Я еще Скелет? Ну все, вы доигрались! Книга IV

Глава 22

Череп покатился по доскам сцены и свалился вниз, прямо под ноги толпы.

Площадь взорвалась криками, кто-то завопил, люди шарахнулись от упавшей головы, как от ядовитой змеи.

А моё обезглавленное тело просто стояло.

Оно не упало безжизненной грудой костей. Наоборот — я медленно, с нарочитой небрежностью расправил плечи. Мы такое уже ведь проходили. С какой стати я буду показывать публике своё настоящее смертное тело, если у меня есть сотни похожих на меня марионеток? С недавних пор, я стал управляться с ними ещё лучше, а вот доделаю Кристалл Сети, разница между нами пропадёт вовсе.

Через Сеть я видел всё. Три силуэта элитных убийц замерли на долю секунды — их профессионализм дал трещину. Тот, кто отрубил голову марионетке, смотрел на стоящее тело, и в его напряжённой позе читалось непонимание.

Некромантия так не работает. Обезглавленный скелет должен рухнуть, если кукловод не находится рядом и не вливает в труп чудовищные потоки магии. А я стоял совершенно спокойный. Честно говоря, даже слегка скучающий.

Моя правая рука поднялась и брезгливо стряхнула несуществующую пылинку с лацкана плаща. Жест нарочно был издевательским.

Но в моей голове вдруг взорвался голос Лиандри:

«КОСТЯША! ТЫ ЖИВ⁈ Я НЕ ПОНИМАЮ ЧТО ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ! НА НАС НАПАЛИ⁈ ОТВЕЧАЙ, КОСТЯНОЙ ИДИОТ ИЛИ Я СЕЙЧАС СПАЛЮ ВСЮ СЦЕНУ ДОТЛА!»

Хм, она правда так сильно за меня волнуется… Её магия уже начала разгораться — воздух вокруг неё искрил от готовности превратить всё в пепел.

Я мысленно ответил ей, торопясь успокоить дурную:

«Отставить панику. Лиандри, я же сказал — пока я стою, город не падёт. И я всё ещё стою. Просто наслаждайся шоу».

Она на секунду замолчала, потом прошипела:

«Ты… Ты это специально, да⁈»

Я больше не ответил. На самом деле мне было не до неё.

Обезглавленная марионетка развернулась к толпе и величественно поклонилась — словно актёр, принимающий овации после блестящего трюка. Люди внизу застыли в ступоре, не понимая, что происходит.

А я вышел из тени.

Я стоял за кулисами всё это время, даже не скрывал себя никакой магией маскировки. Я просто оделся в ту же броню, которую нарядил остальных скелетов. А из-за того что вся моя энергия ушла на трансляцию тысячам зрителей, никто чисто физически не мог увидеть разницы в ауре этого тела с остальными, я всё поделил и выровнял. Короче говоря, моё настоящее тело походило на ещё одного костяного охранника, коих здесь не счесть.

Конечно, я не ожидал покушения, но упускать такую возможность было бы откровенно глупо.

Впрочем, стоило ясно показать всем кто здесь настоящий. Я стал возвращать свою ману обратно из тел подчинённых скелетов. Секунда, полторы, две… И моя цельная аура прокатилась по площади тяжёлой волной. Люди вздрогнули, почувствовав давление магии, которое я намеренно из себя выплеснул.

Я шагнул к обезглавленной марионетке, и мой ментальный голос прорезал хаос:

«Вы совершили ошибку. Вот я настоящий, а вы убили марианетку».

Не дожидаясь пока убийцы опомнятся, я активировал «Ментальный Взрыв».

Волна псионической энергии ударила по убийцам как многотонный пресс. Их артефакты маскировки взорвались снопами искр, магические контуры выжглись на броне яркими трещинами. Трое фигур в чёрных доспехах материализовались прямо на сцене — корчащиеся, зажимающие шлемы руками. Из-под визоров потекла кровь.

Толпа ахнула.

Хотя, стоит всё же похвалить, Эти ребята явно были неслабыми, и всё ещё стояли на ногах. Шатались, не могли сдвинуться с места, но мой навык их не убил.

Лиандри метнулась вперёд, её ладонь вспыхнула огнём, но я остановил её ментальным импульсом.

«Они нужны живыми».

Она сжала зубы, но кивнула. Огненный шар в её руке погас.

Я подошёл к командиру убийц — тому, что пытался меня обезглавить. Мои пальцы сомкнулись на его шлеме и сорвали одним рывком. Под ним оказалось искажённое болью лицо человека средних лет. Как вдруг я ощутил в его теле сопротивление. Вздрогнув всем телом, он пересилил моё ментальное давление и попытался прокусить что-то во рту. Возможно это была… капсула с ядом? Серьезные ребята.

Тогда я специально выделил отдельный канал и проник в его разум грубым ментальным захватом. Челюсть бедняги аж щёлкнула, когда мышцы его лица резко парализовало. Зубы разжались и капсула выпала ему под ноги.

«Имя», — мой голос прозвучал не только в его голове, но и снова в умах тысяч людей на площади. Я хотел, чтобы все слышали. Все должны были это видеть.

Убийца застонал, пытаясь сопротивляться. Его наверняка обучали противостоять пыткам, учили держать разум закрытым. Но я не был каким-то там обыкновенным магом. Я вообще пока не считал себя именно «магом», на самом деле меня бы устроило «Пси-Магистр». Это название моего вида в системной карточке: «Архитектор Скелет-Пси-Магистр».

Я активировал «Ментального Паразита» и вонзился в его сознание, как клинок в рану. Я вырывал воспоминания прямо из нейронных связей, игнорируя его сопротивление. Его разум трещал по швам, но я не останавливался. Мне нужна была правда. Немедленно.

Образы вспыхивали перед моим духовным взором: тёмный коридор в Цитадели, карта коллекторов на столе, знакомый силуэт с большими ушами…

Что⁈ Почему он здесь, в его памяти⁈

«Кто провёл вас через посты?» — я усилил давление. Его крик эхом разнёсся по площади.

— К-кобольд! — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Мелкий, зовут… Хвост! Он… дал коды… Карту…

Имя Хвоста прокатилось по толпе шёпотом. Сомневаюсь, что простые горожане знали кто это такой, но его имя было известно каждому Подпольщику.

Я не отпускал нажим. Мне нужно было больше.

«Приказ. Кто отдал приказ⁈»

— Г-готорн… — лицо убийцы исказилось от боли. — Мэр… Протокол зачистки… лидеров окраин… Глава подполья был… первым в списке…

«Скрежет? Ты говоришь, вы собирались убить Скрежета⁈»

— Нет… «Костяной некромант»… Сначала ты… Затем «Сороконожка»… «Волколюд Клык», «Седой гном Торек», Управляющая травяной лавки… «Фенрис»… И ещё…

Я разжал ментальную хватку. Хвост сдал нас всех! Но зачем? Не понимаю, зачем он хотел, чтобы нас всех убили?

Убийца рухнул на доски, хрипя и пуская слюну. Уже почти не живой, он едва находился в сознании. Если бы я продержал его хоть мгновение дольше — точно убил бы, но нужно было работать дальше, толпа не может ждать.

Я развернулся к публике.

«Смотрите», — моя телепатия прокатилась по площади как гром. — «Вот „забота“ вашего мэра. Он пытается убить меня, потому что боится. Но не меня, он боится ВАС. Боится, что вы пойдёте за мной и наш „замечательный“ мэр потеряет власть».

Я указал на корчащихся убийц.

«Он послал этих головорезов не в тот момент, когда каждый из вас нуждался в спасении от монстров волны. А сейчас, когда угроза уже миновала, но он послал их убить того, кто избавил вас от этой угрозы. Пока монстры рвут ваши дома и нападают на ваших детей, Готорн сидит за стенами и занимается устранением неугодных».

Толпа молчала. И мне кажется, это было самое тяжёлое молчание, какое я когда-либо ощущал в своих обеих жизнях. Тяжёлое, звенящее молчание, постепенно сменяющееся праведным гневом.

Кто-то выкрикнул:

— Предатель!

И другие тоже подхватили:

— Убийца!

— Да он ведь правда нас бросил!

Волна ярости нарастала. Люди забыли что такое страх, их глаза кипели от злости.

— Когда наши дети умирали от наркотиков Готорн тоже не помог!

— И когда бандиты день за днём устраивали вакханалию в городе по вине Гольдштейна, где вообще был наш мэр⁈

— Да! Почему Готорн ничего не предпринимал⁈

— Только Подполье спасало нас!

— А я им раньше не верил!

Я снова поднял руку, призывая к тишине. К удивлению, она наступила мгновенно.

«Третья волна близко», — моя телепатия стала тиши и спокойнее. — «Мы должны быть к ней готовы, она будет ещё тяжелее. Помните: я здесь. Я не уйду. Я не спрячусь за стенами. Я буду сражаться рядом с вами».

Неожиданно, площадь взорвалась настоящим рёвом.

— Костяной Генерал!

— Костяной Генерал! КОСТЯНОЙ ГЕНЕРАЛ!

Я стоял на сцене. Речь, судя по всему, подействовала хорошо. Даже слишком…

Лиандри подошла ко мне сбоку, её взгляд был полон восхищения и лёгкого беспокойства.

«Ты их совсем с ума свёл», — передала она мне мысленно.

«Это называется грамотно выстроенная лояльность», — ответил я.

«Это называется культ личности».

«Тоже неплохо».

Она фыркнула, но промолчала.

Пока толпа была отвлечена, я повернулся в сторону, где стояли бойцы из подполья, но их лица выглядели намного более удручающе. Клык, держа свою любимую секиру, словно окаменел. Его морда исказилась смесью недоверия и ярости. Казалось, он был готов прямо сейчас кинуться в бой, но сдерживался изо всех сил.

— Нет, — выдохнул он хрипло. — Не он… Только не наш Хвост…

Фенрис закрыла рот ладонями. Её уши прижались к черепу, а хвост нервно метался из стороны в сторону. Через нашу связь я хорошо чувствовал её боль — острую, как удар несколькими ножами. Хвост был одним из старейших. он спас Скрежета когда-то давно, учил Фенрис выживать в трущобах.

Он был своим.

Я зафиксировал этот факт достаточно холодно. У него были какие-то причины, иного не дано. Но те сложности, которые он создал своим предательством, тот риск, которому подвергнул моих близких…

Это непростительно.

«Дорогие жители города», — я продолжил свою речь. — «Подполье помогло вам и теперь просит вашей помощи».

Вместе со словами я послал импульс — я передал спокойствие, тепло и лёгкую эйфорию чувства защищённости.

Это было похоже на то, как алкоголь размывает страх, только точнее и контролируемее. Я просто… помогал им почувствовать то, что нужно было почувствовать прямо сейчас.

«Я хочу, чтобы вы объединились. Каждый кто может держать оружие, присоединяйтесь к армии Подполья. Вместе мы спасём наш город от третьей волны, от Готорна, преступников и любой другой напасти, которая осмелится угрожать нашему дому».

Толпа сходила с ума. Я видел, как некоторые уже поднимали всё что подвернётся им под руку: палки, камни, даже бочки и ящики, кто-то даже принёс с собой вилы, а у кого-то было настоящее холодное оружие. Тех, кто всё ещё по какой-то причине не в ступил в Подполье, но был готов сделать это сейчас, на этой площади было безумно много. Это тысячи новых боевых единиц, мотивированных объединиться под нашим флагом ради единой цели.

«Если вы не можете учувствовать в бою, вы можете помогать на производствах. Подполье каждому подыщет роль и обеспечит всем необходимым, включая кров, еду и безопасность. Только так мы сможем пережить эти ужасы».

Частично, эффект был обусловлен моим ментальным вмешательством, я нагло «скрашивал» их эмоции. Но не будь они настоящими, у меня бы близко не вышло ничего подобного.

Старушка, всё время моей речи сидевшая на коляске, вдруг стала пытаться подняться. Она отчаянно что-то бормотала про свои навыки шиться и готовки. Дети, так же присутствовавшие в толпе, не теряя времени, уже побежали по улицам жилых домов с подобными криками: «Все! Выходите все! Мы должны спасти наш город!»

Они смотрели на меня теперь не просто с уважением. В их глазах горело почти фанатичное обожание.

— Спаситель! — закричал кто-то из середины толпы. — Костяной спаситель!

— Мы защитим наши семьи!

— Монстры больше не пройдут!

Другие подхватили. Скандирование началось снова, но теперь оно звучало не как мольба отчаявшихся — это был гимн искренне веривших в свои силы.

Я поймал взгляд Лиандри.

Она стояла скрестив руки на груди. Её аметистовые глаза были прищурены, а губы сжаты в тонкую линию. Конечно, этот новый магический поток вокруг меня был слишком ярким — она видела его отчётливо.

Она уже поняла что я делаю.

Её лицо исказилось на мгновение от… отвращения? Разочарования? Но она не вмешалась. Она понимала необходимость этого шага.

Я отдал сигнал своей рукой и подпольщики зашевелились. Те кто стоял по краям площади стали скандировать призывы присоединиться к новым отрядам. И люди тут же зашевелились. Бывшие клерки и простые рабочие сами выстраивались в очереди к заранее подготовленным столам регистрации. На них больше не было еды, только бумаги с указанием адресов и подробностей по вступлению в Подполье. Каждый мог сам выбрать для себя ту роль, в которой был наиболее способен и полезен общему делу.

Я превратил их прежний страх в настоящую решимость. Их отчаяние стало верой в будущее, которого так не хватало многих в последнее время. Тяжёлые времена может победить лишь сильная рука и я в это верил. Этому городу давно нужен был кто-то, кто навёл бы в нём порядок, кто-то способный объединить его и спасти.

Ничего больше не будет прежним. Я прошёл путь от скелета, который не помнил даже себя самого, до строительства собственного бизнеса и партнёрских отношений с одной из подпольных группировок, но теперь я открывал новую веху. Бандитов больше нет, аристократы прижаты Готорном и находятся за стенами Цитадели.

Никаких больше договоров со стражниками, пряток, попыток соблюдать закон, который всегда был против нас.

Я никогда ещё не был настолько близок к реализации своих целей, чем сейчас, в этот кризис. Но работы ещё слишком много. Я изменю этот город окончательно. Починю его и все вздохнут свободно, а я получу в своё распоряжение весь его производственный и военный потенциал.

Я передал короткий приказ Клыку:

«Уведи пленных и хорошо допроси. Мы должны выяснить почему Хвост нас оставил и что он уже успел выдать — любые зацепки. Вряд ли Готорн раскрывает пешкам свои настоящие планы».

Клык медленно кивнул. Его морда всё ещё была искажена болью и яростью, но он взял себя в руки. Он знал что стоит на кону.

Я развернулся и покинул сцену под овации толпы.

Как только я оказался за кулисами, я отключил связь со скелетами и… Меня как будто вырубили.

Мои костяные ноги подкосились. Я успел схватиться за стену одной рукой — костяные пальцы оставили царапины на древесине — и замер так на несколько секунд.

Мана почти полностью иссякла. Резерв энергии был почти на нуле, а кристаллы, взятые с собой, все закончились. Голова раскалывалась от перегрузки ментальных каналов, даже не смотря на навык, который сглаживал это.

Системное окно мигало предупреждением:

[Критическая нехватка энергии!]

[Рекомендуется немедленный отдых или восполнение резерва…]

Я проигнорировал его и выпрямился с усилием воли.

Размышляя о покушении на меня, очевидно, если бы я не использовал марионетку-скелета вместо своего истинного тела на сцене, завязался бы бой. Возможно, я бы даже оказался ранен, а толпу бы спугнули. Стоило усилий удержать народ от паники. Убийцы были слишком быстры, даже увернувшись от одного удара, я бы сразу же был вынужден отражать следующий, а затем в бой вступили бы остальные.

Одной моей реакции и осмотрительности уже было недостаточно против войны с кем-то вроде Готорна. Как боевая единица, без других скелетов и помощи союзников, я всё ещё не самый сильный боец. Потому что я всегда побеждал хитростью, логикой, а не одной грубой силой.

Но вечно так продолжаться не могло. Мне всё равно нужна была эта самая «грубая сила». Эта мысль жгла сильнее усталости.

Я сжал свои пальцы сжал в кулаки так сильно, что заскрипели кости.

Мне нужна была настоящая разрушительная мощь. Личная мощь такого уровня, чтобы ни один убийца не смог подойти ко мне на дистанцию удара и остаться целым после этого.

Я открыл канал связи с Лиандри:

«Забудь о сне сегодня».

Её голос прозвучал удивлённо:

«Что?»

«Мы идём на полигон», — холодно передал я ей свою мысль. — «Я хочу чтобы ты показала мне весь арсенал, что у тебя есть! Я буду прокачивать свою магию, чего бы это не стоило».

Не было смысла прокачивать заведомо слабое тело скелета. На такое не напасёшься маны и навыков. Гораздо разумнее было усилить ту часть, в которой я и так был лучше чем кто либо. Я собирался стать чем-то вроде «стеклянной пушки».

Пауза длилась недолго, совсем скоро Лиандри рассмеялась — коротко и зло:

«Безумец, ты даже не представляешь на что подписываешься. И вообще, наконец-то ты заговорил как нормальный боевой маг! Думала ты так и останешься прятаться за спинами скелетиков».