Фрау попаданка

Глава 32. Ещё один поцелуй

Когда я уже опустила бочонок, только тут до меня дошло, что мужчина, который замертво упал к моим ногам, совершенно не похож на герра Грубера.

Дорогой, расшитый золотыми нитями камзол, кружевные рукава рубашки — всё указывало на то, что этот человек относится к аристократам.

У меня мелькнула безумная в своей невозможности мысль. Я перевернула лежащего лицом в пол мужчину и в неровном свете, пробивающемся из низкой двери, увидела, что это господин барон.

«Боже, я убила градоначальника! Теперь меня точно сошлют на каторгу, — с ужасом подумала я.

И одновременно мне было его так жалко. Он такой красивый, пришёл меня спасти, а я его… бочонком.

Глаза наполнились слезами, я зажмурилась, но надо было что-то делать, может его ещё можно спасти?

Я склонилась над ним и приложила ухо к его груди. Мне показалось, что сердце билось. Но чтобы выяснить точно, дышит ли он, я приложила щёку к его лицу, но дыхания не почувствовала. Тогда я повернула голову, чтобы дотронуться губами, и вдруг крепкие руки обхватили меня, а мягкие губы прижались к моим.

Мелькнула мысль: «Слава богу, живой!» — и тут же исчезла, смытая тёплым, нежным поцелуем.

Через некоторое время, сквозь шум в ушах, я услышала чьи-то шаги и крик:

— Господин барон! Господин барон!

Я оторвалась и взглянула на мужчину, который смотрел на меня совершенно шальным взглядом затуманенных глаз.

«Я что, правда только что целовалась с герром фон Вальдеком?» — ошеломлённо подумала я.

Я решила, это, наверное, что-то у барона в голове повредилось после того, как я его бочонком треснула.

В дверях показался Рами. Увидел лежащего барона, меня полулежащую на нём, покраснел и застыл.

— Рами… — выдохнула я. — Я ударила господина барона бочонком.

И тут Рами разглядел валяющийся бочонок.

— Но я надеюсь, что господин барон жив и с ним всё в порядке, — добавила я.

Барон приподнялся, рукой дотронулся до затылка и сказал:

— Я и забыл, фрау Хелен, какая вы… опасная.

Я вздохнула:

— Ну я же не знала, что это вы. Я даже не знала, ищет ли меня кто-нибудь. Поэтому решила, что попробую освободиться сама. Я думала, что это герр Грубер.

— Значит всё-таки это он! — произнёс барон, — Я так и думал!

— Сейчас выберемся отсюда и отдам приказ арестовать герра Грубера, — добавил мужчина, и тон его голоса указывал на то, что герру Груберу не поздоровится.

Встал барон самостоятельно, укоризненно посмотрев на мою руку, которую я ему протянула.

«Ну да, — подумала я, — сильные мужчины не нуждаются в помощи слабых женщин».

Когда мы вышли, Рами рассказал, что это он обнаружил эту избушку ещё тогда, когда мы вместе с ним возили обеды дровосекам.

А я вспомнила, что мальчишка всё время бегал по лесу.

— Я сразу понял, что только там могли вас спрятать, фрау Хелен, — сказал Рами.

И я его обняла:

— Спасибо тебе, Рами. Без тебя бы я оттуда не выбралась.

— Да ладно, — смутился он. — Вот ещё господин барон помог.

А за господина барона я сильно переживала, потому что бочонок действительно был тяжёлый, и опустила я его от души. Мне показалось, что барон бледен, но то ли голова у господина барона была крепкая, то ли он храбрился, а только вышли мы из леса все вместе, и все на своих ногах.

Возле леса стояло несколько подвод, вокруг были люди, и, увидев меня, все обрадовались, закричали. Оказалось, что это господин барон организовал поиски, я удивилась что столько людей меня искали, но нашёл всё-таки меня сам барон.

Господин барон вскочил в седло, я села на телегу, а Рами на козлах привычным маршрутом повёз нас в город.

Господин барон сказал, что он нас проводит и удостоверится, что мы доехали, и только потом уедет.

Но когда мы подъехали к кнейпе, возле которой стояли фрау Улита и герр Фриц, я сразу пошла к ним, и вдруг услышала из-за спины крик Рами:

— Хелен! Господин барон!..

Обернувшись, я увидела, что господин барон медленно сползает с лошади. Лицо у него было бледное почти до синевы.

Я сразу подскочила, подставила ему плечо. Ух, здоров же он был! Но Фриц с Улитой помогли мне, а вскоре ещё двое мужчин, которые сопровождали господина барона, подхватили его и внесли ко мне в дом..

Поскольку комнаты, отремонтированные для гастхофа, у меня были свободные, я сказала:

— Несите его и положите в одну из комнат на втором этаже. Пусть пока полежит, сейчас вызовем лекаря.

Но когда я поднялась на второй этаж, оказалось, что они его внесли не в свободные комнаты, а в мою спальню и положили на мою кровать. Он так мило лежал, бледный и без сознания. Я испугалась, что всё-таки удар бочонком не прошёл для барона даром.

К лекарю послали Рами, и уже вскоре в дом пришёл уже знакомый мне доктор. Я рассказала ему ситуацию, которая произошла. Он осмотрел барона, расстегнул ему рубашку, подложил под голову ещё одну подушку, приподнял ему веки, посмотрел в глаза и вынес вердикт:

— У господина барона небольшое сотрясение, не смертельно, но несколько дней барону нужен покой, а сейчас ему необходимо поспать.

Лекарь оставил обезболивающий эликсир. Я на всякий случай поинтересовалась, из чего он сделан, мало ли, чтобы не дать какой-нибудь яд.

Оказалось, что это настойка лауданума. Лекарь сказал, что давать надо очень осторожно несколько капель, и мне стало страшновато, поэтому решила, что попробую своими способами, у фрау Улиты попрошу травки типа пустырника и заварю, чтобы не травить мужчину.

Лекарь ответил, что жирную и острую пищу барону пока нельзя, лучше что-нибудь лёгкое.

— Если будет сильно болеть голова, сделайте ему компресс холодный с уксусом, — добавил он.

Потом лекарь осмотрел и меня, потому что на скуле у меня был большой синяк. Он укоризненно покачал головой и сказал:

— О, фрау Хелен… Что-то вам не везёт с мужчинами. Что при муже вы в синяках ходили, и вот теперь…

— Но это было похищение! — возразила я. — И я очень надеюсь, что герр Грубер получит по заслугам.

— Да, — кивнул лекарь. — Я уже видел, что у его дома стояли стражники господина барона, а самого герра Грубера со связанными руками выводили. Поэтому не волнуйтесь: наш господин барон стоит на защите наших интересов.

Уже уходя, он добавил:

— Я понимаю, что вам неловко, что у вас в доме чужой мужчина, но постарайтесь сегодня не беспокоить господина барона. Не надо его никуда перевозить, тем более ездить самому в седле. Завтра с утра ему станет полегче, и тогда можно будет его перевезти в замок.

— Хорошо, — кивнула я.

Я не думала, что это что-то странное. В любом случае у меня же здесь гастхоф, ну, сделаю вид, что господин барон снял одну из комнат.

— Вот и ладненько, — сказал господин лекарь. — Если вдруг ночью ему станет хуже, пожалуйста, не стесняйтесь, пришлите за мной.

Удостоверившись, что барон спит, я спустилась вниз. Там были Улита и Фриц. Они-то мне и рассказали, что, как оказалось, господин барон поднял тревогу, когда я пропала, и он же вызвал своих стражников, чтобы те обыскали дом герра Грубера.

— Да-а, — сказала Улита. — А твой этот Лукас вообще ничего не делает. Только у Власьки своей ночует. И то это последний месяц, а до этого у Агнессы ночевал. Тьфу! — сплюнула фрау Улита. — Несерьёзный он, не подходит тебе.

Она мне и раньше про Лукаса говорила, но мне казалось, что это нормально: он же свободный мужчина, я ему не поддаюсь, а потребности мужские никуда не деваются. Да и замуж он меня не звал. Вот когда позовёт, тогда я ему и выскажу.

Поэтому я просто улыбнулась, понимая, что пожилая женщина искренне за меня переживает.

И тут, как говорится, вспомни чёрта и он появится.

Обрадованно улыбаясь и раскинув руки широко в стороны, в трактир вошёл герр Лукас и направился ко мне, явно намереваясь меня обнять. Но я ловко уклонилась. Он заметил синяк у меня на лице.

— Хелен! Кто тебя ударил? — спросил он.

— Тот, кто меня похитил, — ответила я.

— Он получит по заслугам! — воскликнул Лукас. — Я сейчас же поеду и арестую его. Скажи мне, кто он?

Фрау Улита не выдержала:

— Так уже арестовали! А где ты-то был?

Красавчик вздрогнул:

— Я занимался поисками. Как с утра выяснилось, что фрау Хелен пропала, так и организовал поисковый отряд!

— Это господин барон организовал, а не ты, — отрезала Улита. — Тебя-то небось из тёплой постельки Власьки вытащили, — ядовито добавило пожилая фрау.

— Послушайте вы, фрау Хофер, — вдруг грубо сказал Лукас, — не вашего ума это дело!

— Лукас, не груби фрау Улите в моём доме, пожалуйста, — сказала я.

Лицо красавчика неприятно скривилось:

— А то что? Выгонишь меня? А сама куда?

— В каком смысле — куда? — переспросила я.

— Ты что думаешь, что барон на тебе женится, что ли? — усмехнулся он.

И вдруг расхохотался:

— Глупая баба! Бароны на трактирщицах не женятся. А я готов на тебе жениться, — сказал он, и победно посмотрел на меня.

А меня такая злость взяла, что я возьми, да и спроси:

— На мне готов жениться или на гастхофе?

Герр Лукас сразу изменился в лице:

— Ну что ты, Хелен, прости меня. Меня занесло, я не то хотел сказать…

— Я вас поняла, герр Лукас, — холодно сказала я и добавила: — А сейчас оставьте меня, пожалуйста. Я устала, мне надо отдохнуть.

— Хелен, прости меня… — продолжал бормотать Лукас, но вдруг сверху раздался стон.

Я поняла, что господин барон очнулся.

— Ой, Улита, Фриц, подождите, не уходите! Я сейчас вернусь, — крикнула я и побежала по лестнице вверх.

Уже на бегу я услышала, как Лукас спросил:

— Это кто там у неё?

— Не твоё дело кто, — резко ответила ему фрау Улита.

Я же тем временем зашла в спальню и скорее почувствовала, чем услышала, что сразу вслед за мной зашёл Лукас. Увидел на моей кровати господина барона и зло бросил:

— Ах вот оно что! А я тут перед ней распинаюсь… Ты такая же, как все!

Он ещё что-то сказал, но я не расслышала и даже не стала пытаться услышать, наверняка что-то неприятное. Услышала только, как громко хлопнула дверь.

«Вот это да, — подумала я, — с такой силой ударить по двери, если даже тяжёлая деревянная дверь так хлопнула!»

«Ну и скатертью дорожка», — решила я, ещё не зная, чем мне это аукнется.