Я еще скелет? Да сколько можно!

Глава 5

Мы шагали по венам этого города, по его новому, золотому сердцу. Туннель, выгрызенный в теле скалы, был огромен, но казался тесным из-за проложенных по нему коммуникаций. Массивные трубы, как идеально гладкие артерии из золотистого, переливающегося сплава, покрытые сложнейшей вязью рун, которые светились ровным, мягким светом. Через равные промежутки в местах стыков были установлены кристаллические линзы размером с мою голову, и они переливались в такт невидимому потоку, фокусируя и направляя его.

Моё «Духовное Око» видело истинную картину, скрытую от обычных глаз. Внутри этих золотых артерий неслись бурлящие, слепящие реки чистой, концентрированной магии, но это было не хаотичное течение. Энергия была разделена на сотни, если не тысячи, тончайших «нитей», и каждая из них несла свой собственный, уникальный «пакет данных». Передо мной предстало словно оптоволокно божественного масштаба, сложнейшую информационно-энергетическую магистраль, способную управлять целым городом.

Мы с Лиандри, неотличимые от десятков других рабочих в грязных робах, тащили очередную секцию трубы. Работа была тяжёлой, и я видел, как под капюшоном краснело её лицо. Даже так она уже почти мастерски подавляла свою природную грацию, двигаясь нарочито грубо, неуклюже, спотыкаясь на ровном месте и роняя инструменты…

И без того измотанная от тренировок, хрупкая эльфийка стала совсем сдавать к концу напряжённого рабочего дня. Это лишний раз заставляло меня задуматься. Задуматься о том, что плоть слаба и ненадёжна, но скелет… — он с тобой всегда до самого конца.

— … главный генератор почти готов к запуску, — донёсся до нас обрывок разговора двух гномов-инженеров, склонившихся над чертежами. — Как только мы подключим эту ветку к «Центру Управления», можно будет начинать калибровку «Системы нового поколения».

Лиандри едва заметно кивнула, давая понять, что тоже слышала. «Центр Управления», что глубоко под резиденцией — это и была наша цель.

Внезапно гул в туннеле изменился. К нему добавился новый звук — тяжёлый, размеренный, синхронный лязг металла о камень. Из-за поворота показался патруль. Пятеро закованных в чёрную броню фигур, двигающихся как единый механизм — элитная гвардия мэра. Возглавлял их капитан-минотавр, чья бычья голова в шлеме с прорезями для рогов возвышалась над остальными.

Напряжение стало почти осязаемым. Рабочие инстинктивно расступались, опускали головы, стараясь не встречаться взглядом с патрулём. Лиандри замерла, превратившись в серый камень у стены туннеля.

Минотавр шёл, и его тяжёлый взгляд скользил по рабочим, оценивая, отсеивая, ища любую аномалию. Он остановился прямо напротив меня. Я почувствовал, как его звериное чутьё, обострённое магией и тренировками, зацепилось за что-то неладное.

Он сделал шаг вперёд и грубо схватил меня за плечо, пытаясь заглянуть в глаза под капюшоном.

— Капитан! — раздалось внезапно со стороны.

Голос, прозвучавший как скрежет камней, заставил минотавра обернуться. К нам спешил рыжебородый гном-инженер, тот самый Торум, что нанял нас.

— Капитан, не отвлекайте моих людей! — в его голосе не было страха, лишь крайняя степень раздражения специалиста, которому мешают работать. — Этот немой, худющий и кожа обвисшая, как у мёртвого зомби! Он словно на глазах рассыпается… Но пашет то как! Аж за троих и при этом никаких возмущений и просьб! Так что не троньте его, у нас и так все сроки горят! Сами будете завтра отвечать перед уважаемым мэром, если мы не успеем⁈

Минотавр недовольно фыркнул, его ноздри раздулись. Он ещё мгновение буравил меня взглядом, затем с силой оттолкнул и, бросив на прощание последний подозрительный взгляд, продолжил свой путь.

Я выждал, пока лязг их шагов не затих вдали. Продвигаться дальше в этом обличье было самоубийством. Маскировка постепенно давала сбой, охрана становилась всё плотнее, а их чутьё — всё острее. Нам нужен был новый план.

Технический коридор, куда мы свернули, был похож на кровеносную систему гигантского механизма. Под потолком, теряющимся во мраке, переплетались толстые, покрытые инеем трубы, от которых исходил низкий, вибрирующий гул. Тусклые аварийные светильники выхватывали из темноты ржавые вентили и панели с непонятными рунами, отбрасывая длинные, пляшущие тени, — идеальное место, чтобы затеряться. Идеальное место для засады.

Впереди, в небольшом алькове, где гул труб был особенно сильным, стояли двое. Мужчина и женщина в стандартной униформе охраны резиденции. Они курили, выпуская в затхлый воздух тонкие струйки ароматного дыма, и их приглушённые голоса едва пробивались сквозь монотонный шум.

— … ещё два часа этой пытки, — жаловался мужчина, стряхивая пепел на пол. — Ненавижу патрули в «кишках», тут даже поговорить не с кем.

— Зато тепло, — отозвалась женщина, пожимая плечами. — И начальство не видит.

То что нужно. Шанс сам опускается нам в руки и грех им не воспользоваться.

Я подал Лиандри едва заметный знак. Она кивнула, и её пальцы начали сплетать в воздухе едва видимые нити усыпляющего заклинания. Я же, словно тень, скользнул вперёд, мои шаги были абсолютно беззвучны на металлическом полу.

Мужчина как раз сделал глубокую затяжку, когда я оказался за его спиной. Моя костяная рука легла ему на плечо не как предупреждение, а как свершившийся факт. Он дёрнулся, но было поздно. Второй рукой я нанёс короткий, выверенный удар ребром ладони по основанию его шеи. Хруст был тихим, почти интимным. Тело охранника обмякло, и я подхватил его, не давая упасть и издать лишний шум.

Женщина, заметив неладное, обернулась, её глаза расширились от ужаса, но её крик так и не сорвался с губ. Лиандри закончила плетение, последовала мягкая бирюзовая вспышка и с её пальцев сорвалось заклинание, которое влетело в лоб охранницы. Та лишь тихо вздохнула, её глаза закатились, и она начала медленно оседать.

Мы оттащили их в ближайшую техническую кладовую — тёмное, заваленное старыми запчастями и катушками кабеля помещение. Запах пыли и застарелого машинного масла был почти осязаем. Закрыв за собой тяжёлую дверь, мы погрузились в почти полную темноту, которую нарушал лишь тусклый свет магического кристалла, который я держал в руке.

— Так, — выдохнула Лиандри, и её голос эхом отразился от стен. — Теперь самое интересное.

Она без колебаний начала стаскивать с себя грязную рабочую робу.

— Отвернись, Костяша, — в её голосе прозвучали игривые, но строгие нотки. — У меня не то настроение для подглядываний.

«Уже отвернулся», — солгал я, мой телепатический голос был как всегда ровным. Я не сдвинулся с места. Мой интерес был не праздным. Это была уникальная возможность ещё раз наблюдать за работой магии иллюзий вблизи, проанализировать процесс трансформации, зафиксировать каждую деталь. Данные. Мне всегда нужны были данные.

А вдруг сам когда-нибудь повторить смогу? Чем Система не шутит!

Под тусклым, холодным светом кристалла иллюзия, скрывавшая её, начала таять. Грубая ткань рабочей одежды истаивала, словно цифровой шум, распадаясь на мириады светящихся частиц. На одно короткое мгновение передо мной предстала она. Изящный силуэт, безупречные изгибы тела, кожа, казавшаяся в полумраке жемчужной. Она инстинктивно прикрылась руками, но тут же поймала мой неподвижный… Череп? Взгляд из черепа. Без глаз…

— Я же сказала! — в её голосе прозвучало притворное возмущение, но я уловил и нотки смущения. Она нахмурилась, но тут же её губы тронула лёгкая, дерзкая усмешка. — Впрочем… можешь смотреть, всё равно это не моё настоящее тело. Считай это платой за помощь.

Она вызывающе выпрямилась, и в этот момент магия вспыхнула с новой силой. Иллюзия окончательно сменилась, и передо мной стояла точная копия женщины-охранницы в её униформе. Процесс был завораживающим: ткань словно вырастала прямо на её коже, пряжки и ремни материализовались из воздуха.

— Ну что, налюбовался? — спросила она, застёгивая последний ремень на форме. В её голосе звучали привычные насмешливые нотки, но я уловил и тень смущения.

«Иллюзия была весьма убедительной», — передал я мысленно, тщательно подбирая слова. — «Эстетически».

Лиандри на мгновение замерла, удивлённая. Лёгкая, искренняя улыбка коснулась её губ, прежде чем она снова надела маску профессионала.

Мы прошли через несколько постов охраны. Наша новая маскировка — форма элитных гвардейцев Готорна, скопированная Лиандри с пугающей точностью, — работала как универсальный ключ. Стражники, чьи ауры светились ровным, дисциплинированным огнём, лишь мельком взглядывали на наши фальшивые идентификационные руны и тут же отворачивались, не желая проявлять излишнего любопытства к «сменной охране».

Наконец, мы оказались перед массивными дверями из зачарованного металла, за которыми, я знал, находилась лаборатория.

Двери с тихим магическим шипением отъехали в сторону, и мы вошли.

Элара стояла в центре зала, спиной к нам, и отдавала распоряжения группе ассистентов в белоснежных халатах. Её голос был ровным и властным, каждое слово — отточенным приказом. Она не обернулась, но я увидел ее едва заметное, на долю секунды, напряжение в плечах. Краткий, почти невидимый спазм мышц. Для любого другого это было бы ничем, но для меня — чётким сигналом. Она знала, что это мы.

— … данные по катализаторам третьей группы не сходятся с архивными. Мне нужны все протоколы за последние шесть месяцев, — она повернулась к основной группе ассистентов. — Вы двое, — она указала на самых старших, — лично отправляйтесь в центральный архив. Проверьте каждую запись. Не возвращайтесь, пока не найдёте расхождение.

Ассистенты, обрадованные возможностью сбежать из-под её тяжёлого взгляда, почтительно поклонились и поспешили к выходу.

— А вы, — Элара обратилась к оставшейся паре, двум молодым и явно напуганным магам, — займётесь темпоральной стабилизацией.

Она указала на дальний, изолированный стеклянной перегородкой угол лаборатории, где гудел сложнейший артефакт.

— Реагенты нестабильны. Малейшая ошибка — и вас размажет по всей лаборатории. Поэтому я запрещаю вам отвлекаться. Вы меня поняли?

Они судорожно закивали и, не смея поднять глаз, устремились к своему опасному заданию. Лаборатория опустела и Элара медленно повернулась к нам. На её лице не было ни тени удивления, лишь свойственная ей профессиональная оценка.

И в тот же миг я почувствовал, как в Сети открылся новый канал. Узкий, зашифрованный, доступный только нам троим.

— Я ждала вас, — её голос прозвучал в моём сознании, и в нём смешались удивление и невольное уважение. — Но не так скоро. Впечатляет, как вы быстро. Но неважно, времени мало, слушайте.

Она говорила, пока она сама продолжала медленно обходить оборудование, создавая полную иллюзию рутинной проверки.

Духовным оком я вдруг увидел, как в груди Лиандри на мгновение вспыхнуло что-то очень сильно. Её пальцы стали дрожать, и она одним глотком шумно втянула носом воздух. Телепатически я уловил взрыв чувств: радость, облегчение, тревогу — всё смешалось в один хаотичный клубок.

Я мгновенно напрягся, готовый применить ментального паразита на полную мощность и усыпить её силой, если это потребуется… Но Лиандри удержалась. Едва-едва. Она сделала полшага вперёд, но затем остановилась.

— Ты… — начала она, пытаясь унять дрожь в голосе. — Ты все-таки здесь! Т-ты в порядке, сестра⁈

Элара приподняла брови, явно не ожидав такой бурной реакции.

— Как видишь, я в полном порядке.

— Я так переживала! Тебя здесь… тебя держит этот проклятый медведь! Он тебя кормит нормально хотя бы? Отдыхать даёт? Не обижает?

Элара, похоже, совершенно опешила от такого напора.

— Лиан, я… я в порядке, — произнесла она мягче, чем обычно. — Здесь отличная лаборатория, полный доступ к ресурсам, и…

— Забудь про ресурсы! — перебила её Лиандри. — Пойдём со мной! Сейчас же! Мы уйдём и сделаем всё сами, своими силами!

Элара покачала головой, на её губах появилась лёгкая, почти невидимая улыбка — та самая, которую я видел лишь раз или два.

— Нет, — спокойно ответила она. — Это плохая идея.

— Но как же…

— Если я уйду сейчас, всё рухнет. Готорн — фанатик. Он не остановится, пока не получит то, что хочет. И лишь находясь внутри его клетки, я могу на это повлиять.

Лиандри открыла рот, чтобы возразить, но, видно, не нашла подходящих слов. Она сглотнула, и я увидел, как её губы задрожали.

— Лиан, — Элара подошла ближе, протянула руку и осторожно коснулась плеча сестры. Это был редкий жест для неё — почти нежный. — Я справлюсь. У меня всё хорошо, а вот вам двоим стоило бы…

«Нас не поймают», — резко оборвал я. — «Но времени у нас немного».

Элара кивнула и её лицо снова стало деловым.

— Ты прав, — она бросила ещё один взгляд на Лиандри, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое. — Спасибо, что пришла.

Лиандри кивнула.

— Я буду рядом, Элли, — прошептала она. — Обещай, что позаботишься о себе.

Элара усмехнулась.

— Постараюсь.

Сделав глубокий вдох, Лиандри вновь натянула фальшивую маску спокойствия.

— Итак, как я уже сказала, Готорн — фанатик. Его религия — порядок, а его бог — контроль. Он не просто хочет армию послушных солдат. Он хочет построить улей, где каждый житель — винтик в его идеальной машине. Он видит в моей Сети ключ к ментальному подавлению. К коррекции мыслей, эмоций, самой воли. Он не остановится ни перед чем, чтобы этого достичь.

Я кивнул и тоже решил отчитаться о произошедшем. Для ясности и краткости, я заранее попрактиковался в передаче ментальных визуальных образов. Это почти всё равно, что показать другому человеку свои размытые фотографии.

— «Бойцы „Подполья“ сейчас проходят интенсивную подготовку под руководством Лиандри — их эффективность растёт. Несмотря на блокаду, мы заключили новые контракты на поставку руды через подставные фирмы. Экономическая база укрепляется».

— Хорошо, — отозвалась Элара. — Вижу, вы неплохо без меня справляетесь. Тогда самое главное, Готорна нельзя переиграть в политику или переубедить — он признаёт только силу. Но прямое столкновение сейчас — это гарантированное самоубийство. Пока что…

«Значит нужно готовить почву», — закончил я её мысль.

— Именно, — подтвердила она. — Я остаюсь здесь. В этой клетке. Я буду использовать его ресурсы, его лабораторию, его безграничный бюджет. Официально — для создания его «идеальной» Сети. Неофициально — я встрою в неё уязвимости. Бэкдоры. Троянские кони, которые сработают в нужный момент. Я буду саботировать его проекты и выкачивать его ресурсы для усиления нашей Сети.

«Мы с „Подпольем“ займёмся его опорами», — продолжил я, и наш диалог превратился в военный совет, где каждый участник знал свою роль. — «Его экономическая и силовая база и союзники. Начнём с самого крупного и самого уязвимого — Гольдштейна».

— А я? — голос Лиандри в Сети был острым, как ледяная стрела.

— А ты, сестра, — ответила Элара, и в её ментальном тоне проскользнула редкая тень тепла, — станешь нашим главным оружием. Ты будешь ковать из этого сброда армию. Ударные отряды, способные пробить его оборону, когда придёт время.

«Но прежде всего», — вмешался я, — «мы должны обезопасить Ядро Сети — твоё истинное творение. Готорн не должен о нём узнать, и мы должны его спрятать».

— Уже сделано, — коротко бросила Элара. — Протоколы доступа я передам. В общем слушайте, на основная цель не мой побег, а полный перехват контроля.

В следующее мгновение я почувствовал это. В моё сознание хлынул поток чистой информации. Детальные схемы резиденции, трёхмерные модели защитных барьеров, графики смены патрулей, личные дела ключевых офицеров, уязвимости в системе энергоснабжения… Всё.

Такого подарка она не дарила мне даже когда я должен был драить шваброй её особняк. Ощущения — восхитительные, словно сам Папа надел мне корону и благословил властвовать над этим местом.

Хотя я не помню о каком «папе» вообще речь… Всё равно приятно.

Хаотичные события последних дней, разрозненные стычки и отчаянные импровизации вдруг сложились в единую, чёткую, смертельно опасную, но единственно верную стратегию. Война началась. Не та, что велась на улицах, а настоящая. Тайная, глубинная, интеллектуальная.

— Уходите, — приказала Элара. — Следующий сеанс связи — через сорок восемь часов. Тот же канал.

Мы развернулись и молча покинули лабораторию. Двери за нами закрылись, снова отрезая Элару от мира.