Северное желание

Глава 22

Отшвырнув от себя ставшее ненужным мне тело, вернулась в закуток, где лежал Кай и села рядом. Обняв его горящее тело, я потянула на себя тягучее, сладковатое ощущение боли. Мою плоть наполнило удовольствием, и томный стон сорвался с губ напарника. Его вывернуло в моих руках, и я прижала его лицо к себе, не давая пораниться о доски. Меня тоже выгибало и било в ознобе, но я держалась наготове, не позволяя себе забыться и остаться беззащитной в присутствии посторонних. Сдавленное проклятье раздалось откуда-то сверху, и я заметила уставившегося на меня Сатора. В его глазах стояло благоговение и, кажется, страх. Крепче обняв Кая, коснулась губами его волос и шепнула наполненным туманом голосом:

— Прости меня… Спи…

Опустив его на солому, поднялась на дрогнувших ногах и вышла из загона.

— Объясни мне, Сат, что здесь произошло и кто виновен в нанесении мне оскорбления?

— Что именно…

— Ответь мне и хватит играть! — крикнула я, расцвечивая синим бликами глаз его бледное лицо, — Я просила уважать его как меня. Это похоже на уважение?

Он растерянно оглянулся и покачал головой.

— Кто ты? — забытый уже раненый мною мужчина вышел из-за Сата.

— Отнесите его ко мне в комнату, — приказала я слуге и отерев пот со лба добавила, — Требую наказать виновных так, словно нападение было на меня.

— Это жестоко, — возразил кто-то.

— Тогда назовите мне имена, и я накажу их сама, — процедила я, оскалившись, — Поверьте, лучше не будет.

— Придётся убить.

— Всыпьте плетей и обрейте налысо, — вспомнила я угрозы Рика.

— Кто ты? — повторил бледный раненый с перетянутой рукой.

Глубоко вздохнув, я обошла его и двинулась к себе. От меня шарахнулась пара слуг и внезапно я остановилась, впиваясь когтями в дверной косяк и кроша дерево. Позади меня кто-то был на пороге смерти. Терпкий аромат дыма ударил мне в ноздри и заставил развернуться.

— Все вон, — прошептала я, но меня услышали и через несколько минут во дворе лишь поскуливали жмущиеся в углах собаки и тревожно ржали лошади в своих загонах, — Сат, оставь нас.

— Рина, его нельзя трогать…

— А дать ему умереть можно?

Раненый с трудом держался на ногах. Попытавшись шагнуть, он запнулся и рухнул на колени. Ругнувшись, я села и уложила его голову на колени. На белом полотне лица лихорадочно блестели слишком большие глаза.

— Тшшшш, скажи мне, милый как тебя зовут? — я убрала с холодного лба прядь каштановых волос.

— Рекар.

— Я не сделаю тебе больно…

Осторожно коснувшись раны, я сжала зубы, сдерживая крик. Рек потянул из меня силу с жадностью голодного пса. Он обхватил меня за талию, крепко сцепив руки, и глухо зарычал, утыкаясь лицом в живот. Я ощущала, что мы оба трансформируемся и энергия между нами искриться, пропуская разряды. Удовольствие, граничащее с болью, впрыснулось в кровь и я застонала, пытаясь вырваться из душных объятий. Меня опрокинуло на спину и Рекар сел сверху, удерживая мои руки бёдрами. Его лицо, с огромными глазами на треть лица заслонило мне весь мир. Мягкие губы коснулись моих в полноправном поцелуе. Мотнув головой, добилась того, что он обхватил моё лицо и надавив на подбородок, размыкая челюсть. Вскрикнув, ощутила острые зубы на дёснах и шероховатый язык проникший внутрь рта. Зажмурившись, ощутила мокрые дорожки слёз, катящихся по вискам. Я была в его власти и никак не могла сопротивляться. Он с лёгкостью разорвал на мне рубашку и длинными когтями чертил царапины на коже. Зарычав в его рот, породила вибрацию в чужой груди и со злобным отчаянием потянула свою силу из него обратно.

Сначала он замер и немного растерянно отодвинулся, заглядывая в глаза. Гибким пальцем подцепил слезинку, слизнул её острым языком и удивлённо снова уставился на меня. А сила уже струилась по моим сосудам. Она была не совсем моя, как будто с примесью чего-то острого и терпкого, но она выгнула меня и вырвала из глотки пронзительный крик. Высший надо мной вторил мне низким голосом и скатился в сторону, содрогаясь и разрывая контакт. Освободившись, резко попыталась сесть и откинулась обратно, охнув от головокружения и боли. Мир бешено вращался вокруг меня, в венах плескалась, лава и кости ныли от напряжения.

— Что ты сделал со мной? — всхлипнув, я обхватила голову.

— Это…не…я… — выплёвывая слова, Рекар отполз подальше.

— Сат, помоги мне, — он нехотя подошёл и настороженно прикоснулся к плечу, явно сдерживаясь, чтобы не отдёрнуть руку.

— Что мне сделать?

— Помоги мне добраться до кровати.

Он вымученно вздохнул и, подхватив меня на руки, понёс в дом. Я скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться, и уткнулась носом в мужскую грудь.

— Почему я всё время куда-то влипаю? Кто тот высший?

— Ты нашла самый неподходящий объект для демонстрации своих достоинств. Он советник императора.

— Чем это мне грозит?

— Не знаю, но лучше было бы не делать его своим врагом.

— Уж как получится, — печально призналась я.

— Ты, вроде как, его заинтересовала. Может, проявишь женское гостеприимство… — он толкнул дверь плечом и внёс меня в комнату.

— Это исключено, — буркнула я недовольно и заглянула в примыкающую ванную обнаружив там вполне современную сантехнику.

— Хочешь сказать, что ты… невинна?

— Какая тебе разница? — вяло отозвалась я, включая воду и оглядываясь в поисках полотенца, — Не стану ублажать его, найди другую желающую.

— Рекар бывает в этой резиденции часто, чтобы развлечься с девицами и провести время в покое без интриг двора.

— Не повезло ему сегодня, — я многозначительно взглянула на Сата, — Оставишь меня одну или будешь наблюдать?

— Предпочту…

— Пошёл вон, — прервала его я, — Прикажи охране никого не впускать. Ужин пусть принесут сюда.

— Твой… друг останется с тобой?

— Да.

— Не могу не заметить…

— Мне плевать на твои замечания, — я разозлилась и указала на выход, — Оставь меня в покое.

Сат пожал плечами и негромко притворил дверь. Я направилась к Каю. Он лежал на кровати, раскинув руки и запрокинув голову. С удовлетворением заметила, что от синяков не осталось и следа. Моего напарника вымыли и переодели, что сделало его свежей и как будто моложе. Задумчиво очертив небритый подбородок, я действительно решила, что морщинки в уголках его глаз стали менее заметны. Подперев дверную ручку спинкой стула, направилась в ванну. Забравшись в воду, застонала от удовольствия. Казалось, что по-настоящему наслаждалась омовением я очень давно. Единственное, что смутило меня, так это мыло с ароматом листвы. Слишком многое навалилось сейчас на меня, чтобы думать о Мире и его притязаниях и я стала негромко напевать. Звук отражался от стен облицованных гладким камнем и усиливался, становясь глубже. Постепенно моё тело наполнилось негой и расслабленная, я задремала, откинувшись на бортик. Снился мне мой дом. Я сидела на ступенях, наблюдая, как солнце клонится к горизонту, расцвечивая небо багрянцем. Воздух был напоён запахом свежей листвы и скошенных трав. Кто-то набросил на мои плечи плед, но я не могла обернуться, чтобы посмотреть.

— Нам ведь так хорошо вместе, — жарко зашептали мне на ухо, и крепкие руки обняли меня со спины, — Зачем ты прячешься, милая? Всё равно найду тебя.

Не в силах сопротивляться я позволила ему требовательно целовать шею, слегка прикусывая кожу и запрокинув голову, поймала его губы своими. Слегка царапаясь о выступающие клыки, я млела и протестующе застонала, только когда его пальцы поднялись от талии к груди.

— Моя, — зарычал он мне в рот и распахнув глаза я увидела янтарные глаза.

Испуганно замерев, я не сразу попыталась оттолкнуть Фатона, понимая, что его- то я никак не ожидала увидеть. Когда стала его отпихивать от себя, он затащил меня себе на колени.

— Ну, хотя бы здесь, ты можешь не сопротивляться? Рина, я так соскучился…

Фат беззастенчиво забрался под одежду и, несмотря на моё сопротивление, обхватил полушария груди, стискивая в ладонях. Острое удовольствие, смешанное со стыдом заставило меня всхлипнуть.

— Не надо, Фат, перестань…

— Кто такой Фат?

Очнувшись, я уставилась в льдистые глаза Рекара.

— Какого… — я с ужасом поняла, его пальцы гладят мою грудь и он отпрянул в сторону, заметив мою реакцию.

— Тшшшш, моя прелестная леди, я просто не мог отказать себе в удовольствии, — покаянно подняв руки, объяснил он, — Ты такая…

— Отвернись! — рявкнула я, и когда по инерции он послушался, выбралась из воды и обернулась в широкое полотенце.

— Я тебя обидел?

— Сволочь ты редкая! Зачем припёрся? Чего руки распускаешь? — я едва сдерживала злые слёзы, — Почему каждый считает, что я должна быть счастлива его вниманием? Уроды!

Оставив его за спиной, я зашла в комнату, за ширму обтянутую атласом. К моему несчастью всё, чем хозяин дома обеспечил меня, были шелковые халаты. Одев нечто синее с глубоким вырезом длинною в пол я вышла к Реку. Он, поджав губы, осматривал спящего Кая.

— Чем он так тебя зацепил? Так хорош в постели?

— Считаю его другом, — холодно объявила я, — Но не жду, что ты поймёшь, что я подразумеваю под этим.

— Ты странная, — протянул он задумчиво и уселся в кресло, забросив ногу на ногу, — Расскажи мне кто ты? Сатор говорит, что не знает, и отчего-то я ему верю.

Я открыла дверь и затащила опешившего ракшаса в комнату.

— Ответь мне, приказал ли тебе хозяин никого не впускать?

— Рекар имеет право входить в любые покои, — прогремел стражник.

С размаху я влепила ему пощёчину, и он вспылил, перетекая в истинную форму. Позади раздалось придушенное проклятье. Ухмыльнувшись, придвинулась к нему вплотную..

— Пугать детей в песочнице будешь, кусок идиота. Ещё раз впустишь сюда хоть кого-то без моего ведома- ноги выгну в обратную сторону, — повернувшись к побледневшему советнику, рявкнула, — Не желаю тебя здесь видеть и более не задерживаю!

— Что? — он недоумённо смотрел на меня.

— Пошёл вон!

Закрыв дверь, я снова приставила к ней стул и забралась в кровать, пристроившись под боком у сопящего Кая. Он сонно завозился и забросил руку мне на бедро. Переместив её на поясницу, уткнулась ему в ключицу и, наконец, заснула. Мне было страшно, но здесь нельзя было демонстрировать страх.