Негодный подарок для наследника. Снежные узы

Глава 10. Достопочтенный желает дуэли

Ли Ссэ

Мне хотелось громко взвыть. Больше всего — от бубнежа Родоку. Во время нападения я упустила его из виду, а Родоку, оказывается, не только остался с нами, но и лично держал на себе тыл, не давая тварям схватить менее опытных учеников.

И теперь, с тех пор, как взъерошенный и непривычно открытый парень бесцеремонно влетел в мою комнату, мне бубнили, скрипели, шипели и ворчали о том, что — надо! Надо быть внимательнее, осторожнее, держаться рядом со старшими товарищами, и вообще…

Он вел себя, как мой въедливый старший родственник, отчего я поневоле впадала в лёгкий ступор. И что со всем этим прикажете делать?

Вышла я от целителей только вчера поздно вечером, и Вэйрина Эль-Шао с тех пор не видела и с ним не говорила.

Дошла до своих комнат — или, вернее, меня до них проводил один из адептов, рухнула на постель, и уснула мертвым сном. Утром, толком не проснувшись, быстро собралась, бросила взгляд в зеркало — вроде бы я выглядела вполне опрятно, и побежала на занятия.

Меня преследовала мысль, что я что-то забыла, но чужие взгляды и неприятные шепотки не давали сосредоточиться. Тем не менее, о том, что произошло на самом деле, почти никто не знал. Просто некоторая часть адептов первой ступени бесследно исчезла.

Мне не хотелось вспоминать произошедшее. Это не шипелки с нажейго устраивать. Это были неправильные, глупые смерти, но что мы могли сделать?

Наверное, целители как-то притупили наше восприятие, потому что никто не рыдал, в панике не трясся, и учёба продолжала вполне бодро кипеть.

Если бы не Аргенарай… Откуда столько подозрительного энтузиазма? Ледяной маг им буквально лучился.

— Родоку, у меня уже болит от тебя голова, — нервно хмыкнула в столовой.

Бывший ледяной маг только неразличимо пожал плечами — и вынужденно исчез с горизонта. Кажется, его попросили отойти за какими-то материалами по просьбе дежурного преподавателя.

Осиавшаяся компания в лице вашей скромной слуги и моих соучеников села за небольшой столик в глубине, набрав на подносы плошки с рисовыми шариками с рыбой, обернутых в листы из какого-то незнакомого овоща. Шпажки с овощами в каком-то сладком соусе пришлись мне по вкусу ещё с прошлого раза.

Сегодня же подносы ломились. Лапша с овощами в пряном соусе, свинина с поджаристой золотой корочкой и грибами, тонкие ломтики острого салата из сельдерея, утиные крылышки, прозрачная остро-пряная миска с кальмаровым супом…

На местной элите не экономили. Маги должны хорошо питаться, чтобы хорошо колдовать. Доставалось и нам, заклинателям.

— Садитесь, — кивнул нам Шилинь, как старым знакомым.

Мне достался от него и второго однокашника, которого я никак не могла запомнить, острый задумчивый взгляд.

— Все уже знают? Хотя бы в общих чертах? Или?.. — Я отправила в рот ложку супа, понимая, что сейчас подавлюсь под чужими взглядами.

— Подозревают. Но не знают точно. Старших учеников допросили, но наверняка взяли магическую клятву о неразглашении, — коротко пояснил мне знакомый медведеобразный адепт.

Тот, что так выручил в бою.

— Дело не в этом, — Ри Лайо поджал губы.

Его тон звучал все так же надменно и капельку капризно, но вот глаза были холодными, внимательными.

— И в чем же? — Миролюбиво уточнила.

Я не хотела ссориться. Не хотела устраивать сцены. Я хотела оставаться как можно более незаметной. И вообще — дружелюбие спасет мир. Особенно, если кроме улыбки у тебя в запасе есть тяжёлый калибр или вооруженный до зубов заклинатель за плечом с хищной тварью на поводке.

— Фэй Шиань найден тяжело раненным вчера днём, — обронил, хмурясь, Шилинь, — а двое его прихлебал — мертвы.

Его золотые глаза недобро сверкнули.

— Фэй Шиань? — Я не помнила этого имени, хотя оно и казалось знакомым.

— Говорят, Эль-Шао повздорил с ним. Из-за тебя, — тяжело обронил тощий смуглый ученик, чье имя тоже я так и не смогла вспомнить, — и вызвал на дуэль.

За столиком повисло молчание. Недоброе, дрожащее.

— Подождите, вы что же, думаете, что Фэй Шиань… что, может быть, я или ашсар Вэйрин на него напали? — Я не повышала голос.

Только медленно положила приборы на стол, когда хотелось громко закричать. Да, теперь вспомнила надменного старшего адепта и ощущение брезгливой тоски от Эль-Шао.

Бывший союзник. Я ведь помнила про дуэль, но после случилось нападение, мы попали к целителям, и…

— Прямо никто не обвинит, — медленно произнес Ри Лайо, — и на самом деле мы так не думаем, шаи Ли Ссэ, мы уже успели вас немного узнать. Сил у тебя самой — что у замёрзшей воды зимой. А Вэйрин Эль-Шао безупречен. Он никогда бы так себя не подставил.

— Да и мог победить этого огрызка за две доли горения свечи, — неожиданно пробасил "медведь".

— А я вот не уверен, — поджав губы, заметил незнакомый мне ученик, — и не один только я. Если дело доведут до ректора…

Ри Лайо посмотрел на него с жалостью.

— Не доведут, — отрезал, — вы слепы или разум потеряли, если думаете, что из-за такой мелочи кто-то тронет Эль-Шао. Это такой же бред, как верить в то, что существуют бывшие Главы заклинателей, которые при этом остались в живых.

— Адепты, а не стоит ли нам собраться, чтобы наладить дружеские связи? Скажем… — я на миг запнулась, но радушно улыбнулась и продолжила, — в моей гостиной. Нам стоит держаться друг друга в этом месте, если кто-то ещё этого не понял. Ша Лайо, ша Да-ни, — Шилиню, — ша… Простите, — повернулась я к "медведю".

— Сён Ман, — пробасил кудрявый громадина, весело оскалившись.

Я едва сдержала улыбку. Мой кривой переводчик подсказывал, что дословно его имя и имя рода переводятся как "свирепый медведь".

— И уважаемый ша Сён, — согласилась я.

И даже не посмотрела в сторону помрачневшего безымянного Злобуса — того самого враждебно настроенного адепта.

Будет прозвище. Я не так уж добра и не позволю втаптывать себя в грязь. В душе все бурлило. Как вообще кому-то пришел в голову такой бред?! Эль-Шао — и убьёт из-за угла вместо дуэли?!

— Пожалуй, можно и наладить … связи, — первым согласился "мишка". Саблезубый, не иначе.

— Не уверен, что ты имеешь право приглашать нас в чужие покои. Разве что в общую часть. Но собраться действительно стоит, — светлые глаза Ри Лайо блеснули довольством.

Возникла пауза. Мы все смотрели на Шилиня, а тот жмурил золотые очи и молчал.

Вязкое молчание раздражало. Испытывает меня, паршивец? Прежняя я бы раздражённо рявкнула "не хочешь — не надо" — и бросила что-нибудь пообиднее. А я нынешняя понимала, что с местными такое не пройдет. Не поймут. Да и что я знаю о своих соучениках?

Поэтому я только выразительно промолчала. Неприличными словами. И очень внимательно посмотрела на Шилиня.

— Пожалуй, — нагло усмехнулись мне золотые глаза, — ты интересная девица, Ли Ссэ. Я приду. И позову тех, кто может нам пригодится.

— Смотрите не пожалейте о своем решении, ша, — высокие нотки чужого голоса раздражали.

Злобус вскочил из-за стола, привлекая к нам внимание. Показалось — сейчас оскалится крысой. Но скандальный блондин лишь неприятно улыбнулся, даже не взглянув в мою сторону.

— Уж не ты ли, потомственный слуга принца, мне что-то сделаешь? — Шилинь подался вперёд.

Шипящей поземкой взвился его голос. Недобро блеснули глаза.

Подождите-ка, так Злобус — чело… эль-драгхо на службе наследников престола? Что-то такое стучалось в разуме. Как будто совсем недавно я про принцев слышала, и это нечто было важным, смертельно важным…

— Я бы предпочла уделить внимание трапезе. Не стоит устраивать провокации здесь, мои прекрасные ша, — просияла я улыбкой, — сегодня особенно удалось мясо в карамели, — медленно облизнула я губы.

Злобус коротко выругался и ушел.

Шилинь тихо засмеялся. Он вообще был большим весельчаком.

— Больше не делай так, если не хочешь, чтобы Вэйрин Эль-Шао вызвал и нас на дуэль, — бросил он, ловко орудуя деревянными палочками.

Мы уже поели и направлялись к выходу из столовой, когда оно всё-таки случилось. То, чего я опасалась с самого начала. Может, случилось потому, что Вэйрина сегодня на парах не было. Он оставил мне только короткую записку.

"Буду занят. Не жди на парах. За тобой присмотрят. Увидимся вечером".

Телеграфный стиль. Конкретно — и по делу, уважаю. А что сердце не на месте — ерунда, взрослые девочки не обижаются по мелочам. Я всего лишь пробка в бутылке его жизни — чтобы не расплескалось.

Фыркнула про себя. Идти на пару по заклинаниям было откровенно боязно, но я старалась верить в себя. Помнила и сон, и встречу с Данкой. Я же клялась себе измениться. У меня начало все получаться. А кто вешает нос, тот что? Правильно, Лиска, ходит безносым! А ты не Воландемортик, тебе не пойдет.

Я так ушла в свои мысли и воспоминания, что не сразу сообразила — что-то не так.

Я почему-то стою на месте — и не могу пройти дальше.

Сегодня на мне был по-прежнему мужской, пусть и новый комплект формы, который прекрасно обтягивал, хоть и не в облипку, то, что не следовало.

И сейчас на моей… на тех самых мягких булочках, на которых я обычно сижу, нагло примостилась чужая лапища.

Сжала, погладила. Снова стремительно и уверенно сжала. И вот так просто, при всех, как с какой-то дамой из дома с желтыми ставнями!..

Сознание лишь на миг впало в шок. Голова пошла кругом, во рту появился привкус крови, а я вдруг поняла, что "изведение" — прекрасное, волшебное слово! Из-ве-сти… и-ди-отов… Звучит как песня. Почти как низвержение! Низвержение небожителей с небес. Тяжек мой труд, но если больше этим заняться здесь некому…

Рефлексы тела действовали быстрее, чем я сама.

Шажок вперёд. Думаешь, я обниматься лезу? Я не смотрела на старшекурсника, который это сделал. И на его дружков — тоже. Лаоши, спасибо за науку. В бой нужно идти с холодной головой.

Быстрый удар растопыренными пальцами в лицо. Сжатым кулаком — в челюсть. Пара совершенно грязных и быстрых уличных приемов.

Я ощущала, как мое тело наполняет сила. Как бьётся в мешочке цянькунь, с которым я не рассталась, веер. Нет, Бабочка моя, не сейчас. Так мы его просто убьем.

Разум был чист. Мое главное преимущество — неожиданность.

Один свалился на пол, осоловело хлопает глазами. Но он быстро придет в себя. Двое других надвигались, пружина внутри меня начала разжиматься, как вдруг…

Я поняла, что хочет сделать высокий остроносый маг со знаками факультета боевой артефакторики ещё до того, как он заговорил.

Пальцы мелко дрожали. Ныла рука. Но я знала, что иначе все будет кончено прямо сейчас. Моя честь — это честь Эль-Шао. Женской чести для них сейчас не существует. Я не из тех, кто примет поражение и станет униженно расшаркиваться. Дипломат… я могу дипломатично вломить по лбу. Интриганка из меня пока никудышная.

— Бой. В тренировочном зале, завтра, перед парами, в час второй после восхода. Без магии и заклинаний. Только боевые искусства. С тремя свидетелями с каждой стороны, — мой голос (Ли Ссэ, тебе всё-таки отбили мозг?) звучал как-то… предвкушающе?

— Проиграет тот, кто упадет и не сможет встать, или добровольно примет свое поражение. Свидетельствую, — раздался смертельно спокойный голос Аргенарая.

Отошёл по делам ледяной мой друг. Кажется, судя по тону, кого-то размажут. Вероятно, меня.

Лицо старшекурсника на миг исказилось. В глазах вспыхнула ярость, фигура вытянулась. Но возражать эль-драгхо не посмел. Не при всех. Вызов был сделан по всем правилам. А бой не дуэль, не до смерти, и провести его без магии вполне возможно.

Светлая кожа моего противника, черноволосого эль-драгхо потемнела. Аристократ, как и все здесь. Лиска, только ты могла вместо нормального мужика найти кучу кровожадных змеев и неприятности!

— Проигравший станет слугой победителя на год. И будет выполнять все его желания беспрекословно, приняв печать подчинения, — неприятно усмехнулся быстро пришедший в себя артефактор.

— Принято! — Выкрикнул кто-то из его команды поддержки.

— Девице мы точно найдем применение. Говорят, иномирянки умеют всякое, — глумливо прошипел другой голос, — эти пустышки и без брачных оков прекрасно греют постель, мне кузен из клана Шенво много чего рассказывал!

— Так что, наложница Эль-Шао, принимаешь условия? — Недобро усмехнулся артефактор.

Перед глазами все прыгало. Мне было так страшно, что все внутренности, казалось, сжались в тугой узел. Неужели Эль-Шао никто не оберегает сейчас от таких вот глупых случайностей? Ведь кто-то же знает про наши узы! Понимаю, что всем не расскажешь…

— Принимаю, хотя бой с идиотом и не входит в мои обязанности. За твои слова спрошу отдельно. За все здесь сказанное, — что-то непонятно росло во мне.

В груди было нестерпимо жарко, и я видела и подмечала все в трапезном зале. Выражения лиц. Осуждение. Раздражение. Скуку. Азарт. Не все были согласны, но в чужие дела здесь не вмешиваются. Отсев — вещь жестокая, но эль-драгхо не люди.

Я не стала наблюдать за тем, как меняется в лице мой противник.

Безмятежно улыбнулась. Улыбка здесь ничего не значит. Местная Азия — дело тонкое. За улыбкой легко спрятать яд и кинжал.

— Я давно хотел провести несколько экспериментов с последними разработками. Артефакты не считаются частью личной магии, низшая, так что я, пожалуй, возьму несколько на наше… свидание, — артефактор едва заметно улыбнулся в ответ.

Мороз его пришиби!

Узкие черные глаза смотрели на меня оценивающе. Раздевали.

Он не считал меня за противника, да и за человека — тоже, этот злой мальчик-змей.

Опасный противник. Я не продумала такие детали, слишком мало знала. Но решение пришлось принимать слишком быстро. Я ведь поняла, что он задумал. Бросить вызов первым. И наверняка — до смерти. А если и нет — то добился бы тяжёлого увечья и наверняка поставил, как вызвавший, неприемлемые условия поединка. Пришлось вызвать его первой.

— Удачи. Мне пригодятся твои артефакты. Господин Эль-Шао будет доволен пополнением коллекции, — улыбнулась сладкой ласковой коброй.

Кто-то фыркнул.

— Адепты, замолчали. И разошлись, — прервал нас сухой дребезжащий голос пожилого мастера.

И в этот момент грянул гонг на урок.

Мне на спину успокаивающе легла ладонь Родоку.

Я узнала его силу сразу, потому и не стала дёргаться.

— Ты молодец, Лисси, — шепнул мне на ухо Аргенарай.

И я вдруг ощутила себя увереннее. Спокойнее. Как будто какой-то части меня было необходимо это одобрение. Сильной и независимой легко быть только на словах. На деле же это часто означает одиночество.

— Арг, я устала, — прошептала так же тихо, не размыкая губ.

Не знаю, почему я сказала это. Я никогда не жаловалась — не видела смысла. Я же гигант, титан! Титаниха! Одной рукой нагибаю врагов, другой — разгибаю подковы. И свод небесный держу заодно на досуге.

Мои плечи на миг сжали сильные руки. Хотелось замереть, закутаться в них, позволить себе слабость. Но…

Я шагнула вперёд. Лучезарно улыбнулась всем недоброжелателям скопом и радостно добавила:

— А теперь, когда развлечение на завтра мы получили, отправляемся на пары? Господин учитель ждать не станет! Я даже определилась с работой по эликсирам, — подмигнула Шилиню.

— И что ты будешь делать? — Поинтересовался кто-то из наших.

— Экстракт для повышения мозговой деятельности, конечно, — произнесла громко и расцвела в улыбке, — мне кажется, что для учеников некоторых ступеней он незаменим!

В столовой послышались смешки.

— Идем уже, смешливая наша, — хмыкнул Да-ни.

Но в его глазах я впервые заметила уважение.

Отступи я, расплачься, выдай свой испуг — и растоптали бы свои же. В этом весёлом месте выживают только самые кусачие.

— Мы организуем твои похороны с почестями, — торжественно возвестил Ри Лайо, когда мы устроились за почти привычными партами в новой аудитории.

— Кх, — я поперхнулась.

Знала же, что в меня верят, но вот такая поддержка буквально умиляла!

— Благодарю, ша Лайо, — просипела, — весьма лестно.

— Ученики, приготовьтесь и сразу запишите правила безопасности по работе с опасными эликсирами, — в зал быстрым шагом вошёл высокий эль-драгхо.

Молод — на вид лишь немногим старше нас, но настоящий гигант. Чёрное простое одеяние едва не трещало под напором грудной клетки. Ему бы боевку преподавать, а не местные зелья!

Тяжёлый взгляд остановился на мне. Темные брови сошлись на переносице. Мне показалось, что мастер хотел сказать что-то грубое, но едва уловимо поджал губы и промолчал.

— Эликсир "Сияние алого заката". Умеренно ядовит, летального исхода при потреблении живым существом не будет, но может вызвать сыпь, жар, изжогу и галлюцинации. Применение: против низших форм нечисти. Наносится на оружие либо заливается в зажигательную смесь. Состав…

Мастер диктовал быстро, не повторял и не реагировал на вопросы, пока не закончил чтение нужного материала.

Пара прошла довольно быстро и безболезненно.

Вернее, шла… легко. Пока за десять минут до ее окончания я не вспомнила то, что так долго зудело на самом краю сознания.

Я оставила в комнате фэйчи! С непонятной реакцией на мои попытки его "оживить"! А уже сколько времени прошло!

Я едва не уронила тетрадь, но затихла под недовольным взглядом мастера. Мысли мешались, на учёбе я могла сосредоточиться с огромным трудом.

Страшно представить, что может устроить фэйчи, если он снова станет парнем! Но я ведь уже была в комнате — и ничего не видела. А если он ушел? А если он… отправился в комнату к Эль-Шао? Что-то украл, сбежал, бродит сейчас по академии?

К концу пары я накрутила себя достаточно, чтобы проскакать бешеной белкой по замку, не обращая внимания ни на что.

Кажется, попробуй кто меня остановить — снесла бы в панике и не заметила!

В свою комнату я вбежала с огромной скоростью, хлопнула дверью, нагнулась, потянула дрожащими пальцами за ручку нижнего ящика комода, и…

Ничего не произошло. Совсем ничего.

Ни магического фейрверка, ни мерцания, ни шороха, ни звука.

— Да где же ты, — пробормотала.

А вдруг он маньяк, сошел с ума и пошел охотиться на адептов? Надо было Вэйрину рассказать! Вечно ты так, Лиска, задним умом крепка!

Я лихорадочно зашарила пальцами в ящике, одну за другой выкидывая свои немногочисленные вещи.

Ничего! Может, не туда положила? Сама перепутала?

Я бросилась к шкафу.

За следующие минуты я поседела, постарела лет на двадцать и поняла, что скоро сойду с ума с этими магами!

— Нет. Ничего нет, — прошептала тихо.

Ноги подогнулись — и я съехала на пол.

Каким-то чудесным образом мешочек цянькунь был все ещё при мне, в лечебнице его не отобрали. Не заметили? Сам себя скрыл? Но там не было ничего, что могло бы мне помочь.

Взгляд забегал по комнате. Стол у окна, два низких стула, прикроватный низкий столик… Шкаф у другой стены, постель и комод. Здесь и нет больше ничего.

От взрыва смеха за стеной меня подбросило. Эль-Шао вернулся? С гостями? Но я никогда не слышала, чтобы он так смеялся…

Именно поэтому я и решила "поиграть" в шпионов. Почти. Отважный шпион в моем лице крался тихо, стремительно и незаметно. Даже на цыпочках — на всякий случай, так каждый уважающий себя шпион делает!

Я была почти ниндзя… а потом что-то пошло не так, и храбрый ниндзя с жутким грохотом растянулся на пороге кухни, когда нога поехала на гладком полу из-за какого-то масляного пятна.

— А… ать вас по фэншую!.. И… — Не сдержалась.

Виновата.

— А вот это интересно! Не знаю такого! А как это осуществимо?.. Мне кажется, нужно иметь пару запасных ног и три руки… — раздался надо мной насмешливый звонкий голос.

А потом сильные смуглые руки подхватили меня под подмышки и подняли.

Я запрокинула голову — и столкнулась взглядом с яркими глазами фэйчи.

Черные волосы были все так же растрепаны, но он был одет в немного великоватую ему рубаху Эль-Шао и его же широкие нижние штаны. Босые ноги уверенно стояли на холодном полу.

Белозу… клыкая улыбка. А глаза серьезные, совсем невесёлые. Непростой этот птенчик. Пришло осознание — я с ним ещё намаюсь.

— Ты снова превратился в человека? То есть… Обрел двуногую форму? — Я была очень вежлива и очень спокойна.

Только щеки горели, а пальцы дрожали.

— Точно, — в диковатых раскосых глазах вспыхнуло что-то странное.

Фэйчи склонил по-птичьи голову на бок и снова легонько оскалился. Из его груди вырвалось курлыканье.

— Твоя сила помогла мне. Вкусная сила, — он облизнул губы. А потом наклонился — и сгреб меня в объятья, прижавшись неожиданно тесно, всем телом — гибким, юрким.

— Вот же ты шустрая, Лисси, только оставь — уже с новым мужиком обнимаешься! — Раздался за моей спиной весёлый голос Аргенарая Родоку.

Я похолодела. Замерла, ощутив, как резко стало нагреваться рядом со мной тело фэйчи. Каким-то десятым чувством поняла — он сейчас нападет!

— Страс-сть какие дела делаютс-ся! Ты уш-ше что, фэйчи ус-стащила? Не дай с-сугроб реш-шила с ним ночку провес-сти, хос-сяйка, нам потом мучайся с приплодом! Они шш-ш плодовитее кроликов. — Громко зашипел Смолли.

— Да, детишек рановато, я дядей стать не готов! — Согласился за моей спиной Аргенарай.

Фэйчи полыхнул.

— Стоять! Все умолкли, живо! — Даже не подозревала за собой способностей к командирскому тону.

— Сиятельный ша, извольте сесть за стол. Здесь все свои. Раз уж вы у меня завелись — будьте добры соблюдать правила! — Говорила звонко, четко и уверенно.

И улыбалась — искренне, доброжелательно. Никаких криков. Никакого выяснения отношений, даже если я холодным потом обливаюсь.

Фэйчи дернулся. Позволил мне высвободиться — с явной неохотой.

— Это чужак, посторонний. Он тебе никто. Зачем тогда пустила? Ему не нужно знать о нас, — голос фэйчи напоминал хрустальную горную реку, — и дай мне уже имя. Не люблю вот так, — сообщил коротко.

Зачаровывал этот голос. Мне даже пришлось помотать головой, чтобы прийти в себя.

— Садись. И не волнуйся, Аргенарай никому о тебе не расскажет, потому что он мой друг, — произнесла уверенно.

Наши с Родоку взгляды столкнулись.

— Друг? — Светлые брови взметнулись.

Ледяная корка треснула. Обнажила чужое острое одиночество.

— Друг, — кивнула я уверенно. Вдруг поняла, что так будет правильно.

Может, я бы могла полюбить его сразу после расставания с Логратом. Тогда я искала, с кем бы забыться. Но это было неправильно — с моей стороны. А с его и вовсе был лишь исследовательский интерес. Я не готова была стать просто любовницей. Это все обесценивало. Даже будь я любимой.

А он… нет, ему бы не хватило ни сил, ни желания, стать для меня кем-то большим. А вот другом…

Ещё раз оценивающе посмотрела на Родоку.

Улыбнулась ему. И поклонилась, сверкнув глазами.

— Пусть снег примет мои слова, льдистая тропа ляжет нам под ноги и иней нарисует наши имена, — произнесла я традиционную клятву адептов Академии Ледяных пределов.

Привет из прошлого. Но я видела, как приятно это было Родоку. Он тоже так и не смог все отпустить. Для него тот мир был куда ценнее, чем для меня, чужеземки и зелёной первокурсницы.

Бледные пальцы болезненно сжались.

Арг протянул мне руку — и наши пальцы переплелись.

— Я сохраню твою дружбу. Пусть вечно сияет снежная звезда и мороз шелестит в барханах ледяных пустынь, — голос бывшего мага звучал непривычно открыто, как будто даже подрагивая.

Наши руки объяла искристая вспышка.

— А теперь пойдем готовить и ш-шрать! — Азартно зашипел нажейго.

— Какая прекрасная картина. Никто не желает мне ничего объяснить? Ша, шаи? Или мне немного обидеться? — Этот голос с едва уловимыми колкими надменными нотками был мне знаком.

Увы.

По коже пробежали мурашки.

Я резко развернулась. Фэйчи зашипел — и вместо невысокого юноши на кухне появилась здоровенная хищная змеептица!

Аргенарай попытался задвинуть меня за спину, а я поняла, что жизнь — однозначно сплошной театр. У меня, кажется, актеры постоянно выходят "на бис"!

Иначе как объяснить то, что им здесь всем медом намазано?!

На пороге кухни замер Дэйлун.

И хищный сверкающий клинок с вязью иероглифов на лезвии не сулил нам ничего хорошего.

Разве что хищный змеиный кусь.

— Фэйхуан, — я обернулась. Замерла, понимая, что откровенно любуюсь этим чудовищем.

Фэйчи. Всё-таки больше всего сходства по виду и повадкам он имел с птичкой из китайской мифологии. Разве что… Критически окинула "птица" взглядом. Мой птиц хоть и напоминал пламенными крыльями феникса, но хвост его состоял из пучка скорпионьих, хищно поблескивал жалами на каждом кончике и, казалось, имел свои глаза.

Далее. Лапки. Когтистые и мощные, птичьи. Четырехпалые. На крыльях имелись такие же маленькие "когти", как у некоторых сказочных созданий. Голова птицедраконья. С круглыми яркими глазами, клювоносом с чешуйками и роговыми отростками на темечке.

Тело покрыто перьями и чешуей. Красавец, однако. Главное, чтобы ночью с таким не столкнуться — а то даш-тари покажутся комнатными песиками.

— Фэйхуан, я понимаю, что ты не любишь местных магов, но если ты сейчас сожжешь нашу комнату — идти нам точно будет некуда, а любви все это к нам не прибавит, — произнесла как можно строже.

— Фэй, — курлыкнул птиц, склонил голову, махнул едва заметно крыльями, снося с подоконника кастрюлю, — мне нравится, — голос пронизывал насквозь.

Звонкая чарующая песнь, от которой внутри все сладко замирало, дрожало, и хотелось плакать и смеяться.

Воздух пошел рябью — и вот уже рядом со мной снова стоит растрёпанный парень. Смотрит исподлобья, хмуро. А в его темных глазах тлеют искры.

— Ты хоть понимаешь, что за укрывательство фэйчи полагается смертная казнь? — Как-то безнадежно поинтересовался Дэйлун.

Клинок драгхо растаял, но я не обольщалась — змейс мог его вытащить в любой момент.

— Правда? Интересно, почему, если их давно не осталось по официальной версии? — Усмехнулась, зябко передернула плечами.

Головы лишаться не хотелось, она у меня одна. Но и отдать мальчишку…

— Закон просто забыли отменить. Мы живём медленно, — неохотно заметил мужчина.

— Я не могу его отдать, — помотала головой, — я и нашла-то его случайно, в тайнике в моей комнате. Он там пролежал пленником много лет! Да, я не знаю причин вашей вражды, не знаю, кто прав, а кто виноват, но с кем теперь воевать? Редкие виды нужно законом охранять! — Погрозила пальцем, вспоминая Красную книгу.

— Фэйчи не брезговали в свое время ни набегами, ни пытками пленников и неугодных магов. Не жалели ни воинов, ни крестьян. В древние времена ходили слухи один другого ужаснее… Они не люди, не высшая разумная раса, а дикари, не мерь их по себе, шаи Ли Ссэ, — хмуро бросил Дэйлун.

Но за стол сел.

— Мы не делали ничего из того, чего бы вы с нами не делали, убийца, — огрызнулся Фэйхуан.

Его взгляд метнулся ко мне. Птиц подошёл ближе, обдал теплом, встал рядом. Территорию делят?

— Так, стоп! Никаких взаимных обвинений, — развела руки в стороны, ткнув в спорщиков, — обещаю изучить вопрос. А пока Фэйхуан будет жить в этих апартаментах. И даст клятву, что не навредит никому в Конактуме и за его пределами, если ему самому не будет угрожать опасность. Пока этого хватит, ша Дэйлун? — Мой голос звучал мягко. — Не откажите девушке в маленькой просьбе, — прозвенела зимним огоньком.

Просительный взгляд. Надеюсь, он нежный, а не требовательный или кровожадный.

— Не пучьте так на меня глаза, вывалятся, — сощурился змей на меня. Небрежно и обречённо махнул рукой, — не сожру я вашего птенчика.

Фэй явно собирался что-то сказать, но добрая тетя Лисси крепко вцепилась в его ладонь, царапая коготками.

Молчи! А то нас тут распилят и скажут, что так и было!

— Не буду, — едва удержалась от того, чтобы показать ему язык. Тянет в детство, — но откройте-ка мне секрет, ша Дэйлун, вы меня не любите из принципа — или есть какой-то весомый повод кроме того, что… — я прикусила язык.

Не стоит, Лисси. Здесь посторонние.

О связи между тобой и Эль-Шао говорить — все равно что в колокол ударить.

— Какие вы с-скуш-шные. Нет, ш-штобы кроф-фь, киш-шки и фс-се прочее… Эх, ф-фы, — тоскливо вздохнул Смолли, тяжело вспорхнув под потолок.

У, нечисть снежная! Корми-не корми — одни гадости взамен слышу!

— Господин опекает вас. Подвергается опасности из-за вас. Мне не нравится это, не нравится, что вы чужачка, слабы и уязвимы. Но вы неплохо справляетесь. Возможно, из вас выйдет толк. Мы продолжим наши занятия, шаи Ли Ссэ, — помолчав несколько секунд, проговорил мужчина.

Светлые пряди упали на лоб эль-драгхо. О чем он думал на самом деле? Как много не договорил при всех?

Теплое ощущение признательности опустилось на плечи мягким покрывалом.

Я уже научилась понимать, когда местные действительно готовы тебя похвалить и поддержать, а когда…

— Ничего, что я молчу, я вам не мешаю? — Сверкнул дымкой глаз Аргенарай.

Ой, кажется, мы про него забыли! Умеет же этот снежный становиться незаметным!

— Не мешаешь, — почти единодушно заявили Фэй и Дэйлун, — но лучше бы ты исчез колдун/ледяной огрызок/мелкая гадость.

— Ша Дэйлун… — я сглотнула. Спрашивать при всех было отчего-то сложно, но я должна была знать точно, — с ша Вэйрином все в порядке? Он ведь ещё не до конца оправился после… того случая в доме вашего друга, как мы попали в эту переделку, — голос дрогнул.

Не хочу вспоминать. И не фыр-фыр мне тут!

Я передавала ему эту странную энергию. Ощущала биение его пульса, густую вязкость магии, тяжесть тела. Этот страх…

Лиловые отблески озарили глаза Дэйлуна. Змей в нем хищно и лениво облизнулся, прицениваясь, принюхиваясь.

— Вэйрин занят делами рода. Благодаря твоему… духовному оружию… — Дэйлун стремительно встал, навис надо мной.

Ноздри защекотал запах граната.

— Ты ведь нашла его там же, где и фэйчи, верно? — Он не спрашивал, он понял. — Потом покажешь и тайник, и мешочек цянькунь.

— Это были заклинатели из ордена Дэшэн, — я не сразу поняла, что глухой хриплый голос принадлежал птицу.

Дэшэн? "Победа добра"? Весьма говорящее название.

— Карательный орден борцов против нечисти, нежити и разумных волшебных зверей. Уничтожен, как опасный для императорской власти, — задумчиво кивнул своим мыслям Дэйлун.

Глаза фэйчи торжествующе блеснули.

— Но веер не мог принадлежать им, — вырвалось у меня, — в нем слишком много темной энергии, и…

— Сяолун. Змеиный клан, — тихо продолжил Фэй.

Он сел на низкую скамью у окна, положил локти на стол, а голову — на сцепленные ладони — и нахохлился.

Всё-таки он не такой уж взрослый и умудренный опытом, как хотел бы казаться…

— А для глупых? — Поинтересовался Аргенарай.

— Клан оборотней, — неожиданно охотно объяснил Дэйлун, — змеи, хули-цзин, треххвостые ик-шри, они похожи на огромных кошек, — все — темные создания. Считались таковыми. Считалось, что клан низвергнут, остались лишь одиночки, и главы у них нет.

— Вокруг тебя всплывают легенды, Ли Ссэ, — прищур Аргенарая стал почти мечтательным.

— Хорошо хоть не трупы, — пробормотала я про себя, — мне опасно владеть веером? — Пришлось спросить.

Хотя я уже понимала, что не смогу так просто расстаться с этим оружием. Оно стало частью меня слишком быстро. Я была спокойна, пока оно было при мне, даже если и не умела им пользоваться.

— А уже поздно спрашивать! — Показал острые клыки всегда скупой на эмоции змей. Казалось, Дэйлун был полностью охвачен азартом. — Ты дала оружию имя, насколько я понял. Оно тебя приняло. И теперь вы связаны до твоего выгорания или смерти. Придется учить тебя пользоваться боевым веером. Особенно, в преддверии боя…

Его голос стал ниже, грубее. Недоволен?

Мне вдруг стало интересно — а что бы сказал на это Вэйрин Эль-Шао? Осудил? Одобрил? Почему мне не хватает его присутствия здесь? Я ведь твердо решила не думать о молодом господине наследнике и не рвать себе душу.

— Она не могла ина… — Арга невежливо заткнули резким жестом.

— Конечно, не могла. — Воздух на кухне задрожал.

Фэйчи наблюдал за нами с почти исследовательским интересом.

Дэйлун склонился ко мне. Острое, обманчиво сонное лицо. Излишне миловидное, словно его владелец — добрейшей души существо. Рассеянный книжный червь. Тонкий нос. Шелковая россыпь волос. Его магия — паучья, тонкая, смертельная.

В глазах — лёд. И лёгкий интерес. Убить ему не стоит ничего, но я жива потому, что нужна его господину.

— Ты меня приятно удивила, дева, — засмеялся змей. Так и вился вокруг меня, словно хвост сворачивал, — смелости и ума хватило выбрать единственный выход из ловушки. Сегодня будем тренироваться до рассветного часа. Потом отдых. Первую пару пропустишь, с талисманами сам тебе помогу.

Раньше я бы застонала и закатила глаза от ужаса. Теперь лишь коротко кивнула.

— Я вам благодарна, господин Дэйлун, — склонила голову. Сложила руки лодочкой, кланяясь.

Искренне, с уважением. Он был не обязан мне помогать.

— Ты занималась раньше боевыми искусствами. Это хорошо, — когтистая ладонь на миг легла на мой затылок, обдала холодом — и пропала.

Прикосновения Вэйрина были… приятнее.

— А теперь может пош-шрем? — С надеждой от нажейго.

— Пожалуй, и я бы не отказался, — тихий шелест голоса Дэйлуна. Ленивый змейс развалился на низком стуле, свесил "хвост" и источал благодушие.

Мне вдруг показалось, что это последний спокойный день, но…

Где-то в груди свернулся мягкий комок связи и шебуршился источник. Иногда он мне казался непоседливым любопытным зверем, а не бездушной магией.

— Как насчёт пирожков? — Спросила бодро.

И получила в ответ искреннее недоумение.

Я не великий кулинар, но пирожки с яблоком и корицей, с мясом, с рисом и луком, с рыбой, с капустой… делать умела и любила.

— Что такое пи-рой-ки? — С интересом посмотрела на меня фэйчи.

Магов он царственно игнорировал.

— Вкусная еда из теста с разной начинкой. Мне кажется, что тебе понравится, — подмигнула ему.

— Ты и правда сама готовишь. Удивительно, — с каким-то незнакомым интересом протянул Арг — и тут же заслужил острый взгляд от Дэйлуна.

— Немного, — хмыкнула, — и исключительно по желанию, не думай, что я стану тут поварихой. Работы на кухне мне хватило, — помрачнела, вспоминая первые недели здесь.

— Ты не обязана, — негромко заметил Дэйлун.

А сам смотрит. Наблюдает. Ждёт. Что ему нужно?

— Мне хочется пирожков, а у вас таких изысков не найдешь, — улыбнулась ему.

Улыбайся нежно и ласково и не тянись за черпаком, дорогая!

Мука — есть, яйца — есть. Молоко — есть. Местные коровы трехрогие и мохнатые, с длинной синей шерстью, но молоко дают вполне привычное на вкус.

— Что у нас тут? — Зарылась в шкафчики.

Тильш — ягода, похожая на вишню, и даже свежая! Зимой! Вэйрин гурман. Яблоки — сочные, с алыми бочками. Мясо затевать поздновато было бы, не будь здесь магов.

Я грохнула большой замороженный кусок на стол и вежливо попросила помощников на выбор:

— Разморозьте, пожалуйста.

И снова нырнула в шкаф. Есть рыба, но возиться с ней сейчас не хочу, это вам не консервы. Зато имеется лук — сочный, красный, и рис.

Первым делом поставила вариться рис. На столе послышалось шуршание и голос Арга:

— Готово.

Молодцы! И я молодец, подстелить забыла. Хорошо хоть натекшую из-под мяса лужу Лун-лун быстро убрал. Ловко.

А я вдруг поймала себя на том, что пирожки — это прекрасно. Но вот птичку бы мне на вертеле… мыш… ещё что-нибудь шустрое. Побегать за ним, поймать бы вот так, под снегом!

Что?! Помотала головой. Оголодала, Лиска.

Переодеться не успела, поэтому пришлось снять верхний камзол, а вместо него набросить домашний халат и подвязать лентами рукава, чтобы не мешали готовке.

Мясо я перетащила на кухонную стойку.

Интересно, есть ли здесь мясорубка? Если нет — может, изобрести? Строение старой, самой обычной, с винтами и ручкой, я прекрасно помнила. Если и в самом деле у них такой прекрасной вещи нет — есть ли тут возможность запатентовать? Во славу дома Эль-Шао. И нет, совесть меня мучить не будет.

Когда я уточнила, оказалось, что мясорубки и в самом деле нет.

Зато Фэй молча подошёл ко мне, перехватил тесак, подбросил, поймал, и прямо на моих глазах нарубил мясо крупными кусками, для варки.

Хлеб я положила размокать в небольшую плошку с водой, а чуть позже — размяла клейкие куски ступкой для зелий. В фарш пойдет.

Теперь поставить мясо вариться. Лучок нарезан, остальная начинка ждёт.

Тильш запечется прямо в тесте. Яблоки — нарезать на мелкие кусочки отдельно.

Теперь — раскатать готовое тесто. Как раз оно успело настояться.

Позади переговаривались, но я полностью погрузилась в готовку, напевая про себя песенку из детства про тех веселых героев, которые любят идти в обход.

Скалка здесь была. Недаром я ещё в самом начале попросила Вэйрина пополнить кухонные запасы всем, чем возможно. Выходит, он не забыл. Приятно.

Посыпала мукой деревянную доску и принялась раскатывать тесто.

Пожалуй, на пару десятков пирожков хватит. Даже больше. По шесть-семь штук каждого вида.

Мясо к этому времени сварилось.

Яблоки испеклись на соседнем нагревательном камне. Рис был готов.

Настало время Великой магии начинки. Мясо перетереть в ступке магией, смешать с хлебом и луком. Клейкий рис в другой миске смешать с лучком. Яблоко присыпать корицей и ещё парочкой приятных смесей. Добавить сахара.

В тильш — только немного сахара, чтобы не кислил и не горчил.

И по несколько ложек в пирожок, а потом — свернуть по шву, сделав ловко на каждом затейливый змеиный хребет.

И только в последний момент меня посетила глупейшая мысль — а есть ли здесь подобие духовки? Совсем о ней забыла!

Конечно, в комнатной кухне ее не было. Эль-Шао не нужно, да и вряд ли кто-то из адептов-аристократов в самом деле себе готовит.

Но огорчиться я не успела. Дэйлун молча подхватил оба подноса с пирожками и вышел за дверь.

— Отнесу на кухню. Поставят, приготовят с помощью бытовых техник быстро, потом верну, — кивнул он.

Мужчины хищно закивали. Голодные!

Поэтому, когда в дверь некоторое время спустя постучали, я подвоха не увидела — решила, что вернулся змей с едой — в животе начинало уже урчать и подвывать.

— Ша Дэй, вы… — слова застряли в горле.

На порог застыл незнакомый мне старший ученик в дорогом парадном ханьфу светлого-алого оттенка.

Он бросил на меня пренебрежительный взгляд — ещё бы, вся в муке, растрёпанная, чумазая…

— Служанка, позови мне ашсара Эль-Шао. Я желаю поздравить его с заключением брачного соглашения с девой из моего рода, — приказал он.

Сердце зло кольнуло. В груди свернулся неприятный ледяной ком. Из пальцев выпал и рассыпался последний кривобокий пирожок, которое я хотела отправить в мусор.

Что же. Теперь ясно, куда именно уехал Вэйрин Эль-Шао. И я ведь знала, что все так и будет. Верно, Ли Ссэ? Ты здесь никто, помни об этом.

Но почему мне так хочется надеть этому вестнику дурных вестей кастрюлю из-под мяса на голову?! Снег его побери!