что… — Я фыркнула, криво усмехнувшись. — Знаешь, какой сильный у тебя отец? У-у, настоящий тёмный маг.

— Мой отец?.. А, ты про дядю маньяка… Так он ведь нас бросил.

— С чего ты взял?

— Ну, он больше не появлялся. Значит, не так уж я ему и нужен.

Я вздохнула. Зерно истины в Гришиных словах было. В последний раз Дамир с ним встречался… когда? Три недели назад. У подъезда, когда подкараулил нас с тем дурацким букетом.

Нет, я-то с тех пор дважды встречала Дамира. Один раз когда он вытащил меня на пустыре. А второй — когда он едва не поцеловал меня в лифте. А Гриша… Как будто больше его не интересовал. Возможно, так оно и было?

Ну нет, так не пойдёт. Я не стану одной из тех безумных мамаш, кто настраивает ребёнка против отца. Прежде всего это не нужно самому Грише. Дамир может быть сколько угодно козлом. Но мой сын не будет чувствовать себя ненужным. Ни за что.

— Это не так, — возразила серьёзно. И, оглядевшись, утянула сына на его же кровать. Скинула тапочки, села, скрестив ноги. А когда Гриша последовал моему примеру, взяла его руки в ладони и серьёзно заглянула в глаза. — Твой отец просто очень занят, поэтому не может приехать.

Сказала — и сама едва не скривилась от того, как искусственно это прозвучало. Так занят, что при встрече даже не задал ни одного вопроса про сына? И это после того, как утверждал, что сделает всё, чтобы забрать ребёнка?

Неужели его в самом деле остановил запрет? Но ведь в моём присутствии встречаться с Гришей он мог. Мог, но не захотел.

И всё же, не могла я вот просто так заявить сыну, что отцу он даром не сдался. Не могла и всё.

— У твоего отца на работе сейчас очень важный проект, — проговорила мягко. — Я недавно встречала его в офисе дяди Игоря, и он просил передать тебе привет.

— Правда?

Нет…

— Чистая, — улыбнулась я.

— И ты забыла… — протянул Гриша с укором. Но на лице расцвела робкая улыбка.

И я, не выдержав, притянула сына к себе. Прижала крепко-крепко, показывая, как сильно его люблю. Хоть сердце сжималось от необходимости врать, зато Гриша был доволен. А Дамиру я при встрече всё выскажу. Ох, он надолго запомнит, что детей бросать нельзя. Показался — будь добр, неси ответственность.

Гриша замер у меня в объятиях. А я перевела взгляд выше и столкнулась с внимательным взглядом Дария, застывшего в коридоре. Видимо, вернулся, пока мы разговаривали с Гришей. Что ж, с некоторых пор ключи у него были. Интересно, сколько он слышал? И почему так странно на меня смотрел?

Успокоив сына, я вышла из комнаты, тихонько притворив за собой дверь. И сразу оказалась лицом к лицу с очень хмурым мужчиной. Хотя его недовольство было направлено не на меня. Интересно, что у него произошло?

— У тебя цветы? — удивилась я.

Дарий перевёл растерянный взгляд на зажатый в руке букет альстромерий. Его губы тронула робкая улыбка, и он поднял цветы, неловко вручая их мне.

— Я… — Он замялся. Запустил пальцы в волосы. Помолчал несколько секунд, и наконец выдохнул: — Я хотел сделать тебе что-то приятное. Правда, так и не выяснил, какие тебе нравятся.

И это было так… Трогательно. Наивно и искренне. Что сердце ускорилось минимум в два раза. А к щекам прилила кровь.

Осторожно, не решаясь навредить, я коснулась лепестков. Провела кончиками пальцев по бутонам. И подняла взгляд.

— Теперь мои любимые — эти, — призналась совершенно искренне.

Дарий смотрел испытующе, словно пытаясь что-то разгадать. И мне стало не по себе.

— Надо в воду поставить, — пробормотала я и, забрав букет, пошла искать подходящую банку. Увы, ваз у нас в доме не водилось.

Дарий шёл за мной. Сверлил взглядом спину. Наблюдал, как я набираю в банку воду и ставлю на подоконник. Один за одним подрезаю цветки и опускаю их в жидкость. А стоило мне закончить, шагнул ближе и обнял одной рукой. А второй поднял голову за подбородок и заглянул в глаза.

— Я думал, ты его ненавидишь.

— Кого? — Я удивлённо моргнула.

— Дамира. Я думал, ты ненавидишь Дамира Золотова.

Дамир

Меньше всего на свете я ожидал услышать, как Алеся защищает меня перед сыном. Да к тому же ещё и нагло врёт. Прикрывая мои косяки.

Чёрт, я был готов ко всему — к обвинениям. К попыткам настроить сына против непутёвого отца, совершенно забывшего о том, что ребёнку, вообще-то, нужно показываться на глаза. Мало просто находиться рядом. Но нет. Алеся убеждала Гришу, что я про него не забыл. Да ещё и брала удар на себя. Хотя, казалось бы, ей это совершенно не выгодно.

Зачем ей это? Я-то думал, её чувства ко мне довольно прозрачны. Пусть не ненависть, но во всяком случае острая неприязнь.

Именно об этом я и спросил.

— Я думал, ты ненавидишь Дамира Золотова.

Алесю перекосило, и она отвела взгляд.

— Ненавижу? — фыркнула она. — С чего мне ненавидеть этого козла?

Я хмыкнул

— Исчерпывающе.

Алеся подняла сердитый взгляд. Не нравится, что я лезу не в своё дело? Только это дело моё. Причём даже если забыть, что Дамир и есть я. Раз уж я живу вместе с ней, я имею право знать, какие отношения у неё с отцом ребёнка.

— Что он такое сделал, чтобы тебя обидеть? — спросил мягко.

— Я вообще удивлена, что ты знаешь, кто отец Гриши. — Она грустно улыбнулась. — Даже боюсь спрашивать, о чём ещё тебе рассказал Рассел. Хотя… если он посчитал это нужным…

— Расскажешь? — Я заправил выбившуюся прядь за ухо Алесе и снова поднял её голову, чтобы взглянуть в глаза.

Она дёрнула щекой.

— Расскажу. Давай только… Чай нальём, что ли.

Спустя несколько минут мы расположились с чаем на диване. Я приготовился слушать историю о том, как злобный тёмный маг встретил Алесю у подъезда и пригрозил отобрать ребёнка…

И каково же было моё удивление, когда выяснилось, что наша первая встреча состоялась раньше. Намного раньше.

— Я тогда только окончила университет, — начала она. — Мы с Гришей временно остались в общежитии, нам далии срок до конца лета, чтобы найти квартиру и съехать. — Она усмехнулась. — Без ментального внушения не обошлось, конечно. Шестилетнему мальчику не место среди женщин, и мне пришлось очень сильно постараться, чтобы убедить комендантшу…

— У тебя же была мама. Нельзя было пожить у неё?

Алеся покачала головой.

— До мамы ехать два часа на электричке. А потом ещё час пешком. И там поблизости никаких школ нет. Вернее, есть, но… Короче, мне нужна была квартира в городе. Хотя бы комната. И работа с достаточно высоким окладом, чтобы её оплачивать. Как я уже сказала, я только что закончила университет. Получила диплом социального психолога и лицензию менталиста. И стала рассылать резюме.

Девушка сделала глоток из чашки, и я отметил, что у неё дрожат руки. И хотя я по-прежнему не понимал, при чём тут я, торопить не стал. Накрыл её пальцы своей ладонью и второй рукой притянул к себе за плечи.

— Ты злишься за то, что Дамир тебе не помог? — уточнил я, когда пауза затянулась.

— Что? Нет! Он же не знал… — Алеся вздохнула и продолжила. — Сотрудникам без опыта платят мало. А у меня ребёнок, сборы в школу, съём жилья… Словом, я искала крупные компании с хорошим карьерным ростом. Во многих мне отказали. И… — Она резко выдохнула, как будто перед прыжком в воду. — И потом мне пришло приглашение на собеседование из Чёрного Золота.

Я напрягся.

— И твоё резюме отклонили в отделе кадров?

Ох, если бы только я знал, кто конкретно проводил то собеседование. Уволил бы гада. Ведь если бы Алесю тогда приняли, у меня был бы шанс узнать про своего сына гораздо раньше. Не знаю пока, как. Но уверен, что со временем обратил бы внимание на Алесю. Не мог не обратить. Она такая нежная, светлая… Рядом с ней я себя чувствую… Живым? Ну, в сравнении с тем, как я существовал годами после расставания с Надеждой — точно да.

— Хуже, — грустно усмехнулась она. — Его приняли.

— Не понял… — нахмурился я.

А Алеся пожала плечами и продолжила, с каждым словом вколачивая очередной гвоздь в крышку моего гроба.

— В отделе кадров моё резюме приняли и сказали, что я подхожу. Оставалось только подписать заявление у генерального директора.

— И его не оказалось на месте? — Пожалуйста, пусть меня не оказалось на месте.

— Почему же, он был у себя. Правда, мне всё равно пришлось ждать два часа в приёмной, пока он соизволит меня пустить…

Я прикрыл глаза, чтобы не выдать своё состояние.

— Дар? Ты что? В порядке? У тебя руки напряглись.

— В порядке, — кивнул я, распахивая глаза. Плевать на всё, я должен знать. — И что там произошло?

— Ну… Если вкратце, то он назвал меня женщиной лёгкого поведения, неизвестно где нагулявшей ребёнка, и выставил за дверь.

Дамир

Одна фраза — и мир обрушился на меня всей своей неприглядной реальностью. Что там говори Юджин? Есть ощущение, будто у Алеси со мной старые счёты? Вот мы и выяснили, какие именно.

Идиот. Придурок. Дебил. Как, ну как можно было настолько всё испортить? Назвать гулящей женщину, приютившую твоего же собственного ребёнка? Самому, лично оттолкнуть её от себя?

— Дар? Дар, ты в порядке?

Вздрогнув, я уставился на Алесю. И понял, что до боли сжал пальцы на её плече. А она морщится, но терпит. Ещё и смотрит с беспокойством.

— Прости, — выдохнул я, разжимая руку. — Я просто… У меня нет слов.

— Я вижу, — усмехнулась она, потирая плечо. Наверное, будет синяк. — Но ты не переживай. Всё в итоге довольно неплохо сложилось.

— Правда? — вяло переспросил я. Кажется, я уже начинал догадываться, что случилось дальше.

— Ещё как. Буквально через день мне позвонили из компании Рассела. И пригласили на встречу. А ведь когда я отсылала им резюме, ни на что не рассчитывала даже. Они практически не берут людей с улицы, и уж точно не в главный офис… А меня взяли. И даже сразу психологом, без стажировки.

Она с такой гордостью это рассказывала, что мне стало не по себе. Потому что я-то знал о причинах. Просто она оказалась сестрой генерального директора. И, да, её приняли на работу психологом. Хотя могли выдать сумму, достаточную для открытия своего полноценного бизнеса. Или назначить начальником филиала, как ещё одного брата. Но нет, она всего лишь получила работу без испытательного срока.

— Дар?

— Прости, я задумался, — отозвался хрипло и выдавил улыбку. Улыбка вышла кислой.

Дальше уже слушал вполуха. Конечно, после подобного знакомства та встреча у подъезда воспринималась в разы острее. Сначала оскорбил, а потом ещё и ребёнка потребовал отдать.

С другой стороны, первой встречи я не помнил. Каков шанс, что Алеся меня с кем-то всё же перепутала?

На следующий день, прибыв в центральный офис, я первым делом направился в архив. Ради этого даже снова отпросился у Алеси на выходной.

— За какой срок у нас хранятся записи? — гаркнул с порога.

Служащий в мешковатой одежде вздрогнул так, что опрокинул на себя кофе. И пока он по-дурацки хлопал глазами, пытаясь осознать, что директор впервые за столько лет лично спустился в архив, по его жилетке медленно расползалось бурое пятно.

— Так что?

— Т-три года, Дамир Виктрыч, — пролепетал паренёк. — П-по уставу же.

— Когда в последний день стирали данные?

— В апреле, — выпалил служащий, и тут же залился краской, осознав, что только что признался в нарушении должностных обязанностей. Впрочем, мне это только на руку.

— Ясно, — кивнул я. — Пока ничего не трогайте. Через час принесёшь полный список собеседований, проведённый за вот этот срок.

Положил на стол записку с диапазоном дат и ушёл в свой кабинет. Работать.

Только работать не получалось.

Время тянулось как смола, и вскоре я обнаружил, что попросту сижу, не отрывая взгляда от секундной стрелки. Выругавшись сквозь зубы, я набрал номер Игоря.

— Дар? — растерянно отозвались на том конце.

— Ты знал, что твоя сестра пыталась устроиться в мою фирму? — спросил без предисловий.

— Да ладно… — развеселился Игорь. — Нет, конечно, не знал. Откуда? И что, ты её не принял?

— Ясно, — процедил я и отключился. Зачем звонил? К чему мне эта информация? А теперь ещё Рассел шутить станет. О, он мне этого не забудет.

К моменту, когда в кабинет заглянул Влад с бумагами, я только что на стену не лез.

— Дамир Викторович, что-то случилось? Там ребята из архива глобальную чистку затеяли… Моя помощь нужна?

Я пролистнул бумаги и остановился на одном нужном мне имени.

— Нужна, — кивнул я. — Найди мне записи с камер за это число.

Я сунул Владу нужный лист. Он выразительно изогнул бровь.

— Нет… Со всех не надо. — Я стиснул зубы и уставился на стену. Помолчав, пояснил: — Мне нужна вот эта девушка. — Я ткнул пальцем в фамилию Алеси. — Она приходила в тот день на собеседование. Всё, что найдёшь.

— Алеся Светлова… — Влад нахмурился. А потом вздрогнул, уставившись на меня. — Это же одна из тех дамочек с детьми, которых… — Которых он мне нашёл месяц назад. Ну да, это она.

— Станешь болтать… — с угрозой произнёс я.

— Не дурак, — усмехнулся Влад. — Я могила, вы же знаете.

Я удовлетворённо кивнул. И всё же заставил себя сесть за компьютер.

А через пару часов я просматривал записи с видеокамер трёхлетней давности. Влад отыскал их все, и даже склеил видео, чтобы удобнее было смотреть.

Вот Алеся входит в здание. Выглядит при этом нервной и взволнованной. Такая трогательная, совсем девочка… И действительно с косичками.

Хмыкнув, я потёр лицо.

А Алеся уже выходила из кабинета персонала. Радостная, но какая-то растерянная. Явно не ожидала, что её примут. Подъём в лифте. Ожидание в приёмной на ускоренной перемотке. Алеся теребит серебряный браслет и всё чаще поглядывает на часы. Звонит кому-то. Встаёт, садится. И снова смотрит на часы.

Наконец, она входит в мой кабинет.

Камера показывает её со спины. И меня. Чёрт, я даже взгляда на неё не поднял. Так и сидел, уткнувшись в экран. Небрежное движение рукой. Девушка подаётся вперёд и словно оправдывается. Снова хватается за браслет. Отпускает. Я беру из её рук бумаги и ставлю размашистую подпись. Что-то говорю. Она вздрагивает как от удара и замирает неподвижно. После чего разворачивается и выходит. На миг в камере мелькает её лицо. Даже на чёрно-белом изображении видно, как она побледнела.

Спуск в лифте. И я вижу в её глазах едва сдерживаемые слёзы. Её отчётливо трясёт. Она стоит в кабине одна и, стиснув зубы, сверлит взглядом дверь. И снова холл, откуда она практически вылетает.

Всё.

Устало выдохнув, я закрыл компьютер и уронил голову на руки.

В голове царил хаос. Вот так выяснить, что три года назад незаслуженно обидел эту потрясающую женщину. Сам, своими руками оттолкнул от себя собственного ребёнка и его мать. Светлую… Да какая к чёрту разница, светлая или нет? Если удастся вымолить прощение после всех своих косяков, это будет невероятной удачей.