Проект: "Возмездие" Книга 8.

Глава 18

***

— Давай, шныряй её сюда! Ишь, смотри, какая прыткая оказалась ещё и ножиком размахивает!

— Сиськи, сиськи смотри какие! Да рви на ней одежды, чего ты как чужой?

Фи ощутила, как на груди порвался топик, оставляя её в одном бюстгальтере и, стиснув зубы, наотмашь взмахнула ножом. Крысолов успел увернуться, отпрыгнуть назад и я радостно захохотал. Пока девушка отвлеклась на него, сзади её схватил другой и сорвал остатки одежды.

— Тётенька! — Прокричал Павлик, держа в руках маленький окровавленный нож. — Тётенька, что мне делать?

— Беги! — Едва смогла выдавить Фи, замахнувшись на другого обидчика.

— Куда это ты собрался, мелкий засранец? — Зло процедил Крысолов, хватая Павлика за плечи, и выбивая нож из его рук.

Мальчик зачастил кулаками и лупил того по ноге, но его ручки были слишком маленькие, а удары слишком слабые. Он развернулся и попробовал схватит выпавший из ладони нож, но хватка Крысолова была слишком сильной. Он не давал мальчику сдвинуться с места и яростно подбадривал коллег по опасному бизнесу, которые занимались девчонкой.

— Убью! — Прокричала Фи после очередной неудачной атаки! — Отпустите! Пустите, гады!

Её шпыняли из стороны в сторону, передавая из руки в руки, попутно срывая с неё кусочки одежды. Девушка оказалась обнажённой по пояс, но всё равно продолжала отчаянно сражаться. Она отдавал себе отчёт в том, что ей не удастся их одолеть, но ей этого и не надо. Всё что требуется — это создать возможность для Павлика бежать, даже если придётся отдать за это собственную жизнь.

Вдруг вожаку отряда надоело наблюдать за весельем со стороны и он, решил сам поучаствовать в процессе. Когда Фи в очередной раз толкнули, а девушка беспомощно побежала в сторону, там оказался он, схватив её сразу за обе груди. Ей это не понравилось, однако, завлечённый молодыми формами красавицы, лидер отряда слишком увлёкся, за что поплатился кровью.

Фи ударила наотмашь, разбив тому маску и оставив глубокую рану на подбородке. Оттуда потоком хлынула кровь, а главный Крысолов, заметил позорное увечье и ударил со всей силы тыльной стороной кулака. Фи упала на холодную землю комплекса и выплюнула кровавую юшку. На её губах растянулась довольная улыбка от осознания того, что ей удалось хотя бы пустить кровь. Этого было почти достаточно. Почти.

Девушка вскочила на ноги, где её схватили два ублюдка. Они держали за обе руки и не давали сдвинуться с места, в то время как главный Крысолов, утирал противную засечку. По его выражению лица было видно, что подобное прощать ни в коем случае нельзя и он, закатав рукава, широким шагом направился к будущей жертве.

В этот момент Фи удалось извернуться, со всей силы ударить в пах одного из бойцов, а когда рука с ножом освободилась, девушка по инерции вогнала клинок уроду в шею. Главарь беззвучно хватал воздух ртом, не поверив, что только что произошло. Державший Павлика Крысолов, настолько ошалел, что невольно отпустил мальчика и побежал на помощь к вожаку.

Крепкий удар в затылок уронил Фи на землю и девушка едва не потеряла сознание. Перед её глазами выпал раскрывшийся телефон, на экране которого случайно загорелось имя: «Смертник». Секунда ожидания и с первым ударом на интерфейсе появился таймер, отсчитывающий длительность телефонного звонка.

После того как вожак упал на землю, стремительно истекаю кровью, Фи ощутила, как на неё обрушилась целая серия ударов. Девушка били, запинывали ногами, ломая ей рёбра, превращая лицо в одну большую заплывшую гематому, а изо всех отверстий хлынула кровь.

Она посмотрела на мальчика, на глазах которого наворачивались слёзы и едва сумев сложить разбитые губы, прошептала. — Беги, Павлик.

Мальчик стоял и смотрел, как избивают его спасительницу и на позор самому себе, пытался убежать. Он видел, как тётеньку избивали сразу несколько человек, видел, как её губы трескаются, изо рта потоком вылетает кровь, а лицо превращается в заплывший гротескный вид. Однако не смотря на всё это, Фи улыбалась.

Она была довольна тем, что пускай на мгновение ей и удалось дать мальчик шанс на побег и спасение. Девушка знала, что её жизнь оборвётся через несколько секунд, но Павлик шмыгнул носом, вытер слёзы и побежал, Фи улыбалась от того, что в конечном счёте, прожила свою жизнь не зря.

— Фи! ФИ!

Звонок оборвался ровно после того, как сквозь прерывистую речь, я услышал имя Павлика. На них напали, но кто? Неужели Взросляки решили отомстить? Не думаю, да и с чего бы? Голоса были взрослые, издевательский, смех, вопли, сдавленные, словно говорили из-под маски, но этого не может быть! Я только что всех убил, даже их кровь всё ещё капает с моей одежды на пол, а на губах чувствую металлический привкус. Тогда как? Как они смогли оказаться сразу в двух местах?

Чёрт, Смертник, как же ты позволил себя так обдурить? Не успел я понять, что во всём комплексе может найтись место и для нескольких точек базирования, как мои ноги сами понесли меня прочь. Отыгрываться на Губернаторе не было времени, к тому же, он скорее всего, и сам понятия не имел о существовании дополнительных баз Крысоловов.

Я бежал со всем ног, преодолевая за секунды расстояние, который ранее проходил за несколько минут. Однако даже с моей скоростью и реакцией, мне понадобится некоторое время чтобы добраться до переходного шлюза. А ведь они на этом не остановятся. Если Крысоловы зашли напрямую в Ясли, значит вымышленное Матерью наказание больше не имело смысла.

В голове крутились сразу несколько вариантов развития событий и должен признаться, что каждый последующий радовал меня всё меньше. Напуганные дети явно попробуют дать отпор, но их тела не справятся со взрослыми ублюдками. Неужели они решили собрать весь урожай и опустошить сразу все поселения? С чего бы это вдруг? Или я попросту надумываю себе самый худший вариант?

Я попробовал отбросить мысли прочь, избавиться от них, как от надоедливого комара, противно жужжащего над ухом, но всё что мне осталось — это думать. Моё тело всё ещё было слишком медленным и передвигалось пускай как и прокаченного, но всё же человека. Нужно в будущем найти способ сделать себя быстрее. Утонуть в тренировках киберпространства, накачаться таким количеством тоников, что печень в жидком виде полезет из всех отверстий. Что угодно, лишь бы стать быстрее и сильнее!

Меня окружало слишком много людей, которые могут в любой момент стать жертвами исключительно принятых мною решений. Да, они прекрасно понимали на что идут, вступая в мою бешенную шайку, но чёрт, глубоко внутри, то, что обычно называют совестью, давала о себе знать. Если Фи погибнет — это будет полностью по моей вине. Я не отвадил её ещё в Старом городе. Я оставил на поручении кому, Павлику? Пятилетнему ребёнку? Не воспринял угрозу слишком серьёзно и теперь… теперь мне придётся за неё платить.

В этот момент захотелось разодрать собственную кожу на лице, но к счастью, впереди нашлась цель, куда более заслуживающая моего внимания. Двойная дверь, ведущая в переходный шлюз, оказалась на расстоянии нескольких метров, как вдруг меня осенило. Все, у кого был доступ — мертвы, кроме Губернатора. Возвращаться за ним, теряя драгоценное время удовольствие мне не по карману, а значит… Значит обойдёмся старым добрым насилием.

Я приготовил клинки, раскалил их до ярко-жёлтого оттенка и вонзил в щель, словно пытался вскрыть консервную банку. Они, выбивая искры, вошли в дверь и медленно утопали внутри. Между мной и отсеком примерно метр толстой стали, прожигать которую у меня нет времени. Клинки двигались слишком медленно, поэтому пришлось пристроить к процессу Нейролинк.

Не знаю кто справиться быстрее, но сейчас мне нужно использовать все возможные средства, даже если это сэкономит мне жалкую секунду. Сигнал нащупал механизм консоли и принялся имитировать код системы, как это делал ранее. Вдруг раздался короткий писк и двери поддались, но создав полуметровую щель, резко остановились. Видимо сработал защитный протокол или, сука Мать, всячески мне мешала. Ничего, разберусь с ней позже, тем более, что притворяться больше нет смысла. Однако сначала Крысы… в этот раз вместо точечного удара, залью всё лавой и сожгу это место дотла.

Клинки прорезали металл, постепенно создавая для меня проход, а когда в нос вновь ударил запах смерти, мне, наконец, удалось протиснуться и пролезть внутрь. Плевать на ожоги, которые, к слову, попортили лишь одежду, но я оказался внутри. Щель, через которую ранее Губернатор по очереди выносил детей наружу, всё ещё осталась, однако того же нельзя было сказать о «наказанных»

«У ТВОИХ ДЕЙСТВИЙ БУДУТ ПОСЛЕДСТВИЯ»

Первое что услышал из динамиков Яслей, когда сумел выбраться наружу. Меня встретила холодная и невзрачная пустота, а выражение голосом Матери, на повторе всё глубже вбивалось в сознание ржавый гвоздь. Вот же сука, не упустила момента надавить на больное, но ладно, ты только никуда не уходи и вскоре бы обязательно поболтаем.

Я отправил Фи в лагерь Железяк, где на неё видимо и напали, однако на пути был так называемый город Взросляков и возможно кто-нибудь внутри знает о том, что здесь произошло. Именно по этой причине первым делом подбежал к поселению и с ужасом заметил, что внутри царила абсолютная тишина.

Сначала могло показаться, что местные жители в страхе попрятались по домам, но распахнутые двери контейнеров и разбросанная на земле детская одежда твердила иначе. Забрали даже оставленные мною трупы, предварительно раздев и их. Не слышал, чтобы для создания мутантов подходили мёртвые тела, но думаю, Крысоловы попросту решили собрать всех.

Это плохо, это очень плохо! Я ещё раз пробежался по поселению, так и не обнаружив ни одного живого существа, плюнул и побежал к Железякам. Их поселение, в отличие от Бродяг находилась не так далеко и нутро подсказывало, что ублюдки в телах детей явно каким-то образом эксплуатировали слабых.

Чёрт, держись Фи, держись, я иду! Пока бежал, мне в голову пришла очередная мысль, Павлик! Фи должна была научить мальчика пользоваться телефоном и если ему удалось спрятаться, то сейчас он сидит где-нибудь в лагере и дрожит. В любом случае, Плавик может знать что здесь случилось. Я на ходу достал телефон, перепрыгнул через кусок мусора и увидел перед собой очертания лагеря Железяк. Сигнал грустно пропищал и приказал долго жить. Ни телефон Фи ни Павлика не принимал сигнал или попросту не работал, ну что же, тогда придётся искать их по старинке.

Добраться до лагеря не оказалось уж и такой большой проблемой, однако меня встретила всё та же пустота с небольшими дополнениями. Кровь. На земле находилось отчётливо пятно впитавшейся, но всё ещё свежей крови. След уводил резко в сторону и обрывался у закрытого контейнера, который служил Железякам в качестве дома.

Я резким движением сорвал клинком толстую цепь, открыл и, не зная, чего ожидать, выдохнул. Сюда сбросили всю окровавленную одежду, включая несколько механических протезов, однако ни жителей, ни Фи здесь не было. Ну куда же, куда же они подевались? Лишь одна мысль о том, что мне не удалось обнаружить трупы, хоть как-то давала надежду, что я всё ещё успею их спасти. Осталось только отыскать.

«У ТВОИХ ДЕЙСТВИЙ БУДУТ ПОСЛЕДСТВИЯ»

Заткнись, сука, и не мешай мне думать! Я решил не бежать и, закрыв глаза, медленно прочитал мантру, которой меня научила Мей. Мой разум, мой инструмент, спокойно… спокойно… дыши и думай, Смертник, дыши и думай. Я открыл глаза и автоматически активировал Нейролинк с его встроенной функцией анализа. Перед глазами забегали цифры в процентах, пытаясь составить для меня маломальскую картинку.

Сам бы потратил на это намного больше времени, а вот подсознание замечает всё. Научится бы ещё контролировать этот процесс и обходиться без импланта, но пока он есть, было бы глупо не воспользоваться этой функцией.

Нейролинк за миллисекунды анализировал и пытался восстановить происходящие здесь события и выдал размытую картинку. Судя по следам, здесь собралось сразу несколько человек. Все взрослые, у всех мужской размер ноги. Однако была здесь пара и поменьше, явно пренадлежавшая Фи, а рядом с ней совсем маленькая. Уже хоть что-то.

Следы находились как раз в центре кровавого пятна и я, присев, заметил, что маленькие отпечатки уводили в сторону лагеря Бродяг. Видимо Павлику всё же удалось бежать, но того же самого нельзя сказать про Фи. Девушку явно утащили, так как следы обрывались именно здесь, а тела мне так и не удалось обнаружить, но куда?

Нейролинк смог лишь предсказать немногое. Дальше следы смешивались с десятками маленьких Железяк, превращая весь в лагерь в одну большую смазанную картину. Значит Фи должна быть жива, но зачем им понадобилось её тело? Держать в плену, чтобы использовать это против меня? Посадить на цепь как остальных? Продать, в конце концов, как сбежавшую рабыню Тысячников?

Паскуда, вариантов слишком много. Правда остались ещё следы Павлика, которые уводили в лагерь Бродяг и стоит, как минимум проверить там. Быть может кто-нибудь ещё остался, не собранный уродами в масках или я обнаружу такой же пустой лагерь, с небрежно брошенной на землю детской одеждой.

Ещё раз убедился, что Нейролинк не расскажет мне ничего нового и побежал к Бродягам. До них добираться дольше всего, ведь мелкие устроили себе лагерь чуть ли не у стены комплекса в противоположной стороне. Они старались держаться ото всех подальше и особо не отсвечивать, но на самом деле, думаю позиция была выбрана из-за близости к лифту.

Однако всё это уж не имело значения. Мне надо отыскать Фи, Павлика и всех кого могу спасти, а затем покончить с этим место раз и навсегда. В груди зарождалось противное чувство, будто кто-то внутри пошарился, вывернул всё наизнанку, раскидал по сторонам и оставил как есть. Мне не хватало собранности, мысли постоянно распылялись между возможными вариантами развития событий, а я, продолжал твердить себе одно и тоже. Ты должен быть сильнее.

Могло показаться, что эта мысль подстегнула не только разум, но и тело. Я побежал быстрее, едва успевая переставлять с ноги на ногу, как вдруг, во тьме Яслей показались первые огни лагеря Бродяг. Они всё так же были развешаны, словно новогодние гирлянды, свисающие со старых ящиков и контейнеров.

Даже на таком расстоянии и довольно скудном освещение, мне удалось заметить, что лагерь не пустовал. Сначала подумал, что может Бродяги всё же сумели возвести оборону и хоть как-нибудь отбиться, но вскоре заметил, как из-за стены поселения, вышло двое Крысоловов. Один из них курил сигареты, блаженно выдыхая дым во тьму Яслей, а другой что-то ему рассказывал.

Разговорились черти! Детских криков не слышно, более того, я не вижу, чтобы хоть кто-то сопротивлялся. Старшой, пускай и ребенок, но показался мне парнем борзым и, как минимум не сдался без диких воплей и оров, а значит… Значит я опять опоздал, но не совсем. В отличие от других лагерей, здесь Крысоловы закончили совсем недавно, а раз не встретил их на пути, значит ушли в Голодную сеть через рабочий лифт.

Времени на расспросы у меня нет, а учитывая, что ублюдки предпочитали смерть, чем выдать таких же уродов, как они сами, придётся воспользоваться Нейролинком. От мысли, что придётся погружаться в сознание таких отпетых мразей, мне захотелось блевать. Да, именно так. Не подходил тошнотворный ком, не становилось плохо, мой желудок буквально выворачивало наизнанку, но, к сожалению, другого выхода нет.

Я на ходу приготовил клинки и, не сбавляя хода, атаковал словно смертоносная тень. Из лагеря раздался шорох и частые шаги, поэтому этих двоих убил на месте и ворвался прямиком в поселение. Внутри находилось человек десять, все до последнего в масках и, судя по всему, их оставили чтобы он всё хорошенько проверили и поискали чем ещё можно поживиться.

Ублюдок, который мне покажет где находится их лагерь, стоял в самом конце у фальшивого костра, который выстроили дети. Почему именно он? Не знаю, просто вот так мне захотелось, к тому же, чуть ранее он размахивал палкой, раздавая указания, а значит точно должен знать, куда утащили Фи и детей.

Крысоловы заметили меня не сразу. Они побросали вещи, небольшие коробочки и контейнеры и выхватили автоматы и пистолеты. Я широко расставил руки в стороны и ринулся в атаку. Первый умер ещё до того, как мне удалось к нему приблизиться. Он увидел, как него мчится разъяренный, покрытый с ног до головы человек, клинки которого горят ярко-оранжевым цветом в темноте. Ублюдок попросту языком нащупал капсулу с ядом и спешно её раскусил.

Остальные решили продать свою жизнь подороже и открыли огонь. Повторяющиеся слова Матери, о том, что у моих действий могут быть последствия, на мгновение утонули в канонаде из выстрелов и человеческих криков. Я на ходу отбил несколько пуль, добрался до следующего Крысолова и отсёк ему голову.

С каждый убийством, с каждым отправленным в принтер ублюдком, я ощущал, что делаю этот мир лучше. Если бы не сложившаяся ситуация, то мог заниматься подобным в качестве постоянной работы на полную ставку, возвращаясь домой с чувством выполненного гражданского долга, но и так сойдет.

Я перескочил от одного противника к другому, оставив за спиной рассечённый от уха до пояса труп и краем глаза заметил, как предводитель отряда мародёров, куда-то собрался. Он забрался на контейнер, который служил одним из двух стен прохода, ведущего к дому Старшого и перепрыгнул на соседний. Видимо он решил тем самым выбраться через стену и бежать к лифту. Ну уж нет, нам с тобой ещё надо поговорить.

В моей левой руке появился пистолет, и я выстрелил в ту же секунду, попав противнику в коленную чашечку. Тот споткнулся, подвернул ступню и на полном ходу врезаться в грань красного грузового контейнера, свалившись на холодную землю. Я короткими и меткими выстрелами добил троих оставшихся, последнему выжег напрочь мозг и подошёл к предводителю.

Он жалобно мычал и держался за простреленное колено. Мне удалось заметить, он яростно работал языком, словно пытался подцепить капсулы из-за десны и переложить её на зубы. Я кончиком ботинка повернул его голову, надавил на щёку, отчего губы Крысолова набухли словно рыбьи, а язык вывалился наружу.

Таким образом ему не удавалось сомкнуть челюсть, а капсула с белым порошком вывалилась вслед текущей со рта слюны. Крысолов, осознав, что его лишили права на самоубийство что-то, протяжно замычал и даже попробовал убрать мою ногу, заколотив по ней кулаком. Я резким движением отрезал ему эту руку не потому, что его удары были опасны, а потому, что получил от этого порцию некого извращённого удовольствия.

Вокруг ещё остались выжившие Крысоловы. Кто-то стремительно истекал кровью, не погибнув при первом и единством ударе, другие отчаянно цеплялись за жизнь, даже за такую гнилую как их, но у меня была своя цель. Я присел над их вожаком, повернул лицо к себе и заглянул глубоко в глаза. Могло показаться, что он ощутил моё присутствие ещё до того, как я запустил Нейролинк.

Ему страшно, буквально ссыться в штаны. Что, сука, а когда детей похищал и баб избивал, не было страшно? Готовься, ублюдок, сейчас я тебе устрою самые настоящие гонки с препятствиями, где на финишной прямой тебя будет ждать всего один приз — непреодолимой желание как можно скорее сдохнуть.

Мир перед глазами померкнул, словно переключился на второй план, а на первый выскочила обрывочная картина. Она некоторое время собиралась в единое цело, будто кто-то постоянно дёргал за спутниковую антенну, никак не настроившись на нужный канал, а затем передо мной пронеслась вся его жизнь. Кто такой, откуда и как оказался среди Крысоловов меня не волновало, а вот где проводил всё своё свободное время — другое дело.

Я шёл в сопровождение таких же как я, и ощущал нечто, что тяжело передать словами. Азарт, возбуждение, нарастающий ажиотаж перед охотой. Всё это смешивалось в общий котёл, который какое-то время варился, а затем начинал бурлить. Одна только мысль, что вскоре сумею коснуться обнажённого детского тела, вызывала во мне бурлящие чувства, но я сдерживался.

Последний раз, когда слишком увлёкся, мне пришлось выслушивать от главного и распрощаться с частью моей доли за бракованной и повреждённый товар. Уверен, в этот раз всё окажется иначе, особенно после того, как мы вычистим весь комплекс. До сих пор поверить не могу, что заказ поступил сразу на всех. На всех! Вместо скучной ловли их в переходном шлюзе или в Голодной сети мы залетим всем скопом и будем хватать всех, кто попадёт под руку. Хватать!

Осталось только пробраться сквозь это тёмное место и добраться до восстановленного лифта. Парни должны уже поработать. Я обернулся и увидел, как змея из подобных мне тянулась через весь длинный туннель, выходя из поворота, откуда лучом шёл яркий свет. Мне там нравилось, там было всё, что может понадобится такому как я. Ну, практически всё. Как только закончу, обязательно туда вернусь и отпраздную победу вместе с рабынями, может даже уговорю главного попользовать один из продуктов. Однажды мне уже позволили.

Потом. Всё это потом. Сейчас нужно сконцентрироваться на предстоящей ловле и нахватать как можно больше мелких засранцев. Кто знает, может в процессе получиться оформить себе ещё одну девчонку.

Я открыл глаза, когда кончики мои больших пальцев вошли в глазницу Крысолова и продолжали погружаться глубже. Он орал не только от физической боли, но и от того, что его разум буквально рассыпался на осколки. Я чувствовал, как глаза урода превращаются в кровавую кашу, а пальцы удобно касаются черепа его глазниц

Чем глубже становился, тем отвратительнее была сама мысль, что он дышит со мной одним и тем же воздухом. Одно дело похищать детей, другое… Как же мне надоели Рубежи… Порой кажется, будто их создал больной на всю голову маньячина, чтобы специально сидеть над ними и выжигать всё человечество лупой, получая от этого извращённое садистское удовольствие.

Я посмотрел на застывшее на экране безликое изображение матери и пообещал, что когда всех разыщу, сожгу это место дотла. Принтера оно не коснётся, но Ясли перестанут существовать раз и навсегда. С этой мыслью я сильнее впил пальцы и с совершенно спокойным выражением лица разорвал голову ублюдка на две половинки. Содержимое, включая мозги, где хранилась память извращенца упала на холодную землю опустевшего лагеря Бродяг. Лагеря, который когда-то был домом Павлику и ему подобным. Теперь, он превратился в могилу для тех, кто не заслуживал даже похорон.

Они буду здесь лежать и гнить, пока всепоглощающий огонь не заберёт их и не превратит в пепел, а до тех пор, у меня была цель, был путь, но главное, меня изнутри разрывало от ненависти, а это, сука, очень опасное состояние.