Моя ужасная квартирантка

Глава 34

Николь вынырнула из дрёмы и прислушалась: размеренное сопение Миранды и тишина. В приглушенном свете кристалла вырисовывались очертания тела женщины под одеялом. Только теперь поза была расслабленной, как и положено спящему здоровому человеку. Николь вздохнула, зевнула от души и уже собиралась снова погрузиться в негу дремоты, как дверь едва слышно отворилась, и на пороге комнаты появился Грегори. Он осмотрел картину, открывшуюся его взору: спящая Миранда и рядом в глубоком кресле, свернувшаяся калачиком, Николь. И почему он не удивлен? Как чувствовал, что Николь будет теперь сторожить каждый вдох объявившейся родственницы. А самой вот как раз и не помешало бы выспаться, как следует.

Он бесшумно приблизился к креслу и, усевшись на подлокотник, осторожно коснулся плеча Николь.

— Николь…

Она приоткрыла глаза и, сонно прищурившись, посмотрела на него удивленно. В этот момент она была похожа на взъерошенного котенка, и Грегори едва удержался, чтобы не провести ладонью по её растрепанным волосам сиреневого цвета.

— Иди спать. С Мирандой ничего плохого больше не случится. Тебе надо отдохнуть, — его шепот легко коснулся её слуха, но она несогласно покачала головой. И снова попыталась удобно расположиться в кресле, в котором так сладко дремалось.

— Николь, ты напрашиваешься, чтобы я тебя на руках отнес в твою комнату? — Грегори подался вперед и поймал недовольный взгляд Николь. Он даже вздохнул разочаровано: нет, это точно не кокетство со стороны Николь. Она, действительно, хочет провести ночь в этом неудобном кресле.

— Ты лежишь в неудобной позе, у тебя потом всё тело болеть будет! — попытался он достучаться до её разума. Но то ли шёпот был неубедителен, то ли кто-то слишком упрямый.

Николь вздохнула:

— Ну как ты не понимаешь! Я не могу уйти! Неужели ты не догадался, кто она? Она знает моё имя, моё настоящее имя!

Грегори всё-таки коснулся её волос. Не так как хотел, не решился погладить ладонью, а накрутил на палец одну прядь, осторожно чуть потянул и отпустил. Посмотрел на Николь с сочувствием:

— Я-то как раз давно догадался. Как только увидел портрет Миранды. Но ты так не хотела замечать очевидное, что я не торопился делиться с тобой своими догадками.

Николь недоверчиво нахмурилась, будто пытаясь осознать, что это такое он говорит. Не получилось:

— Но мы совсем с ней не похожи! Как ты мог догадаться? У нас разный цвет глаз! У неё фиалковый, у меня серо-зеленый. А носы? Посмотри, у нас разная форма носа!

Грегори склонился чуть ниже и коснулся пальцами подбородка Николь, будто гладя его. Этот жест показался Николь слишком уж сокровенным, но она и не подумала отстраняться. Как будто кто-то чересчур любопытный внутри нашёптывал: «А давай посмотрим, дальше что?».

А дальше пальцы Грегори очертили овал её лица:

— Зато у вас совершенно одинаковая линия скул, форма подбородка.

Пальцы поднялись выше и замерли возле мочки уха. Николь замерла, боясь неосторожным движением то ли спугнуть Мирантелла, то ли, наоборот, подтолкнуть его к более решительным действиям.

В голосе Грегори зазвучали те самые бархатные нотки, которые приводили Николь в трепет:

— И просто бесподобный рисунок губ, — кажется, это он уже о чем-то другом, а не о её сходстве с Мирандой. Но Николь потянулась на этот голос, в душе поражаясь своему бесстыдству и тому, что совершенно не стыдно. А очень даже заманчиво.

Рука Грегори легка на затылок Николь, заставляя её сердце пуститься вскачь. Она потянулась к нему, нетерпеливо вздохнув. А его пальцы почти зарылись в её густую шевелюру, и он не сдержал неосторожных слов:

— Твои короткие сиреневые волосы…

Вот зря он это сказал! Николь отпрянула, густо краснея. Вот же она наивная простушка! А ведь так всё хорошо начиналось!

— Знаете что, господин Мирантелл? — её злой шёпот был похож на змеиный плевок, — Если мои волосы настолько вам неприятны, что даже в самый… — тут Николь запнулась и покраснела еще сильнее, хотя сильнее казалось, уже просто никуда.

— В общем, неважно. Просто запомните раз и навсегда. Я не собираюсь соответствовать каким-то вашим персональным стандартам красоты! Я такая, какая есть. И если вам что-то не нравится, то это исключительно ваши проблемы.

Грегори выглядел потрясенным. Он вообще-то собирался сказать, что волосы Николь, их цвет, придают её облику некую изюминку и особое очарование. А тут такая отповедь. Хотя… В этом тоже что-то есть. Дикую кошку очень хочется приручить, погладить и научить ластиться. Почему бы и нет?

Грегори примирительно улыбнулся:

— Николь, ты меня не правильно поняла. Я просто хотел сказать, что твою природную красоту можно подчеркнуть, если…

— Моя природная красота, господин Мирантелл, чувствует себя достаточно комфортно без всяких подчеркиваний. И если вам она не нравится…

— Нравится! Мне всё очень нравится! — Грегори так спешил завершить эту нелепую ссору, что забылся и сказал это громко, на всю комнату.

— Да не спорьте вы с ней, это бесполезно. Иоланта унаследовала и моё упрямство, и мою природную вредность.

Николь и Грегори одновременно повернулись в сторону кровати, на которой должна была спать Миранда. Но Миранда не спала. Она с интересом наблюдала за парочкой в кресле и улыбалась.

Николь в одно движение соскользнула с кресла и переместилась к постели Миранды. Она склонилась над ней, вглядываясь в лицо. Теперь черты Миранды не были искажены недугом и болью. Они смягчились, во взгляд будто добавили ярких красок и нежности. Рука Миранды легко поднялась и легла на плечо Николь, скользнула вниз, гладя, лаская.

— Иоланта, какая же ты взрослая. И такая красавица. Вся в меня.

Тут губы Миранды дрогнули, а голос сорвался. Она потянулась к Николь, со словами:

— Ну обними же меня, доченька!

Николь прильнула к Миранде, всхлипнула:

— Мама…

Грегори бесшумно вышел из комнаты, тихонько прикрывая за собой дверь.

Спустя несколько часов, когда утро окрасило яркими красками окрестности Миранта, в комнате Миранды собрались немногочисленные представители семейства Мирантелл. Сама Миранда, причесанная и одетая в одно из платьев Николь, сидела, откинувшись на многочисленные подушки. Выглядела она несравненно лучше, чем еще сутки назад. Но все-таки слабость и магическое истощение давали о себе знать. Но судя по улыбке на её лице и светящемуся взгляду, семейная реликвия Мирантеллов — артефакт Леонсия, сотворил чудо.

Изабелл, с любопытством взирающая на то, как постоянно переглядываются Миранда и Николь, и желающая понять, что всё-таки происходит, первая напомнила о сложившейся ситуации:

— Миранда, может, ты уже утолишь мое любопытство? И не только моё. Господин Мирантелл, как хозяин замка и единственный мужчина рода Мирантелл, имеет право знать, что с тобой случилось.

Миранда, посмотрела на Грегори Мирантелла долгим, изучающим взглядом.

— Господин Мирантелл, а я могу полюбопытствовать, откуда вообще вы появились?

— Это долгая и грустная история, Миранда. Кстати, как, теперь, к вам обращаться? Ваше имя по-прежнему Миранда Мирантелл?

— Нет, конечно. Миранда Констанс. Первым делом после моего побега из Миранта, мы с Флавием отправились в Олижанс, где находится единственный в нашем королевстве Храм Единства Магии. В нем мы и совершили обряд бракосочетания, который считается законным по всему нашему миру. И после церемонии я стала супругой Флавия Констанса.

Изабелл недоумевающе пожала плечами:

— И кто такой этот Флавий Констанс? Лично мне это имя ни о чем не говорит. Где ты вообще с ним познакомилась, и куда смотрел Хорсар?

Миранда виновато вздохнула, припоминая ссоры с братом:

— Я познакомилась с Флавием на одном из приёмов, на которые водил меня Хорсар в надежде поскорее выдать замуж. Флавий был среди гостей, и мы с первого взгляда ощутили невероятное притяжение друг к другу. Но Хорсар и слышать ничего не хотел о Флавии. Он сразу сказал, чтобы я выкинула из головы мысли об этом господине и что он никогда не даст согласие на наш брак. Хорсар не доверял Флавию, потому что был осведомлён о нравах той расы, к которой принадлежит Флавий. Брат уверял меня, что я для Флавия лишь развлечение, он ухаживает за мной ради забавы. А если даже и нет, то рано или поздно он вернётся на свою родину. И мне придётся очень несладко среди фейри, которые считают другие расы недостойными.

— Твой супруг фейри?! — вытаращенные глаза Изабелл и её приглушенный шёпот неприятно задел Николь. Да, фейри, и что тут такого?

— Изабелл, мой супруг совсем не такой, какими мы представляем себе фейри. Он не считает себя пупом земли и с уважением относится к другим расам. Он потому и покинул свой дом. Путешествовал по всему миру, знакомился с обычаями и культурой разных народов. И в Миранте он был с этой же целью. Он очень любознательный и ему интересно абсолютно всё!

— Допустим, — скептический взгляд Изабелл был красноречивее слов. — Ну и где тогда сейчас твой супруг?

Миранда закрыла глаза, судорожно вздохнула и прошептала:

— Я не знаю. В мире мертвых его нет. Но и в том, что он жив, я сомневаюсь. Я не понимаю. Вот, смотрите.

Тут Миранда задрала рукав платья, демонстрируя запястье левой руки:

— Когда мы поженились, на запястье появился брачный узор. Он не виден в обычном состоянии, но если захотеть его увидеть, он проявляется, стоит лишь подумать. У фейри этот узор является символом законного брака. Но после того, что с нами случилось, этот узор пропал. И я не понимаю, как это трактовать. Флавий говорил мне, что пока он жив, узор будет проявляться. Его нет в мире мертвых, но и узор пропал. Может, кто-то из народа фейри знает, как это объяснить, но где же взять еще одного фейри?

В комнате повисла гнетущая тишина. Николь судорожно комкала носовой платок, Изабелл нервно постукивала по колену сложенным веером. Миранда зябко куталась в плед, грустно вздыхая. Грегори озадаченно посмотрел поочередно на всех дам. Ох, и непросто ему придётся в этом цветнике!

— Миранда, я думаю, если вы расскажете всю историю, нам всем станет гораздо понятнее, в какой ситуации мы оказались. Вы, может, не знаете, но после нападения нежити, Николь пытались обвинить в этом преступлении. Вы немного наследили, призывая нежить. И чтобы найти доказательства невиновности Николь, пришлось нанимать следопыта. И неожиданно выяснилось, что во всей истории, в которой были замешаны все три жертвы нападения, поучаствовала и еще какая-то высокопоставленная особа. Расследование пришлось завершить, так как это информация оказалась секретной. Так, может, вы нам расскажете, что случилось двадцать лет назад? И за что вы мстите?

Миранда не спешила с ответом. Молчание тянулось слишком долго, и Грегори добавил:

— Может пострадать ваша дочь, Миранда.

Она вскинула взгляд на Николь, будто проверяя, на месте ли та.

— Хорошо. Я расскажу. Но эта информация и впрямь может навредить, если станет известной кому-то еще. Знакомо ли кому-нибудь из вас имя Северины Босколл?

Николь уверенно покачала головой. Нет, она это имя слышит впервые. Грегори даже и думать не стал — все знакомые ему имена теперь можно встретить лишь на надгробиях. А вот Изабелл нахмурилась. Её взгляд замер в одной точке и спустя мгновение, Изабелл неуверенно кивнула:

— Да, кажется, я слышала это имя. Погодите, так это же… Северина Босколл! Ну конечно, теперь я вспомнила. Это несостоявшаяся королева!

Заметив непонимающий взгляд Грегори и Николь, Изабелл нетерпеливо пояснила:

— Эта девушка должна была стать невестой тогда еще наследного принца Франциска. Об этом знали все! С семейством Босколл все хотели подружиться- породниться, поскольку всё шло к тому, что Северина станет женой Франциска. Но что-то видимо случилось. И Северина пропала. Перестала появляться на приёмах. Принц ходил мрачнее тучи. А потом мою дочь Асмиру внесли в список претенденток. И принц выбрал именно Асмиру, которая и стала его супругой. А впоследствии и королевой. И не смотрите на меня так, я к пропаже Северины не имею ни малейшего отношения! Для меня самой это стало полной неожиданностью. Даже в самых смелых мечтах я и не представляла, что моя дочь станет королевой! Погоди, Миранда, ты хочешь сказать, что в твоей истории замешана Северина? Или всё-таки мой венценосный зять, король Франциск Второй?