Мёртвые души 8. Туман

Глава 13

В тот момент сверху затих пулемёт. Я затаил дыхание, прислонившись к тёплому металлу — патроны кончились. В стороне послышался тихий шелест, будто кто-то перевёл дыхание. Демоны, должно быть, приходили в себя.

Я протиснулся наружу, спрятав трофеи под плащ, и растворился в лабиринте из мачт и бортов. Корабли встали стеной вокруг меня, коридоры из ржавчины и дерева. Демоны ещё не видели меня в толпе этих скелетов, но времени мало. Я шёл вперёд, теряя направление и одновременно надеясь, что туман и хаос кладбища кораблей помогут скрыться.

Я вырвался из пролома и не стал оглядываться. Понимал: мне нужно как можно дальше уйти от этого места. Лабиринт из корпусов и мачт съедал расстояние и свет, я петлял между борта, спрыгивал через щели в палубах, пока не углубился в ту часть кладбища, где корабли стояли гуще и выше. Чем дальше, тем тише — туман глотал звуки, и это работало на меня.

Наконец наткнулся на судно повыше, старое, но добротно собранное. Мачта у него была толще ладони, и на самой вершине — площадка, место смотрящего, как в книгах. Подняться не сложно: тросы, скобы, кое-где распадающиеся лестницы — всё слушалось моих рук. Сверху был вид на море металлических трупов; оттуда хорошо просматривался крейсер, который я оставил, и путь, по которому шли демоны.

Достал одну из винтовок, которую притащил из склада. Спокойно собрал её, проверил затвор, вставил магазин — пальцы уже знали движения, несмотря на дрожь в ладонях. Приложился к прикладу, взглянул в прицел и услышал внизу, как ткани тумана сдвинулись: фигуры шли ровно, без суеты. Они направлялись к крейсеру — по удобному маршруту, по дороге с меньшим количеством помех. Я хмыкнул: именно так и должно быть.

Они шли группой — не ломясь вперёд, но целенаправленно. Я их силу чувствовал как тяжёлое эхо, и даже если они знали, что кто-то дальше, им было проще идти к ближайшей добыче. Я выждал момент, когда враги подошли ближе, и перевёл прицел на дыру в борту, которую проделал в спешке. Первый выстрел прошил щель, рикошетом отлетели щепки, но тишина вернулась мгновенно. Второй. Третий. Четвёртый — и внутри что-то ответило.

Шипение сначала казалось механическим, как будто внутри завёлся мотор. Через секунду звук превратился в рев, а потом — в взрыв. Взрыв сорвал с места куски палубы, огненная волна вырвалась наружу и накрыла стоявших внизу. Я видел, как плотные силуэты демонов взметнулись, теряя устойчивость, потом слетели, их тела врезались в обломки и борта соседних судов. Осколки корпуса пробили плоть и туман вокруг, и в тишине после дыма стали слышны хрипы и редкие подёргивания.

Спустя мгновение облако дыма и пыли осело, и картина стала чётче. Один демон был примят к борту огромной плитой, из его плеч торчали рваные куски металла. Другой лежал, в грудь ему вонзился мой пулемёт — ствол торчал наружу, как чужой шип. Ещё пара существ пыталась ворочаться, но движения были бессмысленны: ударные волны, осколки и винты обшивки сделали своё.

Меня на мгновение накрыло странным чувством — не радости, а холода. Хорошо сделал — да, но почему этот холод в груди не даёт согреться? В голове мелькнуло желание вернуться и добить тех, кто ещё шевелится, убедиться, что не встанут. Это был порыв, животный и короткий. Но я прогнал его. Добивать — бессмысленно сейчас. Каждая лишняя минута на виду у других демонов — шанс на то, что они найдут меня. Лучше уйти и пожить подольше. Смешно звучит, однако: я пытаюсь выжить. Со стороны, скорее всего, всё выглядит диаметрально противоположно.

Я соскользнул с мачты, оставил винтовку в чехле, прижался к тёмному борту и ещё раз оглянулся. Туман сгущался, и по его краю уже двигались новые тени — демоны приходили в себя, слыша шум. Я сделал шаг в узкий коридор между двумя корпусами и растворился в лесу железа. Оставил за спиной загадки, оставил тела, прибитые к рёбрам кораблей. Пусть эти осколки станут для них гробами — мне важнее дойти живым до места, где можно обдумать следующий ход.

Интерлюдия. А тут жарковато...

Вокруг лежала раскалённая почва — воздух мерцал от жара, и пепел медленно оседал на обломки рёбер кораблей. На открытой площадке, где ветер сдул туман, стояла троица: не просто демоны, а те, чей приход вызывал у туманников благоговейный страх. Кожистые крылья покачивались в такт словам, позолоченные рога блестели под слоем пепла, а янтарные глаза иногда горели черным пламенем, от которого вместе с тенью уходил свет.

Первый, высокий и сухощавый, заговорил ровным голосом, в котором слышалась привычная жестокая доброжелательность:

— Низшие высланы. Согласно плану наступление началось. Через несколько недель материк будет наш.

Второй, коренастее, с шрамами по скулам, хмыкнул:

— Многие не вернутся. Большая часть этих бродяг погибнет прежде, чем доберутся до первых укреплений.

Третий, самый полный и ленивый в движениях, лишь пожал плечами. Его голос звучал так, будто он проглатывал слова:

— Плевать. Надо брать материк и обосновываться там. Набрать новую армию — дело пустяковое. Люди и другие полуразумные твари падки на обещания силы.

Первый кивнул и поднял ладонь, указывая на край долины, где туман стлался, как полотно.

— Убиты два отряда надзирателей — базовый и усиленный.

Третий удивлённо приподнял бровь.

— Они сами полезли на материк? Известно же: там живут сильные люди. Лучше бы забросать их мясом — и добить потом ослабленными.

Второй усмехнулся и кивнул в сторону мрака.

— Нет. Сообщают: надзирателей рубят в долине тумана. А усиленный отряд — в районе кладбища кораблей. Судя по следам они убиты технологией, не магией.

Третий кривился, словно от плохого вкуса. Он провёл пальцем по позолоте рога, смахивая пепел, и сказал медленно:

— Проблема с этим туманом в том, что порталов в другие миры тут нет. Только в высший. Но пространство иногда трескается и пускает в долину сюрпризы. Обычно «гости» дохнут в первые дни. Видимо, в этот раз к нам заглянул кто-то серьёзный.

Первый нахмурился. Он походил к краю площадки, где земля падала вниз волнами обломков, и всмотрелся в дымку. В его голосе появился укор и расчёт:

— Найдите виновных. Если это диверсия — разберитесь. Если нет — я хочу видеть их перед собой. Отправьте охотника со сворой.

Второй и Третий молча переглянулись, затем одновременно склонили головы. Пламя в их глазах погасло на мгновение, уступив место холодному расчету. Двое двинулись, растворяясь в пепле и тумане, их силуэты растаяли, а за ними потянулся шорох — как будто земля сама провожала их в путь.

Оставшийся на площадке Третий, глядя на смешение дыма и металла внизу, медленно провёл по подбородку. Его голос был почти без интонации, но в нём еле чувствовалась эмоция:

— Очень интересно. Я уж думал, что будет невероятно скучно, в этом мире.

Внизу, среди рёбер кораблей, тёмные точки уже шевелились — новые отряды туманников. В их порядке ещё не чувствовалось паники, но отголоски последних событий катились, как волны, и в этих волнах пряталась неизвестность. Тот, кто назвал себя богом, повернулся, крыльями зачёрпывая воздух, и уплыл в сторону, где ждала охота.

Дорога вывела меня к знакомым силуэтам. Впереди двигалась колонна изгнанников во главе с Артуром. По их шагам, по тому, как они держались, чувствовалось — цель уже близко. Артур заметил меня и махнул рукой, поджидая.

— Завтра будем на месте, — сказал он, когда я поравнялся с ним. — Сразу начнём подъём. Идём вместе?

Я кивнул, но внутри всё сжалось. Не из-за недоверия к Артуру или остальным. Скорее наоборот — именно рядом с ними я чувствовал, что может случиться что-то нехорошее. Слишком много совпадений в последнее время, слишком много взглядов, тянущихся из тумана.

— Лучше нет, — выдохнул я. — Если останусь рядом, всё обернётся плохо. Не для меня — для вас.

Он нахмурился, но спорить не стал. Лишь положил ладонь мне на плечо.

— Тогда пройдись вдоль маршрута. Осмотри землю. Может, заметишь то, чего мы не видим. Но будь осторожен.

— Я всегда осторожен, — усмехнулся я, хотя сам не поверил своим словам.

Мы разошлись. Колонна двинулась вперёд, а я задержался, решив в последний раз проверить окрестности. Туман вокруг словно сгущался, будто соглашался с моим выбором.

Вскоре я добрался до очередного места силы — и сразу понял, что это не тот форпост, какие попадались прежде. Здесь возвышалась крепость, настоящая: стены, башни, дозорные площадки. Туманники толпились внутри, но бросалось в глаза другое — среди них бродили демоны. Не хозяева порталов, но всё равно чудовища посильнее любого элитного теневика, с которыми приходилось иметь дело.

Я держался на расстоянии. Даже в паре километров чувствовался фон энергии: от места силы тянулся жгут, такой плотный, что воздух дрожал. Туман здесь вёл себя странно — словно не решался вплотную подходить к крепости, клубился на границе, обволакивая стены.

И именно там, на самом краю завесы, что-то шевельнулось. Я прищурился. Из серой массы вытянулась морда — вытянутая, собачья, но искажённая, будто изломанная. Клыки торчали под нелепым углом, глаза светились тусклым болотным светом. Существо повело носом, точно вынюхивая. А потом растворилось обратно в тумане, будто и не было.

— Это что ещё за хрень?.. — вырвалось у меня вслух.

Пальцы сами собой легли на рукоять клинка, а внутри неприятно похолодело.

Я решил не соваться в саму крепость — там меня мигом разорвут, даже маска не выручит. Но поток, что уходил от места силы, тянулся далеко, и перехватить его на расстоянии не составляло труда. С них не убудет, а вот мне спокойнее, когда ядро полное до краёв, а не жалкими остатки энергии, с которыми рискуешь на каждом шагу.

Прикоснулся — и едва не застонал. Сила ввалилась в меня лавиной, будто кто-то сорвал плотину. Наполнялась каждая жилка, каждое средоточие отзывалось гулом. Ядро загорелось, как расплавленный металл, и всего за мгновение набралось до предела.

Пьянящее чувство — всемогущество, бескрайняя уверенность. Мир будто наклонился, предлагая лечь к ногам. На миг рука дрогнула: хотелось тянуть ещё и ещё. Но вовремя одёрнул себя. Ещё чуть-чуть — и голова сорвётся, потеряю контроль, а там и недолго до того, чтобы самому стать частью этого тумана.

С трудом оторвался от энергетического жгута, будто вырвал руку из липкой смолы. Сердце грохотало, в ушах шумело, пальцы мелко дрожали. — Хватит, — сказал себе, отступая назад. — Ещё шаг — и не вернусь.

В груди пульсировала сила, но вместе с ней росло и беспокойство.

Я сделал пару шагов в туман, оторвавшись от жгута энергии, и тут же налетел на ту самую морду. Из серой пелены вынырнула собака — если это вообще можно было назвать собакой: перекошенная, вытянутая, с мокрой шерстью клочьями и зубастой пастью. От неожиданности рука сама сорвалась, и сгусток чистой энергии врезал ей прямо в грудь. Тварь взвизгнула, отлетела в сторону, а я замер, чертыхнувшись про себя.

— Может, зря я так? — вырвалось шёпотом. — Ну и что, что страшная… не значит ведь, что всех уродов сразу жечь надо…

Ответа не последовало, зато мир вокруг ожил. В тумане вспыхнули десятки тусклых огоньков. Сначала я подумал — угли. Но угли двигались, и к ним добавился низкий рык, от которого поджилки свело. Я понял: это глаза. Много глаз. И много глоток, готовых вцепиться в меня.

Я выставил ладони вперёд, сделал шаг назад.

— Эй, ребят… вы чего? Я же случайно. Давайте жить дружно, а?

Разумеется, никто не оценил моего юмора. Огоньки начали приближаться, и с каждой секундой из тумана проступали силуэты. Десятки. Все разного размера, но одинаково перекошенные. Зубастые. Шерсть клочьями. Ни одна не походила на нормальное животное.

И самое неприятное — на шеях поблёскивали ошейники. Настоящие. Значит, эти твари не дикие. Кто-то их держал. Кто-то кормил. Кто-то выгуливал… или создавал.

Меня перекосило. Вспомнился огромный туманник, на которого я наткнулся раньше, и на нём — такой же ошейник. Тогда я решил, что это случайность. Но теперь… нет, это явно система.

Кто-то здесь разводит собак. И явно не для охоты на зайцев. Хотя этот мир настолько странный, что здесь могут и зайцы охотиться на волков. Меня передёрнуло от этой мысли. Не хотел бы я встречаться с такими зайцами.

Я выдохнул и резко отступил в сторону, когда очередная тварь рванулась из тумана прямо в лицо. Воздушный щит сработал, но тонко, почти на излёте, и меня всё равно качнуло от удара. Чёрт. Их слишком много. Каждая пара светящихся глаз означала новый удар, новый рывок и новую порцию потраченной силы.

Я запустил сгусток энергии в ближайшую морду, но собака, взвизгнув, лишь отлетела и тут же поднялась. Магия держала, но слабо, словно они созданы для того, чтобы рвать заклинания зубами. Ещё один плевок огня — и снова едва заметная реакция. На каждую такую атаку уходил кусок резерва, а толку было меньше, чем хотелось бы.

Пришлось пятиться, цепляясь за остатки невидимости и быстрые манёвры. Ладони горели от напряжения, дыхание сбивалось, а туман словно специально сгущался, мешая увидеть, откуда прилетит следующий удар. Собаки рычали, рвали воздух и сжимали кольцо всё плотнее.

— Да пошли вы… — выдохнул я, отбрасывая сразу трёх огненной волной и поднимая глаза на едва видимую тропу среди обломков. Отступать дальше. Другого выхода не было.

Хотя я чувствовал — долго так не протяну.

Клыки щёлкнули рядом с ухом, я успел лишь ткнуть клинком наугад. Тварь взвыла, откатилась, оставляя за собой полосу чёрной крови. Ещё одна прыгнула сбоку — удар ногой отбросил её в туман, но на место каждой падшей выскакивали трое новых.

Воздух был полон рёва, запаха горелой шерсти и металлического звона ошейников. Магия сочилась из пальцев, превращаясь в сгустки света и огня, я швырял их во всё, что шевелилось. Первые упали тяжело и окончательно, десяток тел остались валяться на камнях, но силы уходили так же быстро, как и враги.

Я раз за разом хватался за энергетический жгут позади, будто за дыхание самого мира. Он не давал рухнуть окончательно — каждая капля возвращала мне возможность ещё ударить, ещё оттолкнуть, ещё раз разорвать врага на части. Но это был бег по кругу: сколько ни лей в треснувшую чашу, она всё равно опустеет.

Сотня глаз блестела впереди, огни множились, и уже не разобрать, где отдельная пасть, где целый рой. Я вытер пот со лба тыльной стороной ладони, дыхание рванулось.

Позади — жгут энергии, спасительный и опасный одновременно. Впереди — стая, которая не остановится. Клинок дрожал в руках, но не от страха. Просто слишком много вариантов, и ни один не обещал выживания.

Патовая ситуация, я вам скажу.

Псы зарычали в унисон, словно дожидались этого жеста. Туман вокруг дрогнул, плотнее сомкнулся, приглушая даже собственное дыхание. Я сделал шаг назад и почувствовал, как энергия из потока обрушилась в тело ледяной рекой. Каждый нерв вспыхнул, мышцы словно наполнились сталью, и усталость, ещё недавно навалившаяся, рассыпалась на осколки.

Худощавая фигура вытянулась из мрака, плащ её волочился по земле, будто был соткан из самого тумана. Капюшон скрывал лицо, лишь светящиеся в глубине глаза пробивались сквозь тень. От его голоса по коже шёл мороз, слова звучали не угрозой даже, а констатацией: «Человек, ты идёшь со мной. Тебя желает видеть Высший».

Я усмехнулся, ирония сама сорвалась с губ:

— Да мне как-то плевать, кто меня хочет видеть. Я бы сейчас с куда большим удовольствием посмотрел на Мэрилин Монро… но, как видишь, не судьба.

Тишина сгустилась, фигура слегка наклонила голову. Голос стал жёстче, хрип глубже:

— Человек. Не испытывай моё терпение. Высший не говорил, что ты ему нужен целым. Без рук и ног ты станешь куда сговорчивее.