Моя ужасная квартирантка

Глава 41

Семейный ужин состоялся в малой столовой. Только теперь стол был сервирован на пятерых. Во главе стола сидел хозяин замка, Грегори Мирантелл. Напротив него восседала Изабелл Наэрви, урожденная Мирантелл.

По правую руку от Грегори сидела Миранда Констанс, урожденная Мирантелл. Рядом с ней — её дочь, Иоланта Николь Констанс. По левую руку от Грегори сидел Флавий Констанс. Отец Николь был несколько бледен, что неудивительно, принимая во внимание условия, в которых он провёл последние двадцать лет. Но Флавий не выглядел изможденным или обессилевшим. Камзол, который Флавий позаимствовал из гардероба Грегори, был ему немного великоват. Но это нисколько не смущало фейри. Его зеленые глаза лучились счастьем, когда он смотрел на свою супругу и их общую дочь. Его ничуть не смущало, что помимо магии и зеленого оттенка глаз, который даже появляется не всегда, дочь «пошла в маму». Особенно упрямством. Ни миндалевидный разрез глаз, ни темные курчавые волосы Николь не унаследовала от отца. И какое счастье, что её не забрали родственники фейри. Со своей внешностью Николь была бы белой вороной среди загорелых и темноволосых фейри.

Беседа за столом касалась в основном предложения, которое Флавий получил от магистра Кретта. Флавий был воодушевлён и уверен, что ему есть, чему научить не только свою дочь, но и других учеников школы высшей магии. Потом речь зашла об успехах Николь в области косметологии, и тут Иоланте — Николь пришлось поведать о казусах, которые произошли во время её экспериментов. Рассказ о плотоядной пыльце вызвал восторг Флавия, а Миранда пообещала связаться с тётушкой Мажж, которая выхаживала Миранду в селении троллей и обсудить с ней тему поставок особой косметики для троллей. А там, глядишь, и на орков можно выйти.

И только Изабелл оставалась безучастной. А если к ней и обращались, отвечала односложно и невпопад. И наконец, Миранда не выдержала:

— Изабелл, что случилось? Ты чем-то опечалена, я вижу.

Изабелл, которая, так и не притронулась к ужину, горестно вздохнула, и её красивое лицо преисполнилось печали:

— Мой зять при смерти. Утром состоялся совет целителей. Они единогласно пришли к мнению, что дни Франциска сочтены. Асмира вне себя от горя и я не знаю, как помочь! Это просто ужасно! Что будет с моей дочерью, что будет с королевством? Наследный принц слишком мал, чтобы править. А Асмире и так тяжело!

За столом повисло скорбное молчание. Все были поражены этим печальным известием.

— И неужели ничего нельзя сделать? Что говорят целители? — Николь первая нарушила молчание.

— Целители так и не смогли определить, что с королём. Есть одно предположение, но даже если оно и верное, то, как исцелить Франциска никто не знает!

— И что за предположение? — Флавий искренне заинтересовался этим вопросом.

— Один из целителей предположил, что Северина, принимая ведьмину пудру, могла каким-то образом заразить губительным воздействием и Франциска. Ведь она была беременной и ясно, что они с Франциском не только за ручки держались.

Тут Флавий решительно покачал головой:

— Нет, это совершенно невозможно. Ведьмина пудра — это вам не стригучий лишай, ей нельзя заразиться. Это зелье воздействует только на того, кто его принимает. И действие это проявляется очень быстро. Оно не может проявиться через несколько лет. И убивает достаточно быстро. И раз целители не смогли выявить что это, значит это не болезнь, а какое-то иное воздействие.

— Магическое? — Николь тоже стало интересно.

— Возможно. Но не обязательно. Для того чтобы сказать что-то более определенное, нужно осмотреть короля. Выявить симптомы, проявления недуга. Но это точно не ведьмина пудра.

Изабелл устремила на Флавия взгляд, полный надежды:

— Господин Констанс, я вас прошу, помогите! Осмотрите Франциска, возможно, вам удастся понять, что с ним происходит! Вдруг еще можно его спасти!

Флавий не стал отнекиваться, но пояснил:

— Госпожа Наэрви, я не обладаю той силой, которую в вашем королевстве именуют целительской. Допустят ли меня к королю? Не забывайте, я — фейри. И пусть с меня сняты все обвинения, я иноземец. Моя помощь в данном вопросе скорее теоретическая. Я знаком с действием тех или иных веществ. Но смогу ли я найти лекарство?

— Это всё уже не важно! Ради спасения короля все предрассудки должны быть забыты! Я сейчас же свяжусь с Асмирой! Уверена, вас не только пустят к королю, но и окажут самый достойный приём!

Изабелл поднялась со своего места и почти выбежала из малой столовой. Все оставшиеся с волнением переглянулись. Что-то будет…

Когда утром в замке Мирантелл при помощи портала появился посланник от королевы, Флавию ничего не оставалось, как последовать за ним. Правда, с одним условием:

— Моя дочь пойдет вместе со мной. Она тоже обладает некоторыми способностями.

Посланник даже не пытался спорить. Видимо, Флавия очень ждали во дворце.

В комнате, в которую провели Флавия и Николь, их ожидала королева Асмира. Её потухший взгляд был красноречивее слов. Видимо, она уже надежду потеряла. Рядом с ней находился Марсис, целитель короля. Он и начал разговор:

— Господин Констанс, прежде чем допустить вас к королю, я должен знать, какой силой вы собираетесь на него воздействовать?

— Лично я здесь как консультант. Я всего лишь хочу осмотреть его величество, чтобы сделать выводы о том, что является причиной его недуга. И я, и моя дочь владеем силой фейри. Но на его величество, ни я, ни моя дочь воздействовать не собираемся. Если кто-то из нас и воспользуется силой фейри, она не будет направлена на короля.

Марсис перевёл взгляд на Асмиру и королева кивнула. Марсис распахнул дверь в соседнюю комнату, которая оказалась спальней короля. Николь осторожно принюхалась и поспешила воспользоваться носовым платком. В носу зачесалось от мешанины запахов: благовония, травяные настойки, притирания, микстуры. Слишком много всего. Чихнув в платок, Николь пробормотала: «Извините, здесь слишком резкий запах».

Флавий обошёл вокруг постели, на которой лежал Франциск Второй. Николь остановилась на пороге. Она увидела словно восковое лицо короля, его впалые щеки, темные круги под глазами, воспаленные губы.

— Ваше Величество, позволите осмотреть его величество?

Асмира согласно кивнула:

— Делайте всё, что сочтёте нужным.

Флавий уселся на табурет, который стоял возле постели короля. Осторожно отогнул край одеяла и внимательно осмотрел кожные покровы. Особое внимание уделил ногтям Франциска. Затем попросил редкий гребень и, раздвигая волосы на голове короля, осмотрел кожу головы. Взгляд Флавия был сосредоточенным, лицо не выражало ничего, помимо внимания. Как не пыталась Николь определить по лицу отца, насколько плохи дела короля, ничего не получалось.

Когда Флавий закончил осмотр, он снова обратился к королеве:

— Ваше Величество, разрешите моей дочери воспользоваться магией фейри. Она не будет контактировать с королем, нужно лишь осмотреть пространство вокруг его величества.

Николь потрясенно взглянула на отца. Что?! Она должна воспользоваться своей магией, здесь, во дворце? И это после того, как она рассказала отцу, отчего у неё сиреневый цвет волос и как она переборщила с плотоядной пыльцой?

Но Флавий поднялся с табурета и взглядом указал на это место дочери. Николь на дрожащих ногах подошла к отцу, и тот шепнул ей:

— Я научу.

Она уселась возле постели умирающего короля. Отец положил ей руки на плечи:

— Николь, подключай внутреннее зрение. Пусти силу вокруг, но не касайся короля и рассказывай, что увидишь.

Николь сосредоточилась и выполнила указания отца. Это было несложно, она, таким образом, относительно недавно обнаружила шлейф запаха, который оставляла Миранда в её комнате. А вот в спальне короля она увидела много чего. Несколько витков запаха, о чем она и поведала отцу, подробно описав и цветовую гамму и плотность и даже то, чему этот запах принадлежит.

— Еще смотри, ближе к королю.

Николь подпустила свою магию ближе к королю. Всматриваться было непросто. Тяжелый запах недуга будто заслонял собой всё пространство вокруг Франциска. И вроде бы ничего другого и нет, но наитие заставляло всматриваться в контуры, очерчиваемые недугом вокруг тела короля. Что-то смутно знакомое почудилось Николь, будто что-то промелькнуло, но не успело задержаться в сознании. Николь инстинктивно чуть наклонилась вперед, словно пытаясь уловить то, что ускользало и не давалось. И вдруг она поняла, что нужно попробовать иначе. Вместе с силой фейри Николь выпустила силу некроманта. Совсем немного, да много у неё и нет. И сквозь наложение двух сил Николь и посмотрела на короля. Сердце ухнуло вниз, потому что она увидела то, от чего мороз прошёл по коже. Она, некромант, который по определению не должен бояться обитателей мира мёртвых, взвизгнула и, вскочив, вцепилась в отца.

— Там… там воронка. Она выкачивает жизненную силу из короля и отдаёт её… Рядом с королём я увидела образ молодой женщины в подвенечном платье. Я не уверена, но мне кажется, это Северина. И если это так, то тут нужен сильный некромант. Например, мама.

За Мирандой отправился сам Флавий, дабы не испугать супругу неожиданным приказом явиться во дворец. И когда она, наконец, вошла в королевские апартаменты, Николь выдохнула с облегчением. Пока ждали Миранду, Николь обдумала и проанализировала увиденное и только еще больше утвердилась в мысли, что тут помочь может только сильный некромант. И всё равно что-то смущало её в увиденном. Она не зря отучилась на факультете некромантии пять лет, и воронку, которая выкачивала жизненную силу из короля, идентифицировала как одну из запрещённых законом практик. Когда жизненная сила уходит от человека к тому, кто уже покинул этот мир. Но этот ритуал имеет смысл, когда человек только умер, а не когда уже погребен и его тело подверглось тлену. И поэтому всё увиденное её сбивало с толка.

Когда Миранда остановилась возле постели короля и взглянула своим магическим зрением на происходящее, она ничего не увидела. Точнее, только плотную завесу, которая неподвластна некроманту.

— Там стоит защитный барьер. Я не могу сквозь него пробиться. Это чужая магия.

Все присутствующие посмотрели на Николь, и та развела руками:

— Я всё прекрасно увидела, но только через наложение двух магий. Давай попробуем вот так, — Николь взяла маму за левую руку и, наложив обе свои силы, фейри и некромантию, показала Миранде то, что видела сама. И вот тут Миранда увидела. И не удержалась от восклицания:

— Давненько я с таким не встречалась. Ну что же, давай поговорим с тобой, Северина.

Николь про себя отметила, что и тут угадала. Призрак женщины в подвенечном платье — это Северина, несостоявшаяся королева.

Миранда направила поток своей магии в сторону призрака и голосом, в котором почувствовалась непререкаемая власть, спросила:

— Кто ты?

Призрак, словно выпал из оцепенения и безжизненным голосом, который услышали только

Миранда и Николь, ответил:

— Мое имя Северина Босколл.

— Зачем ты здесь?

— Не по своей воле.

— Кто призвал тебя? И что приказали тебе?

— Чужеземец со странным именем Доугий Троленбей. Он ничего не приказывал.

— Зачем он призвал тебя?

— Моя матушка заплатила ему, чтобы он оживил меня. Она считала, что именно Франциск виновен в том, что случилось со мной.

— Когда тебя призвали?

— Через пять лет со дня моей кончины.

— Разве маг, что призвал тебя, не объяснил твоей матушке, что ритуал через пять лет после смерти уже не проводят?

— Нет. Она пообещала ему хорошо заплатить, и он согласился.

— А куда тогда уходит жизненная сила короля, если не к тебе?

— К тому, кто призвал меня.

— Северина, я должна отправить тебя туда, где ты должна находиться.

— Я только этого и жду. Я устала и хочу покоя.

Миранда обвела всех взглядом:

— В спальне останемся лишь мы с Иолантой. Потому что магия некроманта может быть губительна.

— А его величество как же? — поинтересовался королевский целитель Марсис.

— Создайте вокруг него защитный барьер, — пожала плечами Миранда. Она некромант, а остальное, не её забота.

Когда защитный барьер был создан и все, кто не владел силой некроманта вышли, Миранда кивнула дочери:

— Давай, показывай.

Николь снова наложила обе свои магии, показывая Миранде воронку и призрак.

Миранда, направив поток магии в сторону от тела короля, вырисовывала в пространстве руны, которые сплетались в сложный узор и создавали очертания арки, которая всё четче появлялась посреди королевской спальни. Арка была забрана витой решеткой, за которой клубился густой туман. Решётка с тихим скрипом поднялась вверх, и Миранда приказала:

— Северина Босколл, ступай туда, где ты обрела свое пристанище!

Призрак с легким вздохом поплыл в сторону арки, и тут Николь увидела еще один призрак, который вдруг последовал за Севериной. Призрак Франциска Второго! От увиденного Николь лишилась дара речи. В голове у нее сразу сложилась картинка, как и её и Миранду, приговаривают к смертной казни за то, что сгубили короля!

Реакция Миранды была потрясающей. С укором она произнесла:

— Ваше Величество! Ну а вы-то куда?! Мы тут с дочкой вас спасаем, а вы!

Но Франциск даже не обернулся, и тогда вмешалась Северина. Она выставила вперед руки, словно отталкивая Франциска:

— Нет! Твое время еще не пришло! Ты нужен здесь! Здесь тебя так любят! А мне нужно туда. Там меня ждут родители. И еще… Франциск, прости меня. За всё прости. Я поступила жестоко по отношению ко всем, кто любил меня. Я причинила много страданий и тебе, и моим родителям. Моя матушка от горя лишилась рассудка, раз решилась на такое. Прости и прощай.

Призрак Северины скрылся в тумане за аркой, и решётка с жалобным скрипом опустилась, отрезая мир живых от мира мёртвых. Дух Франциска исчез.

Следующим ударом силы Миранда перерубила воронку. Николь и не подозревала, что это можно сделать именно так — резким взмахом ладони. Она бы эту воронку «пилила» полдня. Николь хотела было уже выдохнуть, ведь они всё сделали. Но Миранда сделала предупреждающий жест, будто знала, что после уничтожения воронки что-то последует. И точно! Пространство в том месте, где только что кружилась воронка пошло рябью. Кто-то очень любопытный решил проверить, что случилось с источником чужой жизненной силы?

Николь почувствовала, как напряглась рука Миранды. Будто она собирается с силами для очередного рывка. И когда в зарябившем пространстве открылся портал и из него показалась чья-то любопытная и, видимо, не очень умная голова, Миранда накинула на шею любителю дармовщинки магическую петлю и с силой потянула на себя. Из портала вывалился мужчина лет сорока, розовощекий, упитанный, с густой и пышной шевелюрой. Он пытался вырваться, верещал и крутился ужом. Но Миранда не собиралась отпускать свой «улов». Так как в участии Николь больше не было необходимости, она кинулась к дверям спальни и позвала на помощь.

Ворвавшиеся маги и стражи были изрядно удивлены увиденным. И если целители первым делом занялись королём, то магические стражи занялись пойманным. Но Миранда не желала просто так отпускать свой «улов». Она вошла во вкус. И, прижав палец ко лбу пойманного мужчины, она приказала:

— Откройся в истинном виде!

Пойманный заверещал, забился в истерике, но предотвратить последующее не смог. Его облик стал меняться на глазах. И из упитанного и пышущего здоровьем мужчины лет сорока он превратился в скрюченного дряхлого старика с лысой головой и пигментными пятнами по всему телу.

Один из магических стражей в сердцах вскликнул:

— Кажется, это любитель пожить за счёт других. Видел я таких «пиявок»! Сколько же людей «высосал» этот негодяй!

Миранда прикорнула на плече Флавия. Николь маленькими глотками отпивала из чашки горячий чай. Она бы с удовольствием очутилась сейчас в своей комнате в замке. Но приходилось ждать, когда королева Асмира изволит их всех отпустить домой. После событий в спальне короля им всем надо отдохнуть и прийти в себя. Но всё будет зависеть от того, выживет ли король после побоища в его спальне.

После долгого ожидания, королева все-таки пришла. Асмира была бледной, уставшей, но зато глаза лучились надеждой. Кажется, с его величеством всё в порядке. Она обвела светлым взглядом семью Констанс. Флавий осторожно толкнул Миранду, и та проснулась.

— Господин Констанс, Миранда и Николь. Как королева я приношу вам благодарность от имени королевства за спасение жизни его величества короля Франциска Второго. А как супруга Франциска хочу сказать спасибо за то, что спасли моего мужа и отца моих детей! Я с радостью выполню любые ваши просьбы.

Собственно, у семьи просьба была одна. И её озвучила Миранда, поскольку именно она и «напроказничала».

— Ваше Величество, я хочу попросить об одном. Дело о нападении нежити. Это я подняла нежить и натравила на тех, кто пытался убить меня и моего супруга. Если можно…

— Считайте, дело закрыто. Я не знаю, как всё они это сделают, но вам опасаться нечего.

Ну вот, теперь можно и в замок. Николь радостно вздохнула. Сейчас она заберется в купальню, а потом придёт в кабинет Грегори и отвлечёт его от дел. Потому что она ужасно по нему соскучилась.