Золушка вне правил

Глава 48

Чтобы чем- то отвлечь себя от тоскливых дней ожидания, мы с Улей принялись шить занавески, скатерти, полотенца, салфетки для будущей таверны. Хочу, чтобы все было прилично, а не как в забегаловке. Чтобы посетители могли вымыть руки, снять верхнюю одежду. На спиртное у меня будет однозначно наложено табу. Крепче сидра ничего подаваться не будет.

Думала я и о нашем путешествии. Мы решили сократить путь и время и плыть на барже по Одерне, недалеко от нас есть поворот на пристань. А там всегда швартуются речные баржи. Доплывем до порта, а там есть хороший тракт до Дармштадта. Он как раз стоит на другой реке - Трайне. А в обратный путь двинемся по суше, с заездом в большое поместье Нойфель.

Давно там не были, только отчёты получали от Франка, да Вальтер приезжал в столицу. Рози уже несколько раз намекала, что рассчитывает на наше гостеприимство на летний период. Ей очень понравилось в Нойфеле. Я сомневалась, у нее ведь подходит срок родов. Но она уверила меня, что возьмёт всех нужных лекарей с собой, а также кормилиц, нянюшек. Ну, дело ее. Может, ещё свекровь отговорит ее от этой авантюры. Но я с ней согласна - летом в Нойфеле должно быть хорошо - сады вокруг, красивый парк, пруды с рыбками, большое озеро неподалеку. Я была в поместье осенью и зимой, так что тоже не могла оценить красоту Нойфеля.

Неожиданно в мои застойные, тягучие мысли ворвался голос Ульрики, которая рядышком со мной подшивала полотенца.

- Вот коли бы не необходимость, ни за что бы, ни поехали в дом к вашей мачехе, правда, госпожа Ленни? Я вот все думаю, что тогда случилось, и мне кажется, не могли вы сами упасть с лестницы. Хотя вряд ли вас сейчас мачеха плохо примет, ведь вы теперь принцесса, а ни просто Ленни. Хоть и боюсь я госпожу Хильду, но я все равно поеду с вами и все расскажу Его Высочеству, как дело было.

Ну, надо же, пичужка Ульрика набралась храбрости и пытается встать на мою защиту! Это даже растрогало меня. Но я решила заранее не ломать голову, не сушить мозги себе и окружающим. Вот на месте и разберемся. А пока сидим на попе ровно и ждём супруга. Как ни ждала я Иоганна, он все равно приехал внезапно. Я ожидала, что он приедет утром. И накануне решила выспаться хорошенько, справедливо полагая, что начнется суматоха с последними приготовлениями к отъезду. И поэтому с вечера попросила Аништу приготовить мне отвар пустырника. На самом деле это просто успокаивающее и довольно слабое, но на меня действует, как убойное снотворное.

И поэтому ночью я спала крепко. И не слышала, как подняла лай наша дворовая звонкоголосая собачонка Жучка, как подтявкивала ей из дома Динка, как скрипели ворота в конюшне, голоса и факелы во дворе. Как разбуженная Аништа гремела кастрюлями на кухне, собирая немудрящий ужин для приехавших. Только когда кто- то холодный и знакомо пахнущий, принялся меня целовать,то я, воспринимая это очередным сном, горестно всхлипывая, притянула к себе этого кого- то, обняв за шею, что- то в моем сне пошло не так. Он упал на меня от неожиданности и засмеялся знакомым голосом Иоганна.

- Душа моя, так приятна такая горячая встреча! Но можно, я умоюсь с дороги? Да и в сапогах со шпорами в постель к даме? Фу, плохие манеры!

И тогда я поняла, что мне ничего не снится. И Иоганн рядом, живой и настоящий! Взвизгнув от счастья нечто невразумительное, я подскочила с кровати. В спальне было темно, только тихо тлела маленькая лампадка на туалетном столике. И за окнами точно была ночь. Рядом со мной стоял и смеялся Иоганн. То ли с дороги, то ли последние дни слишком много работал - но выглядел он неважно - осунувшееся лицо, покрасневшие глаза, всклокоченные волосы. Но улыбался он счастливо. Сунув ноги в теплые тапки, накинув халат, я принялась бегать по спальне, пытаясь одновременно налить воду в тазик для умывания, кувшин с которой стоял на бортике камина, чтобы и утром вода была теплой, и расспрашивать супруга о каких- то мелочах. Типа, где затерялся его Шульц с вещами хозяина, при этом извиняясь, что нет у меня отдельной спальни для хозяина (дом ведь для вдовы!). Есть гостевая, но там ремонт идёт. И почему они приехали ночью?

Пока Иоганн не поймал меня и не остановил мой забег по комнате. Мягко забрал у меня кувшин, заметив, что лучше воду налить в таз, а не на пол, как это делаю я, размахивая сим сосудом. Шульц сейчас будет, а на отдельную спальню я могу даже и не рассчитывать, спать мы будем в одной постели. А ночью они приехали потому, что он не вытерпел, и поехали сразу, как только Иоганн вернулся вечером со службы. Наконец, я успокоилась, села в кресло. Между тем Иоганн переоделся, умылся, и я потянула его поесть на кухню, извинилась, конечно. Но неплановые, особенно ночные дожоры, у нас всегда получаются на кухне. На что супруг ухмыльнулся и сказал, что я плохо знакома с реалиями его работы. Иногда бывает и такое, что поесть на кухне - просто мечта!

А утром, точнее, ближе к обеду, началась предотъездная суета. Решили ехать двумя каретами - на одной приехал Иоганн, и одна стояла у меня в каретном сарае вместе с дормезом и лёгкой коляской. Весь этот транспорт был получен мною из большого поместья. Дормез решили не брать, слишком он тяжёлый для баржи, да и погода стоит теплая. Моя карета поменьше, чем у Иоганна, там поедут Уля, Аништа и Шульц. Надеемся на его добропорядочность. Охрана едет верхами, на барже все равно будут отдыхать, а перегон от порта на Одерне до Дармштадта пройдем за полтора суток.

Грузились продукты, сундуки с вещами (опять забыла "изобрести" чемодан!), маленькая печурка из дормеза, небольшой запас дров - все это решили сложить в маленький фургончик, которым мы обычно пользовались для нужд усадьбы. Пока обойдутся и большим фургоном. И все это продолжалось до позднего вечера. Больше суетилась я, конечно, Иоганн засел в моем кабинете с какими- то бумагами. Вопросы охраны он благополучно делегировал Абелю, а хозяйственными вопросами занималась я сама, справедливо полагая, что тут я более компетентна, нежели мой супруг.

После жаркой ночи в объятиях мужа, вставать рано утром ой, как не хотелось! Но я, приговаривая себе - «Есть такое слово - надо, Лена, надо!», с кряхтением соскребла себя с кровати и поплелась умываться, с нежностью вспоминая ванную в столичном особняке. Ничего, я и здесь себе такое же сделаю! Так же вяло позавтракали, слишком рано было для меня. Впрочем, на аппетите Иоганна это не отразилось. Он бодро пояснил мне, что лучше поесть впрок, потому что следующий прием пищи может быть и через сутки.

Ничем особенным дорога по реке не запомнилась. Спала, как говорит Иоганн, впрок, ела, глазела на берега Одерны, которые уже зеленели. Но река все ещё была мутно- желтой от весеннего половодья. Небольшие поселения по берегам реки, крупных городов до Дубека не предвиделось. Скучно, короче. Супруг все читал и листал какие- то бумаги. Я от скуки поинтересовалась, что там такого интересного пишут. Иоганн, вздохнув, отложил бумаги в сторону.

- Понимаешь, душа моя, никак тут у меня одно с другим не сходится! С завещанием все понятно - подделка, а то, что подпись стоит самого фон Штюммеля - так есть один нехитрый трюк, как можно получить настоящую подпись. Скорее всего, в сообщниках у госпожи Хильды был кто- то из служащих бургомистрата. Это я разберусь и найду. Не мог твой отец оставить все второй жене, обойдя тебя. В дополнительном завещании, которое хранилось у нотариуса вместе с твоими драгоценностями, есть одна приписка, которую не озвучил нотариус, поскольку в тех условиях она была не нужна. Там говорилось, что в случае невозможности получения тобой этой шкатулки, в случае смерти, например, то драгоценности должны были возвращены на родину Анны, в Россию. Отец твой не хотел, чтобы они попали в руки твоей мачехи и ее дочерей. А уж это покушение на тебя и вовсе никуда не вяжется, нелепое оно какое- то, детское. Ведь оно могло пройти и неудачно, что, собственно, и произошло - ты выжила.

Эх, дорогой супруг, не знаешь ты главного - не выжила Ленни, слишком слаба она была, чтобы бороться за свою жизнь. Это я выжила и собираюсь жить дальше.

Прибыли в порт, как и планировали, через несколько дней. В шумном и грязноватом порту задерживаться не стали, съехали по сходням с баржи и покатили на выезд из города. Мы вначале хотели купить продуктов в дорогу в городе, наши запасы мы благополучно всей нашей честной компанией съели. Но Иоганн отговорил нас от этой идеи, посоветовав лучше сделать это в ближайших селениях. Мотивировала это тем, что в городе и цены непомерно высоки за счёт приезжающих и запросто могут продать несвежий продукт.

Сочтя совет бывалого путешественника за разумный, мы так и сделали. Здесь было холоднее, чем у нас, в южных районах Саксонерии, весна только вступала в свои полные права. Но вымощенный булыжником тракт был сухим и чистым, так что доехали мы до Дармштадта без остановок и приключений. Нигде не застряли, никто на наш караван не напал.

В город приехали к вечеру, но королевская резиденция, а по сути - средних размеров городской особняк, имеющийся в каждом крупном городе, был готов к нашему приезду. Абель отправлял верхового нарочного с письмом от Иоганна к местному бургомистру. Так что на крыльце особняка, на вечернем холодном ветру, с покрасневшими носами, маялись дворецкий, бургомистр и пара каких- то важных чиновников из бургомистрата. Как ещё не расстелили красную дорожку, да каравая с солонкой не хватало до полноты картины.

Хорошо, что мы прихватили более теплую одежду, чем ту, в которой уезжали из Нойфельдорфа, я тогда сделала соответствующие выводы из рассказов Ульрики. Бургомистр вещал что- то типа того, как он безумно счастлив лицезреть принца с супругой, а в его лице счастливо все население города. И тому подобная протокольная мура. Иоганн, привычный к этому делу, сохранял бесстрастное выражение лица, я очаровательно улыбалась присутствующим, надеясь в душе, что моя улыбка не очень походит на оскал Динки.

Собачка сидела у меня на руках, скалилась на бургомистра со свитой и одновременно пыталась поглубже зарыться ко мне в пальто. Кстати, Иоганна она приняла благосклонно, то есть укусила только один раз, когда он нечаянно присел в то кресло, где изволило почивать в тот момент животное. Наконец, нас запустили в теплое помещение, и я перевела дух. Иоганн ещё о чем- то беседовал с градоначальником, видимо, обсуждал планы на завтра, а я стояла и мечтала только о двух вещах - помыться и спать. Именно в таком порядке. Слово "ужин" из этого списка я исключила, ибо решила отдать врагу. Как там - завтрак съешь сам...

Проснулась я рано утром, потому что приходила служанка, затопить печь, и приоткрыла двери. И до моего обоняния донёсся просто одуряющий, невыносимо соблазнительный запах жарящихся блинов. Вот что животворящий вынужденный вечерний пост с человеком делает! Аништа уже на боевом посту! Рядом сонно завозился Иоганн.

- Душа моя, рано ещё, может, поспим? Ой, а чем так вкусно пахнет?

- Блины печет Аништа. Давай быстро сбегаем на кухню, съедим по паре блинчиков и можно дальше спать? А то у меня сейчас голодный обморок случится!

И мы, как два подростка, хихикая и толкаясь, шикая друг на друга "Тихо!", в халатах и тапках, помчались на запах. Аништа, увидев нас, заулыбалась, шустро выставила на маленький столик в углу сметану, масло, мед, стопку блинов и кофе.

- Я так и подумала, что госпожа Ленни не утерпит, прибежит. До блинов она у нас великая охотница, да и не ела она ничего вечером!

Сообщила она Иоганну заговорщически тоном. Что правда, то правда, блины я люблю, но только есть. Иоганн согласно мычал в нужных местах, не переставая активно жевать блины. Вот и ещё один охотник до блинов у нас появился. Думала, после кофе не усну вновь. Ага, щасс! Осоловев от сытости, я едва добрела до спальни, примостилась поближе к тёплому боку мужа и сонно засопела. Жизнь была прекрасна!

Проснулась я повторно от того, что меня беззастенчиво лапали и тискали во всех интересных местах. Ну как тут супругу откажешь, тем более, я и сама была не против, после дальней дороги.

Иоганн с утра уехал в бургомистрат по делам с моим наследством, мне предложил покататься по городу, вроде как это город моего детства. Ну, да, только не моего, а Ленни. Охрану он мне оставляет, одной никуда не ездить, и не рекомендует пока заезжать к мачехе. А я и не собиралась этого делать! Особо теплых чувств у меня к ней не было, чтобы кидаться к ней на шею с воплем "Мамо!". Но проехаться по городу стоило, только вот Ульрику с собой обязательно возьму. Аништа от моего предложения отмахнулась, сказав, что у нее обед и бестолковая поварня местная на руках. Ну, ничего, Аништа быстро научит их родину любить.

Экскурсия прошла неплохо, город мне понравился, чистый, светлый, широкие улицы, многие дома не из серого камня, а из светлого, яркие, нарядные черепичные крыши. Заглянули в несколько магазинчиков, я купила немного подарков для своих в Нойфельдорфе. Для королевской семьи надо будет присмотреть тоже, но не сегодня.

Иоганн появился к обеду, довольный. Сказал, что нашел сообщника мачехи. Им оказался бывший секретарь отца Ленни, тогда ещё молодой парень. Сейчас это мужчина лет тридцати пяти и он является женихом моей сводной сестрицы Гертруды. Вероятно, мачеха так расплатилась с ним за услуги. Впрочем, ей не привыкать продавать девчонок из своей семьи.

Навещать мачеху решили завтра.