Гладиатор. Восхождение.

Глава 20

День томительного ожидания пролетел быстро, словно час. И вот — уже настало следующее утро. Сегодня, после трапезы, был запланирован мой первый «прогулочный» выход в город. Не скрою, что после стольких месяцев заключения в стенах нашего лудуса, мне очень хотелось вырваться из этого замкнутого пространства и получше рассмотреть окружающий меня большой мир, в который меня занесло по воле злого рока.

Ведь, если не считать самого первого моего дня, когда я появился здесь, то мне удавалось всего дважды покидать территорию нашей школы. И то, это была лишь дорога до амфитеатра и обратно. Ничего больше толком разглядеть мне не удавалось. Да и настроение, честно говоря, тогда было совсем не то… Когда ты направляешься на смертельный поединок, который вполне может стать для тебя последним, то тут уже не до красот окружающего мира. А обратно мы всегда возвращались, как правило, затемно. И уже ни черта вокруг не было видно.

Поэтому, я с нетерпением ждал этой прогулки. Впервые мне предоставлялась возможность спокойно осмотреться вокруг и познакомиться поближе с той необычной для меня жизнью, проходившей все время, где-то там — за пределами высоких стен моей казармы-тюрьмы. Ведь это довольно тяжело — всё время вести беспросветно-суровый образ жизни, наполненный ежедневными изнуряющими тренировками, тяжёлым бытом, унижениями и ожиданием неминуемой гибели, одновременно зная, что где-то совсем рядом, буквально за каменными стенами кипит совсем другая жизнь…

И вот, наконец, я полноценно увижу её своими глазами. Правда, со мной отправился один из наших «вольнонаёмных» тренеров, в сопровождении ещё двух вооружённых надсмотрщиков, но это уже не имело значения. Так или иначе — я оказался на свободе. Пусть, конечно, эта свобода во многом была условной и не полной, но это было уже совсем другое дело. Не то, что вечное заключение в каменном мешке лудуса! Я мог свободно перемещаться по городу, идти куда захочу и, не торопясь, спокойно рассматривать то, что мне было интересно. Хотя, было и одно ограничение. Я не имел права заходить в общественные здания, дабы не осквернять их своим низменным присутствием и не мог разговаривать с кем бы то ни было без разрешения моих сопровождавших и лишь в их присутствии. Но я был так рад вырваться из душной атмосферы нашей чёртовой казармы, что был согласен на любые условия.

С самого утра ко мне приехал Децим Назим, чтобы провести очередное занятие, а на самом деле — передать последние инструкции, касающиеся нашей тайной встречи с Ливией.

— После обеда она обычно любит гулять в саду или по городу, — рассказывал мне мой товарищ, — В городе её, как правило, сопровождает свита и провести незаметную встречу сложно. А вот по своему саду она часто гуляет совсем одна или в сопровождении одной лишь преданной служанки. Там, в глубине, возле небольшого внутреннего прудика, есть тенистая беседка, увитая плющом. Она отлично скрывает, находящихся внутри, от посторонних глаз. Там она и будет ожидать. Служанка откроет тебе небольшую боковую калитку в ограде. Смотри, она расположена вот тут…

Дима быстро накидал мне упрощённый план дома префекта и прилегающего к нему сада. Я привык работать с картами местности, поэтому запомнить такую незамысловатую схему мне не составило труда. Задав моему другу пару уточняющих вопросов, я всё для себя уяснил.

— И ещё, — продолжал свои наставления Диман, — Ливия рискует своим положением, встречаясь с гладиатором, да ещё тайно и прямо у себя в саду. Помни это.

— Что ей грозит, если об этом узнают? — быстро спросил я.

— Понятное дело, что ничего такого уж прям сильно страшного с ней не случится, даже в случае огласки. Но в здешнем обществе непременно пойдут разного рода кривотолки и сплетни. А такой небольшой, провинциальный город, как Пренест, просто обожает подобные вещи. Местной элите скучно живётся. Для них это — словно глоток свежего воздуха. Вот и используют слухи и сплетни для своего развлечения, а заодно и для очернения своих противников и конкурентов. Одним словом, резонанс может быть сильным и нежелательным для дома префекта. Это — прямой удар по его карьере. Антоний Цетин — человек тщеславный. Он давно уже хочет выгодно выдать замуж свою младшую сестру за какого-нибудь влиятельного человека из столицы и с его помощью перебраться на повышение в Рим. Вот и следит за Ливией, словно коршун за добычей.

— И как только она тогда решилась на такое? — удивился я.

— Её тоже уже в конец достала эта назойливая опека. Но сделать она ничего не может. Не имеет права. После смерти их родителей, Антоний — глава дома. Его право всё решать. Вот Ливия и «бунтует» по-своему. Девушка она с характером, не хочет слепо смиряться со своим положением и быть игрушкой в руках брата.

— Но ведь, ей же может достаться от него?

— Господи, Лёша, ты не о том сейчас думаешь. Не знаю, как ей, а вот тебе точно от него достанется, если «спалишься»! — жёстко заметил Дима, — Её скомпрометируешь, а себя и вовсе погубишь. Так что — помни об этом и будь осторожен. Из вас двоих ты рискуешь гораздо больше. Причём не каким-то там имиджем или своим положением в обществе, а своей головой.

— Ну, к этому мне не привыкать, — усмехнулся я, — Тоже мне — напугал козла капустой… Ещё в свои курсантские годы лазил в окна к замужним жёнам офицеров, был такой грех по молодости… Но опыт остался — его не пропьёшь. Вопрос в другом — как мне оторваться от своей охраны, чтобы незаметно проникнуть в сад к префекту?

— О, а вот это совсем не проблема! — улыбнулся декурион, — Я обо всём договорился с Аврелием. Думаешь, он не в курсе амурных похождений своих подопечных? Как бы не так!

— Ничего себе…, - мне оставалось только развести руками. Такого я не ожидал, — С чего бы это вдруг?

— А ты не догадываешься? — лукаво глянул на меня Диман, — Аврелий не только местный скряга-импресарио, но ещё и, так сказать — «теневой бизнесмен». Соображаешь?

— Пока не очень…, - вынужден был честно признаться я.

— Да шантажист он просто…, - ответил декурион, понизив голос до шёпота, — Любит собирать чужое «грязное бельё», чтобы потом в нужный момент выгодно этим воспользоваться в своих интересах. А уж тайные грешки жён, дочерей и сестёр наших уважаемых патрициев, которые все хотят оставить «за кадром» — его излюбленный «конёк». Ведь многие из этих почтенных дам обожают его гладиаторов… Конечно же — он в курсе. Тут без него и мышь не проскочит. У него, наверное, целое секретное досье на каждого имеется. Я порой даже удивляюсь — как это его до сих пор ещё не прибили.

— Выходит мы ему потакаем! — возмутился я, — Помогаем «нарыть» компромат на префекта?

— Мы, прежде всего, помогаем себе, — отрезал Димка, — А в данном случае, стараемся добыть тебе вольную. И тут уж — на войне, как на войне — все средства хороши. Впрочем …, если ты не хочешь, — многозначительно добавил он, — То не поздно ещё всё отменить.

Мои колебания были не долгими. Перед моим внутренним взором тут же предстал яркий образ гордой красавицы-римлянки, я вспомнил её улыбку, адресованную мне на арене, и моё сердце невольно забилось чаще.

— Нет-нет, почему же? Я не против с ней встретиться, — быстро проговорил я, — Тем более, если это, как ты говоришь — для пользы дела…

— Вот и славно. Только будь осторожен.

— Буду, — твёрдо пообещал я.

Тут к нам в комнату заглянул один из охранников и наш тайный сговор был прерван. Дальше Децим Назим продолжил уже свой обычный урок. Правда, уже при расставании он успел шепнуть мне последние «ценные указания», касающиеся времени и условий нашей встречи с Ливией. Блин, как настоящий шпион. А я почувствовал себя секретным агентом, идущим на тайное задание, замаскированное под интимную встречу…

Итак — процесс пошёл. Первое моё здесь рискованное свидание. Ладно, мне не привыкать. Посмотрим, что получится…

До окрестностей Пренеста мы добрались на нашей повозке, той самой, на которой мы обычно ездили в город на «работу». С той лишь разницей, что теперь целью нашей поездки был вовсе не амфитеатр. Честно говоря — и слава Богу — лишний раз видеть его мне совсем не хотелось. Эту местную «достопримечательность» я, с самого начала, решительно вычеркнул из списка своих посещений.

Предместья города утопали в зелени садов и фруктовых рощ, среди которых то тут, то там мелькали светлые, выбеленные стены загородных особняков местной знати. Надо сказать — нехилые у них тут были «дачки». Некоторые виллы здешних патрициев вполне напоминали небольшие дворцы. Как и большинство древних городов, Пренест был окружён довольно мощной каменной стеной и рвом. А над обеими городскими воротами — главными и вспомогательными — возвышались по две внушительные сторожевые башни.

Миновав центральные ворота, охраняемые городской стражей, мы, наконец, въехали в сам город. В отличии от своего первого дня, на этот раз я мог уже достаточно хорошо его рассмотреть. Его архитектура сразу же поражала своей гармонией и симметрией.

Насколько я успел заметить, все основные улицы были тщательно вымощены и проложены перпендикулярно друг другу. В каждом из образуемых ими кварталах было примерно по десять дворов, утопавших в зелени садов. В свою очередь, каждый из таких кварталов разделялся на две равные половины проходом, в котором с одной стороны были устроены траншеи каменных труб канализации, а с другой — желоб акведука, прикрытого сверху полукруглыми каменными плитами от попадания мусора, веток и листьев. В тёмное время суток центральные улицы освещались специальными уличными фонарями. Хоть они сейчас и не горели, но я их отлично разглядел. Они были масляными и представляли из себя высокий столб с каменной или металлической чашей наверху, куда заливали масло и ставили фитиль. Вот так — водопровод, канализация, городское освещение! Прямо — идиллия и цивилизация, мать его… Если, конечно, не брать в расчёт рынок рабов, периодически функционировавший на главной площади и варварский обычай устраивать гладиаторские бои на стадионах вместо нормальных футбольных матчей…

Прямоугольная рыночная площадь, к которой мы сейчас не спеша поднимались, находилась на возвышении небольшого холма и по периметру была окружена высокими колоннами и одноэтажными вспомогательными постройками. Здесь же, неподалёку, располагался форум. Этот холм с рыночной площадью и форумом являлся фактическим центром всего города, раскинувшим ниже, у его подножья, свои жилые кварталы. К площади же вели и все четыре главные улицы. Почти все постройки внутри городских стен были каменными, либо кирпичными. Деревянными были лишь дополнительные пристройки, веранды, балконы, беседки или сараи.

Амфитеатр, храмы и другие общественные здания находились вне жилых кварталов. При ярком дневном свете я смог отлично разглядеть их силуэты. Они поражали воображение своим каким-то внутренним величием и изысканной красотой. «Да-а, здорово! — восхищённо подумал я про себя, — Ну, почему же сейчас у нас не строят так красиво и монументально…?» Однако, среди всего этого архитектурно-исторического великолепия, сегодня меня, в первую очередь, интересовало лишь одно строение.

Особняк городского префекта располагался практически в самом центре города, у подножия холма и был почти полностью скрыт за роскошным, тщательно ухоженным садом. Основные ворота поместья были заперты. Ясное дело — гостей в это время префект не ждал. С самого раннего утра он уже уехал «на работу» и в этот момент был занят исполнением своих должностных обязанностей. Но мне не составило труда быстро отыскать боковую калитку в довольно высоком заборе, огораживавшим двор со всех сторон.

— Мы будем ждать здесь, неподалёку, в местной термополии, — сказал сопровождавший меня помощник Тарквиния, — Отсюда как раз хороший обзор и за калиткой, и за всем двором, — многозначительно добавил он.

В самом деле, буквально напротив садовой ограды, через дорогу, располагалась вполне приличного вида термополия. Теперь я уже знал, что здесь так называются здешние заведения «общественного питания», типа кабака или таверны. Это было небольшое помещение с прилавком, выходящим окнами на улицу. В стенах, на крюках висели колбасы, сыры и прочая снедь, распространяя на всю улицу ароматы специй и душистых трав. Подавали здесь и вино, естественно, разбавленное водой. Посетители ели и пили тут стоя, сидячие места не предусматривались. Лишь чуть поодаль, вдоль стен стояли лавки, на которых горожане могли отдохнуть после трапезы. Предназначались эти термополии в основном для плебеев и небогатых слоёв общества, не имевшим возможности содержать свою кухню. Патриции же и местные богачи предпочитали есть дома или в гостях.

В предвкушении обильного обеда, мои «церберы» охотно отправились в заведение, а мне было не до трапезы. Я занял свой «боевой пост» у калитки, спрятавшись в тени свисавших из-за забора деревьев, и стал ждать. Определять точное время здесь оказалось не так-то уж и просто. Ведь ни электронных, ни даже механических часов тогда ещё не существовало. А свои наручные часы я берёг и сегодня, на всякий случай, решил их не брать, чтобы ненароком не разбить или не потерять.

Конечно, в Пренесте, как и во многих римских городах, на форуме и на торговой площади, были установлены большие солнечные часы, такие же стояли и почти в каждом богатом дворе. Были тут и особые водяные часы — клепсидры. Их тут очень ценили. Ведь, в отличии от солнечных, они работали в любое время суток и в любую погоду. А не только днём и при хорошем солнечном свете. Принцип их работы был прост, как грабли. Вода медленно перетекала из одного сосуда в другой, а время определяли по специальным отметкам на стенках сосудов. Были даже небольшие, карманные модели. У Аврелия я видел один из таких. А вот, что меня здесь сильно поразило, так это — полное отсутствие песочных часов! Представляете? Кто бы мог подумать… Удивительное дело, но, в отличии от весьма расхожего стереотипа — тут их, оказывается, совсем не знали.

Основные городские часы отсюда мне, разумеется, были не видны и никаких клепсидр поблизости тоже не наблюдалось. Так что приходилось ориентироваться во времени лишь приблизительно. Но, по всем расчётам, мы пришли на встречу даже раньше положенного. Так что, ждать пришлось довольно долго. Время шло. Я уж было подумал, что свидание сегодня вообще по какой-то причине не состоится, но тут за калиткой послышались быстрые лёгкие шаги. Звякнула внутренняя задвижка и в приоткрывшуюся створку выглянула молодая девушка-служанка, одетая поверх туники в лёгкий и прозрачный пеплум и с убранными в аккуратный пучок волосами. Она осторожно и внимательно осмотрела улицу. Увидев меня, девушка, не говоря ни слова поманила меня рукой, а затем приложила палец к губам. Проникнувшись этой молчаливой таинственностью, я последовал за ней вглубь сада. Сцена напоминала фрагмент из немого кино, было даже забавно. За моей спиной захлопнулась калитка.

— Иди за мной, — коротко прошептала служанка, — Хозяйка велела проводить тебя в беседку.

— Как скажешь, крошка, — ответил я и направился по узкой вымощенной красивой плиткой дорожке, петлявшей среди зелени и цветов.

Здесь было очень тихо и совершенно безлюдно. Сюда совсем не долетали звуки городского шума и суеты. А вскоре показалась и сама беседка — невысокое изящное строение, густо увитое плющом и почти скрытое от глаз. Внутри было прохладно, пахло свежей зеленью и цветами. В центре ласково журчал небольшой мраморный фонтан, придавая обстановке уюта. А сразу за беседкой виднелся небольшой прудик, покрытый зеленью различных водных растений. Просто райский уголок — само то для романтических свиданий. Я, честно говоря, был реалистом и даже не надеялся, что наша первая же встреча станет романтическим свиданием, но обстановка была вполне подходящей. И я вдруг почувствовал, что начинаю нервничать, как школьник, впервые собиравшийся поцеловать одноклассницу за углом школы и поджидавший её после уроков.

Это меня, признаться, удивило. Странно. Человеком в подобных делах я был довольно опытным. Так, с чего бы это? Однако, что-то в этой предстоящей встрече было такого волнительного и таинственного, что делало её необычной и даже в какой-то степени опасной, что ли… У меня были странные предчувствия. Я словно воровать в чужой сад залез и теперь опасался — как бы сторож меня не заловил и не надрал бы мне уши. Тьфу, ты, блин… Надо же такое подумать. И хоть моя интуиция не была вполне спокойна, я отбросил все волнения и решительно вошёл в беседку.

— Жди здесь, — велела мне служанка и исчезла.

Ну, что же… подождём. От нечего делать я обошёл беседку по кругу и, по привычке, так — на всякий случай, внимательно изучил всю обстановку. Как знать…, может мне придётся быстро отсюда сматываться или вступить в бой…? Даже сейчас, в предвкушении встречи с красивейшей женщиной Пренеста, я почему-то не чувствовал себя расслабленным и умиротворённым. Некое внутреннее напряжение никак не отпускало…. И было не понятно из-за чего? Кажется, я становлюсь излишне мнительным. Не удивительно…, с такой жизнью и параноиком не долго стать. Оставалось надеяться, что никаких мантикор или амфисбен тут нет и опасаться нечего. Я даже усмехнулся такому невероятному предположению. Лезет же в голову всякая чертовщина… И я изо всех сил постарался настроиться на позитивный лад. В конце концов, это она меня сама пригласила, и я пришёл на встречу с красивой женщиной, а не на битву. Я не делаю ничего плохого.

Но местность я всё-таки изучил… Это не заняло много времени. После чего, я присел было на одну из широких каменных скамеек, которые были расставлены вокруг фонтана. Но, услышав за спиной приглушённые шаги, резко обернулся:

— Итак, ты пришёл…, - послышался приятный, певучий голос.

***************************************