Наваждение снежного рыцаря

И он снова скрылся на кухне, а мне осталось послушно дожидаться его возвращения. Но и тут Фири меня не оставила. Подошла к стеллажу и схватила хвостом книгу про приключения рыцаря, лежащую на полке плашмя. Специально не убирала её назад, чтобы потом не искать, если соберусь дочитать.

Несколько секунд спустя книга уже лежала у меня на коленях, а я пыталась не выказывать удивление после случая с поленом.

Ири-хитрец залез на диван и мордочкой ткнул книгу, которую я не спешила открывать.

— Вы хотите, чтобы я вам почитала?

Фири присоединилась к нам и пристроилась с другого боку. Лизнула в руку.

— Ладно, уговорили.

— С кем ты?.. — Эл вернулся в комнату, держа в руках горячую кружку ромашкового чая. — О, я смотрю, мне места нет?

Он сел в кресло и поставил чашку на столик.

— Будешь читать?

— Я бы вначале хотела рассказать о том, что произошло в лесу, — опустила взгляд и погладила мордочки милых ирбисов. Приятная гладкость шерсти, довольное урчание — неплохо успокаивали, поэтому отважилась поделиться: — У-у меня плохие новости.

Эл стиснул пальцами колени, сидел молча.

— Я помню море, шторм и кровь на моих руках. Мама вытолкнула меня в шлюпку в тот самый миг, когда корабль накренился и его захлестнуло волной. Она ушла под воду и больше не всплывала, а отец… его кровь была на моих руках. Он спасал выживших от нападения некролисков. Я постоянно теряла сознание, так как ударилась головой во время шторма. Не помню кто, но… меня тащили на санях. Вот и всё что я помню.

Не хотела врать, но мне пришлось это сделать! Не правда ли? Я же не ошиблась, скрыв от него это воспоминание? Нет?

Иначе Эл может меня прогнать… если узнает про другой брачный договор. Ведь он и про Аффедию просил молчать, а тут… тут… Я с надеждой посмотрела на него и заметила тяжёлый напряжённый взгляд рыцаря.

— Так ты не Иоланда?

— Я всё ещё не помню своего имени, — потупилась, смущённо разглядывая пальцы. Душевная боль прочно поселилась внутри. Неужели он во мне разочаровался, неужели я зря ему рассказала?! Нет! Подняла взгляд, полный надежды и громко призналась: — Но я хочу ей быть, я хочу оставаться здесь, с тобой!

Эл подался вперед и встал предо мной на колени, сграбастал в объятья.

— Я понимаю, что не подобает так говорить и что я чёрствый глупец, но я очень рад тому, что повстречал тебя, Иола. Понимаю, что нельзя радоваться чужому горю и я не буду этому рад, никогда не буду, я лишь благодарю судьбу, что повстречал тебя. Ах, чёрт! Мне никогда не хватало красноречия, чтобы правильно выражать свои мысли. Я тоже хочу, чтобы ты осталась и поэтому спасибо тебе, что призналась.

Он закрыл глаза и лбом коснулся моего лба.

— Позволь разделить с тобой горе утраты? Позволь быть с тобой, Иоланда, несмотря ни на что! И пусть прошлое будет тянуть нас вниз. Мы справимся, правда? Правда?

Я обняла его за шею и пробормотала на выдохе:

— Мы должны, Эл.

А заодно прикусила язык, чтобы не сознаться в другом видении, которое страшило сильнее всего остального, ведь внутренне я догадывалась, что осталась сиротой. Чувствовала это... Но сейчас я была рада тому, что рядом со мной надёжная опора, которая придавала сил жить дальше. Я любила его, хоть и знала всего ничего, казалось, я любила его всю жизнь и теперь уже мне было не понять, как я могла быть без него всё время до нашего знакомства, настолько сильные чувства я сейчас испытывала.

Поцелуй случился неожиданно или ожидаемо. Теперь уже не поймёшь. Элиас взял меня на руки. Книга упала на диван, ирбисы ворчливо фырчали, скинутые нечаянно на пол. И вот я уже на руках рыцаря, уносимая вверх по лестнице в нашу спальню, где можно оставить другие мысли за порогом и забыть хоть на мгновение о бремени нависающих над нами проблем.