Тактик.13

Глава 8 Ибрагим, дерево и серебро

— И что мы будем делать? — спросил Альд.

— Они бьют по нам, мы должны ударить по ним. Не ловить их враждебные действия, как щит блокирует меч, а уколоть, один раз и насмерть.

— Не понял? — честно признался премьер.

— Пока мы не выясним их слабые места и способ победить, моя концепция останется абстрактной, Первый советник Альд.

Дверь кабинета резко распахнулась, прерывая мои размышления. На пороге возник запыхавшийся дежурный офицер городской стражи. В связи с военным положением их заставили таскать доспех и проходить боевую подготовку. Пока что смотрелись они скорее неуклюже, чем грозно.

Он изобразил нечто отдалённо напоминающее воинское приветствие.

— Ваша светлость герцог Рос! Уважаемый Первый советник Альд! — голос дежурного дрожал от сбившегося дыхания. — В порт пришло крупное судно.

— И? Чем вызван срочный доклад ко мне? — спросил я и вопрос был резонным, судов стало меньше после нападения пиратов и всё же это не было чем-то экстраординарным.

— Это купеческий когг. Капитан судна просит Вашей немедленной аудиенции. А решать вопрос, достоин он приёма или нет… Мы не вправе.

— Эээээ… Да, согласен, таких полномочий у вас нет. Ладно, пусть прибудет в Дом Правительства через два часа. Он же не думал, что я брошу все дела ради него, верно?

Вошедший был высоким худым мужчиной, широкоплечим и бородатым, как крестьянин, в простой потрёпанной кожаной одежде, с закатанными рукавами, а его взгляд бы колючим, серьёзным и весомым.

Совершенно не крестьянской на нём была тонкая золотая цепь явно гномьей работы, в центре которой висели золотые скрещенные киянка и топор, символы кораблестроителей. Стоили такие украшения как дом с столичном городе.

Он остановился на середине кабинета, покрутил головой, ожидая увидеть прислугу, глашатая или охраны, но обнаружил, что я в кабинете один.

— Я Ибрагим из Лагоны, милорд.

— Герцог Газарии Рос. Присаживайтесь, — я указал несколько стульев для посетителей.

— Вы позволите мне сесть? Насколько я знаю, Вы герцог, то есть — монарх.

— У меня даже корона есть, золотая и настоящая, у меня есть меч, чтобы меня защитить и руки, которые мне служат. И у меня нет извращённого представления о том, что все должны стоять в моём присутствии. Утром я навещал раненых бойцов в госпитале, они вообще лежали.

Под моим взором Ибрагим присел на стул.

— Итак, Ибрагим, раз уж ты появился в Порт-Арми не с мечом, то мы можем поговорить. Начнём с того, с чем прибыл в наш город?

— Я корабел, строю морские суда, самые разные. Я их строил и отец, и дед. А прадед сбежал из племени где-то на берегах Южного континента, потому что его хотели съесть.

Рой. Активация.

«Фомир. Кто дежурный маг в порту?».

«Таль, а что?».

«Я озадачу его просканировать только что прибывший когг, нет ли там десанта или ещё какой подлости?».

«Он и так всех проверяет. И твой когг тоже. Нет там ничего, одни работяги измождённые, семьи беженцев».

«Хорошо».

— Гм. Молодец, — несколько рассеянно обратился я к Ибрагиму, который сделал паузу в своём рассказе. — Всё семейство молодцы.

— Я работал в порте Иль-Косо, один из южных портов Бруосакса на берегах Зелёного океана.

— У вас там, надо думать — бунт, восстание против власти Вейрана, Лесные братья?

— Да, именно так. Как и во многих южных портах. Революционеры провозгласили республику, решили, что оседлали судьбу. А недавно вернулись королевские войска и была лютейшая драка, в ходе которой они сожгли полгорода. А вместе с ней и мою верфь. И вот когда потрёпанная королевская гвардия не только заняла то, что осталась, перевешала революционеров на каждом дереве в городе и разграбила те лавки и дома, которые не тронули бунтовщики, они стали трясти купцов и ремесленников города.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями и подбирая слова.

Мне ситуация, в которой он оказался, была понятна не потому, что я переживал подобное, а потому, что именно я родил ту бурю, что разметала его жизнь. Само собой, говорить ему об этом я не спешил.

— В общем, меня схватили, дали по печёнкам и приволокли к коменданту. Говорить с ним, когда в одном углу зала лежат трупы двух моих знакомых, а в другом пытают главу гильдии портовых грузчиков, удовольствия мне не доставило… Но не это самое страшное. И даже не то, что король Вейран ввёл новые налоги. Всё дело в том, что королевские войска всерьёз подумывали о том, чтобы меня вздёрнуть за то, что я дал бунтовщикам денег. А как я дал⁈ Они сами у меня их выгребли и не спрашивали. Получается, одни ограбили, вторые хотят повесить за то, что первые это сделали.

— Судя по тому, что ты со своими работниками тут, тебе удалось договориться? — спросил я.

— В некотором роде. Собственно, после того как меня разграбили и сожгли мою верфь, я уже был банкротом, потому что из пяти недостроенных судов три сгорели. Теоретически, верфь можно было бы восстановить, но какой смысл⁈ В общем, я пообещал этому хмырю огромную мзду, за ночь погрузил всех своих мастеровых работников и их семьи, всю нашу артель, инструменты и ценные вещи на когг, да и свалил с первыми лучами солнца. Благо начальник порта сбежал ещё до начала боёв, а его помощника королевские ставленники четвертовали, то есть никто движения судов не контролировал.

— И вы всей корабельной артелью поплыли ко мне? — задал очевидный вопрос я.

— Ну… В общем, ситуация плоха не в нашем… То есть, бывшем нашем порту Иль-Косо, она плоха везде по южным портам. Когда мы были уже в открытом море, поговорили с мастеровыми и несколько болтали про Вас, про то, что при заключении мира герцог Рос отхватил Газарию и про то, что он снизил налоги, принимает беженцев и у него мир. Насчёт последнего я так понял, эта информация устарела.

— Да, у меня есть проблемы, Ибрагим, врать не буду. Я сухопутный генерал и моя армия никуда не делась, я не распускал их по домам, хотя бы потому, что у них нет пока ещё домов. Но налоги снижены, герцогство у меня вольное, расово терпимое и у нас даже будет принята конституция с базовыми правами разумных рас, это правда. Допустим, ты здесь. Чего ты хочешь?

— Ну, как чего… Чего и всегда. Я же говорю, я суда строю, корабелы мы. Испрашиваю разрешение купить где-то на бережке землицы и устроить артель, платить налоги, чинить лодки, строить корабли. Всё как обычно.

— Да.

— Что «да»? — не понял Ибрагим.

— Что может быть однозначнее, чем ответ «да»? — ухмыльнулся я и расстелил карту Газарии, потом почти сразу же заменил её картой Порта-Арми и окрестностей.

— Мы тут. А вот тут справа, то есть, к западу от города и реки, есть треугольная бухта, глубокая вода. Я даю тебе и твоей этой артели берег и бухту в аренду под поселение артели и под верфь.

— Вот спасибо, герцог, прямо и не знаю, как Вас благодарить.

— Погоди. Твоё прибытие очень кстати. Знаешь нашу ситуацию?

— Ну, пока ждал пообщался с капитанами, с горожанами… Говорят, что на город напали морские псы с архипелага Собачьих островов. Пираты.

— Да, есть такое дело. И это нападение обнажило проблему. У Газарии нет военного флота. Допустим, я хочу построить флот и противостоять этим негодяям.

— Гм. Не гневайтесь, герцог, но не всё так просто.

— Трудности меня не пугают. Практически всё, с чем я сталкиваюсь — непросто. Говори.

— Для начала, какого размера флот Собачьих островов?

— Точных цифр у нас пока нет, но где-то штук двенадцать тяжёлых судов класса «редонда», полторы сотни лёгких драккаров и фелук.

— Дело в том, что редонда, равно как и когг, строится два с половиной — три года. Быстрее никак. Тут дело не в количестве рабочих, хотя мастера обработки строевого леса тоже нужны, они на дороге не валяются. Подозреваю, что под моим началом треть всех мастеровых всех Южных портов. В общем, всё дело в технологии. Дерево должно высохнуть под навесами, вылежаться. Доски необходимо гнуть над горячим паром неделями под определённую форму и всё равно сорок процентов идёт в брак. Если гнать работу понуканьем и плетьми, игнорируя половину технологий, мы спустим на воду первый корпус ровно через год. Но и то, это халтура, такое судно больше двух лет не проходит.

— А малое судно? Драккар?

— Я не строю драккары, герцог.

— А если я попрошу? — вздёрнул бровь я.

Ибрагим вздохнул и кивнул головой:

— Если Вы попросите, мы хоть летучий корабль из легенд про богов построим. Нам бы только чертёж. В принципе, чертежи и схемы драккаров особой тайной не являются. Но нужно сырьё. С собой мы привезли совсем немного.

— Какое дерево?

Ибрагим скривился:

— Вообще-то это самое слабое место в нашем выборе нового дома. Газария — пустыня. Из трёхсот тридцати сортов деревьев, которые растут в Гинн, для строительства кораблей подходят только пять: сосна, но нужна только прямая сосна, строевая, правильная, горная ель, тоже не любая. Подойдёт белый дуб, лесной бук, а лучше всего красное дерево. В Газарии растёт только сосна и горная ель. Говорят, что она водится в районе гор Быки. Да и то, их мало, а мест, где их можно купить, вообще — ноль.

— То есть? У нас в городе есть огромный рынок, там продают…

— Что, герцог? Дрова? Брёвна для уличного туалета? Скорее всего, в ваших горах нет ни одной лесозаготовительной бригады и ни одной лесопилки. Оттого и строевого корабельного леса нет.

— Но вы же как-то собирались работать, ты и твоя артель, господин кораблестроитель?

— Да, собирался. Леса надо не так много и его можно купить. Кстати, ваши враги наверняка его покупают, крайне маловероятно, что у них есть ценные леса, там же одни острова.

— Хм. Весь флот на привозном сырье? Странно, по моим данным, они нигде не торгуют. А если я решу для вашей артели вопрос сырья, остаётся вопрос сроков по строительству?

— Нет. Как строителя, меня это не касается, но кораблям нужны экипажи.

— А что, с проезжающих судов я матросов не наберу? — осторожно спросил я у Ибрагима.

— Теоретически… Но Вам нужны и капитаны, одних матросов мало. Словом, вопрос экипажей не такой уж и простой. В любом случае, если надумаете строить, сделаю всё возможное и невозможное.

— Договорились. С меня указ на выделение земли под верфи. По заказу — подумаю. С тебя, как устроишься, пару человек, спецов по дереву, я пошлю их в горы, пусть посмотрят, где можно нарубить нужных брёвен.

— Брёвна нужно сушить, им на это нужен год. Либо сушить его магическими средствами. Нужное дерево — только купить. Я знаю торговцев, у кого можно заказать, приобрести, хотя сейчас опасно, груз могут перехватить пираты.

— Сколько нужно денег, чтобы ты купил дерева якобы для себя, но — для нужд Штатгаля?

— Ну… — протянул Ибрагим. — Две с половиной тысячи дукатов хватит, чтобы заложить парочку коггов. Если они не пойдут на военный флот, их всегда можно с большой выгодой использовать для торговли, особенно если у Вас есть своя торговая компания.

— Сначала война, потом торговля, хотя мысль интересная. Денег дам завтра, делай заказ. Но послезавтра, один чёрт, от тебя — спецы по подходящему сырью.

— А не опасно им будет в горах? Там у Вас, говорят, водятся орки?

— Во-первых, это свои орки, а во-вторых, я придам им в качестве охраны роту орков и эльфов.

Мы пожали руку. Лапа у Ибрагима была, конечно, как тиски.

Я успел выдохнуть, связаться с Альдом при помощи Роя(мой премьер никак не мог привыкнуть к такому средству связи) и попросить подготовить приказ по Ибрагиму, когда двери моего кабинета распахнулись.

В кабинет бесцеремонно ввалились братья-квизы Мурранг и Хрегонн. И они выглядели так, словно только что выиграли в кости весь годовой бюджет Газарии. Их жёсткие бороды забавно топорщились от крайнего возбуждения, а в глазах горел неприкрытый алчный огонь.

Мурранг с громким стуком опустил на мой стол увесистый холщовый мешок. Плотная ткань глухо звякнула, издав весьма характерный, ласкающий слух металлический звук. Хрегонн довольно потёр покрытые мозолями ладони.

— Босс, мы тут взяли ренту с новых гномьих кланов…

— Каких ещё новых кланов? Я после корабельного вопроса не соображу…

— Ну, как же? Мы раздали все, какие есть, горные выработки по меди, олову, серебру. Где не хватило матерых кланов гномов, разрешили на земле Газарийской основать так называемые новые кланы. Из изгоев… Изгои — это такие гномы…

— Я знаю, кто такие изгои. И?

— Мы взяли с них откаты… То есть, комиссию за начало работы, за статус кланов, за выработку, — сказал Мурранг. — Денег у них, как правило, не было… вначале не было, но сейчас они стали поставлять нам медь и серебро. То есть, они нам платят серебром в виде серебряных слитков и песка, босс. Они-то, дурачины, наивно думают, что дают нам взятки. Плюс мы собрали все трофеи, там тоже полным-полно серебряного лома. В общем, мы тут с братом посоветовались и придумали, что коль скоро Газария независимое государство, надо бы нам начать чеканить свою монету.

Мешок на столе слегка осел, обнажив сквозь прореху тусклый, завораживающий блеск чистого серебра.

Мурранг достал один увесистый слиток с вензелем какого-то клана и положил его на гладкую деревянную столешницу. В свете окна металл тускло блестел, напоминая застывшую каплю ртути.

— С одной стороны, чеканка собственных денег исключительная привилегия королей, — рассуждал я. — С другой стороны, мы суверенное государство, можем эмитировать деньги. Да, Маэну это не понравится, как и Бруосаксу, потому что мы в расчётах пользуемся их деньгами. И теоретически, они могут дать пригрозить нам войной за свою монетарную политику. С другой стороны, пока туда-сюда, у нас уже отстроена система безопасности на Быках, ты ещё поди к нам вторгнись. А у вас есть представление о том, как это сделать с технической точки зрения?

— Да, мы тут общались по вопросам горного дела с одним человеком… Представьте себе, босс, — с интересом стал рассказывать Мурранг. — Люди тоже иной раз разбираются в добыче металлов. В общем, этот специалист, аббат Михаэль, он под пиво рассказал, как чеканить монету. Откуда он сам в этом разбирается, остаётся тайной…

— Да какая там тайна, — перебил брата Хрегонн. — К ведьме не ходи, Михаэль был фальшивомонетчиком. В общем, мы смогли полностью повторить его технологию.

Хрегонн достал из-за пазухи и положил на стол две массивные монеты.

Я взял, покрутил и когда прочёл надпись, присвистнул:

— «Одна большущая деньга гномов»? И на аверсе ты, Мурранг? А на реверсе Хрегонн? Ну вы, братцы, даёте. Дорасти до собственных денег — это, конечно, уровень.

— Не будем мы выпускать свои деньги, босс. Просто образец, чтобы показать, что мы можем. Да и массивная, слишком большой номинал.

Гномы забрали деньги обратно, оставив мне только мысли. Я забарабанил по столу пальцами.

— Короче, идею по деньгам одобряю. В мире Гинн деньги может делать только тот, у кого есть металл.

— У нас есть медь, серебро и даже некоторое количество трофейного золота.

— Некоторое? — прищурился я.

— Ну, там… На сотенку-другую тысяч хватит, — скромно сказал Мурранг. — На чёрный день. Так что, делаем? Как назовём?

— Назовем их статерами, — задумчиво произнес я. — Газарийский статер. Звучит достаточно весомо для купцов. Вам нужно место под монетный двор?

— Да, нужно, — тут же согласился Мурранг. — Под казначейство и монетный двор. И глава для казначейства нужен.

— Не морочь мне голову, друг-гном. Глава казначейства — это ты. А двор… Пока что это будет здание внутри Цитадели, так проще охранять. У нас есть в проекте несколько нераспределённых зданий, построим, будешь сидеть.

— Да чего нам ждать? — удивился гном. — Мы готовы работать хоть сейчас. А у Пантеона есть готовые, но пустые подвалы.

Я скривился. Использовать Пантеон для чего-то, кроме божественного и религиозного, я не собирался. С другой стороны, многие обожествляют деньги.

— Ладно. Бери подвалы, но так, чтобы не ущемить жрецов. А то я словлю религиозный бунт, пожалуются богам…

— Не пожалуются. Пантеон по-прежнему курирует Шпренгер, а с его новым статусом жрецы боятся его, как куры лису. В ступор впадают. Не станут они жаловаться.

— И всё равно деликатно. И секретно.

— Само собой, босс. О таком мы даже гномам не рассказываем.