Золушка вне правил

Глава 22

ЕЛЕНА

Господин Вальтер заехал к нам через восемь дней. Приехал поздно вечером, замёрзший и голодный. Посмеиваясь, сказал, что его так запугали риском отравления в придорожных харчевнях, что они ехали без остановок и без обеда до моего дома, надеясь на мое гостеприимство. Разумеется, в этом ему и сопровождающих его лакею и кучеру, не отказали. Срочно разожгли камин в гостевых покоях и столовой, Аништа зашустрила на кухне, быстро отваривая пельмени с горячим бульоном, накладывая салаты на блюда и разогревая пирожки с яблочным повидлом.

Поев и попивая горячий чай с пирожками, господин казначей пересказывал последние светские сплетни столицы. Тогда я первый раз услышала имя Кики Глайдер, одной из танцовщиц королевского театра, любовницу одного из принцев, какого именно, меня не интересовало. Где я и где принцы? Спохватившись, господин Вальтер достал изрядных размеров мешочек, положил на стол.

- Вот, госпожа баронесса, ваш гарнитур продан. Продан за три тысячи, но триста золотых пришлось отдать за посреднические услуги ювелира. Здесь ровно две тысячи семьсот золотых. И есть ещё заказ на подобный гарнитур. Если тот купила молодая блондинка с голубыми глазами, то теперь заказчица - брюнетка с темно- карими глазами, возраст около пятидесяти лет, но очень живая, активная, приятная женщина. Сможете подобрать украшения для нее?

Я улыбнулась - Вы, господин Вальтер, так описываете, что я вижу ис… - я чуть было не брякнула "испанку", но в этом мире не существовало Испании, и я мгновенно поправилась - исключительно уроженку Кастилии! И думаю, что сочетание камней и бисера оттенков рубина и граната с вкраплениями некоторых оттенков ей подойдёт. И назовем это "Южный закат". Я обязательно вскоре приступлю к работе!

Переночевав, утром казначей отбыл к себе в поместье. Мы опять снабдили его провизией в дорогу, поскольку на всем десятичасовом пути от моего дома до поместья Нойфель не было ни постоялых дворов, ни харчевен. Если честно, то сумма, вырученная за эти украшения, для меня была огромной. Значит, надо срочно приступать к новому заказу. Очень надеюсь, что мода и спрос на мои изделия не скоро упадут.

Неожиданный приезд кареты с кучером и настоятельной просьбой прибыть в поместье Нойфель удивил и встревожил меня. К тому же только открылся перевал, и второй день начали тянуться обозы в обе стороны. Наша мини- харчевня возобновила работу. Я ещё и за это беспокоилась. Но фру Клара успокоила меня, что она за всем приглядит и все будет в порядке. Продукты я только что вчера дополнительно закупила, девчонки вернулись из деревни, Аништа все рецепты теперь знает. Охрану и прочие мужские работы будет обеспечивать Рихард. Так что я могу ехать спокойно, прихватив с собой в качестве горничной Ульрику.

Поскольку посланец приехал поздно вечером, почти ночью, его также накормили и уложили отдыхать. Мы с Улей посоветовались и тоже решили лечь спать, оставив сборы в дорогу на утро. Сборы были не особо долгими, в основном сопровождались мучительными размышлениями на тему - зачем меня так срочно захотел видеть дорогой "племянник"? И извечный женский вопрос - что надеть?

Понятно, что теплое дорожное платье обязательно по сезону, а ещё? Скромное платьице вдовицы, пожалуй, надо. И одно домашнее, лёгкое. Я его сшила перед Рождеством, простое платье из бирюзового шелка. К моей внешности этот цвет подходил больше, чем общепринятые пастельные тона утренних туалетов. Эх, не успела я дошить до конца то нарядное платье из бронзовой тафты! Хотя чье я там воображение потрясать собиралась? Но самолюбию льстило бы. Выберу подходящие украшения из шкатулки Ленни, и я готова. Главное, пижаму не забыть! И тапки теплые. Я ещё помню ту "теплую" ночёвку в поместье барона.

Загрузившись по максимуму провиантом в дорогу, с расчетом кормить и кучера, и высчитав, что приедем мы поздно вечером и нас могут просто не покормить, с их- то гостеприимством!, мы наконец отбыли. Описывать дорогу особо нечего, останавливались мы только один раз, кучер кормил лошадок, да перекусили сами. Благо, небольшая печурка в дормезе позволила согреть маленький чайник.

И, пардон за интимные подробности, сбегали по очереди за карету. Поелику до кустиков пресловутых по сугробам было весьма проблематично добраться. Кучер сидел в этот момент, как вкопанный, боясь не то что голову повернуть, но и вздохнуть не к месту. Но дорога была совершенно пуста. Если летом, весной и осенью здесь сновали крестьянские подводы из поместья, то зимой жизнь замирала. Изредка только проезжал кто- то из деревеньки в другую, или, по крайней важности дела, в большое поместье. Поэтому ничто не мешало мне дремать, либо наслаждаться видом заснеженных полей, залитых голубоватым, призрачным светом появившейся луны.

Как я и предполагала, приехали мы поздно. Но нас ждали, подхватили наши вещи и пригласили на второй этаж, в хозяйское крыло. Но покои мне отвели, слава Богу, не предыдущей хозяйки, а через пару комнат. Хотя свет из- под двери тех покоев пробивался, то есть там кто- то жил. Провожавший меня управляющий Франц пояснил, что там расположился старший брат хозяина с женой, приехавший погостить. Да и пусть их, меня это мало касается. Франц пообещал, что сейчас мне все предоставят - и ужин, и ванну и удалился.

Экономку Анну в этот раз я не видела, сновали только местные слуги, да Ульрика раскладывала наши вещи по местам - мои платья убирала в шкаф, свои вещи - а тумбочку в небольшой комнатке, где полагалось спать горничной. Приняв горячую ванну, что было совсем не лишним после длительной зимней поездки, и поужинав тем, что нам принесли из местной кухни, я переоделась в любимую пижамку, краем глаза отметив, что и Уля щеголяет в такой же, я устроилась в большой кровати, укрывшись теплым одеялом. В камине ещё потрескивали дрова, распространяя тепло по всей комнате. В общем, никакого сравнения с первым визитом сюда.

Под эти умиротворяющие мысли я и уплыла в царство Морфея. Пока мой безмятежный сон не был прерван истошным женским криком, к которому примешивалось какое- то, похожее на звериное, рычание. Кричала женщина, причем было понятно, что её прямо сейчас будут убивать.

НЕСКОЛЬКИМИ ЧАСАМИ РАНЕЕ, В ПОМЕСТЬЕ

Франц озабоченно метался по этажам, вот- вот должен приехать хозяин с гостями, да и вдовствующая баронесса тоже приедет, но она, вероятно, только поздно вечером, а проклятая экономка как сквозь землю провалилась. Поймав на одном из этажей старшую горничную Тильду, срочно повысил ее в должности, поручив обеспечить достойный прием гостей. Тильда чваниться не стала и умчалась выполнять порученное.

Анну он обнаружил часа через два, она сидела в одной из служебных каморок, уставившись в одну точку, покачиваясь и что- то беззвучно шепча. Окликнув ее несколько раз с раздражением, он велел ей приступить к своим обязанностям. Ещё мельком подумал, что надо бы сказать лекарю поместья, чтобы дал каких- либо отваров Анне, что ли… последнее время она частенько становилась вот такой странной. А пока ему некогда обращать внимание на такие вот мерехлюндии.

***

Нельзя сказать, что я не испугалась. Струсила, конечно. Я села в постели, нашаривая ногой тапочки, но не вставала, ожидая хлопанья дверей, шума голосов, но все было тихо. Потом я сообразила, что служебное крыло, где спят слуги, далеко, а хозяин со своим гостем, возможно, ещё находятся в кабинете или где- то достаточно далеко отсюда. Поскольку в камине ещё вспыхивали искрами угли, то прошло не так и много времени, сейчас примерно часов двенадцать пополуночи.

Крик повторился и я решилась. Схватив в качестве оружия каминную кочергу, я сделала шаг по направлению к двери. Из своей комнатки выглянула испуганная Ульрика, увидев, что я пошла в коридор, тоже двинулась следом. Очевидно, оставаться одной в комнате ей было страшнее.

Не помню, как я пролетела эти с десяток - другой метров, отделяющий мою комнату от покоев баронесс Нойфель, волоча за собой тяжеленую кочергу. Пробежав коридор и пустую гостиную баронессы, я ворвалась в спальню, мельком подумав, хороша я буду, если это всего лишь милые семейные ролевые игры. Мда, игры были, но нельзя сказать, что они милые и семейные.

По широкой кровати, путаясь в длинной сорочке, козой скакала молодая девчонка, кидаясь подушками в наступавшую на нее экономку. По всей комнате летали пух и перья, осыпая все пространство белым "снегом". Только сейчас я увидела в руке Анны длинный кухонный нож. Ого, это уже серьезно и опасно! Да и саму экономку я опознала с трудом. Нет, все то же строгое, аккуратное платье, не менее строгий чепец на голове… но вот лицо… в глазах у той горело пламя, рот странно кривился, из- за чего казалось, что ощерилась в косой улыбке, она размахивала ножом, пытаясь отмести от себя подушки. На губах у нее выступила кровавая пена, видимо, прикусила язык или щеку, и она что- то выкрикивала неразборчивое. Я расслышала только "моя девочка" и "никто не займет твое место". И это звериное рычание исходило от нее. Безумная, что ли?

Но рассуждать было некогда, я тоже могла не понравиться экономике, посему я, не мучаясь угрызениями совести и статьями УК о самообороне, подняла двумя руками тяжёлую кочергу и со всей дури влепила ей сзади по спине и голове. По голове пришлось, очевидно, вскользь, иначе убила бы ее, а так основной удар пришелся на спину. Она как- то странно крякнула, повернулась вокруг себя и рухнула навзничь на пол.

Девчонка в этот момент завизжала особенно пронзительно и тут, наконец- то, я с облегчением услышала топот бегущих людей.

Сильно толкнув меня в спину, так как я стояла столбом возле двери, в спальню ворвался мой дорогой "племянник" и ещё один парень постарше, причем совсем непохожий на него - рыжеватый крепыш с голубыми глазами. Увидев его, девчонка взвыла совсем уж крещендо и, заливаясь слезами, прыгнула прямо с кровати на него. Надо отдать парню должное, он проявил чудеса ловкости и силы, девчонку поймал. Теперь она заливала слезами его камзол.

Я перевела взгляд на лежащее на полу тело экономки.

- Я, что, убила ее? - дрожащим от страха голосом спросила. Ну не приходилось мне до этого убивать людей кочергами!

Иоганн присел возле тела на корточки, пощупал у нее что- то на шее, ловко вытащил у той из рук нож. Хмыкнул.

- Нет, баронесса, вы всего лишь оглушили ее. Вы видели, что тут произошло?

Я развела руками, ещё раз взмахнув зажатой в руке кочергой.

- Боюсь, что я не много могу сказать. Я уже спала, когда услышала сквозь сон крик. Подождала, но не услышала бегущих на помощь людей, тогда взяла кочергу и мы с моей горничной побежали на крик. Здесь я увидела, как девушка кричит и кидает подушки, а экономка Анна идёт на нее с ножом в руках и страшно рычит. Вот я ее и ударила. Она упала. Все. Если я больше не нужна, можно я пойду к себе?

Иоганн не успел ничего сказать, как в двери бочком протиснулся управляющий Франц. Вид у него был достаточно комичный - босой, но в натянутых штанах, вместо обычной рубашки - длинная ночная сорочка, с одной стороны кое- как затолканная в штаны, с другой стороны пузырем вздувавшаяся на боку и свисавшая вниз одним своим крае почти до колен. Несмотря на некую трагичность ситуации, я невольно фыркнула, потом захихикала. Нервный откат, что ли? Адреналин схлынул? Господин Иоганн встал с корточек и первым делом ответил мне.

- Вы можете идти к себе, госпожа Елена. Мы подробнее поговорим завтра, сейчас поздно. Вы не могли бы пока пригласить к себе и успокоить госпожу Розалию? Мы с ее супругом будем сейчас заняты, а ей не стоит оставаться одной.

Я покорно кивнула (что тоже на меня не похоже, точно, отходняк!) и, позвав Ульрику, пошла к себе. Идущий следом за нами парень по- прежнему нес на руках тихонько подвывающую Розалию. Зайдя ко мне в комнату, он поставил ее на ноги и быстро вышел. Девушку била крупная дрожь, тоже последствия пережитого стресса. Где- то я читала в свое время, что стресс можно перебить другими, яркими эмоциями, получить дистресс, так сказать. И я решила последовать одной из вечных женских привычек - заедать стресс. Думаю, от одного раза фигура этой Розалии не слишком испортится. И я распорядилась.

- Ульрика, подбрось дровишек в камин, придвинь сюда кресло, столик. Налей в наш чайничек воды и на огонь! У нас там ещё остались припасы? Тащи сковородку с кухни, сейчас все разогреем. Чай пить будем!

Улька у меня девчонка понятливая и расторопная. Несколько мгновений - и в камине весело пляшет огонь на свежей порции полешек, в кресле, закутанная в покрывало с моей кровати, сидит Розалия, протянув с наслаждением ноги к теплу, в чайник со звоном льется вода из кувшина. Пока закипал чайник, Ульрика принесла сковороду с кухни, положила на нее остатки наших дорожных запасов - несколько пирожков, блины с творогом, гамбургеры, шаверму, пара хот- догов, придвинула поближе к огню, чтобы это все прогрелось.

Ещё пара мгновений - и по комнате поплыл запах свежезаваренного чая. Вроде бы я и ужинала, но вот эти все приготовления, запахи, вызвали у меня тоже такое слюноотделение, куда там собаке Павлова! Налив чай в три чашки, придвинула одну нашей гостье, две другие предназначались мне и Ульрике, девушка тоже получила изрядный стресс. Может, Розалии и показалось это нарушением приличий - пить чай вместе с горничной, но мне было плевать - это моя комната, моя горничная, мой чай и мои правила!

Но она ничего не сказала, дула на горячий чай в чашке и примеривалась, как удобнее откусить гамбургер. Наконец, ей это удалось, и теперь она сосредоточенно жевала. Потом прошамкала с набитым ртом, ну чисто детский сад, штаны на лямках!

- Вкушно! А нам на ушин такого не дали! Какая ждесь кухарка умелая!

Я прожевала кусок блина и ответила:

- Здесь, дорогая госпожа Розалия, кухарка готовит то, что вам и подали на ужин. А это готовит моя кухарка Аништа. Брали в дорогу с собой, немного осталось, вот и пригодилось. Вам понравилось?

- Ага! И вот это вот, в лепешке завёрнутое! И зовите меня Розалия, без госпожи. Если я правильно поняла, вы - Елена? Вы храбрая, так эту сумасшедшую кочергой огрели! Я сильно испугалась, если честно! Ждала Фридриха и задремала, а тут она! Я закричала и подушкой в нее! А она раз! и подушку разрезала!

Ясно, сейчас ей выговориться надо. Ладно, пусть. Но надолго ее не хватило, минут через десять Розалия явно заклевала носом, периодически закрывая глаза. Ее супруга все не было, а в свою комнату она сейчас ни за что не вернется - страшно. И я просто ей сказала:

- Розалия, ложитесь в мою кровать с другого края, она широкая, для двух девушек места хватит и с избытком!

Она минутку посомневалась, но потом очень шустро нырнула под одеяло и быстро засопела. Я сказала Уле, чтобы она тоже шла спать и улеглась сама. Несколько минут ещё послушала потрескивание дров в камине, шуршание ветра со снегом по стеклу, за плотно задвинутыми портьерами и тоже уснула. Крепко и без сновидений.

***

И мы спали и не видели, как тихонько приоткрылась дверь, в комнату осторожно вошли двое парней. Полюбовались на мирно спящих девушек, затем их обоняния достиг запах чего- то очень вкусного. На краю камина стояла сковорода, с разными небольшими булками, лепешками, пирожками. Воровато оглянувшись, они стянули по одному пирожку, проглотили, в два укуса, переглянулись, махнули рукой, налили себе чай в стоящие на столике чашки, придвинули поближе к себе сковороду и принялись молотить челюстями с аппетитом молодых, голодных организмов. Может, у них тоже стресс после допроса сумасшедшей?