Не твоя жертва

Бонус

Золотисто-багряный закат медленно заливал уютный задний двор особняка, окрашивая кирпичные стены и сочную зелень газона в теплые, почти сказочные тона.

Воздух быпоен ароматами жареного мяса, сладких пирогов и свежескошенной травы, ощущением счастья от смеха и радостного гомона многочисленных гостей.

Сегодня в доме Армана и Лены был двойной праздник: не только удачное завершение сложного дела, касающегося независимости клана Лис, но и знакомство с нежданным гостем — Сириусом, племянником Армана, наследником могущественного сибирского клана, чей визит стал полной неожиданностью.

Лена, стоя у массивной дубовой доски для нарезки, аккуратно выкладывала на нее дымящиеся шампуры с маринованной бараниной и курицей. Остро-пряный, сдобренный травами аромат, смешивался с легким ветерком, разнося его по всему двору.

Она тихо напевала себе под нос, одним ухом ловя обрывки разговоров, доносившихся с открытой террасы. Но мысли её были далеко от кулинарии. Они снова и снова, словно заезженная пластинка, возвращались к новости, которая до сих пор не укладывалась в голове и вызывала смутную, щемящую тревогу где-то под сердцем.

Сириус.

Сын того самого двоюродного брата Армана, который много лет назад, порвав все связи со своим родом, уехал в суровую бескрайнюю Сибирь. Там он нашел свою Пару в дочери местного Альфы — сильной и гордой волчице.

Этот брак не просто даровал ему личное счастье, но и вознес на самую вершину власти. Со временем он сам возглавил тот самый клан — могущественный, богатый, закрытый и, по слухам, невероятно суровый в своих законах.

Этот союз даровал его роду выход к северным землям и их древней, первозданной силе. А теперь его сын, Сириус, живое олицетворение этого величия и мощи, стоял вот здесь, в их уютном, обжитом дворе.

Слишком неожиданно, — думала Лена, счищая пальцами капли маринада. — Слишком… опасен для его возраста... Словно в наш размеренный мир впустили дикого, необъезженного хищника, лишь притворяющегося цивилизованным».

С глубоким вздохом она взяла тяжелый поднос, увешанный шампурами, и вышла на террасу. Её глаза, привыкшие замечать малейшие детали, сразу же нашли мужа.

Арман, впечатляюще спокойный и собранный, как всегда, стоял в центре небольшой мужской компании. Рядом с ним были верный Бетa Егор, обнимающий смущенную Настю, Руслан — муж её подруги Оли, и он — Сириус.

Парень, приехавший из суровой Сибири, казалось, был из другого измерения, живой легендой, сошедшей со страниц древних саг о северных богах и героях.

Он был на голову выше многих присутствующих, могуче сложен, с широкими плечами и мощной спиной — точеный силуэт тигра, затаившегося перед смертельным прыжком.

Каждая линия его тела, каждый рельефный мускул, проступавший под тканью дорогой рубашки-поло, говорили о невероятной силе и безупречной физической форме, выкованной в суровых условиях дикой природы.

Но больше всего поражало его лицо. Поразительно красивое, но не мягкой, классической мужской красотой, а резкой, почти холодной, словно утонченная работа гравёра по вековому льду.

Белоснежные, платиновые волосы, такие редкие и считающиеся знаком избранности среди их вида, непринуждённо падали на высокий лоб, оттеняя пронзительные, светло-серые глаза — холодные, как зимняя мгла над заснеженной тайгой.

В его осанке, в спокойной, почти ленивой уверенности взгляда, в манере держать руки, сжатыми в свободные кулаки, читалось происхождение от вожаков, привыкших повелевать и не терпящих возражений.

Он был воплощением мощи и богатства своего клана, и даже в просторном, гостеприимном дворе Армана его присутствие ощущалось как одновременно дар и безмолвный вызов.

Лена ловила себя на мысли, что от него буквально веяло холодом и силой.

От него пахнет… кровью, — с внезапной леденящей душу ясностью подумала она, замирая на мгновение. — Не буквально, конечно. На языке простого животного инстинкта — кровью, властью и снежной бурей. Опасный зверь. Очень опасный.

Её взгляд скользнул дальше, по привычке выискивая родные лица. Оля сидела в глубоком плетеном кресле, её руки с нежностью лежали на округлившемся животе, а губы что-то шептали Кире, склонившейся рядом.

А Кира... Лена сдержала легкий вздох. Всего на полчаса она отошла, чтобы заняться мясом, и вот результат: белоснежное летнее платье дочери было щедро разукрашено алыми пятнами. Несомненно, она снова улизнула в теплицу за первой клубникой и, как всегда, вытерла липкие руки о подол.

Никогда не умеет скрывать следы преступления, — с легким любящим укором подумала мать.

Её внимание привлек мягкий, убаюкивающий звук. Арман, отойдя от мужчин, неспешно прохаживался по самому краю изумрудного газона, прижимая к груди их младшего сына.

Алекс, закутанный в мягкий слип с зайчиками, безмятежно спал, пуская пузыри слюней на простую хлопковую футболку отца. Арман лишь ухмылялся, нежно пошлепывая карапуза по спинке.

Эта картина, такая мирная и привычная, всегда вызывала у Лены прилив теплой нежности, но сегодня её сердце сжималось от тревоги, вызванной появлением северного гостя.

Раздался низкий, уверенный рокот мотора. На территорию, плавно объехав центральные клумбы с розами, въехал внушительный, покрытый легкой дорожной пылью внедорожник её отца, Борислава.

Из машины вышли двое: сам Борислав, невозмутимый и подтянутый, несмотря на годы, и Дэмиан, их старший, весь излучающий энергию после тренировки. А следом за ними, из пассажирской двери, неловко выбрался Денис.

Его появление здесь было отдельной, немного безумной историей. Сотрудник правопорядка, женившийся на воровке. Его Алиса, лиса-оборотень из строгой семьи, сейчас ждала ребёнка под их крылом, под присмотром старой Марфы.

Но самой главной тайной, известной лишь самым близким, был дар Дэмиана. Видящего. Непростого волка. Ему хватало одного прикосновения, чтобы прочувствовать судьбу человека, увидеть обрывки ключевых событий его прошлого и будущего. Опасный и тяжелый дар, который они тщательно скрывали от посторонних.

Дэмиан, увидев мать, сорвался с места и помчался через двор, его лицо светилось от восторга.

— Мама, ты представляешь, мы сегодня к водопаду ездили! С дедом! Там так круто! Вода гремит и радуга в брызгах! — его глаза сияли, как два изумруда.

— Сынок, подожди, дай на тебя взглянуть, — мягко остановила его Лена, обняв за плечи. Но сердце её заколотилось с неприятным знакомым предчувствием. Она отвела его чуть в сторону. — Познакомься сначала со всеми. Видишь вон того высокого мужчину с белыми волосами? Это Сириус. Твой двоюродный брат, он приехал из Сибири.

Дэмиан затормозил, его восторг мгновенно сменился настороженным интересом. Взгляд стал серьёзным, взрослым, каким он бывал только в самые ответственные моменты.

Он кивнул и твёрдыми шагами пошёл к группе мужчин, явно намереваясь совершить взрослый, мужской ритуал — пожать руку гостю. В воздухе на мгновение повисла напряжённая, звенящая тишина. Все присутствующие, знавшие о даре мальчика, замерли, понимая, что сейчас может произойти нечто непоправимое.

Дэмиан старался не прикасаться ни к кому без крайней нужды, его дар был все ещё нестабилен и болезнен для него самого. Но сейчас это был жест вежливости, которого нельзя было избежать.

Он уверенно протянул руку. Сириус, оценивающе оглядев мальчика с ног до головы, немного свысока, с той самой легкой, снисходительной ухмылкой, пожал её. Его хватка была твердой, почти стальной.

— Привет, мелочь.

Контакт длился не больше секунды. Но этого хватило. Глаза Дэмиана вдруг расширились, зрачки стали огромными, стеклянными и бездонными, уставившись в никуда.

Он резко, судорожно выдохнул, и из его груди вырвался хриплый, горловой, абсолютно недетский голос, заставивший вздрогнуть всех:

— У тебя скоро дочь родится.

Сириус резко, будто обжегшись о раскаленное железо, выдернул руку. Его ухмылка мгновенно сменилась нахмуренными бровями, в холодных глазах мелькнуло сначала недоумение, а затем — стремительно нарастающая, дикая ярость.

— Что ты несешь, тебя отец манерам не научил?

Но Дэмиан не слышал его. Он смотрел сквозь него, в какую-то иную, недоступную другим реальность, его лицо стало бледным, почти прозрачным.

— Твоя Пара… беременна. Человеческая девушка. Совсем одна… Связь не работает... от тебя к ней. Она боится…

Лицо ребенка исказилось гримасой чужой взрослой ярости, и тихий, но четкий, звериный рык прорвался сквозь его стиснутые зубы. Он снова сфокусировался на Сириусе, и его взгляд стал обвиняющим, пронзительным:

— Как ты мог ударить ее?!

Тишина во дворе стала абсолютной, гнетущей, давящей. Даже птицы будто замолкли. Сириус наклонился опасно близко к Дэмиану, его собственные черты заострились, глаза загорелись низким, багровым оттенком ярости.

Его альфа-аура, до этого сдерживаемая маской цивилизованности, обрушилась на двор тяжёлой, удушающей волной, заставляя даже взрослых и сильных оборотней инстинктивно отпрянуть или сделать шаг назад.

Она была не просто сильной — она была жестокой, пронизанной льдом, железом и первобытной яростью.

— Ну-ка, повтори, — его голос стал низким звериным рыком, обещающим расправу.

Но Арман одним молниеносным движением оказался между ними, заслонив сына собой. Он негромко, но властно рыкнул, и этот звук был направлен не на Дэмиана, а на племянника.

Две мощные альфа-ауры столкнулись в немом, но ощутимом противостоянии. Сириус перевёл на него взгляд, полный такой бешеной, неконтролируемой энергии, что Лена почувствовала, как по её спине пробежал холодок страха за мужа.

— Сириус. На пару слов. Сейчас же, — голос Армана не терпел возражений, в нём звучала та самая сталь, которую редко можно было услышать, сталь вожака, не привыкшего, чтобы в его доме угрожали его детям.

Они отошли в сторону, к самому краю сада, под сень старых, раскидистых клёнов. Лена, как и все остальные, могла видеть, как Арман говорит низким, жёстким, отрывистым голосом, тыча пальцем в грудь племяннику.

Сириус молчал, его лицо искажалось гневом, он явно злился с каждой секундой все больше. Но затем, под непрекращающимся давлением Армана он вдруг замер, и вся спесь слетела. Он вымолвил лишь пару слов, побледнел, будто из него вынули стержень.

Ярость в его глазах сменилась шоком, недоверием, а затем отчаянным, почти животным ужасом и осознанием. Он что-то хрипло, сдавленно рычал в ответ, но Арман оставался непоколебимой скалой, его выражение лица не менялось.

К концу короткого, но невероятно насыщенного разговора Сириус выглядел совершенно разбитым и оглушённым. Он резко развернулся, метнулся в дом, а через минуту вылетел оттуда, уже с ключами в руке и, не глядя ни на кого, помчался к своему огромному внедорожнику.

Дверца захлопнулась с глухим стуком, двигатель взревел, и мощная машина с визгом шин рванула с места, вынеслась с территории, оставляя за собой облако пыли и гнетущее молчание.

Все обернулись к Арману. Тот медленно, тяжело шёл обратно к компании, его плечи были напряжены, а лицо выражало усталую, мрачную решимость и озабоченность.

— Арман, что... что произошло? — первой нарушила молчание Лена, её сердце бешено колотилось в груди, а руки слегка дрожали.

Оля молча сжала руку Руслана, лежавшую на её плече. Даже непробиваемый Егор выглядел серьёзным и настороженным.

Арман тяжело выдохнул, подойдя к столу, и опустился на стул рядом с женой, будто внезапно устав.

— Он не пометил её, — глухо, чтобы не слышали посторонние, начал он. — Нашёл себе какую-то человеческую девчонку, пошутил, поиграл. По словам нашего сына — она забеременела. Собрался и уехал по делам, даже не подозревая о последствиях. А когда вернулся… Почувствовал запах оборотня на девчонке. Ты же помнишь, как оно бывает с нашими детьми, зачатыми от людей…

Лена прошептала, почувствовав ледяной холод внутри, сжимающий её внутренности:

— Щенок защищает мать своим запахом, энергетической меткой... Инстинкты…

Арман кивнул, сжимая переносицу пальцами так, что костяшки побелели.

— Да. Именно. Он подумал, что девочка по рукам пошла и дров наломал. А сейчас... её организм, видимо, уже на грани. Отторгает плод без энергетической поддержки Пары. Или... он ей навредил, когда почувствовал запах на её теле. В ярости. Не справился со зверем.

Постепенно общее напряжение немного спало. Гости тихо переговаривались, стараясь делать вид, что ничего не произошло.

Лена наклонилась к мужу и тихо, так, чтобы слышал только он, спросила, её голос дрожал от осознания масштабов произошедшего:

— Арман, мы только что видели его ярость во всей красе. Он… Он чудовищно силён. И беспощаден. Я чувствую это каждой клеткой. Его аура... Она давила. Что будет, когда он возьмёт бразды правления у своего отца? Таким кланом будет править суровый лидер и… непредсказуемый, яростный хищник. Готовый растерзать любого, кто встанет на его пути.

Арман мрачно взглянул на неё, его глаза были серьёзны и полны той же озабоченности.

— Ты абсолютно права, Лена. Он будет очень опасным противником. Возможно, самым опасным, с каким нам приходилось сталкиваться. Умным, расчётливым, безжалостным и не признающим никаких правил, кроме своих. От него и правда пахнет кровью, я это почувствовал сразу. Он уже прошёл через жестокие ритуалы и бои, которые требуются в тех диких краях для утверждения власти. Его клан под его началом превратится в стальной кулак, смотрящий на юг.

— И что нам делать с этим? — в голосе Лены прозвучала почти отчаянная тревога. — Мы только что посеяли в нём ненависть к Дэмиану, к нам…

— Нет, Лена, мы, возможно, спасли его Пару, и он этого не забудет, — Арман горько усмехнулся и положил свою большую ладонь поверх её руки. — Всё, что мы можем и должны делать — это поддержать его. Связь с человеком в их клане запрещена, а девушка ему явно небезразлична. Мы можем оказать ему поддержку. Показать ему, что сила — это не только для того, чтобы ломать и уничтожать. Он увидел сегодня наш клан, нашу семью. Увидел Дэмиана, его дар. Увидел, что сила может быть иной — оберегающей, защищающей. И сейчас он поедет не сражаться и завоёвывать, а спасать. Это крошечное, зыбкое семечко. Но если его взращивать, если показать ему другую дорогу… — он замолчал, глядя на ворота, за которыми скрылась машина племянника.

— Лучше иметь такого как друга и союзника, пусть и непростого, чем как лютого, непримиримого врага. Потому что врагом он будет самым страшным кошмаром. Мы должны попытаться направить его ярость в нужное русло. Не дать ей уничтожить всё вокруг, включая его самого.

Лена молча кивнула, сжимая его руку в ответ. Стратегический ум мужа, его способность смотреть на несколько шагов вперёд, всегда поражали её. Он был прав, как всегда. Сириус-союзник будет надёжным, но Сириуса-враг...

Мысль о том, что где-то там, вдалеке, в каком-то белом безликом помещении, страдает ни в чём не повинная человеческая девушка, одна и напуганная, заставляла её сердце сжиматься от боли и бессилия.

Праздник был безнадёжно испорчен. Веселье схлынуло, оставив после себя тяжёлый осадок и тревожные вопросы. Но их семья была вместе. Они стояли друг за друга плечом к плечу. И это было главным. Они были щитом и опорой друг для друга. И если Сириусу и его тайной Паре понадобится помощь — они помогут. Не из страха перед его будущей мощью, не из холодного расчёта, а потому что такова была их правда. Их закон. Их семья.

Дорогие девочки! Приглашаю вас в мою бесплатную книгу)

"Бесчувственный. Ответишь за все"

— Ты думала, что можешь развлекаться за моей спиной, и я не узнаю?

— Сириус, что ты такое говоришь?

— От тебя несет другим. Я учуял его запах на твоей коже. Я уничтожу его, когда поймаю. Но сейчас ты заплатишь сполна за свой поступок.

Он — власть и боль. Наследник самого могущественного клана оборотней и чудовище, чьей жестокостью пугают детей. Мы не должны были оказаться в одной постели, но то, что произошло, не изменить. И он готов растерзать меня за преступление, которого я не совершала.

🔥 Горячо

🔥 Остро

🔥 Эмоции на грани

🔥 Жарко.