Тактик.13

Глава 24 Голос над полем

Над полем, перекрикивая панику, щелчки луков, взрывы, крики боли, мат, рёв горящих башен, команды сержантов, летел усиленный магией звук, голос короля Фрея.

Кричал он, что характерно, на всеобщем.

— Ты, подлец, использовал против меня минное поле! — орал голос, полный возмущения и искреннего гнева. Так голосить может только тот, кто привык что его слово последнее, его мнение самое важное и вообще он король, а не хрен собачий!

— Кому это он? — усмехнулся я. — Ах да, это ж мне, наверное. Однако, интересная какая фраза… Ой-ой… твоё плавучее величество. Ах ты ж, рыбий глаз! Ластрион. ЛАСТРИОН!

— Я тут, не нужно так орать, командор. Артефакт перемещения готов.

— Погоди ты. Сделай-ка мне тот фокус с усилением голоса. Сможешь?

Ластрион имел вид весьма ошалелый. Не от моего вопроса. Сражение, беготня, крики, смерти, включая хороший шанс умереть самому — всё это сбивает с настроя и показывает истинную сущность. Вот он и сбился с толка.

— Секунду.

Трах-тибидох-тибидох… Ну, то есть, магия Ластриона была намного сложнее, чем выдёргивание у себя из бороды волоска, но маг запустил для меня заклинание, которым я мог ответить Фрею на равных.

Вообще артефакты и заклинания усиления голоса — штука достаточно популярная. Используется королями для политических целей, правителями, феодалами, чиновниками при празднованиях, во время войны, заменяя собой радиосвязь и социальные сети, такие штуки частенько применялись. Мне при наличии Роя они не были особенно нужны, но сейчас…

Я откашлялся.

Мой кашель полетел над полем.

« Фомир!»

«Ну что? Мы готовимся вдарить по полю артефактами второй магической. Ты же сам это придумал, Рос?»

«А сможешь его засечь?»

«Кого?»

«Фрея, кого».

«Если он ответит, то почему бы и нет».

— Эй, твоё величество! — закричал я и мой голос, многократно усиленный, полетел над стенами, над полем боя и далеко за её пределы. — Меня терзают смутные сомнения… Раз ты король Фрей знаешь такое понятие, как минное поле, то ты, батенька, попаданец!

Я уж думал, он не ответит, такой долгой была пауза.

— Ну, да, — с нотками усталости произнёс голос. Было трудно понять, откуда он исходит, вернее сказать, мне со стены это было вообще невозможно понять. Но Фомир мог и должен был этим заниматься. — Да, я свой, я с Земли, дай мне уйти! Плевать на аборигенов, мы же с тобой земляки, прости… Я был не прав, что полез на тебя, Рос, я не знал, что ты с Земли. Мир?

Я усмехнулся:

— Главное правило Гинн от шамана Ярдига — тут всем на всех плевать. Ты мне, не родня, Фрей, или как там тебя зовут? Рассчитывал убить меня? Теперь чего ты хочешь? Отступить?

— Да. Мы уйдём. Я заплачу, сколько попросишь, мои головорезы умеют добывать звонкую монету. А ещё лучше создадим альянс? Представляешь? Ты на суше, я в море, да мы этот мир в бараний рог свернём.

«Фомир. Ты засёк?»

«Да».

«Рубани туда со всей своей пролетарской ненавистью».

«Секунду».

— Я согласен… Согласен с шаманом. Всем на всех… Ты мне не родня, Фрей. И с чего ты решил, что ты мне ближе, чем мои бойцы или граждане?

— Эти тупые аборигены? Скот, не более того! Неужели ты этих обезьянок пожалел?

«Фомир. Давай».

— Думаешь сбежать через Порт-Газлев, Фрей? — тем временем продолжил громогласный разговор я. — Да, чтобы ты понимал, пока твоя армия покинула его, оставив крошечный ленивый гарнизон, в эту секунду рота эльфов под командованием моего офицера Фаэна подошла к порту вплотную и обстреливает огненными стрелами твои фелуки и драккары, которые ты оставил про запас, как способ сбежать, Фрей. Ты не сбежишь, голубчик. Тебе трындец.

В эту секунду (а Фомир явно давал мне возможность договорить) со стены сорвались десятки магических огненных плетей. Энергетические змеи длиной в пару километров, выжигающие всё на своём пути. Они схлестнулись где-то в глубине позиций противника и вызвали сильнейшую вспышку, грохот, взрыв и даже небольшой грибочек из раскалённого дыма и пыли.

По рядам паникующей армии Кольдера разнёсся крик:

— Предательство! Король погиб, спасайся кто может!

— Ластрион! Ну, валяй. Давай мне телепортацию или как там оно⁈

Это сражение стало пределом напряжения сил, что моих, что врага. В нём я задействовал, как боевые единицы, всех.

Шпренгер в эту минуту контролировал чиновников в тылу, которые руководили гражданскими. Гришейк был на стене, перемазанный кровью и довольный, как крокодил после кормёжки.

Хайцгруг вернулся из рейда с кучей золота, принеся Штатгалю деньги… И себе тоже деньги. Скорее всего, он только что стал самым богатым орком в Газарии и одним из богатейших разумных в нашем герцогстве.

Мурранг и Хрегонн стали моей артиллерией, средством для нанесения ударов по морю и суше. Не говоря о том, что последние дни они работали без отдыха, прерываясь только на короткий сон, выбиваясь из сил, чтобы успеть сделать все приготовления.

Новак тоже на стене.

Фомир сбился с ног, как и Ластрион.

Лиандир вернулся с Вулкана.

Фаэн уничтожает вражеский флот. Не особенно благородная миссия, но крайне важная. Мне нужно, чтобы враг не ушёл с поля боя на своих двоих.

За спиной у расположения врага, в том числе лагеря, по которому пришёлся магический удар, был свежепосаженный лес.

Лес был у каждого крупного города Газарии, он был частью оборонительной стратегии, такой же (только, соответственно, намного-намного крупнее) был и у столицы. Несколько сотен гектаров разной высоты бамбука, кустарников, сосны. Когда армия Кольдера появилась близ города, они лес проверили. Сам лес — да. Послали туда некоторое количество разведчиков, которое боязливо прошли по просекам и вышли, чтобы доложить, что лес пуст. Формально, так оно должно быть, ведь из Порта-Арми не была объявлена эвакуация.

Но и совсем уж пуст он не был. Просто место под лес было выбрано не случайно, там были соляные копи, полностью выработанные и пустые.

В ходе насаждения леса к копям прорыли с десяток ходов, занимались этим только суровые молчаливые гномы под руководством Старых шахтёров. Они же сказали, что копи безопасны, в них можно временно размещать целую толпу народу, если потребуется.

Ха…

Потребуется.

Говорят, что под Парижем двести восемьдесят километров туннелей и катакомб и их начали «рыть» ещё римляне. Римляне вообще много туннелей проложили, нравилось им это дело.

Наши пара километров Парижу в подмётки не годились, но мы не гнались за славой, мне больше нравился тот факт, что про катакомбы Порт-Арми были мало кому известны. А значит, про них не знали и шпионы.

То обстоятельство, что пиратам как обитателям морей и всякого рода волн, лес — стихия совершенно чужая, было мне только на руку.

И вот, утром, пока вражеские полки выстраивались на штурм города, в лесу, который был уже никому не интересен, показались сразу три полка и четыре эльфийских разведывательных роты.

Эльфы определили, что полкам можно «выходить» на позицию, потому что про лес враги позабыли, не до того им было, в ходе боя.

И после синхронного удара по вражескому штабу настало время бить в спину.

Командовал ими Ройнгард. Но Ройнгард, при всём уважении, годился как хороший исполнитель, для того чтобы их вывести из леса и выстроить, а не командовать в сложной тактической обстановке.

Я упёрся в этот факт ещё на стадии планирования этого сражения в тот вечер, когда получил сообщение о взятии Газлева.

Мурранг, Хрегонн были мне нужны и занимались махиной артиллерии. Новак держал стену, Гришейк за общую стратегию не отвечал. Хайцгруг сейчас «выдыхает», после критически важного рейда, как и Лиандир (хотя он у меня не универсал, умеет только своей ротой). Марк бы тоже не вывез.

В общем, в этой ситуации юнитом, который должен был бы «вывозить» являлся я.

Ластрион нацепил на меня браслет, покрутил как при примерке.

— Я готов Вас перебросить. Расстояние маленькое, никакие блокировки не помогут.

— Валяй…

Вообще-то, телепортация у него, что называется, застопорилась, сработала защита богини Анаи, но она дала мне возможность согласиться на перемещение или отказаться от него.

Я дал согласие и через секунду чуть не упал, оказавшись около рядов своей пехоты.

Ближайшие бойцы скосили на меня глаза.

Вообще, сейчас они выглядели странно. В паре километров от нас находился город, а пространство между нами и стенами города заполняли вражеские полки.

Если присмотреться, то вели они себя как минимум по-разному. Несколько полков возложив хрен на остальных, героически драпали к реке, где всё ещё находились наведённые переправы.

Некоторые полки безумно рвались погибнуть на стене от клинков бойцов Гришейка и Новака, большинство пребывали в хаосе и откровенной панике.

Я постоял, прикидывая действия своих трёх усиленных полков.

Вообще, если считать по цифрам, то дела мои изначально были плохи, моих неполные десять тысяч бойцов (за минусом «десанта»), плюс кривые-косые шесть тысяч ополченцев. И это против сорока тысяч островной пехоты! Выходить против них в чистом поле казалось самоубийством.

Но! В моменте они потеряли самых горячих на стене, часть при обстреле катапультами и атакой магами, часть погибли при ударе по тылам, некоторые погибли при подрыве «минного поля», плюсом у них погиб или пропал командующий-король.

Сами войска были охвачены паникой, однако, если они выйдут из боя, их всё ещё чрезвычайно дохрена. Может быть тридцать тысяч, может меньше, но всё ещё больше, чем есть у меня.

И выводить свои полки против вдесятеро превосходящего противника было суицидальным поведением. Но! Армия королевства Кольдер состояла из нескольких сотен кланов, которые были согнаны волей Фрея в полки. Именно этим объяснялось столь разное поведение разных полков. И это вообще ключевое — не существует никакого единого союза островных кланов. Это видимость, которую сначала немного развеяло ударной волной взрыва загутай-камня, а затем и вовсе сдуло прицельным ударом магических огненных плетей под руководством Фомира.

Рой. Активация.

'Мурранг. Хрегонн. Удары по правому флангу, бессистемно, на среднее и короткое плечо. Дальним боем не бейте, попадёте по нам. Мы тоже атакуем по правому флангу.

Всем! Защитникам стены, стену удерживать, позиций не покидать, при приближении врага к стене вести стрельбу из луков и арбалетов — без ожидания команды, прицельно.

Фомир и маги, прошу по возможности размочалить переправы.

Бреггонида и ведьмы, мне нужна паника в войсках врага.

Тайфун, как разгонишь флот, переводи циклон на поле боя, но обойди город, чтобы не намочить защитников стены'.

Прикинув расстановку сил, я двинул полки по правому, если смотреть со стены (для нас, поскольку мы были на другой стороне поля, это был правый) флангу.

Никаких диких криков, никакой берсеркерской ярости. Только синхронный стук тысяч кованых сапог и тусклый блеск опущенных копий. Наковальней служила стена. Молот только что начал свое движение вперёд.

Последующая бойня стала образцом системной, промышленной зачистки. Ветераны Штатгаля врезались в дезорганизованную, паникующую толпу. Щитовики Газарии просто пёрли вперёд, методично работая копьями и переступая через упавших. Если строй размыкался, его смыкали. Мы никуда не торопились.

Враг несколько раз попытался огрызаться по стене огненной магией, явно «вручную», силами магов врага, однако без дармовой энергии Вулкана, всё, что они выдали — это два десятка выстрелов. По эффективности как выстрелы из ручных РПГ против залпов артиллерии целого города. Которая лупит по тебе навесным — камнями и бочками с зажигательной смесью, стрелами и болтами по стены и по всей глубине поля — магией, потому что к этому сражению Ластрион и Фомир раскрыли все свои запасы.

Противник лишился магии, флота и командования. Теперь пираты теряли свои жизни в промышленных масштабах.

Когда полки, который уступали численно, но были построены и действовали грамотно и системно, двинулись на поле, враги побежали.

И география, то есть куда бежать, была простой.

Если смотреть со стены, то взгляд будет направлен на северо-восток или север. Швырица была слева (запад) и подходила к самым границам города, протекая по его окраине и впадая в бухту.

Газлев-порт, откуда пираты припёрлись, был тоже на западе, то есть справа, но в нескольких десятках миль, всё же он был ни разу не «ближним».

Справа, то есть если двигаться на юго-восток, было сравнительно пустое пространство, брошенный на время сражения пригород, кое-где поля, дорога, ведущая вдоль побережья к восточным городкам и поселениям.

Но спасительный Газлев (и это сейчас понимал каждый пират) находился на западе, для того, чтобы бежать в ту сторону, достаточно было пересечь Швырицу, ленивую в этом течении мутную реку с болотистыми берегами.

Чтобы ещё больше упростить муки выбора, я развернул три полка Штатгаля так, чтобы они двигались на центр со стороны востока, вытесняя их в направлении Газлева.

В Газарии, кстати, не больно-то спрячешься, пустоши, степи, равнины.

В общем, паникующая армия сделала логичный и закономерный выбор, начав бежать в сторону Швырицы.

И я не просто так дал команду Фомиру снести переправы.

К сожалению, долбаные переправы были защищены магией, так что Фомиру потребовалось какое-то время, пока мы вырубали бегущих на поле боя. Кстати, тут я шагал в общем стою, хотя и не в первой шеренге, координируя и даже притормаживая свои полки от того, чтобы радостно кинуться добивать вражеские кланы.

Нет уж, радость должна сегодня тоже побыть в узде, а то неровен час, какие-нибудь орочьи кланы покажут, что не боятся и драться не разучились.

Коробки вытесняли паникующие порядки противника на запад, к реке, либо же они зачем-то бежали к стене, откуда их обстреливали.

«Мурранг, переводи обстрел в центр, мы далеко продвинулись, твои камни падают совсем рядом».

«Есть, босс».

Швырица тоже обманчиво-спокойная река. Когда ты в броне, да в пылу боя, ты ещё попробуй пробеги по илистому берегу, а потом проплыви сто пятьдесят метров вплавь.

Одна из переправ сапёров Фрея, защищённая магической защитой, которую из последних сил держали вражеские маги, никак не давалась, и враг ей пользовался для бегства. Однако там тут же возникла давка, переправа была узкой, не больше полутора метров в ширину и возле этой переправы в реку отправилось бесчисленное количество паникующих, расталкивающих друг друга бойцов.

То там, то тут вспыхивали стычки, кланы убивали представителей друг друга за косой взгляд, за старые обиды, по мотивам кровной мести… Или просто потому, что те мешали им пробиваться с боем к единственной переправе, которую в итоге перешли единицы.

И то, что три полка били по тылам, с математической точки зрения было скорее более скромным показателем, чем гибель пиратов на стене, от подрыва и от старой доброй реки Швырица.

Цифры наконец-то складывались в нашу пользу.

«Рос, фиксирую колоссальную пространственную аномалию! Близ реки, в районе переправы».

«Фомир, очевидно, это маги драпают. А можешь огонь переместить на не переправу, а по толпе?»

«Ну, как скажешь, только переправа же даёт им сбежать».

«Далеко не убегут».

Внимание мгновенно сместилось на тылы рушащегося вражеского строя. Локальная воронка искажения скручивала воздух прямо около реки. Это совершенно не походило на нестабильную, грязную магию нашей портальной сети. Кто-то активировал высокоуровневый, одноразовый артефакт, выжигая его матрицу ради создания мгновенной дыры в реальности.

Бегство магов ухудшило ситуацию для бегущих кланов.

То на одном, то на другом участке, группы пиратов останавливались и поднимали белый флаг. Прямо сейчас я таких групп видел две.

Базовое поведение в бою — бей и наступай, никаких пленных. Но результат битвы уже был предрешён.

Убить всех?

Вообще-то, я не склонен убивать безоружных и тому же учу своих бойцов. К тому же трупы представляли собой лишь гниющее мясо.

В то же время разрушенная инфраструктура Порт-Арми, опустевшие шахты, амбициозные планы Мурранга отчаянно нуждались в рабочих руках. В дешёвых, запуганных, расходных рабочих руках.

«Остановить убой, — велел я через Рой, — Принимаем капитуляцию. Сержантам выйти из строя, принять клинок командира, велеть подойти вместе с флагом близ Цитадели. Штатгаль пропустит их. Сопроводить, поговорить, ничего не обещать».

Вражеские офицеры ещё пытались изображать организованное сопротивление. Одетые в дорогие кольчуги десятники размахивали клинками, срывали голоса в жалких попытках собрать вокруг себя хоть какое-то подобие боевого отряда. Их усилия разбивались о глухую стену животной паники. Рядовые бойцы просто игнорировали своих командиров, стремясь затеряться в спасительной кромке леса на дальнем краю поля боя, не веря, что смогут переплыть реку.

Однако чаща не собиралась давать им укрытие. Зелёнка кишела эльфами Орофина. Лесные эльфы не вышли на поле для поддержки трёх полков Штатгаля, их задачей было прикрывать лес.

И когда к ним побежали пираты, считая, что могут там спастись, эльфы превратили отступление пиратов в тир. Короткие щелчки тетив сливались в сплошной смертоносный гул. Беглецы падали лицом в прелую листву, густо утыканные стрелами с эльфийским белым оперением.

Тайфун решил добавить в эту картину финальный штрих.

Вероятно, флот был уже потоплен, либо сбежал (надеюсь, что по большей части потоплен) и он перевёл маленький, но очень злой циклон по западному краю (залив заодно Треугольную бухту) и привёл его на поле боя.

Ледяной проливной дождь обрушился на равнину, мгновенно превращая почву в вязкое, засасывающее бронированных бойцов болото. Бегущие пираты поскальзывались, падали в кровавую жижу и уже не могли подняться под тяжестью наступающих порядков Штатгаля.

Я в свою очередь не спешил, мне не нужен был ни рывок, ни стремительность.