Мёртвые души 8. Туман

Глава 11

Я ускорил шаг, стараясь не оборачиваться. Интуиция или реальная угроза? Ответа пока не было. Но туман упорно шептал одно: это ещё не конец.

Я пытался не зацикливаться на этом ощущении. Здесь каждый шаг пахнет смертью, и если прислушиваться к каждому намёку, можно сойти с ума. Но тревога не проходила. Наоборот, становилась гуще, плотнее, как туман, что лип к коже.

Сначала я решил, что это просто усталость. Слишком долго приходилось двигаться по чужим землям, скрываться, отмерять дыхание и шаги. В какой-то момент мозг сам начинает подкидывать фантомные угрозы. Но шаги давались тяжелее, словно воздух сопротивлялся. И тогда в голову закралась мысль: это не моё воображение. Это что-то другое.

Внутри всё время звучал неясный шёпот: «Назад нельзя». И чем дальше я шёл, тем яснее понимал — это предупреждение. Не интуиция, не предчувствие, а сигнал. Словно сама земля хотела сказать: ты в опасности, и за тобой уже идут.

Я ускорился, выбрал путь через осыпи, надеясь сбить возможный след. Но вскоре заметил то, что заставило кровь похолодеть. В тумане проступали разрывы. Неестественные, рваные, будто через плотную завесу прошли чьи-то тела, оставив дыры. Камни на тропе хранили тусклый, но ощутимый отпечаток энергии.

Я присел, коснулся ладонью одного из следов. Под пальцами отозвался холод, густой и вязкий, как смола. Ни один туманник так не ходит. Их шаги мягкие, осторожные, будто они боятся оставить лишний след. Здесь всё наоборот. Сила не скрывалась — ею разбрасывались, как метками.

Вдох перехватило. Это не патруль. Это что-то другое. Чужое. Гораздо мощнее.

Ко мне идут хозяева.

Мысль вспыхнула сама собой и обожгла, как раскалённый металл.

Туман впереди дрогнул, словно его толкнули изнутри. Я прищурился, стараясь различить очертания, и сердце забилось сильнее. Из серой завесы начали проступать фигуры. Сначала казалось, что это искажённые деревья или колонны разрушенных башен, но с каждым мгновением сомнений оставалось всё меньше.

Три силуэта. Высокие, неестественно вытянутые. У каждого — изломанные рога, уходящие в стороны, будто обугленные ветви. Тела казались не цельными, а собранными из кусков чужой плоти и тумана, искажённые, переливающиеся, будто само пространство не справлялось с их формой. Каждый шаг отзывался гулом, воздух перед ними дрожал, как вода под камнем.

Я вжал спину в выступ скалы, задержал дыхание. Этих тварей я видел раньше — на площадях, когда они выходили из красных порталов. Хозяева. Те, перед кем склонялись армии туманников. Только теперь они шли не к кому-то другому. Их цель был я.

Они не спешили. Шли размеренно, уверенно, словно знали, что добыча никуда не денется. Словно мир сам ведёт их прямо ко мне. В их движении не было суеты — только уверенность.

Я впервые за долгое время почувствовал, что мои ухищрения могут оказаться бессмысленными. Невидимость, приглушение следа, уход по ложным тропам… всё это не имело значения. Эти трое видели меня иначе. Может, не глазами, может, чем-то большим.

Я вцепился пальцами в камень и заставил себя не шевелиться. Первым заметил их я, и это было единственным преимуществом. Но что толку, если они уже знают, где искать?

Я заставил себя отвести взгляд от рогатых силуэтов и сосредоточиться на одном: выход всё ещё можно найти. В голове лихорадочно перебирал варианты.

Первым всплыла мысль о маске. Она уже спасала, когда приходилось изображать врага. Но тогда я подражал туманникам, или тем, кого они считали хозяевами. А эти трое и были настоящими хозяевами. Смогла бы маска ввести в заблуждение самих демонов? Сомнительно. Они не просто видят облик — они чувствуют, кто перед ними. Лгать подобным существам — всё равно что пытаться спрятать огонь в ладонях.

Вторым вариантом была иллюзия. Создать ложный след, запустить фантома в сторону, заставить их отвлечься. Но и тут сомнения терзали. Иллюзии работают на тех, кто доверяет глазам, а у этих… у этих глаза были всего лишь частью оболочки. И если даже повезёт, выиграю несколько минут. А потом всё повторится.

И третий путь — прямое столкновение. Мысль резанула, как лезвие. Даже с полными резервами тягаться сразу с тремя хозяевами… глупость. Но в сердце упрямо билось одно: рано или поздно всё равно придётся. Если они не оставят меня в покое, то бегство лишь оттянет момент.

Я крепче сжал кулаки. В груди нарастало странное чувство, смесь страха и злости. Уйти или ударить первым?

Туман дрожал. Их шаги звучали всё ближе.

Я сделал несколько глубоких вдохов, стараясь заглушить гул крови в ушах. Если есть хоть малейший шанс выиграть время — надо попробовать. Иллюзия. Не нападение, не бегство, а ложный след.

Сосредоточившись, я вытянул вперед ладонь, аккуратно вплетая в туман фрагменты энергии. Мир вокруг дрогнул, и вскоре рядом с моими следами возникли новые — тяжёлые отпечатки, уходящие в сторону, туда, где начиналась тропа между холмами. Я добавил туда фантом — размытый силуэт, похожий на бегущего человека. Простая форма, лишённая деталей, но в полумраке и тумане должно было сойти.

Пот стекал по вискам, пока я удерживал иллюзию. Туман словно сопротивлялся, не хотел подчиняться. Но в конце концов фантом сорвался с места и побежал, оставляя за собой яркие следы энергии. Всё выглядело правдоподобно. Я задержал дыхание, наблюдая.

Демоны остановились. Их силуэты замерли, головы повернулись в сторону ложного следа. На миг мне показалось, что сработало. Сердце ударило сильнее, пальцы невольно сжались. Но вместо того чтобы двинуться за фантомом, они синхронно повернули головы обратно — туда, где затаился я.

Один из них издал звук, больше похожий на треск рвущегося металла, чем на голос. Остальные откликнулись гулким хрипом. Иллюзия их не обманула.

В этот миг я понял: они видят не следы, а саму суть. Иллюзии — лишь дым, а для них я всё равно горю, как маяк в ночи.

Я сглотнул и заставил пальцы разжаться. Сердце билось так громко, что казалось — его слышит весь туман. Иллюзия провалилась. Прятаться дальше бессмысленно.

Оставалось только одно — принять бой. Но с тремя сразу я не справлюсь. Даже на пределе резерва. Нужно разорвать их строй, вынудить действовать поодиночке. Тогда шанс появится. Маленький, но появится.

Глаза сами скользнули по местности. Узкие ущелья между валунами. Развалины полуобрушенной стены, где проломы можно использовать как ловушки. Каменные осыпи, которые достаточно подтолкнуть, чтобы превратить в смертоносный поток. Всё это могло стать оружием, если направить их туда.

Я глубоко вдохнул и выдохнул, позволяя маске приглушить выражение лица. Внутри клокотала злость, но снаружи я должен был оставаться холодным. Пусть они думают, что я готов бежать. Пусть попробуют разделиться, чтобы окружить.

Три тени двигались всё ближе, и я уже различал их лица — если эти искажённые морды можно так назвать. В их глазах горел тёмный свет, и казалось, что каждый шаг они делают только для того, чтобы продлить моё ожидание.

Я сжал кулак. Хорошо. Хотите охоту? Будет охота.

Они подошли слишком близко. Дальше медлить нельзя. Я поднял руку и резким движением вырвал из воздуха поток силы. Воздух передо мной вздрогнул и сгустился в полупрозрачную стену. Я резко толкнул её вперёд. Барьер рванулся, словно таран, и ударил в грудь ближайшему демону. Тот качнулся, шагнул назад, но инерция была слишком велика. Его массивное тело, ломая камни, полетело вниз по склону, исчезая в клубах пыли и тумана.

Второй рванулся ко мне, но я уже вложил остаток дыхания в другое заклинание. Вихрь, взвившись из-под ног, подхватил его, словно игрушку, и развернул в сторону. Демон заревел, когтистые лапы вонзились в камень, пытаясь удержаться, но поток всё равно унёс его в сторону обрушившейся стены. Там его силуэт исчез за завалом.

Остался один.

Я усмехнулся, выпрямился, позволив напряжению уйти в сжатый кулак. — Ну что, теперь повоюем?

Оставшийся шагнул вперёд. В его глазах разгорелось пламя, будто вызов принят.

Тянуть время не было смысла. Все резервы — в бой. Я сорвался с места, вложив силу в каждое движение. Земля дрожала от переплетений магии, воздух наполнился гулом. Теперь это был поединок без лишних игр: либо я снесу его первым ударом, либо он меня.

Демон двинулся первым. Камень под его ногами треснул, и он рванулся вперёд, с силой, несоразмерной его массивной туше. Когти сверкнули в воздухе, оставив за собой полосы чёрного огня. Я ушёл в сторону, скользя по осыпающейся крошке, и сразу же ударил в ответ. Сжатая стрела ветра, натянутая до предела, врезалась ему в плечо. Вспышка крови и тумана, рёв боли, но рана оказалась неглубокой — слишком плотная плоть.

Он не остановился. Рывок — и уже передо мной. Пришлось поднять щит. Воздух загудел, складываясь в упругий купол, и удар когтей разнёс его, будто это была лишь тонкая бумага. Вибрация прошла по рукам, кости загудели. Ещё чуть-чуть — и прорвал бы насквозь.

Я отступил, одновременно активируя маску. На миг перед глазами вспыхнул знакомый образ — чужая морда, рога, пылающие зрачки. Демон замешкался. Ошибка. В этот миг я вложил силу в заклинание, и камни под ногами противника взорвались десятком острых глыб.

Одна вошла в бедро, другая пробила бок. Он качнулся, но вместо того чтобы упасть, только сильнее разозлился. Вокруг его рогов заклубился чёрный свет, пламя перекинулось на руки. С каждым шагом от него веяло такой жаркой тьмой, что я закашлялся, чувствуя, как воздух становится вязким.

— Значит, так… — выдохнул я, поднимая ладонь.

Силы было ещё много, но каждая секунда боя обжигала. Он сильнее, чем я предполагал. Но сейчас всё решает скорость. Я собрал в груди энергию, вырвал её наружу, и вихрь, наполненный острыми лезвиями ветра, обрушился на демона. Он рванулся навстречу, разрубая поток когтями.

Наши удары столкнулись. Грохот, от которого содрогнулись руины. Пламя и воздух сплелись, разлетаясь волной, сбивая пыль и туман. В этом хаосе я заметил — его движения начали замедляться.

Я не позволил себе сомневаться. Ещё один удар, ещё рывок. Если остановлюсь — он сомнёт меня.

Я прижал его к остаткам стены, не давая времени собраться. Камни вокруг дрожали, в воздухе стоял запах горелой плоти и серы. Демон оскалился, кровь капала из ран, но глаза по-прежнему пылали — яростные, упрямые, готовые рвать до конца.

Он ударил снова. Когти с визгом врезались в щит, который я успел поднять. Воздушная преграда хрустнула, пошла трещинами, но выдержала. На миг мне показалось, что сам воздух завопил.

— Хватит, — выдохнул я и рванул вперёд.

Доспех усилил рывок, и в глазах противника я, наверное, сам выглядел как демон. Сгусток силы в ладони раскалил воздух, будто я держал молнию. Я вонзил его в грудь врага.

Вспышка. Рёв, сотрясающий улицы. Камни плавились, обломки разлетались веером. Демон дёрнулся, силясь удержаться, но внутри него уже разрасталась моя энергия. Тело выгнулось, рога треснули, по шипам пробежали трещины.

Он попытался схватить меня за горло, но рука обуглилась, осыпалась чёрным прахом. Ещё миг — и взрыв изнутри разорвал его. Тьма, что клубилась вокруг, растаяла, оставив только кучку пепла и раскалённые осколки костей.

Я стоял, тяжело дыша. В ушах звенело, мышцы сводило, а резервы ощутимо просели. Но он был повержен. Один из троих.

Вдалеке, сквозь туман, снова мелькнули силуэты двух других. Они не спешили. Они ждали.

Я вытер кровь с губ и хрипло усмехнулся:

— Ладно… по одному так по одному.

Два силуэта поднимались на холм медленно, но неумолимо, словно сама земля под их шагами тяжела от напряжения. Их фигуры казались плотнее тумана, а рога и вытянутые конечности лишь подчёркивали чуждую мощь. Я смотрел на них сверху вниз, и в груди неприятно холодело: эти двое были иного уровня. Слишком спокойно держались, слишком уверенно шагали. Даже сквозь шум крови в ушах чувствовалось — они сильнее того, кого я только что повалил.

Я крепче сжал пальцы, собирая энергию. Отступать уже некуда: холм был открыт, а туман вокруг будто специально расступался, чтобы обнажить нас.

— Вот и проверим, — выдохнул я.

Двое демонов поднялись на холм. Их шаги были неторопливыми, но в этой медлительности ощущалась уверенность охотников, уже поймавших добычу. Давление их ауры придавливало к земле сильнее, чем вес каменных глыб. Эти твари были куда мощнее того, что пал раньше.

Я сжал рукоять клинка Каэрион. Холодная, обманчиво простая железка — будто кусок металла, случайно подобранный на дороге. Но стоило ухватиться крепче, как в глубине ладони начинала вибрировать тёплая нить силы. Будто клинок сам просыпался, прислушивался, и вместе с ним внутри оживало нечто большее.

Первый удар пришёлся в лобовую — столб пламени, который разорвал воздух. Я выставил барьер, но тот треснул от напора, едва выдержав. Второй навалился сбоку, и камни под ногами заходили ходуном. Я отлетел, перекувырнувшись, и только чудом удержал клинок в руках.

Они наседали, не давая передышки. Каждый их жест был подобен удару молота, каждая вспышка — обрушением лавины. В голове мелькнула мысль: эти двое давят так, будто сам мир против меня.

Враги теснили меня всё сильнее. Воздух дрожал от их ударов, щиты трещали, мышцы горели, будто я тащил на себе каменную гору. Каждый взмах когтей был быстрее моего ответа, каждое движение — грубее и тяжелее. Я чувствовал, как резервы тают, дыхание сбивается, и всё чаще в голове мелькало — ещё немного, и меня сомнут.

Отступил к скале, почти споткнувшись, прикрылся клинком. Удар в щит прожёг плечо, откинул в сторону. Один из демонов хрипло засмеялся — и в этом смехе слышалась уверенность в моей скорой смерти.

Я сжал Каэрион так, что костяшки побелели. Клинок дрожал в ладони, но дрожь эта была не от усталости. В нём будто просыпалось что-то чужое — гулкая, холодная жажда. Демон рванул ко мне, когти блеснули перед лицом, и в тот миг Каэрион вспыхнул.

Я шагнул навстречу и ударил. Металл рассёк плоть, и рука врага рухнула на землю с тяжёлым шлепком. Хриплый рев взорвал воздух, тварь отшатнулась, ошарашенная, и я впервые за всё сражение почувствовал перевес.

Не давая себе времени думать, рубанул снова. Клинок вошёл глубоко, демон рухнул, выворачиваясь, но уже не вставал. Второй бросился вперёд, но я встретил его серией ударов, каждый раз вкладывая всё, что осталось. Жар и пепел летели в лицо, но Каэрион резал сквозь тьму, оставляя за собой огненные полосы.

Последний выпад — и клинок прошёл сквозь грудь твари. Она взвыла, захрипела и медленно рухнула на колени, прежде чем рассыпаться в туман.

Я тяжело выдохнул, удерживая Каэрион обеими руками. Сил почти не осталось, но ноги ещё держали. Два тела исчезли в дымке, а клинок всё дрожал, будто был недоволен, что бой закончился слишком быстро.

Я сел на обломок стены и глубоко вдохнул. Лёгкие пульсировали, сердце ещё не остывало — каждый вдох отдавался в рёбрах. Каэрион всё ещё тёк в ладони странным тёплым жужжанием, будто довольный результатом. Я глянул на руку и почти не узнал своё отражение в капле тумана на стали: глаза были злыми, усталыми и... пустыми.

Как я до этого докатился? В голове всплывали картинки: дворцы, род Черновых, имперские троны. Раз — и всё решено одним ударом, весь род — и империю можно было бы захватить. Проще, чем искать неизвестный артефакт, ходить на поклон к царю, рассчитывать на его слово. И вдруг становится ясно: поиск кристалла может стоить дороже, чем прямой бой с одним из родов. Да ещё и не факт, что кто-то потом оставит мне хоть кусок.

Мысль о собственном городе прошла холодной стрелой: а не сделать ли из такого кристалла щит для себя? Построить своё маленькое государство, навести порядок и закрыть за стеной тех, кто мешает. Но стоило ли менять одних хозяев на других? И кому я потом передам этот груз — городу, людям, себе?