Изгой рода Орловых: Барон

Глава 2 Внезапное наследство

Вика, конечно, примчалась ко мне тем же вечером, не утерпела. Любопытство ее прямо распирало. Как не лопнула только по дороге?

Они обнялись с Истоминой, как старые подруги. Хотя и виделись всего один раз. Я вот не понимаю: все девчонки такие лицемерки, или они более чувственные и лучше проникаются к людям? Или обе, увидев, как другая близка для меня, внесли вторую в некий внутренний реестр: «близкие подруги»? Загадка.

Вика хотела знать все. Все подробности! Она только спросила, насколько я доверяю Марии, и, услышав «полностью», перестала на нее коситься, как будто так и надо было. Так что она засыпала меня вопросами о том, что произошло три дня назад. Когда я рассказал, что именно дед, по сути, убил отца, она некоторое время мрачно молчала, а затем выдала:

— Ну и правильно ты уконтропупил старую сволочь! Туда ему и дорога. Тварь. Сделаю подношение на саркофаге папы и расскажу ему, что ты отомстил за его смерть.

— Но больше никому! — обеспокоенно сказал я.

— Больше никому, — подтвердила она, энергично кивнув головой. — Алекс, ну не дура я, ты что!

Услышав, что у меня все это время жил Игорь, и про мое «убирайся в башню», Вика распахнула глаза, а затем задумчиво произнесла:

— А старик-то в башне так и не появился. Я бы знала. Не могу поверить, что человек, который нас с тобой на руках держал и учил, смог вот так отравить и отвести на заклание! Это… слушай, все старшие бояре такие твари, а? Это что — возраст, размягчение мозга? Нет, практичность — это круто и правильно, но должна быть мера!

— Знаешь, я думаю, от человека много зависит, — ответил я, подумав. — Кто-то становится вот таким «идеальным слугой», кто-то вообще перестает считать других людьми, они для него только строки в балансе собственных выгод и неудобств. Даже родичи. А кто-то остается человеком до конца жизни, как наш отец. Быть нормальным человеком очень неудобно, хлопотно и нерационально. Но… я предпочту так, чем как дед. Я до сих пор его поступки переварить не могу. Тошнит. А что касается Игоря… Вот если бы я его убил, я бы поступил правильно и рационально. Он опасен. И вполне было за что. Его внезапное «благодеяние» в конце вообще ничего не значит — он же не знал, что Геллер переписал мне печать. Он-то думал, что я бы так и так сдох, только, по его мнению, «по-благородному». Но я решил остаться человеком. Пусть он живет. В конце концов, помимо его предательства было все: и руки, которые держали меня в детстве, и мудрый голос наставника. Да и Марии он помог просто так, хотя мог и не делать этого. Да даже его последний порыв и отношение к происходящему как к «дерьму» — все это хоть чего-то стоит. Хотя бы сохранения жизни вопреки личной выгоде и практицизму. Но я очень надеюсь, что мы с ним больше никогда не увидимся. Простить я его не могу.

— Ты смотри, Орлов! — весело встряла Истомина. — Будешь такое говорить, я решу, что ты особенный, и того и гляди в тебя влюблюсь. И тогда плакала твоя… — она осеклась, сообразив, что про свадьбу я ничего Вике не рассказывал, и закончила: — веселая жизнь.

Ближе к концу рассказа Вика неожиданно выпалила:

— Слушай! А дядя Гоша, получается, в курсе был? Просто у меня тут некоторые его речи и поступки с твоим рассказом сошлись.

— Я думаю, и он, и хранитель были в курсе схемы. Георгий Алексеевич активно участвовал, прикрывал, грел место. Как послушный сын. А брат деда, скорее всего, привлекался для консультаций по ритуалам и был в курсе «в общем и целом». Ну и он же должен был подменить дедов тотем, чтобы родичам показать после «смерти».

— А Викентий? Агнесса? Семен? — она сощурила глаза в приступе праведного гнева.

— Остальные, полагаю, были либо не в курсе, либо, как Агнесса, чуяли что-то или знали, но совсем без подробностей. Но точно я не знаю. Викентий, судя по всему, вообще в схеме не участвовал, более того, дед подкинул мне улики, чтобы перевести стрелки за убийство отца на него. А что?

— Да мы с Викентием Алексеевичем, кажется, нашли общий язык и вроде как сотрудничаем в рамках совета рода. Если бы он участвовал в схеме, я бы… нет, не отшила его, но опасалась бы и постоянно подстраховывалась.

— Так ты и не расслабляйся. В деловом отношении он тебя кинет, как только выгода от кидка перевесит выгоду от сотрудничества, — открыл я сестре Америку.

— Ну, это-то нормально, — отмахнулась сестра. — Это уж как водится. Хотя мне кажется, он мне даже немного симпатизирует. Его потомки тупые как пробки, а я — умница и солнышко! — и она задрала вверх указательный палец.

Когда я закончил рассказ, девчонки какое-то время сидели молча, переваривая услышанное. А затем Вика своим «особенным», вкрадчиво-слащавым тоном пропела:

— Бра-атик. Телепорт, говоришь, сутки заряжается? А дедуля сидел как паучок в логове. Интересно, а что этот паучок в норку наволок? А? А-алекс? — вздохнув, добавила: — Впрочем, ты наверняка все самое вкусное уже утащил в свою норку.

Я рассмеялся. Сестра, как всегда, перевела разговор на материальные ценности. Но я был совершенно не против.

— Не поверишь, но нет, — ответил я. — Не в смысле, что вкусного нет. Я просто даже не заходил туда с эпичной битвы за мою душу. Ждал тебя. Мне кажется, если мы там что-то найдем, часть по справедливости должна достаться семье. Не роду — этим упырям я снега зимой не поднесу, — а тебе, Сашке и маме.

— Пусть духи предков благословят тебя за щедрость, братик! — я поморщился при упоминании этих могущественных осколков великих магов прошлого. — Когда в закрома? Сейчас? Ведь сейчас, да?

Я еще раз рассмеялся:

— Вот ты так же подпрыгивала, когда подарки на день рождения распаковывали, егоза! Сейчас, сейчас пойдем, стул мне не сломай своим ерзаньем. Мари, — обратился я к Истоминой, — ты с нами?

— Конечно! Присмотрю, чтобы тебя родная сестра при дележке не напарила! — она задорно подмигнула Вике.

— Ну-у-у, братец, зачем нам эта женщина при осмотре семейного достояния, — надула губы Вика. — Что еще за «присмотрю»? Чтобы я родного брата на имущество обжулила? Да никогда! Разве что самую капельку… — она показала руками «капельку» размеров примерно в полметра.

— Все, идем, — я хлопнул в ладоши. — Телепорт должен был зарядиться. Я сейчас.

Я сбегал к себе в комнату, открыл сейф и достал медную пластину с драгоценным камнем в центре — ключ от телепортационного артефакта в «логове дедушки-паучка». Предварительно заблокировал все камеры внутри дома. Мало ли кто у меня в системе засел? Кай с утра перелопачивает код моего «умного дома» на предмет закладок и еще не закончил. Проверил уровень эфира в ключе. Вполне достойный.

Вернувшись в гостиную, я положил диск на ковер и произнес слово активации. Над ковром, покачиваясь, повис телепортационный кокон в форме эллипса. — Ну что, девушки? Идемте в закрома. Быстро проходим, штуковина действует меньше минуты!

Девчонки тут же заскочили в портал, а я, осмотрев гостиную, шагнул за ними. Нехорошо, конечно, что ключ там валяется неохраняемый, но сегодня, надеюсь, ничего страшного не случится.

Едва я вышел из телепортационного кокона с той стороны, Кай тут же сообщил о разрыве соединения и вывалил на меня ворох системных сообщений, но я, не глядя, отправил их в архив, потом разберу.

Сестра с любопытством оглядела прихожую. Истомина стояла с пистолетом в опущенной руке, и где только взяла? Вроде в домашних шортах места под него не было! Впрочем, она выглядела расслабленной. Но глаза бегали по сторонам, оценивая степень угрозы. Я чуть не забыл, что мое рыжее сокровище — следователь-оперативник. «Нет, где она пистолет прятала?» — последнее я пробормотал, потому что Мария флегматично заявила:

— Нигде не «прятала». Рядом с креслом лежал, под документами. После твоих приключений с Игорем и дедом я с оружием не расстаюсь. На всякий случай. А то тебя слишком часто пытаются убить, Орлов.

«А то тебя часто пытаются убить, Орлов»

Я кивнул, признавая правильность ее доводов. Затем шагнул вперед и позвал девушек: — Ладно, хватит в прихожей толпиться, пойдемте основные помещения осмотрим. Мария, здесь твои профессиональные компетенции придутся как нельзя кстати.

Мария хмыкнула:

— Вряд ли он в месте, которое считал надежным убежищем, делал тайники или что-то прятал. Но посмотрим, да.

Всего «норка паучка» состояла из пяти помещений, если считать прихожую.

Санузел с шикарным джакузи. У меня в особняке простая душевая! Жаль, отсюда эту красоту не вытащить. Его мы осмотрели довольно бегло, хотя Истомина не преминула вскрыть дверцы в коммуникации и сливной бачок.

Следующей мы осмотрели спальню. Здесь царил тяжелый запах болезни, перемешанный с запахом отваров, мазей и других медикаментов. Я включил вентиляцию, а Мария пробежалась по шкафам и тумбочкам. Ничего особенного, кроме здоровенной коллекции алхимии — работы, несомненно, Игоря. Дедушкины «таблетки», хотя по большей части зелья. Отнесу на анализ Серне, может, нам самим что и пригодится для командной аптечки.

Кабинет был обставлен богаче всего. Сейф, открытый и довольно плотно набитый документами. Солидный письменный стол с большим количеством ящиков. Современная ЭВМ в специальном отделении, огромный голомонитор с жестовым и голосовым управлением. Я немедленно потребовал от Кая подключиться к эвм-ке и прошерстить ее на предмет блокировок, паролей и закладок системы безопасности с удалением критически важной информации. А также подключенных профилей банков, соцсетей и прочей важной инфраструктуры. Девчонок предупредил, чтобы пока в эвм-ке ничего не трогали, а то можно легко утратить самое важное. В сейфе я что-то никаких драгоценностей или пачек денег не заметил.

Вдоль стен расположился большой стеллаж с печатными книгами. Копии, конечно, в пластиковых обложках, но все равно редкость по нынешним временам. Я провел кончиками пальцев по корешкам книг. «Ритуальные особенности работы с выделенными гармоническими структурами», «Философия смерти», «Справочник: Ритуалы привязки душ», «Ритуальная магия на крови»… Здесь был полный набор некроманта-эксперта, прямо. Помимо этого довольно много книг, начинающихся словом «Ритуал». Ну да, дед был одним из ведущих ритуалистов Воронежа. И одна полка, расположенная на уровне руки сидящего человека, содержала непристойные романы. Дед, оказывается, почитывал порнографию. Я полистал один и аккуратно поставил обратно. Мне такое пока не надо в книгах. У меня в реальной жизни все с этим хорошо.

Здесь же был небольшой бар-холодильник с элитным спиртным и «Чудо-повар» — магическая машина, которая из опилок и навоза могла приготовить любые блюда ресторанного качества. Единственное — молекулярные магические рецепты занимали большой объем, записывались каждый на отдельный носитель и стоили довольно дорого. Но для деда это проблемой не было. Его коллекция «рецептов» насчитывала полторы сотни инфопластинок.

— А вот и заменитель Игоря, — неловко пошутила Истомина, оценив агрегат и его возможности.

— Я таким никогда не пользовался, — ответил я. — За вкус не ручаюсь.

— Всяко лучше, Орлов, чем если готовить или, правильнее говоря, жечь еду буду я.

— Так, голубки, — прервала нас Вика. — Я выгребаю сейф. Делим бумаги пополам и сортируем с тобой, Мария, согласна? — та кивнула. — Или что-то еще надо посмотреть?

— Там лежит его одежда, — ответил я. — Пойду осмотрю, может, что-то нужное в карманах завалялось.

Истомина с Викой дружно закивали, уже распределяя содержимое сейфа по полу кабинета. Я за такой энтузиазм только порадовался и пошел осматривать одежду. Никакой брезгливости или, упаси духи, чувства вины я не испытывал. Помер Трофим, да и духи предков с ним. Вещи — это просто вещи. Или трофеи. Прямо как с порождения дряни, чем дед для меня, по сути, и стал.

Исследование одежды принесло несколько интересных вещей. Во-первых, ключ с доступом к родовому хранилищу. Я знал, как он выглядит, да и оттиснутый на пластине герб Орловых не оставлял сомнений в принадлежности ключа. Первой реакцией было скрыть его нахождение, но я себя одернул. Что за глупости? Зачем он мне? Прокрасться в башню, чтобы обнести хранилище рода — задача нетривиальная и для моих нынешних способностей непосильная. Да и не буду я такой ерундой заниматься. Отдам Вике. Второе — ключ от ЭВМ. Судя по всему, от того, который стоял в кабинете. И имплант. Он выпал, когда растворилась голова старика. Лишенный подпитки, он сейчас не работал. А вот это — ценные находки! Родовой перстень, украшения типа платиновой заколки и запонок я, не глядя, сгреб в рубашку деда, сходил в кабинет и бросил этот кулек на стол перед голографическим проектором. Вроде все.

Я воткнул ключ от компьютера в разъем для подключения. Кай тут же радостно оповестил меня о разблокировке системы и начал потрошить дедовские файлы. Добыча уже радовала. Я подозревал, что дедушка, как и отец, имел независимые от рода счета или недвижимость, и рассчитывал, что информация о них найдется в бумагах или на эвм-ке. Поделим с Викой по-братско-сестрински.

С добычей мы разбирались до глубокой ночи. Дед был на удивление скромным и имел крайне небольшое для такого богатого и влиятельного человека отдельное от рода «тайное состояние». В его случае это были скорее деньги на «карманные расходы». Никакой недвижимости он не имел, кроме этого убежища, вполне себе задекларированного и находящегося «на первом уровне Центрального района». Главным сокровищем этого «логова» оказались книги по ритуальной магии. Но и деньги тоже нашлись.

В результате я стал богаче на сумму с семью нулями. Теперь я мог закрыть все свои текущие потребности и потребности команды, почти не считаясь с расходами года эдак на три-четыре вперед. Этого по-прежнему было мало для организации хоть сколько-нибудь масштабного производства, но Вика гарантировала, что свои пятьсот миллионов инвестиций я получу, как только мы начнем реализовывать мой странный план.

Книги ее совершенно не заинтересовали, тем более что это были копии оригиналов из библиотеки Орловых. При желании Вика могла получить к ним доступ в любой момент. Побрякушки вроде запонок было решено оставить здесь — никто из нас не хотел брать его личные вещи.

Некоторые документы представляли интерес, но, в основном, для Орловых, я отдал их Вике не читая. Кажется, ее вес в совете только что повысился. Грязные секреты, тайные интриги, покушения на родственников — нити той паутины, которой дед окутывал род в течение десятилетий, теперь оказались в цепких когтистых пальчиках моей драгоценной сестры.

А вот аналитические записки по другим родам Воронежа, включая Воронцовых, мы получили оба, благо все это было в электронном виде. Бумаги из сейфа по большей части касались ритуала, который он планировал провести для переселения души. Личные разработки и эксперименты дедули. Он, оказывается, убил почти пятнадцать человек, прежде чем достиг более-менее приемлемого результата. Да и потом, пока он не отработал ритуал до тонкостей, погибло еще семеро. Нашел я чертежи и подробное описание моей печати «изгоя». Ну да, ритуал не из «стандартного набора рода». Здесь ему, судя по записям в разработке, помогал Владимир Георгиевич, дрянь ему в печень.

Ну и вишенка на торте: архив отца. Тщательно сохраненный, хоть и не распакованный. Тот самый, в пропаже которого обвинили меня. Довольно странный документ, защищенный от размножения магией. Сам архив скопировать было можно. Но только в одно место и в единственном экземпляре. Кроме того, он был зашифрован, и даже дедовский ассистент не смог его взломать без повреждений. А он был реально покруче Кая.

Имплант с нейро вместе с ключом от родового хранилища я, как и планировал, отдал Вике. Насыщенный вышел денек. И прибыльный, что не могло не радовать.