Изгой рода Орловых: Барон

Глава 20 Черви, дрянь и безудержное веселье

— Весело, — пробормотал я.

«Комментарий зафиксирован», — отозвался Кай.

Я хмыкнул и ответил в чат:

«Ты давай-ка отключайся, фиксатор. Дрянь вокруг, излучение высокое, вот-вот глючить начнешь».

«Принято, мастер. Отключаюсь».

Мы с ребятами стояли на границе гнезда, которое выбрали своей первой целью. На выход я подорвал всех, едва вернувшись из Мурома. Пока война, праздники, пока другие команды бухают, мы поработаем. Мне нужно было отдохнуть от душного разговора с Великой княгиней, а ничего лучше, чем получить или раздать нехилых трындюлей, для этого еще не придумали.

Так что я скомандовал общий сбор, Ветер напрягся, вернее, напряг подчиненных, и вот мы здесь. Почти все, кроме Красавчика, который уехал открывать стихию.

Мы все в обновках: Ветер в «Витязе», Заноза в «Скорпионе». Остальные в хороших сплошных защитных костюмах, которые одновременно и доспехи класса «В». На лицах магические маски, не мешающие обзору. Все вооружены до зубов и крайне опасны. Особенно Свирель со своим слонобоем. Короче, готовы к любым неожиданностям и навалять дрянским червям по самые помидоры.

Я внимательно оглядел лежащие перед нами, покрытые дрянью, руины. Вроде ничего похожего на ту улочку, в которой мне перерезали горло в моем видении, не наблюдается. И отлично. Сражаться сразу с порождениями дряни и с диверсантом Орды я не готов. Впрочем, думаю, летать он не умеет, машины у него нет, так что увидимся мы с ним, скорее всего, не сегодня.

— На сколько нужно зайти внутрь, чтобы на нас напали местные обитатели? — спросил я Ветра.

— Смотри на толщину дряни на стенках-на, Боярин. Сантиметров пятнадцать есть — пора бояться-на. Ну, или им бояться, а нам ожидать нападения.

— Пятнадцать, — проговорил я скептически. — Почему мало так? В бестиарии Управления твари в диаметре с полметра будут. И это «малыши». Или вранье, что они из толщи дряни атакуют?

— Слушай, Боярин. Ты мне здесь дерьмократию не устраивай-на. И этот, диспунт заканчивай.

— Диспут-хрениспут, — весело прогудел в динамики голос Занозы.

— Во-во. Наша злюка дело говорит. Они ползают и под таким слоем. Какие побольше — дальше будут. Да и вообще, они как бы из дряни себя собирают, а потом в ней растворяются. Понял? Сами они как бы махонькие, даже которые большие. Тьфу пропасть! Хватит трындеть. Работать будем?

— Командуй, Ветер! Я готов.

— Построение шесть. Кабан, Свирель, точки три и девять. Заноза — тыл. Боярин впереди, его не жалко-на. Погнали наши городских.

И мы погнали.

Распределившись по улице, мы медленно двинулись вперед. Пока что мы были в условно безопасной, хоть и изрядно загаженной дрянью зоне. Гнездо выползло с третьего уровня на четвертый, и мы сейчас шли поверху по более-менее свежим отложениям дряни. Больших или сильных тварей здесь не ожидалось. Хотя черви здесь, скорее всего, еще не всех подъели, так что учитывать возможность атаки других тварей тоже стоило. Но наша бравая пятерка была готова разобрать практически кого угодно. Арсенал позволял. Я окончательно отказался от ликвидаторской «кочерги» в пользу своих зачарованных коротышей, а из стрелковки вооружился «Зубром» — ружьем десятого калибра. Не такая пушка, как у Свирели, конечно, но мало никому не покажется. Но мое главное оружие не в этом.

Среагировав на движение, я метнул к ближайшей стене сгусток огня. Из-за угла выкатилось горящее и верещащее нечто, подергалось и растеклось лужицей дряни.

— У тебя, Боярин, совсем ума нет-на? Ты хочешь здесь все спалить к бубеням? — Ветер добавил к своей инвективе парочку крепких и совершенно непечатных выражений.

— Я контролирую пламя, Ветер. Случайно ничего не загорится, не переживай. Мне нужно тренироваться во владении стихиями. Что это было хоть?

— Теперь и не узнаем, — просипела Свирель, наклоняясь над местом упокоения зверюшки. — Ничего. Спалил трофей, Боярин. Ну, либо не кристаллизовался еще.

— Да какой там в такой тушке трофей мог быть! Чего вы все до моего огня докопались!

— Тут Боярин прав, Свирель. За таким трофеем нормальные охотники даже наклониться поленились бы. Это мы на службе копейничать привыкли-на. Всем внимание. Продолжаем движение-на.

Таким порядком мы и двигались, пока не достигли пролома на третий уровень. По дороге пристрелили еще парочку тварей. Мелочевка.

Очередной удар бетонобойной бомбы разломил бетонные перекрытия, разметал куски и останки зданий по округе, проделав в покрытии дырень диаметром метров шесть. Впрочем, дрянь внутри была настолько густой, что солнечный свет ей был уже нипочем. Даже на четвертый залезла, зараза.

— Вправо пойдем, — решил Ветер. — Боярин, давай свою погремуху испробуй. Кинь вон тудыть подальше, но шоб обзор нам ничего не перекрывало.

Специально для этой охоты я приобрел штуковину с маркировкой «ПВМ-3», которую вся моя команда, вслед за Занозой, незамысловато именовала «вибратором». Если совсем просто, это манок для тварей, что полагаются в своих чувствах в основном на ощущение вибрации почвы. Черви из таких как раз.

Я швырнул «вибратор» метров на пятнадцать от нас, на более-менее открытый участок. Ребята полезли на обломки стен и выступающие из дряни плиты, а я, дождавшись, когда все займут стрелковые позиции, активировал манок.

Металлический штырь, ушедший в дрянь почти до половины, мелко затрясся. Мы ждали. Если верить бестиарию, черви должны чувствовать такую вибрацию метров за пятьсот — семьсот.

Мы ждали уже около трех минут. Индикаторы излучения давно почернели, но накопители показывали, что мы можем относительно безопасно присутствовать в этой зоне еще часа полтора. Что-то это начинает мне рыбалку напоминать. Тоска! Штырь уже почти полностью утонул в дряни, выкапывай его потом.

Возле «вибратора» дрянь пошла волной, и Заноза немедленно влепила пулю в образовавшийся холмик. Правда, без малейшего эффекта.

— Не трать патроны, Заноза! — рявкнул Ветер. — Пока пасть с телом не увидишь-на, не стреляй! О, хорошо. Пошла жара.

Поверхность дряни в районе «вибратора» ходила ходуном. Я насчитал пятнадцать гибких дорожек, показывающих двигающихся под поверхностью тварей. А затем я увидел первого червя.

Тварь будто вынырнула из дряни возле «вибратора» и разинула пятидесятисантиметровую трехлепестковую пасть. Куда и получила немедленно пулю и снова от Занозы. Шустрая девочка. Я только потянул энергию из стихийного сердца. Тварь расплескало — темный комок трофея упал на землю, чтобы сразу же быть проглоченным другим червем.

— Куда, дрянский скотоложец! А ну верни взад, ска! — заорала наша мисс сквернословие года и открыла частую стрельбу.

Из дряни начали показываться тела червей. Все мелкие. Те самые, примерно полметра в диаметре и три в длину. С первого выстрела эти твари не ушатывались, это Заноза у нас снайпер и удачник, что положила первого с одной пули. Затем, словно по команде, черви нырнули в дрянь и рванули в нашу сторону. Ой-ей.

ЧЕРВЯК

Монстры окружили нашу группу, а затем синхронно, словно получив ментальную команду, выметнулись наружу, пытаясь вцепиться в членов команды. Хорошо еще, что мы все забрались на твердые участки без дряни. Представляю, как подобная мерзость вскакивает сразу из-под ног. На каждого члена отряда пришлось примерно по три-четыре гадины. Впрочем, мне стало не до наблюдения.

Я нанес удар воздушной волной вокруг себя, предварительно скормив самой крупной твари сгусток огня. Остальных откинуло в стороны, а реципиент, которому я дал прикурить, вспыхнул изнутри. Не жилец. Как потом трофеи искать, блин? Краем глаза увидел, что Ветер повторил мой прием со стеной воздуха.

Черви были стремительны. Они действительно были всего лишь частью окружающей нас дряни, и поэтому физические законы на них, казалось, не действуют. Отброшенные в стороны гады просто втянулись в землю, чтобы сразу же атаковать меня с новых позиций. И, несмотря на то, что одного я точно грохнул, их не стало меньше. Я снова повторил маневр с отбрасыванием и аутодафе. Сил тратилась капля, а тактика довольно эффективная. Жаль, не могу пока что атаковать несколько целей огнем одновременно. Это техника, а технику нужно тренировать.

До меня доносились неразборчивые маты, редкие выстрелы и чавканье мечей, рубящих псевдотела. Что-то многовато мы приманили червяков. Надо было учитывать, что гнездо это вообще никто не чистил практически.

В следующую итерацию я отбросил трех червей, сжег одного и, изобразив вентилятор, срезал еще двух мечами. Проблемка была в том, что нужно было очень точно попасть в сочленения пасти, чтобы нанести червю реальный вред, потому что новое псевдотело он отращивал практически мгновенно. Они тратили на это энергию эфириума, но, когда энергия подходила к концу, червь предпочитал свалить от слишком зубастой добычи, а не сражаться до последнего. Не самые опасные, но и не самые удобные твари, конечно.

В общей сложности мы потратили на истребление тварей минут десять непрерывной рубки. Я, уничтожив своих гадов, пришел на помощь Кабану, который был буквально увешан этими паскудами, извивавшимися вокруг нашего силовика, как гигантские черные пиявки. Кабан периодически врубал свое силовое поле, и черви соскальзывали с него, но уничтожал он их слишком медленно.

— Не самое простое гнездо ты выбрал, Боярин, — пропыхтел Ветер. — И надо трофеи все собрать, иначе, если чего пропустим, твари просто отрастят новое тело, и все-на.

Мы настроили датчики, чуть более чувствительные, чем штатные, и начали прочесывать поле боя. В итоге нашли восемнадцать трофеев, упавших с убитых червяков.

— Это, если, считай, на краю гнезда их столько ползает… — Ветер помотал головой. — Так кого-нибудь прокусили-на?

Все костюмы остались целы, но все имели внешние повреждения.

— Так, уходим-на, — решил Ветер.

— Олег, — сказал я, — может, еще разик порыбачим? Просто подальше от края? Я совсем не устал.

— Боярин! Я сказал уходим, значит, уходим. Нам надо менять тактику и снарягу-на. Восстановить костюмы. Не устал он. Это была тряхомудия какая-то, а не рыбалка-на! Из нас никто на червей раньше не охотился, кроме меня. А я с такой кодлой тоже первый раз встречаюсь.

Я поднял руки, давая понять, что не оспариваю решений командира. Уходим, так уходим.

В Счастье мы сняли практически весь первый этаж одной из местных гостиниц для охотников, которая называлась «Королевский рог». На вывеске краснощекая голова в короне держала губами здоровенную конусообразную штуку. Если судить по картинке, кто-то через нее пытается надуть несчастного неизвестного монарха. Откуда под Воронежем взялись короли, да еще и с рогами, никому не известно, но это оказалась единственная гостиница, количество номеров в которой нас устроило. Хозяин, Владимир Свержин, оказался очень приятным мужчиной в возрасте, гостиница — достаточно комфортной, цены — умеренными.

Помещение сразу строили для обустройства отрядов, поэтому наше временное пристанище имело одну большую общую комнату, в которую выходили двери спален, а также единственной ванной.

— Ну что-на, добытчики. Лажанули сегодня? — Ветер обвел всех взглядом.

Я пожал плечами. На мой взгляд, вылазка прошла нормально, но Олег гораздо опытнее меня, и если он говорит, что мы лажанули, значит, я чего-то не понимаю. Кстати, мой трансформатор заполнился дрянью почти на четверть, и это при минимальных тратах стихийной энергии. Неутешительная пропорция была бы. Если бы моя способность не питалась дрянью. Но, честно говоря, новых пророчеств видеть мне не хотелось.

— Лажанули, — согласился Кабан. — Если б не снаряга, половине бы руки-ноги пооткусывали черви-то.

И тяжело замолчал, остальные просто покивали, и я понял, что за месяц работы с дрянью ничегошеньки на самом деле еще не смыслю.

— Но снаряга же была? — спросил я. — Если бы у нас не было таких защитных костюмов…

— Что, не полезли бы? Сам-то в это веришь? — спросил Ветер. — Никто из нас не смог предсказать количество тварей. На каждом висело по три-четыре. Не ошибусь, если скажу, что у всех гематомы, кроме Кабана, а у тебя, Заноза, — растяжение.

— Че Заноза-то, сразу. Нормально все. Зелье приму, завтра как новая буду.

— Ага. А мы на зелье-то заработали-на? Я вам так скажу: сегодня мы в минус сходили. Костюмы восстановить. Зелья очистки. Лечилки. Все трофеи с червяков столько не отобьют, если только там уника какого не будет-на!

— Ну, я и не рассчитывал, что отряд сразу прибыль принесет, — заикнулся я. — Мы же об этом говорили.

— Если мы будем все время, как сегодня, ходить, то прибыли вообще не будет. Спасибо, что мы ни одной тройки не приманили в сей раз. Одни двоечки были. А так в этой кутерьме кому-то могли и реально жопу откусить! Моя ошибка, канешно. Если что, я не собираюсь ни на кого валить. Но я же и говорю. Надо пересобирать снарягу и тактику. — Заноза пошевелила губами, я отчетливо увидел: «тактика-херактика». — Иначе придет в такой куче две тройки, и у нас будут потери или серьезно покалеченные бойцы-на. Так што я не разнос щас устраиваю, а просто ставлю вас в известность об изменениях. Боярин, мы продолжим это гнездо дербанить? Спускаться будем?

— Да, продолжим. Да, будем. Я понял, о чем ты, Олег. У тебя же есть идеи по снаряге и тактике?

— Канешно есть, иначе чего бы я тут разорялся. Вот, смотрите…

Все обсудив и решив перевооружиться и завтра во второй половине дня повторить «рыбалку», мы разошлись по комнатам. Заноза и Ветер остались ковыряться со своими костюмами, техническое обслуживание, все дела. Остальные сдали свою снарягу хозяину гостиницы, который должен был вызвать алхимика для починки.

А я, вместо того чтобы лечь спать, поперся в ночь в специально арендованное помещение, чтобы очистить наши трофеи. Во-первых, было интересно, что падает с червяков именно этого гнезда. Во-вторых, сколько ни есть, а все деньги. Завтра проверим, как работают мои договоренности с его милостью Фурсовым по поводу первоочередных закупок и льготных условий. Ну и, в-третьих, мало ли. Вдруг уникалка упадет? Я везучий.

Я не везучий. Я тупой. Полночи провозился с этим мусором. А нам реально с этого боя одна мусорная ерунда нападала. Из интересного только шесть звездочек сопротивления холоду, которые усиливали одноименную способность, не занимая места. А вот кому может понадобиться леденец с «растворением в дряни», я даже не знаю. Вернее, знаю. Никому! Нет, я понимаю, что этот трофей падает с червей часто, но не в шестидесяти же процентах случаев! Зла не хватает.

Я завалился в «Рог» уставший и злой. Мне еще «очистку» пить сегодня, потому что пить ее «до» дезактивации трофеев глупо. Подумав, я все же решил рискнуть и завалиться так.

Нет, ну а что? У меня просто сегодня день тупых решений. Имею право.

Всю ночь я гулял по мертвому Воронежу, вглядываясь в замерзшие лица знакомых и незнакомых людей. Под утро начался вообще какой-то треш-парад из жутких видений. Огромные монстры, крушащие бронетехнику, как тараканов. Магические печати, закрывающие половину неба и извергающие гигантские молнии. Странный кристалл, похожий на огромный «леденец», внутри которого вспыхивали и гасли витиеватые письмена, которые я не мог разобрать. Жуткий силуэт в ледяной глыбе источающий ледяную ярость.

Как ни странно, утром я чувствовал себя довольно бодро. Отравление дрянью полностью ушло. Стихийное сердце даже слегка пополнилось. Голова болела, и восприятие притупилось. Сон не принес отдыха. Впрочем, я могу отдать трофеи Кабану на реализацию, Ветру — свою карточку с деньгами. А сам завалиться спать до обеда.

Отличный план. Так и поступлю!