Проект: "Возмездие" Книга 8.

Глава 19

Руки в пропитанных формалином перчатках без пальцев пытались схватить меня то за воротник, то за волосы, в надежде отыскать путь к спасению. Я чувствовал, как от урода несло кисловатой вонью препарата и немытым человеческим телом. Не существует такого места и не хватит всей воды Рубежей, чтобы отмыться от того, что творили эти люди. Я резким движением сломал ему позвонки шеи и позволил обмякшему телу упасть на холодный пол.

После долгого пути сквозь тьму Голодного узла мне наконец удалось добраться до места, где собирались все Крысоловы. На входе в место, которое я мог лишь описать, как погрузочную станцию, они оставили двух жалких охранников. Надеюсь, они не пытались тем самым меня остановить, и если так, то моя самооценка опустится до уровня плинтуса.

Внутри гудела работа, причём в прямом смысле этого слова. Кто бы мог подумать, что та дыра, где Крысоловы держали рабынь и яростно бухали, была всего лишь одной из нескольких. На самом деле, они развернули настоящее производство, поработав над этим местом.

Я забежал внутрь и, спрятавшись за зелёными бочками, от которых откровенно несло формалином, присмотрелся. Когда сказал, что всё здесь выглядело, как настоящее производство, не оговорился. Перед тем, как отправлять «товар» в Старый город, где его передадут в руки Тысячников, над ним хорошенько работали. Несколько Крысоловов готовили те самые злосчастные капсулы, тщательно намывая их изнутри. Даю левую почку на изъятие, что потом туда зальют формалин из этих бочек и окунут бедных детей. К слову, о них.

Недалеко, в хорошо освещаемой зоне довольно просторного помещения, трудилась другая группа, предварительно выложив пятилеток на хирургическое столы. Сначала могло показаться, что они готовили их к операции, учитывая количество лежащих вокруг острых даже на вид инструментов. Однако, на самом деле, они вытягивали длинные резиновые шланги, подключённые к огромным пластиковым контейнерам.

Прежде, чем погрузить детей в капсулы, больные ублюдки тщательно их отмывали, уделяя особое внимание ушам, подмышками и паховым зонам. Я заметил, что среди них были и Железяки, с которых сняли весь допотопный хром, обнажая больные и опухшие участки их тел. С ними возились больше всего, так как из красных болезнетворных точек постоянно сочилась бурая жидкость, напоминающая гной.

Я и представить не мог, что они существовали подобным образом, и, пожалуй, жизнь длинною в год для них была спасением. В дело пускали даже Взросляков, которые без сознания, не открывая ртов, были похожи на обычных десятилеток. Однако главная проблема заключалась в том, что среди них я не видел ни Павлика, ни Фи.

Само помещение напоминало небольшую цеховую зону с будкой смотрителя на втором этаже, откуда за процессом следило руководство всей операции. На первом этаже проводили основную работу и подготовку к отгрузке, а, учитывая количество «единиц», остатки Крысоловы должны хранить в другом месте. Возможно, там меня и будет дожидаться Фи, если, конечно, она ещё жива.

В весь процесс было вовлечено порядка трёх десятков уродов, не считая тех, кто находился в комнате выше. Они не станут такой уж и большой проблемой, однако волновали меня не они. Среди Крысоловов были и те, кого совершенно не ожидал увидеть, а именно мутанты Шва, офицеры из Ордена и один человек, который сначала показался мне знакомым.

Он носил такой же длинный тёмно-синий плащ с высоким воротом, что и Ямидзава, и, судя по взгляду, скорее всего, тоже являлся агентом. Именно он созерцал с высоты наблюдательной комнаты за всем процессом и не отрывал взгляда от мытья детских тел. С агентом я тоже должен справиться, в конце концов, одного мне практически удалось убить, и с тех пор я стал намного сильнее.

Главная проблема заключалась в том, что в идеальной ситуации воспользовался бы нейрококтейлем и окрасил бы стены кровью. Однако в таком состоянии, плюс то, что мутанты были вооружены тяжёлым оружием, могут пострадать невинные дети. Дети, которых я сюда пришёл спасти. Нет, этот вариант не рассматривается. Шальная пуля может меня и не задеть, зато пролетит через всё помещение, срикошетит от стены, пролетит в вентиляцию и попадёт кому-нибудь прямиком между глаз. Опыт давно научил не спорить с хозяйкой случая, поэтому придётся сделать всё по-тихому.

Вряд ли у меня получится убить тридцать человек, разобраться с десятком стоящих на страже мутантов и убить всех, кто находится в наблюдательной комнате, включая агента. И всё это без единого звука. Нейролинк подсказывал, что есть несколько вариантов развития событий, но я сгрёб их в кучу, собрал в один общий шар и принялся вылепливать свой план.

Крысоловы меня не заметят, как и мутанты, а вот агент почувствует моё присутствие, если подпущу к нему червя Нейролинка. С ним, видимо, придётся разбираться последним. Я перебежал от бочек, к которым отправился один из работников, и скрылся за пластиковой цистерной, из которой поступала вода.

Можно собрать мерзавцев в общую сеть и избавиться сразу от всех, так как столь слабые разумы и банальный хром не смогут выстоять против моего червя. Я ещё раз оценил ситуацию, прикинул варианты и выстроил удобную сеть, к которой будут подключены все трудящиеся Крысоловы. Один импульс, один сигнал, короткое замыкание — и тридцать свежих трупов пополнят мою личную коллекцию. Жаль, что не могу убить их ещё раз, но для этого сгодятся остальные.

У меня будет несколько секунд замешательства, чтобы пересечь всю «цеховую» зону, добраться до дежурящих у лестницы мутантов и всех перебить. Главное, справиться с ними раньше, чем ублюдки откроют огонь, потенциально рискуя повредить товар. Чёрт, я уже сам их так называю. После короткого вдоха и выдоха пообещал себе, что буду работать аккуратно, и запустил голодного червя.

Он добрался до построенной мною сети, размножился на тридцать самостоятельных элементов и отправился по невидимым линиям на охоту. Я выбежал из-за пластиковой цистерны ещё до того, как червь сумел поджарить нервную систему врага, и на всей скорости атаковал. Первыми меня заметили офицеры, которыми были люди, управляющие мутантами.

Я прекрасно понимал, что против меня выступили прокачанные пользователи, а не обычные туннельные крысы, которых мог разделывать одним пальцем за завтраком. Именно по этой причине держал наготове активированный Нейролинк, который сумел подсоединиться к вражескому хрому и нащупать уязвимые точки.

Мутанты медленно оборачивались, направляя на меня тяжёлые пулеметы, а раскручивающиеся стволы говорил о том, что эти больные ублюдки действительно решили открыть огонь. Все Крысоловы разом схватились за головы и попадали с предсмертными криками. С офицерами оказалось не так просто, и на мгновение червь наткнулся на незримый барьер, но, используя превосходящую силу моего импланта, с лёгкостью сумел через него пробиться и атаковать нервную систему целей.

Я запрыгнул на плечи мутанта, вонзил ему клинок в макушку, а затем перепрыгнул на следующего и повторил. Раскалённые лезвия моих богомолов входили в черепушки врага, словно в топлёное масло. Они уже не казались столь грозными и опасными, как это было в первую нашу встречу, а пристальный взгляд агента с наблюдательной комнаты лишь немного раздражал.

На ходу залил в себя последний фиал с нейротоксином и ощутил, как изнутри начала нарастать горячая волна. Сердце пропустило удар, адаптируясь под хлынувший в кровь реагент, а прокачанная нервная система загорелась лампочками нейронов, словно новогодняя ёлка.

Мне на мгновение показалось, что вновь начинаю терять контроль и превращаться в безумного зверя, но в этот раз всё оказалось иначе. Нервная система не только адаптировалась под нужды хозяина, но и заставила организм среагировать как надо. Весь эффект бесконтрольной кровожадности и желания рвать вражескую плоть на части практически испарился. Всё, что осталось, — это яростная ненависть к этим ублюдкам, но она являлась порождением моего сознания, а не побочным продуктом принятого реагента.

Все мышцы натянулись до такого состояния, что готовы были вот-вот порваться, а лёгкие раскрылись настолько, что мог чувствовать, как пахло изо рта у агента на втором этаже. Все чувства обострились до предела, превращая меня в очень опасное существо. Злое и опасное существо. Я стиснул зубы, ощутил невероятный прилив сил и скакнул в сторону.

Бреющая очередь пулемёта разрезала пустоту, проходя опасно близко от лежащих на столах детей. Я заметно ускорился, а когда в угол зрения попали раскручивающиеся дула ближайшего оружия, развернулся и широко по нему рубанул. Оставшимся мутантам хватило ума не сражаться со мной подобным образом, и они, выбросив бесполезное оружие, потянулись за длинными мечами, располагавшимися у них за спиной.

Слишком большие, слишком медленные и предсказуемые. Их мощностей хватало разве что в борьбе против биошлака. Мне же они казались невероятно медленными и неуклюжими. Мне с лёгкостью удалось проскользнуть мимо наточенных клинков и убить сразу двух мутантов, нашинковав тех метровыми огненными лезвиями.

Последний отступил к лестнице, занимая возвышенную позицию, как вдруг сверху послышался звук бьющегося стекла, и наружу выпрыгнул ублюдок в плаще. Он немного напоминал Ямидзаву, точнее, то, как тот держался на публике. Высоко поднятый подбородок, острый, как кончик катаны, красные искусственные глаза и зачёсанные назад волосы. Мутанту не повезло встретиться с ним взглядом, и через мгновение из его рта пошла белая пена, а глаза закатились.

Я даже не стал на него смотреть, так как прекрасно понимал, что это результат действия височного импланта, очень похожего на мой, а через мгновение сам ощутил его эффект. Массивный таран пытался пробиться сквозь мою защиту, нанося удар за ударом. Однако Нейролинк, усиленный работой коктейля, смотрел на эти попытки и издевательски хохотал.

Пока агент не приступил ко второй фазе, я растянул губы в кровавой улыбке и бросился в атаку. Противник вытянул из рукава сегментарную трость, которая у меня на глазах вытянулась в длинный посох с энергетическим наконечником.

Технология Города ему не поможет, как и продвинутый височный имплант, дающий превосходство над обычными противниками. Глубоко внутри я даже надеялся, что он сможет меня хоть чем-нибудь удивить, но на деле агент оказался не ровней тому же Ямидзаве. Ему уверено удалось блокировать мой прямой выпад и, шагнув в сторону, зайти мне в бок.

Правда, там его уже ожидал сюрприз в виде заряженного револьвера практически в упор. Я несколько раз нажал на спусковой крючок, разрядив остатки барана противнику в грудь. Агент слегка пошатнулся и посмотрел на туго затянутый плащ. Ткань сумела остановить все выпущенные пули, но на это и был расчёт.

Я ловко перекувыркнулся, оказался на полу, и на моих губах появилась довольная улыбка. Агент с холодным выражением лица не мог понять причины такого моего веселья, а затем сверху послышался хруст металла. Последняя пуля попала ему не в грудь, а была направлена намного выше. Болтающийся над головой человека контейнер, в который грузили капсулы, сорвался с цепи и обрушился тому на голову.

Агент успел поднять обе руки и остановить падение, присев при этом на одно колено. Для меня этого оказалось достаточно. Я рывком стремительно добрался до ублюдка и принялся наносить удар за ударом, пробивая крепкую ткань плаща. Даже когда клинки пронзили шею и висок агента, он продолжал смотреть на меня холодным и напряжённым взглядом. Ну не человек, а прямо киборг-убийца, гвозди бы из таких делать.

Я отпрыгнул как раз в тот момент, когда тот не выдержал и позволил контейнеру свалиться ему на голову. Тонкая струйка красной крови тянулась к моему ботинку, словно агент в последние секунды своей жизни всё ещё пытался меня убить. Я отступил от неё, как от прокаженной, и первым делом подбежал к столам, на которых лежали дети.

Одну девочку мне удалось узнать. Кажется, Павлик представил её как Наташку, а вот остальных что-то не смог припомнить. Если она из лагеря Бродяг, значит, где-то здесь должны быть и остальные, но почему их осталось так мало? Всего семь ребятишек из скольких? Сотен? Они были накачаны чем-то довольно крепким, раз не смогли проснуться после того, как их поливали из шланга.

Я попытался разбудить девочку, как вдруг меня накрыло жестокой правдой. Они не спали, их грудь не двигалась из-за медленно наркотического дыхания, нет. Эти дети были мертвы, причем все они. Я отступил на шаг назад и едва сумел подавить нарастающее желание здесь всё разнести.

Зачем их убивать?! Шов нашёл новый способ, или это всё дело рук Крысоловов? Насколько помню, в капсулах они всё ещё были живы, а здесь…

Ничего не могу понять. Я упёрся спиной о пластиковую цистерну и ощутил, как подкашиваются ноги. Нет, стоять, рано ещё, нужно попробовать отыскать остальных, возможно, они всё ещё живы! Не успел сделать и шага, как ощутил чьё-то незримое присутствие. Враг? Не добил? Если сейчас из-под контейнера выльется вся кровь и соберётся в нового агента, клянусь, спалю здесь всё к чертям!

Однако угрозы ощутить мне так и не удалось. Вместо этого на меня набросилось паршивое чувство дежа-вю, словно это было уже раньше. Фи! Это точно она! Пытается со мной связаться, как и раньше. Я поднял голову и каким-то абсолютно необъяснимым чувством понял, что она находилась именно там — и это оказалось правдой.

После того, как прыжком оказался внутри, в дальнем конце обычной наблюдательной комнаты я увидел лежащую на офисном столе окровавленную девушку. На её лице не осталось и живого места, а обнажённая верхняя часть туловища была покрыта множеством мелких и глубоких порезов. Я подбежал к ней и первым делом проверил пульс. Жива!

Фи медленно повернула голову, и в уголке заплывшего левого глаза появилась одинокая слезинка:

— Ты пришёл… — прошептала она разбитыми в кровь губами.

— Да, да, я здесь, держись, я тебя вытащу отсюда! — быстро затараторил, снимая куртку и еле натягивая её на девушку.

Фи схватила меня за руку, когда я попытался её поднять и вновь прошептала:

— Оставь, уже поздно. Дай мне спокойно умереть.

— Никто здесь не умрёт, Фи! Мне Черника голову открутит, если с тобой что-нибудь случится! — я решил всё перевести в шутку, но вдруг девушка заплакала.

— Они все мертвы, Смертник! Все, даже Павлик. Их просто взяли и убили, даже не стали ничего говорить. Все… все!

Я смотрел, как плакала Фи, и не мог поверить её словам. Может, она ошибается? Может, это всё — результат её эмоций? В конце концов, она ведь попросту лежала здесь и не могла видеть всё собственными глазами.

— Ты уверена? — едва слышно прошептал я, сам не зная зачем.

— Да, — закивала Фи, вцепившись в меня обеими руками. — Они мертвы, я сама видела. Большинство уже погрузили и увезли. Из них сделают монстров! — вдруг девушка резко притянула меня к себе, обняла и заплакала ещё сильнее. — Прости меня, мне не удалось их защитить, не удалось спасти… и теперь…

Я позволил ей проплакаться, попутно замечая, что ей самой требуется помощь, и если ничего не делать, то она вскоре присоединиться к остальным.

— Я всё равно уже труп, — не отрываясь от меня, прошептала на ухо Фи. — Просто оставь меня здесь и уходи… может, ты ещё успеешь догнать и хотя бы похоронить их как следует.

— Им уже ничем не поможешь, — пришлось признать горькую правду, несмотря на возражения девушки. — А вот тебе я могу. В серверной должны быть ванны погружения, я отнесу тебя туда и поищу, чем можно тебя подлатать. Пока ты будешь в киберпространстве, все процессы в твоём теле замедлятся, а я раздобуду что-нибудь, чем тебя можно стабилизировать, и верну обратно домой.

Фи была не в силах сопротивляться, но, когда я поднял её на руки, она прижалась ко мне, как маленький котёнок, и едва слышно прошептала:

— Они все мертвы, Смертник, все мертвы.

— Я знаю, Фи, мне тоже очень жаль. Поэтому мы обязаны убедиться, что этого больше не повториться. Вместе!

***

— Стой, нет, пожалуйста, прошу тебя, не на…

Голос человека утонул в предсмертном вопле и мокром чавканьи плоти. Черника, который не спал уже третий день и продолжал убивать, поднял труп на уровень глаз, схватил за повисшую на загривке кожу и одним движением сорвал её, словно костюм, с тела человека. Мокрый труп упал на залитый кровью пол лаборатории, и он пошёл дальше.

Черника больше не чувствовал угрызений совести, она утонула в тоннах крови, которые он оставлял везде, где появлялся, и причём не зря. От Тысячников осталась лишь молва на улицах трущоб после того, как неизвестный, которого все описывали как разъяренного демона, способного принимать вид медведя, внезапно начал убивать их одного за другим.

Сам же мужчина никак не реагировал на описанный образ городской легенды и занимался тем, что методично чистил трущобы от заразы. Когда остатки Тысячников попрятались по норам, словно мыши, он шагнул на следующую ступень и атаковал лаборатории. Уничтожать их оказалось не так просто, но Элли помогла ему с новым железом, улучшив не только скорость, но и выживаемость на поле боя.

Если бы не его новая ватага, вряд ли бы он сумел отыскать в себе не только храбрость, но и обработать полученную от Тысячи информацию. Благо, что Шов повсеместно начинал строительство новых лабораторий и замаскированные под различные проекты стройки, которые невозможно было спрятать от пытливых глаз.

Всё, что ему оставалось делать, — это идти по следу, который рано или поздно приводил его вот в такие уголки ОлдГейта. Новенькая, всё ещё пахнущая пластиком и бетоном лаборатория, ожидала своего запуска в ближайшее время. Работники ещё не успели снять пароизоляционную плёнку после строительства, по которой теперь стекали крупные капли крови.

Черника переступил через труп лаборанта и увидел, что в углу пряталась совсем ещё молоденькая девушка. Аспирантка едва успела подписать контракт для государственной работы и ещё не совсем понимала, с чем ей придётся иметь дело. К сожалению, она оказалась не в том месте не в то время, но Чернике было на это плевать.

Он подошёл быстрым шагом, занёс массивную ногу, а когда девушка истерично завизжала, раздавил её как насекомое. Кровь брызнула в стороны, попадая на тело человека, стены, пол и даже потолок. Черника обернулся, когда вбежавшая в помещение охрана открыла огонь по темнокожему гиганту. Пули отскакивали от его кожи, словно резиновые, а сам мужчина лишь недовольно рычал.

Смерть настигла охрану так же быстро, как и их предшественников. Одного Черника схватил за голову и попросту сжал ладонь. Кровь и мозги просачивались сквозь пальцы, которые тут же проникли в широко распахнутый рот второго и разорвали его на части. Третий же попытался бежать, но мужчина успел схватить его за ногу и, хорошенько раскрутив, ударил о стену.

Трупов было столько, что в пору засаливать в бочки и ставить в кладовку в длинные ряды, но Черника пришёл сюда не за этим. Убивать этих людей ему не доставляло удовольствия так, как он это делал с Тысячниками. С теми уродами у него были старинные счёты, сводя которые, он получал свою толику наслаждения, но эти? Эти просто стояли у него на пути.

Когда Черника впервые рассказал мастеру Элли, что собирается заняться новым промыслом, девушка отвесила тому мощную пощёчину. Мужчина ещё тогда не понял за что, ведь Смертник и Фи всё рассказали ей до мелочей. Однако Элли была намного смышлёнее чем, ему показалось на первый взгляд. Ещё тогда девушка усадила его за стол и объяснила, что, однажды вступив на этот путь, потом будет очень тяжело с него свернуть. Что это под силу лишь одному человеку, а Черника — не Смертник.

Мужчина долго об этом раздумывал, так как мнение Элли для него было важнее всего, пожалуй, только после Фи, но, в конечном счёте, принял решение. Девушка не стала спорить или пытаться убедить. У каждого свой путь, и каждый выбирает его сам — этому научил её Смертник. Именно поэтому она решила поддержать Чернику, чтобы тот прошёл его в компании небезразличных людей. После к ней подключилась Фокс и Седьмая, которая не смогла остаться в стороне, а рыжая смогла раздобыть достаточно взрывчатки.

Черника подошёл к несущей стене лаборатории, постучал по ней массивной костяшкой пальцев и прикрепил взрывчатку, похожу на пластилин. Сверху он установил взрыватель, активировал механизм удалённого управления и направился к выходу. Как только он окажется на безопасном расстоянии, всё это здание взлетит на воздух, а сам мужчина скроется ещё до того, как растянутые по всему городу силы Ордена успеют его настигнуть.

Это уже будет третья лаборатория на его счету, но на этом Черника не остановится. Он будет продолжать уничтожать и убивать всех, кто был связан с пленением его маленькой сестры, и, если понадобится, он дойдет до административного корпуса и сравняет там всё с землей.