Я еще Скелет? Ну все, вы доигрались! Книга IV

Глава 2

Незадолго до первой Волны монстров, во время активного захвата имущества Банкирского Дома Гольдштейна.

Гигантская сороконожка застыла у панорамного окна захваченного офиса, её хитиновый панцирь тускло поблёскивал в свете магических кристаллов. Скрежет молчал, но сотни его глаз неотрывно следили за тем, как внизу, в затянутых дымом улицах, разворачивалась невидимая война.

— Чем занимаешься, Костяной? — наконец спросил он, не оборачиваясь.

Мои костяные пальцы быстро перебирали невидимые чётки в воздухе, то замирая, то снова ускоряясь. Пустые глазницы смотрели в никуда, но Скрежет давно понял: в такие моменты я занимался кое-чем важным.

«Координирую», — ответил я телепатически.

Перед моим внутренним взором разворачивалась картина, недоступная остальным. Десятки точек зрения, десятки пар пустых глазниц, смотрящих на город сквозь призму Сети. Я переключался между ними, словно между экранами наблюдения, отдавая команды и корректируя действия отрядов в режиме реального времени.

Центральный складской комплекс. Крупное каменное здание с массивными воротами, теперь распахнутыми настежь.

Через глаза одного из моих скелетов я наблюдал, как отряд «Подполья» ворвался внутрь. Впереди шли арахниды, их лапки беззвучно скользили по каменному полу, за ними зверолюди, оскалившие клыки и замыкали строй мои скелеты, их костяные руки сжимали оружие с механической точностью.

Внутри царил полумрак. Свет факелов выхватывал из тьмы странные фигуры в тёмных балахонах. Сектанты «Рагнарёка» стояли кругом в центре склада, их руки были воздеты к потолку. Перед ними на полу лежали связанные работники склада — десяток человек, гномов и зверолюдей, их лица искажены ужасом.

Один из сектантов, судя по богато расшитому балахону — один из их лидеров, монотонно выкрикивал слова на непонятном языке. Воздух наполнялся тошнотворной энергией.

Командир отряда «Подполья», массивный волк-зверолюд по имени Клык, поднял руку, останавливая своих бойцов. Он прищурился, оценивая ситуацию. Двенадцать сектантов, все вооружены холодным оружием с замысловатыми ритуальными рунами, пропитанными магией, рядом несколько заложников.

Я быстро оценил расстановку сил и отдал команду.

«Слева, двое с арбалетами, ваша цель — лидер. Остальные — отрезать их от пленников. На счёт три».

Клык оскалился. Он передал мой сигнал жестами.

«Раз».

Два арахнида бесшумно сняли с плеч компактные арбалеты, натянули тетиву.

«Два».

Волки и кошки-зверолюди разошлись по флангам, готовясь к рывку.

«Три».

Две стрелы со свистом пронзили воздух. Одна вошла в горло лидера сектантов, вторая — в грудь стоявшего рядом. Они рухнули, захлёбываясь кровью, не успев даже вскрикнуть.

Остальные сектанты обернулись, но было поздно. Бойцы «Подполья» обрушились на них лавиной. Клык первым ворвался в круг и его топор с хрустом раскроил череп ближайшего врага, арахниды набросили сети, путая ноги отступающим, а кошки-зверолюди метнулись к пленникам, перерезая верёвки быстрыми движениями когтей.

Сектанты попытались сопротивляться, но мы сработали слишком гладко и быстро. Меньше чем за минуту всё было кончено и татуированные тела в балахонах распростёрлись на каменном полу, окрашивая его тёмными лужами.

Клык вытер топор о край балахона одного из мёртвых сектантов и повернулся к освобождённым работникам. Они дрожали, прижавшись друг к другу, их глаза были полны страха.

— Вы свободны, — рыкнул он. — Этот склад теперь является собственностью «Подполья». Можете оставаться и работать, или валить отсюда. Выбор за вами.

Люди переглянулись. Один из гномов, видимо старший смены, осторожно шагнул вперёд.

— А… а зарплата? — дрожащим голосом спросил он.

Клык усмехнулся, обнажив острые клыки.

— Будет. Такая же, как при прежнем хозяине.

Офис Банкирского Дома Гольдштейна. Массивное здание из чёрного мрамора в самом центре торгового квартала.

Я переключился на другую точку зрения.

Разведка донесла: внутри засели стражники одного из аристократов, которые пытаются вынести золото из защищённого сейфа, принадлежащее местным гильдиям и частным вкладчикам.

Бойцы ждали моего сигнала.

В одном из окон второго этажа мелькнула тень. Скелет-разведчик, пробравшийся внутрь через крышу, помог мне определить координаты врагов. Информация собрана.

«Входы заблокированы, шесть стражников в главном зале, трое в хранилище. Уровень подготовки — средний, торопятся. Начинаем».

Минотавр, возглавлявший штурмовую группу, с разбега врезался в парадную дверь. Массивные створки из дуба вылетели внутрь с оглушительным грохотом. Стражники, стоявшие в холле, обернулись, выхватывая оружие, но было поздно.

Арахниды метнули сети, опутывая двоих ближайших. Волки и кошки хлынули внутрь, их когти и клыки сверкали в свете магических ламп. Завязалась короткая, но яростная схватка.

Один из стражников попытался прорваться к лестнице, ведущей в хранилище, но мой скелет преградил ему путь. Костяная рука вонзила копьё точно в щель между пластин доспеха. Стражник рухнул, кашляя кровью.

Остальные, видя безнадёжность сопротивления, бросили оружие.

— Сдаёмся! — крикнул старший, подняв руки. — Мы просто выполняли приказ!

Минотавр фыркнул, подойдя к нему вплотную. Его массивная рука сжала ворот доспеха человека, приподнимая его над полом.

— Приказ грабить вклады горожан? — прорычал он.

— Барон сказал… — начал стражник, но замолчал, встретив горящий взгляд минотавра.

— Твой барон — падаль, — отрезал тот, швыряя пленника на пол. — А ты — дешевый вор, который ему прислуживает.

Бойцы «Подполья» быстро прочесали здание. В хранилище обнаружились три массивных сундука, доверху набитых золотыми монетами, драгоценными камнями и ценными бумагами. Всё это было аккуратно погружено на повозки, охраняемые моими скелетами.

Один из арахнидов, увидев роскошную чернильницу на столе управляющего, усмехнулся и сгреб её в мешок.

— Костяной сказал — всё, вплоть до цветов, — пробормотал он, срывая с подоконника горшок с редким магическим растением.

Следующая локация — каретная мастерская Гольдштейна. Огромный ангар на окраине промышленного квартала.

Когда мой отряд подошёл к воротам, их встретил хаос. Внутри уже шёл бой и городская стража сражалась с толпой мародёров — банды, решившей воспользоваться смертью Гольдштейна и захватить его транспорт.

Командир отряда, неоднократно прошедший ад тренировок Лиандри и обучение у лучших в Подполье, оценил ситуацию одним взглядом и самостоятельно пересказал мне все не достававшие детали. Стражники теснили мародёров, но их силы были на исходе. Бандиты дрались отчаянно, понимая, что отступать некуда.

«Ударьте в спину мародёрам. Страже — предложить отступить без боя», — отрегулировал я их действия.

Отряд бесшумно вошёл через боковую дверь. Мои скелеты выстроились в линию, а бойцы «Подполья» обрушились на мародёров прямо сверху строения.

Бандиты, зажатые между двух огней, попытались прорваться, но были быстро перебиты. Последний из них, крупный орк с топором, рухнул под ударами трёх арахнидов, опутавших его сетями.

Стражники, тяжело дыша, повернулись к новоприбывшим. Один из них, измождённый человек средних лет, поднял меч, готовясь к новому бою. Но наш капитан поднял лапу, останавливая своих бойцов.

— Сейчас мы не враги, — сказал он спокойно. — Эта мастерская теперь под контролем «Подполья». Предлагаем вам уйти без вашей крови.

Стражники колебались, их взгляд метался по моим скелетам и застывшим в боевой готовности остальным бойцам.

— А если мы откажемся? — хрипло один из них.

Наш капитан пожал плечами.

— Тогда вас похоронят рядом с этими, — он кивнул на тела мародёров.

Говорун тут же сжал челюсти, затем нехотя опустил меч.

— Уходим, — бросил он своим.

Стража, запинаясь, покинула мастерскую.

Когда они ушли, бойцы «Подполья» принялись за инвентаризацию. Тридцать карет — от простых грузовых до роскошных пассажирских с амортизаторами и защитными рунами. Лошади — крепкие, обученные ездовые животные. Инструменты, запчасти, упряжь — всё было в идеальном состоянии.

Используя своего Скелета я обошёл всё это богатство, не упуская ни одной детали. Остановился у одной из элитных карет, обитой чёрной кожей и украшенной серебряными узорами.

«Неплохо. Очень неплохо».

Последняя точка — продовольственный склад на окраине Трущоб.

Здесь операция шла иначе. Битвы не было. Гобби, мой преданный слуга, координировал работу скелетов-грузчиков. Они выстроились в живую цепь от склада до повозок.

Гобби стоял у входа, его маленькие глазки следили за процессом с той сосредоточенностью, которую только мог выдать гоблин. Он держал в лапах список, составленный мной, и сверял каждый вынесенный ящик.

— Мешки с зерном, бочки с солёным мясом, сушёные грибы, — бормотал он, проставляя закорючки вместо нормальных чисел. — Вроде бы всё сходится! Хозяин будет доволен.

Я стоял неподвижно, моё сознание металось между десятками точек зрения. Каждая операция шла по плану, словно шестерёнки в идеально отлаженном механизме.

Скрежет наблюдал за мной молча. Он должен был сам понимать: сейчас я управлял не одним отрядом, а целой сетью операций, раскинувшейся по всему городу. Это было невозможно для обычного разума, но я не был обычным.

Наконец, я кивнул, возвращая сознание полностью в своё тело. Повернулся к Скрежету.

«Три склада захвачены, банкирский Дом зачищен. Тридцать карет, включая элитные, под нашим контролем, вся инфраструктура Гольдштейна — наша. Потерь среди бойцов нет».

Скрежет издал скрежещущий звук, который у него означал удовлетворение.

— Ты вновь превзошёл самого себя, Костяной. Империя Гольдштейна ушла с нашего «молотка» в наш карман за каких-то пару часов. Уверен, никто не ожидал, что такая скорость возможна. Но что теперь? — спросил Скрежет, наклонившись всем своим массивным телом.

Я быстро пометил новые флажки на карту. Наши метки уже покрывали добрую часть города.

«Теперь нам нужно удержать захваченное и хорошо подготовиться к встрече тех, кто будет иметь возражения на этот счет».

Скрежет кивнул. Это было только начало.

Тем временем захваченном центральном офисе банкирского дома Гольдштейна уже царил организованный хаос. Бойцы Подполья сортировали трофеи, изучали финансовые документы, составляли карты активов. Лиандри, устроившаяся в глубоком кресле у камина, с видимым нетерпением перебирала магические артефакты, отбрасывая ненужные и откладывая представляющие интерес.

Скоро я присоединился к ней, а Скрежета обыденно забрал наш разведчик Хвост, вернувшийся с задания. Они расположились дальнем углу, за массивным письменным столом. Но скоро я заметил, что не смотря на наши оглушительные успехи, разговор у них складывался напряжённый.

Пользуясь возможностью, я подслушал их разговор через скелета рядом.

— Скрежет, мы совершаем ошибку, — настойчиво шептал кобольд-разведчик. — Тебе не следует давать ему столько своей власти.

Гигантская сороконожка в это время перебирала лапками отчёты, многочисленные глаза скользили сразу по нескольким разным по строчкам.

— Поясни.

— Этот скелет… мы меняем одного тирана на другого. Он ничем не лучше Гольдштейна. Та же жажда власти, то же презрение к законам.

— Он не убивает невинных ради прибыли, Хвост. И он держит слово — этого достаточно.

— Это пока ему выгодно! — кобольд наклонился ближе, его голос стал резче. — Он втянул нас в войну с половиной города, а теперь что? Прямой конфликт с мэром? Готорн, при всех его недостатках, это порядок! А этот… этот сеет хаос ради личной выгоды! Мы поставили не на ту фигуру! Ты моргнуть не успеешь, как созданное тобой Подполье полностью уйдёт под его контроль и станет кровавой бандой воров и шантажистов!

Скрежет медленно поднял голову, его взгляд стал тяжёлым.

— Ты забываешь одно, Хвост. Гольдштейн торговал наркотиками, которые убивали множество людей и Готорн позволял ему это делать, а Костяной уничтожил эту заразу. Выбор между порядком, который нас убивает, и хаосом, который даёт шанс выжить, для меня очевиден.

Хвост хотел возразить, но я уже сам подходил к ним. Разговор мгновенно оборвался. Напряжение между ними стало почти осязаемым.

«Проблемы?» — спросил я телепатически, чем заставил кобольда вздрогнуть.

— Нет, Костяной, никаких! — поспешно ответил Хвост, избегая прямого направления моих пустых глазниц ему в лицо. — Просто… обсуждали логистику, распределение трофеев и другие обычные дела.

Скрежет хранил молчание, лишь едва заметно шевельнув одной из множества своих лапок.

Я проигнорировал неуклюжую попытку увести разговор в сторону и перешёл сразу к делу.

«Давайте сразу к делу, к итогам. Империя Гольдштейна теперь наша, но мы не будем её легализовывать».

Хвост удивлённо моргнул, а Скрежет издал тихий скрежещущий звук, означавший крайнюю степень внимания.

«Любая попытка заявить права на его активы немедленно привлечёт внимание Готорна. Он, наверняка, ждёт подобного, но мы не дадим ему лишнего повода вмешиваться. Все мастерские орка, склады и торговые пути переходят под теневой контроль. Официально они закрылись или пытаются распродать остатки. Это станет великолепным подспорьем для роста моей собственной торговой компании».

Я сделал паузу, давая словам осесть.

«Но наша первоочередная задача — вызволить Элару. Прямой штурм крепости мэра самоубийство, а значит, нам нужно собрать достаточно сил, чтобы Готорн счёл цену её удержания слишком высокой. Нам нужен рычаг давления и поэтому все захваченные ресурсы мы направим на усиление. Укрепим оборону, подготовим бойцов, соберём информацию. Мы должны быть готовы к любому сценарию, но мы не будем первыми, кто нанесёт удар по мэрии. Мы готовимся к переговорам с позиции силы, а не к войне».

Хвост слушал с мрачным, почти осуждающим выражением на морде, окончательно укрепляясь в своих подозрениях. Я заметил это, но ничего не сказал. Кобольд не был врагом, просто осторожным союзником, что, как я считал, было свойственно любому хорошему шпиону. Пока он не предпринимал никаких активных попыток мешать и помогал, его можно было оставить в покое, дать больше времени привыкнуть.

Я размышлял о будущем. Победа над Гольдштейном дала огромные ресурсы, но и втянула в игру с гораздо более опасным противником. Я не хотел эскалации. Прямая война с мэром означала бы разрушение города, который я только начал осваивать, но Элара была в плену, и бездействие равнялось поражению.

Наш разговор перерезали поспешные шаги. Один из бойцов, державший в лапах магический радиоприёмник, в ужасе подбежал к Лиандри. Он быстро что-то протараторил прямо ей в лицо, суфлируя радиопередаче.

Лицо эльфийки мгновенно исказилось.

Скука и нетерпение испарились, уступив место ярости, смешанной с паникой. Она резко поднялась, опрокидывая столик с артефактами. Магические безделушки со звоном покатились по полу, но до них никому уже не было дела Шум в офисе стремительно стих, взгляды устремились на запаниковавшую эльфийку.

Она стремительными шагами пересекла комнату, её магическая аура вспыхнула тревожным красным, заставив ближайших бойцов инстинктивно отступить. Остановившись передо мной, Скрежетом и Хвостом, она выдохнула, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

— Готорн… — голос сорвался, превратившись в смесь гнева и отчаяния. — Он только что объявил по всему городу… Он собирается казнить Элару! Публичная казнь всего через месяц!

Её слова повисли в воздухе тяжёлым грузом.

— Ч-что? И-и что нам теперь делать? Спасать Костяного Алхимика? — раздался недоверчивый голос откуда-то из толпы. Какой-то новичок из Подполья. — Это же война с самим Готорном! Мы все поляжем под его стенами!

— Он прав! — подхватил другой боец, массивный орк с топором за спиной. — Она сильный маг, неужели сама никак не выкрутится?

Комната взорвалась спорами. Кто-то требовал немедленного штурма крепости мэра, кто-то настаивал на отступлении и сохранении сил. Голоса сливались в какофонию, перекрикивая друг друга. Паника распространялась хуже, чем лесной пожар. Никто не знал что и думать, это же сам Костяной Алхимик! Но она наш Костяной Алхимик.

Скрежет поднял одну из своих верхних лап, требуя тишины. Эффект был мгновенным — голоса стихли, но напряжение никуда не делось.

— Это, должно быть, такая ловушка, — произнёс Хвост, его острые глаза сузились. — Он ждёт, что мы бросимся на его крепость, и тогда он размажет нас.

— Вопрос не в этом, — возразил Скрежет, его голос перекрыл начавшийся новый шум. — Вопрос — почему сейчас? Готорн всегда действовал медленно, выжидая. Что-то заставило его резко ускорить свои планы и перейти к силовой зачистке. Казнь Элары — это слишком сильное событие для всего города.

Осознание безысходности постепенно охватывало собравшихся. Даже те, кто обычно рвался в бой, молчали, понимая тщетность лобовой атаки на неприступную крепость мэра. Фенрис стояла в стороне, испуганно прижав уши и, наверняка, читала все их мысли. Её лицо выражало страх и беспомощность. Она то и дело смотрела на меня с немой мольбой, но не могла произнести ни слова.

В комнате воцарилась несвойственная нам гнетущая атмосфера. Казнь, это уже совсем серьёзно, но у нас был ещё целый месяц. Время еще было.

«Элара наш ключевой актив».

Я сделал паузу, приковывая к себе всё внимание.

«Без неё Сеть не разовьется. Без Сети не будет армии скелетов, которая выполняет большую часть работы. Без её знаний мы не сможем зачаровывать оружие и создавать артефакты. Весь наш бизнес, вся наша сила — это плоды ее технологии, помноженные на мои стратегии. Потеряв её, мы потеряем фундамент, на котором всё построено».

Пауза стала ещё более напряжённой.

«Готорн забирает наше главное оружие. Без неё нас уничтожить в разы легче. Спасение Элары, это не вопрос помощи или не помощи союзнику, а вопрос нашего собственного выживания».

Мои слова наконец подействовали и споры утихли. Я чувствовал, что страх не исчез полностью, но паника сменилась решимостью. Все взгляды обратились ко мне. Вопросы сменились с отчаянного «Что нам делать?» на готовое к действию «Какой план?».

Я уже был готов открыть костяной рот, готовый озвучить следующий шаг, когда всё помещение вдруг начало неистово трясти.

Это был не просто толчок, а словно мощнейший удар пришёл из самых недр земли. По стенам побежали глубокие трещины, с потолка посыпалась штукатурка. Тяжёлый стол сдвинулся с места, кресло Лиандри опрокинулось. Кто-то из бойцов упал, не удержав равновесия.

И тут же раздался второй толчок ещё сильнее. Один из светильников сорвался с креплений и с грохотом разбился о пол.

Скрежет моментально сгруппировался, его хитиновое тело изогнулось, цепляясь за опоры, а хвост прижался к стене, готовый рвануть к выходу. Лиандри схватилась за край стола, её магическая аура вспыхнула защитным барьером.

Дверь распахнулась с таким размахом, что чуть не вылетела с петель. В проём втиснулся разведчик-арахнид, его восемь глаз расширены от животного ужаса. Он задыхался, пытаясь выговорить слова.

— Беда! — выдохнул он, цепляясь лапами за косяк. — Потолок пещеры… прямо над всем городом… наши кристаллы света…

Я мгновенно переключил своё сознание. Через Сеть я нырнул в разум одного из моих скелетов, всё ещё находившихся на другой точке.

Картина, развернувшаяся перед его пустыми глазницами и которую видел я, не укладывалась ни в какую логику.

Высоко над площадью, под самым сводом гигантской пещеры, громадные светящиеся кристаллы — те самые, что веками освещали город, сменяя день и ночь — вдруг начали трескаться.

Сначала по их поверхности побежали паутины тонких трещин, словно кто-то бил по ним изнутри. Затем раздался оглушительный звон — кристаллы разлетелись на куски и, секунду погодя, из осколков выползло нечто.

Вытянутое хитиновое тело размером с крупного человека, покрытое тускло-зелёным панцирем, длинные членистые крылья с рваными перепонками, челюсти, щёлкающие с металлическим лязгом. Слишком много суставов в конечностях, слишком много шипов и когтей.

Первое существо расправило крылья и взмыло над крышами зданий. За ним — второе, третье, десятое… И вот их уже, казалось, целые сотни.

Они вырывались из кристаллов роем, их хитиновые тела сверкали в угасающем свете. Воздух наполнился высоким, пронзительным визгом — похожим на скрип металла, который пытались порвать с неистовой силой.

Когда замешательство чуть отступило, я немедленно запросил информацию у Системы.

[Новорождённый младший дьявол «Разрушитель».

Уровень: 8.

Особенности: полёт, роевой интеллект, кислотная слюна.

Опасность: Высокая.]

Слово «дьявол» на мгновение заставило меня усомниться, но осмыслить это не было времени. Твари сорвались вниз единой волной.

На площади толпились люди — те самые жители, которых эвакуировали с берегов реки после пожара. Сотни напуганных, усталых горожан, сбившихся в кучу. Они смотрели вверх, всё ещё не понимая, что происходит.

Первый «Разрушитель» обрушился на женщину, стоявшую с краю толпы. Его челюсти впились в плечо, хитиновые крылья захлопнулись вокруг жертвы, заслоняя её от других. Она даже не успела закричать.

Второй выхватил престарелого мужчину, взмыл вверх, а затем небрежно сбросил вниз. В воздухе его тело догоняла потёртая трость, пока всё не приземлилось на брусчатку. Шансов на спасение не было.

Толпа разом взорвалась паникой. Люди бросились врассыпную, давя друг друга, спотыкаясь. Крики слились в единый вой ужаса и смешивались с воем этих чёртовых «Разрушителей».

Твари пикировали снова и снова, их было слишком много.

Я вернул своё сознание обратно в тело. В офисе царила мёртвая тишина — все застыли, ожидая моих слов.

Мой взгляд переместился на остальных. Они ещё не увидели всей ситуации своими глазами и не успели осознать её ужас. Нам нужна была информация. Что это за твари? Откуда они взялись? Как их остановить? И, возможно, единственный, кто мог дать ответы… сидел в крепости мэра. Элара возможно знала.

Но это было неважно прямо сейчас. Важно было другое.

Мёртвый город мне не нужен.

Весь мой бизнес, вся моя власть, все мои планы строились на этом городе. На его жителях, его ресурсах, его инфраструктуре. Если он сгорит, если эти твари сожрут всех до последнего — всё рухнет.

«Подполье выдвигается на защиту города», — мой ментальный голос прорезал тишину, твёрдый и непреклонный.

«Скрежет, надо мобилизовать все отряды. Приоритет — жилые кварталы и другие скопления жителей. Клык, бери всех боеспособных бойцов и выдвигайся к эвакуационным пунктам. Хвост, разведка — узнай масштаб угрозы, нет ли других неприятных сюрпризов и что сейчас предпринимает власть. Фенрис, организуй медицинскую помощь для раненых, в этот раз их будет очень много».

Я сделал паузу.

«Лиандри».

Эльфийка, что до этого стояла словно в ступоре, внезапно вздрогнула и подняла на меня затуманенный взгляд.

«Тебе нужно собраться. Ты единственная, кто точно сможет противостоять в воздухе даже подобным тварям и наставлять магов из Подполья, без тебя мы проиграем».

Она сглотнула, её губы дрожали. Но затем медленно кивнула.

Сейчас все сомнения о том, спасать ли Элару, все разногласия, усталость бойцов, — всё это отошло далеко на задний план.

Теперь вопрос стоял проще и страшнее: выжить и не дать всему вот так внезапно рухнуть.