Охотник на демонов 3

Глава 13

Я проснулся за минуту до будильника. Быстро собравшись направился на службу.

В кабинете было тихо и сонно.

Ворон, уже сидел за своим столом, меланхолично протирая детали винтовки. Гром, судя по пустому стулу, где-то бродит…

Лиса увидев меня махнула рукой и спряталась за монитор.

— Зверев, — голос Кайла прозвучал от окна. Капитан стоял спиной ко мне, глядя на утренний город с кружкой кофе в руке. — Подойди.

Я кивнул Лисе и подошел к столу командира. — Выглядишь лучше, — сказал Кайл, не оборачиваясь.

— Я в норме, Кэп.

— Это хорошо, — и он наконец повернулся. Его взгляд был спокойным, внимательным. Он жестом указал на стул. — Присядь. Есть разговор.

Я сел. Кайл обошел стол, прислонился к краю столешницы и сделал глоток кофе.

— Слушай, Саня… — начал он. — Что думаешь делать дальше? Твое родовое гнездо, поместье… Оно ведь стоит пустым. Теперь, по сути, полноценный глава Рода, пусть и маленького… Не думал вернуться туда? Обосноваться?

Я на секунду задумался. Поместье. Старый дом, полный пыли и прошлого. Символ статуса.

— Рано, Кэп, — честно ответил я. — Нужно сначала здесь разобраться. С долгами, с хвостами. А пустые стены… они подождут.

Я обвел взглядом наш потрепанный кабинет.

— Да и, если честно, не хочу я пока туда. Я здесь нужен. А вы… — я усмехнулся уголком рта, — вы мне сейчас больше семья, чем все эти гербы и портреты предков.

Кайл смотрел на меня мгновение, изучая, не вру ли я. А потом его губы тронула редкая, теплая улыбка.

— Рад это слышать, Саня. Очень рад. Ладно, иди работай. Семья семьей, а отчеты сами себя не напишут.

Смена прошла спокойно. Ни одного серьезного вызова, только рутина, позволяющая мозгу отдохнуть перед бурей.

Суббота. День Икс. Вернувшись со смены, я быстро принял душ и завалился поспать на пару часиков, проснулся в десять утра по будильнику.

Никакой сонливости. Открыл глаза и сразу готов к действию.

На коммуникаторе набрал Лорана.

— Ателье Лорана, — раздался в трубке мелодичный голос помощницы.

— Это Зверев. Мой заказ готов?

— О, месье Зверев! — трубку, судя по звукам возни, перехватил сам мастер.

— Разумеется! Жду вас немедленно! Нужна примерка!

Быстро одевшись, вызвал такси и поехал.

Колокольчик ателье звякнул приветливо. Лоран лично меня встретил.

— Вуаля! — он широким жестом отдернул штору примерочной. На манекене висел он. Черный смокинг. Ткань казалась матовой, но стоило мне подойти, как я заметил сложную, едва уловимую текстуру.

— Итальянская шерсть, — ворковал Лоран, пока я переодевался. — Шелковая подкладка. Он не просто сидит, месье, он живет вместе с вами.

Одев смокинг, я подошел к зеркалу. Идеально. Лоран умудрился скрыть звериную массивность моих плеч, превратив фигуру в эталон атлетизма. В этом костюме я выглядел не как «шкаф», а как клинок, спрятанный в бархатные ножны.

— Ничего не жмет? — волновался француз. — Попробуйте поднять руку.

Я сделал движение, имитируя выхватывание пистолета. Ткань послушно потянулась.

— Гениально, Лоран. Вы лучший в своем деле.

— Носите на здоровье, — расцвел портной.

Я упаковал костюм в фирменный кофр и вышел на улицу. Коммуникатор на запястье завибрировал. Это был Строганов.

— Слушаю.

— Все в силе? — Голос Кирилла был сухим и напряженным.

— Да, еду собираться уже.

— Хорошо. Смотри мне. Я поставил на кон свою репутацию. Если ты опозоришься…

— В три часа у главного входа, Кирилл. Я буду.

Я сбросил вызов. Такси везло меня обратно в общагу.

Вернувшись в общежитие, когда стрелки часов перевалили за час дня. Времени оставалось в обрез. Я бросил кофр на кровать, расстегнул молнию. Сначала — белье. Затем — белоснежная сорочка. Тончайший хлопок скользнул по коже, скрывая шрамы и бугры мышц. Манжеты щелкнули, застегнутые простыми серебряными запонками — единственным украшением, которое я купил попутно. Жилет туго обхватил торс. И, наконец, пиджак.

Глянув на свое левое запястье. Оно было пустым. Чего-то не хватало, открыв ящик стола, достал свои старые часы.

— Пока сойдет, — пробормотал я, застегивая ремешок. Коснувшись запястья, где под манжетой скрывался широкий браслет. Мысленный импульс. Проверка содержимого. В пространственном кармане.

Два тридцать. Пора. Я вышел из комнаты, заперев хлипкую фанерную дверь на два оборота. Коридор общежития встретил меня привычным амбре. Я спускался по лестнице, стараясь не касаться грязных перил, попутно вызывая премиум такси.

Толкнул тяжелую входную дверь и вышел на крыльцо. У входа, курила компания. Трое парней и один опер, которого я знал шапочно — Серега, кажется. Они были в своем «выходном»: растянутые треники, шлепанцы на босу ногу.

— … и тут он ей говорит, прикинь…

Смех оборвался мгновенно.

В их глазах читался шок. Непонимание. И липкая, тяжелая, чисто человеческая зависть.

— Зверев?.. — неуверенно хрипнул Серега, словно не верил своим глазам. — Саня, это… ты?

— Я, — коротко бросил я.

Спустился по ступенькам, прошел мимо них, даже не замедлив шаг. Чувствуя их взгляды спиной — колючие, растерянные.

Водитель такси, увидев меня, поспешил выйти и открыть заднюю дверь, и быстро вернулся на свое место, и мы тронулись.

Пятнадцать минут пути и такси остановилось у главного входа ровно в три часа дня. Я расплатился и вышел.

Грифон не был похож на клуб в привычном понимании. Это был особняк. Старинная двухэтажная постройка из темного, почти черного кирпича, увитая вековым плющом, стояла в глубине идеально подстриженного газона. Территорию окружала высокая кованая ограда. Никаких кричащих вывесок, никакого неона. Лишь у массивных ворот на полированной медной табличке было выгравировано одно слово: Грифон.

Я встал у ворот, без протекции меня развернут еще на подходе. Ждать пришлось недолго. Спустя минуту к бордюру беззвучно подкатил огромный черный внедорожник. Бронированный, с наглухо тонированными стеклами и номерами правительственной серии. Дверь открылась, и на тротуар ступил Строганов. Сегодня на нем был темно-синий кашемировый блейзер и шейный платок вместо галстука.

Он подошел ко мне, окинув взглядом с головы до ног. В его глазах мелькнуло удовлетворение.

— Узнаю руку Лорана, — усмехнулся он. — Недурно, Зверев. Очень недурно. Ты быстро обрастаешь перьями, лейтенант. Уже не похож на ощипанного воробья.

— Стараюсь соответствовать, — усмехнулся я. — Идем?

— Идем. Только помни: внутри меньше говори, больше слушай. И не вздумай пялиться на дам, даже если они будут голыми. Здесь это сочтут моветоном.

Мы подошли к проходной — небольшой кирпичной пристройке у ворот. Из тени вышли двое. Безупречные серые костюмы, гарнитуры в ушах, холодные, сканирующие взгляды.

— Прошу прощения, господа, — голос охранника был тихим, но твердым. — Клуб только для членов. Господин Строганов, мы рады вас видеть. Но ваш спутник… он ведь не член клуба?

Строганов даже не замедлил шаг, лишь слегка повернул голову.

— Он со мной.

— Протокол, Кирилл Алексеевич, — мягко возразил охранник, не двигаясь с места. — Гостевой визит требует предварительной заявки за сутки. Строганов остановился. Он тяжело вздохнул, словно объяснял прописные истины неразумному ребенку.

— Этот человек не гость, Виктор, — произнес он, нажимая на слова. — Он кандидат. Он вступает в клуб. Прямо сейчас. Под мою личную ответственность.

Виктор на секунду задержал взгляд на лице Графа, затем перевел его на меня, оценивая опасность. Видимо, моя спокойная аура и дорогой костюм сыграли свою роль.

— Прошу прощения, — кивнул он. — В таком случае, добро пожаловать. — Он нажал кнопку на запястье. Тяжелая створка ворот с тихим гудением отъехала в сторону.

Мы прошли по гравийной дорожке к дубовым дверям особняка. Внутри нас накрыла тишина.

Холл напоминал музей или приемную монарха. Панели из мореного дуба, ковры, глушащие шаги. За стойкой из полированного черного камня стояла девушка. Красивая той холодной, отстраненной красотой, которую культивируют в высшем обществе.

— Господин Строганов, — она улыбнулась, чуть склонив голову.

— Ваша ложа готова.

— Спасибо, Елена. Но сначала формальности. — Кирилл кивнул на меня. — Господин Зверев вступает в клуб. По моей рекомендации. И он будет участвовать в сегодняшнем турнире.

Глаза девушки на долю секунды расширились. Она повернулась ко мне.

— Разумеется. Ваша рекомендация, господин Строганов, — лучшая гарантия. — Ее пальцы запорхали над сенсорной панелью, невидимой в столешнице. — Господин Зверев. Вступительный взнос составляет пятьдесят тысяч. Годовой членский взнос — триста тысяч. Итого триста пятьдесят тысяч рублей. Вы желаете оплатить картой или выставить счет?

Строганов искоса наблюдал за мной. Он ждал.

Я спокойно положил правую руку на стойку. Чуть оттянул манжету, открывая широкий браслет. Короткий импульс воли. Воздух над столешницей дрогнул, пошел рябью, и на полированный камень упали три толстые пачки купюр, перетянутые банковской лентой. И еще одна — потоньше.

— Наличными, — спокойно произнес я. — Без сдачи.

В холле повисла тишина. Девушка-администратор замерла, глядя на деньги, появившиеся из воздуха. Строганов довольно хмыкнул. Пространственная магия. Артефакты с функцией «кармана» стоили безумных денег.

— Б-благодарю, господин Зверев, — голос Елены стал на полтона теплее и уважительнее. Она быстро пересчитала деньги машинкой, убрала их и протянула мне тяжелую карту из черного матового пластика с золотым тиснением грифона. — Добро пожаловать в клуб. Вы зарегистрированы. — Она перевела взгляд на Строганова. — Оформить господина Зверева в общую сетку квалификации?

— Да, — кивнул Граф. — Сетка «Б». И поставь пометку: «Особые условия». Я хочу, чтобы его проверили по полной.

Я убрал карту в карман.

— Куда теперь? — спросил я.

Строганов улыбнулся — хищно и предвкушающе.

— Теперь, Зверев, мы идем в галерею. Посмотрим, на что ты способен, когда мишени начнут двигаться. — Он развернулся и пошел вглубь особняка. Я двинулся следом.

Строганов уверенно повел меня вглубь особняка. Мы прошли через высокие двустворчатые двери и оказались в главном зале клуба галерее.

Здесь атмосфера изменилась. Тишина холла сменилась приглушенным гулом голосов, звоном хрусталя и легкой, ненавязчивой музыкой. В мягких креслах сидели мужчины, чьи лица я видел в новостях: политики, главы корпораций, чиновники. Дамы в вечерних платьях, сверкающие бриллиантами, фланировали между столиками с бокалами шампанского. В воздухе висел густой, сладковатый аромат дорогих сигар, смешанный с парфюмом.

Я шел сквозь толпу, стараясь держать спину прямой, а лицо — непроницаемым. Я чувствовал себя волком, который нацепил ошейник, чтобы проникнуть на выставку породистых пуделей. Костюм от Лорана работал идеально — на меня смотрели с интересом, но без того пренебрежения, с которым смотрели бы на «мента». Но я все равно ощущал себя чужим. Здесь убивали время. Я привык убивать врагов. Здесь обсуждали судьбы Империи за бокалом коньяка. Я привык разгребать последствия этих решений в грязных подворотнях.

Строганов шел, кивая знакомым, но не останавливаясь. Он вел меня к дальней стене, где за панорамным бронированным стеклом виднелся стрелковый комплекс.

— Не напрягайся так, Зверев, — бросил он тихо, не поворачивая головы. По крайней мере, делай вид.

— Я расслаблен, — соврал я.

— Ага, конечно.

Мы прошли через шлюзовую систему дверей, отсекающую шум, и вышли в стрелковую зону. Это было внушительно. Огромное пространство, разделенное на сектора. Идеальное освещение, имитирующее дневной свет, но не бьющее в глаза. Автоматические мишенные установки, магические уловители рикошетов, запах сгоревшего пороха — здесь мне дышалось легче. В секторе «Б», куда мы пришли, было почти пусто. Только пара человек лениво стреляла по стационарным мишеням из изящных спортивных пистолетов.

К нам подошел инструктор — высокий, сухопарый мужчина лет пятидесяти с идеальной осанкой и нашивкой «Главный инструктор» на жилете.

— Кирилл Алексеевич, — он вежливо поклонился Строганову. — Рады видеть. Ваша заявка на квалификацию принята. Дорожка номер четыре свободна. — Он перевел взгляд на меня. Взгляд был цепким, профессиональным. Он оценивал не костюм, а моторику, стойку, положение рук. — Господин Зверев?

— Да, — кивнул я.

— Андрей, старший инструктор сектора. — Он указал рукой на стойку с бархатным покрытием. — Какой вид оружия предпочитаете? У нас отличная коллекция клубных стволов. Спортивные «Витязи», дуэльные «Марсы», облегченные модели для скоростной стрельбы. Все пристреляно, откалибровано.

Строганов отошел чуть в сторону, наблюдая. Это был первый тест. Выбор оружия многое говорит о стрелке.

Я покачал головой.

— Нет. Клубное не подойдет.

— У вас особые предпочтения по балансу? — вежливо уточнил Андрей. — Мы можем подобрать…

— У меня свое. Я поднял правую руку. Импульс воли. Воздух дрогнул. Тяжелый, черный оружейный кейс материализовался прямо в моей ладони. Я перехватил его за ручку и с глухим стуком поставил на стойку.

Брови инструктора поползли вверх.

Я щелкнул замками и открыл кейс. На черном поролоне лежал он. Мой «Стриж». Рядом тускло блестели магазины, снаряженные усиленными патронами. Это был не спортивный инвентарь. Это был инструмент войны. Грубый, убойный и надежный.

Инструктор посмотрел на пистолет, потом на меня. В его глазах исчезла дежурная вежливость, уступив место уважению профессионала.

— «Стриж», модификация «Палач», — определил он безошибочно. — Кастомная сборка. Калибр усиленный. Серьезный аргумент, господин Зверев.

— Я привык работать своим инструментом, — ответил я, доставая пистолет. Он лег в руку как влитой. Тяжесть успокаивала. Строганов, стоявший в паре шагов, едва заметно улыбнулся. Ему понравился эффект.

— И запускайте программу квалификации. Мы не хотим задерживать турнир.

Инструктор кивнул.

— Прошу на рубеж, господин Зверев. Мишени стандартные, дистанция двадцать пять метров. Серия из пяти выстрелов на зачет. Я взял наушники, надел их, отсекая лишние звуки. Мир сузился до прицельной планки. Я был готов. Но судьба, как обычно, решила подкинуть мне испытание еще до первого выстрела.

За спиной послышались громкие голоса и смех.

— Кирюха! Неужели ты решил тряхнуть стариной?

Я медленно обернулся, не выпуская пистолет из рук, и стянул с себя наушники.

К нашей дорожке приближалась группа людей. В центре шел он. Никита Воротынский. Вживую он выглядел жестче, чем на фото. Светло-серый костюм-тройка, бокал с янтарной жидкостью в руке. За его спиной маячили двое людей, свита.

— Никита, — холодно кивнул Строганов. — Давно не виделись.

— С того самого вечера, как ты остался без часиков? — Воротынский демонстративно встряхнул левой рукой, поправляя манжету. Мой взгляд мгновенно сфокусировался на его запястье. Часы. Массивные, с открытым механизмом турбийона.

Воротынский скользнул по мне равнодушным взглядом.

— Привел нового телохранителя, Кирюша? — лениво спросил он. — Впечатляет. Где ты его откопал? В портовых доках? Выглядит… внушительно. Но для Грифона слишком много мяса.

— Это не охрана, Никит. Познакомься. Александр Зверев. Мой протеже и участник турнира.

Воротынский замер.

— Зверев? — переспросил он, смакуя фамилию. — Слышал. Скандал с наследством, служба в полиции… — Он усмехнулся, глядя на мой «Стриж». — И теперь ты здесь? Слушай сюда, лейтенант. Это клуб джентльменов. Здесь стреляют из искусства. Здесь ценят стиль!

Он демонстративно отвернулся, потеряв ко мне интерес.

— Не позорь Графа, парень. Если ты пройдешь хотя бы квалификацию, я, так и быть, посмотрю, как ты стреляешь. — Он хлопнул Строганова по плечу. — Увидимся в финале, Кирилл.

Воротынский сделал шаг прочь.

И тут я рассмеялся. Громко. Искренне.

Воротынский замер. Медленно, очень медленно он повернулся обратно. Его лицо, до этого выражавшее скуку, окаменело.

— Тебе весело, лейтенант? — тихо спросил он.

Я перестал смеяться, но улыбка — холодная, злая — осталась на моих губах.

— Просто поразительно, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Семейное сходство просто пугающее.

— О чем ты? — его голос упал на октаву.

— О твоем младшем брате, — спокойно ответил я. — Он вел себя точно так же. Та же надменность, тот же тон.

Я сделал шаг к нему.

— Он тоже много говорил о моем происхождении и о том, что мне не место на арене, — продолжил я, понизив голос до доверительного шепота. — А потом… потом он валялся у меня в ногах. В грязи и собственной крови. Очень жалкое было зрелище. Надеюсь, ты держишь удар лучше, чем он.