Архонт северных врат

ГЛАВА 10.

Наши дни. Санкт Петербург.

Бажин проснулся за полчаса до сигнала будильника. За окном было на удивление солнечно, и яркие лучи, рассеиваемые занавесками, золотистым покрывалом ложились на кровать. Несколько минут ушло на проверку почтового ящика, мессенджеров, и беглому просмотру новостей, затем Дмитрий отложил смартфон и прошлепал босыми ногами в душ.

Горячая вода быстро наполнила пространство густым паром, он долго стоял под струями, медленно увеличивая температуру, пока кожа не приобрела багровый оттенок. Итак, как и следовало ожидать, двое коллекционеров из берестовского списка ничего нового Бажину не сообщили. Так, помялись, поцокали языком, оценивающе посмотрели на самого Дмитрия, словно прикидывая, насколько далеко может он зайти в своей заинтересованности, да и спровадили его ни с чем. Причем, сделали это одинаково, как братья-близнецы, хоть встреча с каждым из них и происходила по отдельности. Третий, некий Хохлов Аристарх Львович, владелец двух мукомольных заводов, встречу назначил лишь через неделю, поскольку сказался больным. В любом случае, нового об интересующих его вещах он ничего не услышал, так, рассказы общеизвестных фактов и истории о том, что всё давно и безвозвратно утрачено. Оставалось ждать новостей от Локшина.

Дмитрий сделал воду прохладнее. Самая приятная часть его вчерашнего дня, безусловно, прошла в кофейне. Мира оказалась очень необычной женщиной с подвижным и цепким, как когти пумы, умом. С ней не работали никакие стандартные приемы, она легко понимала всякую поддельную эмоцию, усмехалась шаблонным фразам и снисходительно покачивала головой на дежурные комплименты. К счастью, Бажин всё это понял достаточно быстро, не успев испортить от себя впечатление. У Дмитрия было немало женщин, с двумя он даже успел совместно пожить в одном пространстве, в виде снимаемой им квартиры. В случае с одной его хватило на год, с другой – на четыре месяца. Не то, чтобы он был сложившимся и убежденным одиночкой или бирюком-социофобом, но всё же ему хотелось домашнего покоя после тяжелых рабочих дней. Тогда он еще трудился в расформированном теперь отделе, и круг его интересов простирался на живопись, архитектуру, графику, предметы старины и антиквариат, короче, то, что попросту не вмещалось в круг интересов сначала Карины, работницы маникюрного салона, а затем и Насти – медсестры городской больницы. Сам факт разных интересов был совершенно некритичен, и Бажин не испытывал по этому поводу никакого неудобства, но в остальном, теперь он знал это точно, расхождения оказались фатальны, хотя в обоих случаях и различны. С Кариной критичным оказался выбор свободного от работы времени, ему хотелось тишины и спокойного отдыха за городом, ей – шумных вечеринок и грохота музыки. Он в отпуске наслаждался морем и красотой тихих каменистых бухт, её тянуло на шопинг в огромные торговые центры. Через год такой разнополярной жизни, он в один из дней неожиданно понял, что между ними не пропасть, их разделяет бездна, размером с Марианскую впадину. С Настей история сложилась еще проще. После начала совместной жизни оказалось, что она беспросветно, безнадежно, непроходимо и патологически глупа. Что мешало ему это понять раньше, он не знал. Скорее всего, достоинства, лежащие «на поверхности» настиной личности, в виде груди и задницы приятных на вид и ощупь объемов. Подумав об этом в который раз, Бажин рассмеялся и выдавил на голову изрядную порцию шампуня.

В Мире не было каких-то выдающихся внешних достоинств, сыгравших с Бажиным злую шутку в прошлый раз, однако и птицей она была совершенно иного полета. Это чувствовалось. В манере говорить, в паузах между фразами, в реакциях на его реплики, в улыбке, наконец. В улыбке, которая несла тысячи значений и оттенков, от скепсиса до самого искреннего удивления. Впрочем, удивил её Бажин вчера лишь одним – незнанием того факта, что Мира – приемная дочь Берестова.

– Я думала, раз уж вы имеете дело с отцом, то знаете о нем всё, – она удивленно подняла брови и улыбнулась.

– У вас достаточно сказочное представление о роде моих занятий, – Бажин посмотрел ей прямо в глаза и сделал небольшой глоток капучино. Ему показалось, что какая-то мысль пришла Мире в голову, едва уловимая тень пробежала по её лицу.

– Знаете, Дмитрий, вы – первый в моей жизни знакомый человек, связанный с… эмммм..

– Говорите проще, полицейский, – закончил за нее Бажин.

– Именно… Могу ли я попросить вас об одной услуге?

– Разумеется, для такой красивой женщины сделаю всё, что смогу.

Она опять улыбнулась. На сей раз, опустив уголки губ и снисходительно поморщившись. Бажин понял, что перестарался.

– Видите ли, мне очень хочется узнать о жизни моих настоящих родителей побольше. Но, спрашивать у отца… то есть Романа Сергеевича…

– Я понял…

– …не совсем удобно. Не хочу его волновать лишний раз.

– Что именно вы хотите узнать?

– Отец… То есть, мой биологический отец, покончил собой в девяносто четвертом. Говорят, выбросился с балкона гостиницы «Космос». Я хотела бы знать подробности. Возможно, место захоронения. Всё, что у меня есть – это несколько их фотографий, сохранившиеся у… Романа Сергеевича. Мне бы хотелось узнать о родителях больше.

– Я понял, – повторил Бажин. – Запишите мой номер, – восемь, девять, один, три, восемьдесят, триста пятьдесят, двенадцать, двенадцать. Пришлите мне сообщением данные родителей. С датами рождения. Что смогу, поищу.

Бажин подумал, что более удобного случая получить её номер не представится. Даже спрашивать не пришлось. Хотя ему показалось, что Мира была поглощена своими мыслями. Её пальцы бегали по экрану и через минуту в кармане провибрировал телефон.

– Отправила.

– Отлично. Как будут новости, я дам знать.

– Вы надолго в Питере, Дмитрий?

– Думаю, минимум неделя.

– Если хотите, я могу показать вам город. Завтра как раз открывается выставка в галерее у моих друзей. «История живописи» называется. Будет интересная программа для людей, начинающих интересоваться искусством.

– Очень хочу!

– Тогда давайте завтра, в четыре?

Встретиться договорились у атлантов Эрмитажа. Бажин решил действовать на скорость, и еще вчера отправил запрос в архивы о родителях Миры. Ответ должен был прийти с утра, благо, что архив министерства уже давно оцифрован, да и положение Дмитрия, как доверенного лица генерала Лебедева, в значительной степени ускоряло все процессы.

Дмитрий выключил воду и, не обтираясь, намотал полотенце на бедра. Беглого взгляда в запотевшее зеркало было достаточно, чтобы понять, что нужно побриться. Он открыл дверь, впустив свежий воздух, достал пену и нанес ее на лицо и шею.

Забавно, но вчера он долго не мог уснуть, лицо Миры не давало думать ни о чем, он ворочался, долго не находил на подушке места, затем пришлось встать и пить крепкий несладкий чай, сидя на широком подоконнике и глядя на питерские крыши, подсвеченные тусклым лунным светом. Мальчишка! Как это ни было смешно, но он банально втрескался! Мысли о Мире уносили его сначала в воспоминания, потом в какую-то нежную тоску и, наконец, в бесстыдные эротические фантазии. Последний раз он испытывал подобное лет в девятнадцать… А может, и того раньше? Сон овладел им часа в три ночи, когда небо уже начинало светлеть. Удивительно, но проснулся он на удивление выспавшимся и сейчас чувствовал себя великолепно.

Наконец, с бритьем было покончено, и Бажин прошел на кухню, включил кофеварку и открыл крышку ноутбука.

10-24. Re: Ответ на запрос

Он щелкнул по теме письма, открылся файл. Бланк министерского архива он узнал сразу, пробежал глазами шапку файла и углубился в содержание.

Гуров Алексей Викторович, 12.02. 1956 года рождения.

Уроженец Ленинградской области.

Место рождения: г. Павловск

Место проживания: г. Ленинград, ул. Кирова, д.4 (до июня 1994)

Семейное положение: женат, жена Гурова Ольга Ивановна, 23.08.1964 года рождения.

Образование: высшее, МГИК – окончил в 1978 году,

Место работы: Государственный музей Эрмитаж,

С мая 1977 года по февраль 1978 – ученик реставратора

С февраля 1978 по декабрь 1986 – реставратор

С декабря 1986 по июнь 1990 – ведущий специалист реставрационных мастерских

С июня 1990 по июнь 1994 – начальник отдела музейной экспертизы.

Ранее не судим.

24 июня 1994 года на крыше главного холла гостиницы «Космос» обнаружено тело гр. Гурова А.В.

Прибывший наряд милиции и карета скорой помощи констатировали смерть. Экспертиза установила, что смерть наступила в результате множественных повреждений внутренних органов и черепа при падении с высоты. Следов применения насилия на теле не обнаружено. Согласно рапорту оперативной группы и показаниям свидетелей гр. Гуров А.В. совершил акт суицида, прыгнув с крыши гостиницы в месте расположения вентиляционного канала №4. По показаниям свидетеля Борисова В.Ю., проживавшего в номере 412, погибший покончил с собой около 21-45. Именно в это время стоявший у окна в своем номере свидетель увидел тело гр. Гурова, упавшее сверху. Предсмертной записки ни в номере, ни в личных вещах покойного не обнаружено. При осмотре здания гостиницы установлено, что Гуров А.В. воспользовался свободным доступом на крышу основного 25-этажного здания гостиницы, откуда и совершил прыжок.

Следователем Вербицким В.Я. вынесено Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления. (№ДП/435564-94)

Гурова Ольга Ивановна, 23.08.1964 года рождения.

Уроженка Мурманской области СССР.

Место рождения: г. Апатиты

Место проживания: г. Ленинград, ул. Кирова, д.4 (до декабря 1994)

Семейное положение: замужем, муж Гуров Алексей Викторович, 12.02.1956 года рождения.

Образование: высшее, ЛИСИ – окончила в 1987 году,

Место работы: Ленинградский инженерно-строительный институт

С сентября 1987 года по март 1992 – преподаватель высшей математики

С марта 1992 по декабрь 1994 – старший преподаватель кафедры

Согласно записи ЗАГС, умерла 2 декабря 1994 года.

Бажин не понимал, зачем Мире эти сведения. Места захоронения уже наверняка не найти, прошло больше тридцати лет, учитывая бардак, творившийся на кладбищах в девяностые, даже искать что-то глупо. С другой стороны, он никогда не был в её ситуации, и, дай Бог, не будет. В любом случае, его попросили – он сделал. Он взял смартфон, открыл почту и сохранил ответ на запрос в память, затем зашел в режим редактирования файла, обрезал на документе шапку бланка и печать архива МВД. Нажал «Сохранить». Теперь вновь открыл файл и отправил его Мире, сопроводив припиской «Доброе утро. То, что ты просила». Мира, казалось, ждала его сообщения, потому как через полминуты пришел ответ:

Мира: Привет! Спасибо тебе большое! Не думала, что так быстро.

Бажин: На здоровье) Сегодня всё в силе?

Мира: Да, конечно! В четыре у Эрмитажа. У меня для тебя будет сюрприз)

Бажин: Заинтригован

Мира: Это правильная реакция)

Он хотел еще что-то написать, но телефон вдруг мелко завибрировал и на экране появилась надпись «Локшин». Дмитрий ткнул в зеленую пиктограмму:

– Алло!

– Доброе утро, Дмитрий!

– Привет!

– Не потерял меня ещё? – В трубке отчетливо прослушивались проезжавшие мимо машины.

– Ещё не успел. Есть какие-то результаты?

Локшин громко выдохнул. По всей видимости, курил.

– Результаты есть, сейчас приехал в Выборгский район, здесь сегодня поработаю и всё привезу. По Адмиралтейскому, Центральному и Василеостровскому отработал, есть интересные соображения.

– Отлично. Когда тебя ждать?

– Думаю, завтра к обеду закончу. Если повезет, может и сегодня.

– Принял, жду.

Бажин нажал «отбой» и невольно задержался на переписке с Мирой, затем провалился в карточку контакта и увеличил фото. Черно-белое изображение. Мира опиралась затылком на грубую кирпичную стену и смотрела мимо объектива. Расстегнутый ворот белоснежной блузки, тонкая нитка жемчуга и умеренный макияж. Скрещенные на груди руки, изящные пальцы лежат на предплечьях… Бажин почти почувствовал аромат её кожи…

Он убрал смартфон в карман и сделал глоток остывшего кофе. До встречи с Мирой оставалась еще целая вечность.