Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Глава 13

Камилла

Незнакомка, полными слез глазами смотрящая на Эйдана, была великолепна: светлые волосы завиты и уложены с той толикой небрежности, которая дается девушкам только при тщательной подготовке. Изящно спускается завитой локон на обнаженные плечи, подчеркивая их хрупкость. Серые глаза накрашены так хорошо, что это почти незаметно: только тонка линия подчеркивает форму, чуть темнее естественного ресницы, едва заметно подчеркнуты брови, нежно-розовые губы с чуть более темной каемкой блестят соблазнительно. Она была великолепна, по-настоящему великолепна, идеальна от мысков туфель до кончиков ресниц, и я вдруг поняла, что это не просто так. Подняла взгляд на Эйдана вдруг замершего и, кажется, побледневшего.

— Я бы хотела поговорить с вами об одном деле... оно не терпит отлагательств, — проворковала незнакомка.

Я осознала, что сейчас она уведет у меня мужа, и я останусь среди гостей в одиночестве. И мне нужно будет как-то отвечать, сопротивляться их напору, их вопросам или прятаться по углам позорно, будто я не герцогиня, а какая-то служанка. Впрочем, и верно, герцогиня была вот, передо мной, герцогиня Форсферт, так назвал ее Эйдан, а я так...

Страх заставил меня крепче сжать пальцы на предплечье мужа, и тот будто очнулся, глянул на меня чуть растерянно, нацепил на лицо вежливую улыбку:

— Конечно, герцогиня, как я могу вам отказать? — у меня сердце оборвалось. — Я сообщу своему секретарю, что вы просили встречи, он, несомненно, отыщет такую возможность.

— Но дело не терпит отлагательств!.. — кажется, герцогиня Форсферт так удивилась из-за поведения Эйдана, что даже вышла на миг из своей роли, ее голос прозвучал возмущенно.

— Ох, смотри, Камилла, я вижу эльфийского посла, нам срочно нужно его поприветствовать и поблагодарить за помощь. Простите, герцогиня, вынуждены вас оставить, — будто не заметив слов герцогини, Эйдан небрежно поклонился ей как даме равного ранга и повел меня прочь.

Но, кажется, имя посла Эйдан использовал только как предлог, потому что, когда зазвучала новая мелодия, он вновь пригласил меня на танец.

— Мы уйдем сразу после того, как бал покинет император, — тихо произнес Эйдан, ведя в танце. Хотя я знала это и так, мы договорились об этом заранее, меня грела мысль, что повторением он пытается меня успокоить.

— Да, я немного утомилась, — ответила я, понимая, что нас могут подслушать. — Я еще не восстановилась полностью после болезни.

— Тебе нехорошо? — Эйдан выглядел действительно взволнованно.

— Нет, все в порядке. Но я буду рада пораньше вернуться домой.

Эйдан кивнул, и, выполнив еще несколько па, мы замерли в поклонах, завершающих танец. Более громкая музыка танца сменилась нежным проигрышем, во время которого гости могли пообщаться и сменить партнеров. Эйдан положил мою руку себе на локоть и медленно, раскланиваясь со знакомыми, стал продвигаться по залу.

Мы подошли к одному из островков с мягкой мебелью. Эльфийский посол в своем своеобразном наряде из шелковых халатов с видом императора восседал на кресле, а вокруг него буквально вились придворные. Супруга посла кружилась в танце со старшим принцем, лицо ее также прикрывала вуаль, но куда более тонкая, лишь подчеркивающая красоту эльфийки, но в то же время делающая ее неуловимой и интригующей.

Посол выглядел надменным и немного раздраженным:

— Боюсь, что не могу взять больше заказов, чем в прошлом месяце, простите, маркиз, — улыбнулся он притворно-вежливой змеиной улыбкой. Я подумала, что не удастся поговорить с эльфом, но он неожиданно развернулся в нашу сторону всем корпусом и улыбнулся куда более естественно. — Герцог и герцогиня Роквистер, рад видеть. Присаживайтесь, пожалуйста, — он указал на места на соседнем диванчике, где уже сидело несколько гостей.

Я растерялась, но те резво подскочили со своих мест и, извинившись, убежали или встали вокруг, все еще надеясь наладить отношения с вредным эльфийским снобом.

— Я хотел поблагодарить вас за помощь, — улыбнулся Эйдан.

— Это мой долг, — кивнул Клен, — да и не мог же я бросить без помощи свою родственницу, — я заметила, что в уголках его губ скрылась усмешка, а люди вокруг зашушукались, разнося новую сплетню. — Как вам музыкальное сопровождение в этом сезоне? Говорят, император выписал оркестр из Фарготского княжества. Они весьма неплохи, хотя, конечно, эльфийские музыканты несравненны, но редко кто соглашается приехать ко двору, — завел посол светскую беседу.

Эйдан поддержал, и вскоре они уже говорили обо всем и ни о чем, а мне оставалось только учиться этой манере. Среди обычной вежливой болтовни иногда проскальзывали какие-то странные намеки, но боюсь, что не все из них я смогла уловить. Я замечала и злобные взгляды от окружающих, направленные на Эйдана и меня, но их тут же старались скрыть. Я уже понадеялась, что до конца бала мы сможем пробыть здесь, при влиятельном эльфийском после нам не посмеют задавать язвительных вопросов с намеками, здесь, рядом со знакомым эльфом я могла немного расслабиться и отдохнуть.

— Прошу прощения, что прерываю беседу, — неожиданное появление младшего принца заставило всех вокруг всполошиться, дамы более низкого ранга повскакивали с мест, чтобы присесть в реверансах, мужчины кланялись. Я тоже с трудом удержалась от того, чтобы последовать примеру остальных, но герцог — второй ранг после императорского, младшие принцы, кроме наследника, стояли на одной ступени с моим мужем. — Герцогиня, вы великолепны, — подтверждая мои слова, принц поклонился едва заметно, как супруге равного, остальных присутствующих дам он не удостоил и взглядом, в основном они были ниже статусом. — Герцог, простите, я хотел поговорить с вами.

— Прямо сейчас? — растерялся Эйдан и взволнованно оглянулся на меня.

— Да, это очень срочный вопрос, — кивнул принц. Это могло быть сообщение от императора, Эйдан должен был идти, хоть мне и хотелось вцепиться в его локоть, я не имела права.

— Я как раз хотел пригласить вашу прекрасную жену на танец, если вы не возражаете, — спас положение эльфийский посол.

Эйдан кивнул, давая разрешение и передал мою руку Клену. Как раз заиграла очередная мелодия, и мы поспешили в круг танцующих. Краем глаза я продолжала следить, как принц увел моего мужа куда-то между колоннами, а потом скрылись за золотистой шторой, мне же пришлось сосредоточить свое внимание на танце.

Камилла

Эльфийский посол был великолепным танцором и красивым мужчиной, и множество дам в зале сейчас мне завидовали, но я не могла сосредоточиться на танце. Я чувствовала, что не могу расслабиться, как в паре с Эданом, меня одолевали дурные предчувствия.

Вдруг вокруг нас будто блеснул бок огромного мыльного пузыря — Клен окружил нас сферой безмолвия, которая позволяла продолжать слышать музыку и танцевать, но услышать наш разговор было уже невозможно.

— Разве это прилично? — я так удивилась, что даже не смогла сдержать вопроса.

— Человеческие предрассудки, — фыркнул эльф. — Будто мужчина и женщина на балу не могут обсуждать что-то нейтральное, всем и всегда видится флирт. Не волнуйтесь, я же подтвердил, что мы родственники.

— Весьма дальние, — фыркнула я.

— Ближе в столице у меня никого нет, — в его глазах появились смешинки, и по контрасту стало видно, насколько ему тяжело находиться здесь среди людей, которые только и хотят получить от него доступ к выгодным контрактам. — Как вы себя чувствуете? Я очень рад, что вам стало лучше.

— Кризис миновал, и моя магия восстанавливается.

— Я должен извиниться. Я говорил, что энергия вашего супруга может выжечь вашу, напугал вас, а все оказалось совсем не так. Простите, что ввел вас в заблуждение. Все случаи браков между представителями расы эльфов и драконов, о которых мы известно, заканчивались весьма плачевно.

— Возможно, дело в том, что я полукровка — наследие отца могло помочь мне.

— Скорее это сильная эльфийская магия помогла вам выстоять. Вы куда больше эльфийка, чем можно было бы предположить. Вероятно, ваши родители любили друг друга очень сильно.

— У них были... странные отношения, — сглотнув, произнесла я.

— И все же. У человеческой любви множество лиц: ревность, сострадание, восхищение, желание даже причинить боль любимому, самоуничижение...

— Разве это любовь?

— Это то, что люди могут с ней сотворить.

Закончив танец, Клен положил мою руку себе на локоть и направился к своему привычному уголку, но тут нам навстречу вынырнула пара людей, которых я совсем не ожидала увидеть. Заметив перемену в моем лице, Клен спросил:

— Кто это?

— Моя тетушка и кузина, — с трудом заставила себя произнести я. Семья простого барона на императорском балу — вероятно, тетушке пришлось хорошенько потрудиться, чтобы достать приглашения.

Было видно, что они заметили меня и намеренно направлялись в нашу сторону. Клен снял полог безмолвия. Остановившись перед нами, тетушка с дочерью сделали реверансы:

— Камилла, милая, мы тебя везде искали, — прощебетала она нежным голоском. — Ты познакомишь нас со своим спутником? — притворилась, что не узнала его.

— Господин Клен Опавший Лист, посол эльфийской автономии, — церемонно произнесла я. — Это моя тетушка баронесса Лидия Йошир и ее дочь леди Анисия Йошир.

— Очень рада познакомиться, господин посол. Это огромная честь для нас. Я бы хотела пригласить вас на званый вечер...

— Прошу прощения, но все мои вечера расписаны до конца сезона, — улыбка Клена стала натянутой.

— Но, быть может, вы могли бы хотя бы немного помочь нам...

Нежным ведением вдруг рядом скользнула эльфийка в белом, отделанным серебром наряде:

— Дорогой, я тебя совсем потеряла, — проворковала она.

Клен поспешил представить дам своей супруге, которую звали Найлин Опавший лист.

Тетушка вновь попыталась завязать вопрос на тему выгодного контракта, но Найлин намекнула, что их уже ждут высокопоставленные друзья.

Клен посмотрел на меня испытующе:

— Я обещал вашему супругу присмотреть за вами, но я ведь могу оставить вас на замечательную баронессу Йошир?

Я напряглась и покосилась на тетушку. Та улыбалась, но скорее напоминала видом голодного крокодила. Анисия же стояла, опустив голову и комкала в руках кружевной платок, стискивая его до побелевших пальцев, того и гляди порвет. Я поняла, что она, не так хорошо, как тетушка владеющая эмоциями, на грани срыва и может устроить скандал даже здесь прилюдно.

— Да, все в порядке, тетушка развлечет меня разговором, пока герцог не вернется.

— Конечно, дорогая, я буду рада пообщаться, мы так давно не виделись, — подхватила баронесса.

Еще раз выразив свою радость от знакомства со «столь прекрасными дамами», Клен поцеловал каждой руку и поспешил за своей женой, на ходу окутывая их обоих сферой тишины. Проводив их взглядом, я повернулась к Анисии и увидела, что она подняла голову, демонстрируя красное лицо, полные слез глаза и чуть размазавшийся макияж. Оглядевшись, я заметила сбоку небольшой альков, каких было много по периметру зала для отдыха и общения гостей. При желании его можно было закрыть золотистой шторой.

— Идемте туда, присядем, — предложила я, указывая на симпатичный диванчик.

Анисия была не в настроении, но последовала за своей матушкой. Зайдя последней, я перекрыла альков сферой безмолвия на всякий случай.

— Как ты могла?! — едва я закончила, истерично воскликнула Анисия.

— Что? — не поняла я.

— Как ты могла выйти замуж за герцога Роквистера? Ты ведь знала, что я влюблена в него!

— Анисия, мне кажется, ты даже не знакома с Эйданом, — удивленно отозвалась я.

— Все равно! Ты... ты знала, я сказала это во время нашей последней встречи — и ты сразу... как ты сумела организовать это?! Ты всегда так делала! Едва ты узнавала, что мне чего-то хочется, как это оказывалось у тебя! Когда я из жалости брала тебя с собой на званые вечера, ты оказывалась в центре внимания: посмотрите на нее, ее мама была эльфийкой. Тфу! Это я должна быть в центре внимания! Это я должна была выйти за Эйдана Роквистера, я должна общаться с эльфийским послом и танцевать первый танец на императорском балу рядом с наследником! Это я хотела получить эльфийские драгоценности! Я! — Крича, Анисия схватила меня за руки и трясла, будто могла вытрясти из меня все то, чего желала.

— Я же предлагала вам драгоценности в прошлый раз, вы сами отказались, — возмутилась я.

— В случае твоей смерти. А ты вот — жива, — практически обвинила меня она, — ты с самого начала не планировала нам ничего давать. Обманщица!

— Камилла, деточка, а скажи, как твоя болезнь? — вступила в разговор баронесса.

— Спасибо, у моего супруга прекрасные лекари, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

— Анисия, отпусти ее, — одернула она дочь.

— Но мама!..

— Она может быть заразна! — Анисия отшатнулась от меня. — Кто знает, что это за болезнь?

— Мне уже лучше. Болезнь и не была заразна, это сказали все лекари...

— Кто сказал, что она не вернется? Быть может, нам нужно сообщить об этой болезни императору? Может быть, сейчас ты перезаражаешь весь двор?! Болезнь ведь может и вернуться!

Я в ужасе отшатнулась от этой змеи.

Герцогиня Камилла Роквистер

Я отступила от тетушки и мое платье уже коснулось золотистой шторы за спиной. Еще пару шагов назад — и я вывалюсь из алькова, растрепанная и паникующая предстану перед гостями.

Эта мысль заставила меня встрепенуться и выпрямиться. Я здесь не просто дочь виконта Эйшира, бедняжка Камилла, которую даже никто не навещает в пансионе, будто какую-то сиротку. Нет, здесь я герцогиня Роквистер, жена Эйдана и мама маленького дракончика. Я не имею права опозорить их на таком крупном событии.

— Да кто подпустить вас к императору или его семье, — возмущенно произнесла я и нервным движением сдернула с рук перчатки, демонстрируя испещренную шрамами, но вполне здоровую кожу. Даже краснота немного сошла, а опухоль на руках была не такой сильной. — Что вы предъявите как доказательство? Мои здоровые руки? А у меня на стороне слово мужа, его целителей, эльфийского посла и его целителя Дуба Опавший лист! — Я сделала шаг вперед. — После такого скандала весь свет отвернется от вас, вас не пустят ни в один приличный дом. Вместо того, чтобы называться «те самые Йоширы, родственники герцога Роквистера» вы станете известны как «те самые Йоширы, которые опозорились на большом императорском балу и которым был запрещен вход во дворец».

— Мы не такие уж безымянные, у нас есть связи! — возмутилась баронесса, но я уже увидела на ее лице следы ужаса.

— И как много останется от этих связей после скандала? После того, как я публично отрекусь от любых связей с вами? Друзья Эйдана отвернуться от вашего мужа, будут разорваны контракты. Кто возьмет в жены Анисию, зная, что для нее закрыты самые богатые дома Империи?

— Мама! — в панике воскликнула моя кузина, побледневшая почти до синевы.

— Ты не сможешь... — едва шевеля губами, произнесла баронесса.

— Я не смогу, — кивнула я. — Но Эйдан сможет. Он будет беречь честь своего имени, а я теперь — его жена. — Мне даже хотелось сказать про общих детей, но пока эта информация была скрыта от публики.

— Жена, — неожиданно фыркнула тетушка. — А где он сейчас? О, кажется, я слышала, что на этом балу будет присутствовать и герцогиня Форсферт, — она каркающе рассмеялась, будто старая ворона. — Конечно, он и теперь подле нее, как и всегда до ее отъезда в провинцию. Чуть случай представился — и он у ног красавицы, женой обзавелся, чтобы прикрыться. Конечно, не тебе уродке с ней тягаться, — победно ухмыльнулась она.

И только теперь я вспомнила. Герцогиня Форсферт — вот откуда я слышала ее имя до этого дня. Об этом романе говорили тетушка и кузина при нашей прошлой встрече. Только теперь чужие имена незнакомых людей обросли реальными лицами: мужественный и красивый Эйдан и прекрасная, будто эльфийская статуэтка, Ребекка... Судорожно сжалось что-то в груди, но я не позволила себе показать слабость.

— Мой муж занимается важными делами вместе с принцем. А что я, как герцогиня Роквистер, теперь должна делать? Это ведь я буду рассылать приглашения на наш следующий бал. Быть может, я должна прислать вам перечеркнутую карточку? Или даже передать ее лично в каком-нибудь светском салоне?

— Не надо! — Анисия все же отмерла и подбежала ко мне, схватила за руки привычно, строя умоляющее лицо. — Пожалуйста, Камилла, не надо! Я... я прощаю тебя.

— Ты меня прощаешь? — от удивления я почти рассмеялась.

— Конечно! Мы приняли тебя в семью после смерти твоего отца, старались позаботиться, а ты все время пыталась перетянуть на себя внимание, все время вела себя... не как хорошая кузина. А потом еще и этот позорный суд за опекунство над Дэниелом и виконтством... Но это ведь в прошлом, ведь так? Я прощаю тебя, давай больше никогда не будем ссориться!

— Хорошо... — ответила я рассеянно, удивленная такой подачей событий. Будто вся моя жизнь вертелась вокруг Анисии.

— Так... ты пришлешь нам приглашения? — чуть смущенно и заискивающе улыбнулась она.

— Конечно, Анисия, я не могу лишить приглашений свою ближайшую родню. Это легло бы тенью позора на вас, — я выделила последнее слово голосом, чтобы его подчеркнуть. — Пойду поищу своего супруга.

Я надела злотые перчатки и аккуратно расправила складки платья, повернулась, чтобы выйти в зал.

— Ищи его подле герцогини, — донесся мне вслед голос тетушки, но я не обернулась и не сбилась с шага.

Ворох хаотично движущихся шикарно одетых людей, юбки эльфийского шелка и южного бархата, вышивки золотом и серебром, драгоценные камни, напудренные лица и фальшивые улыбки. Меня узнавали, меня пытались остановить, заговорить. Незнакомые лишь глазели, конечно, но Эйдан успел представить меня многим присутствующим: они пытались заговорить, пригласить на танец. Я лишь отмахивалась, отговариваясь тем, что очень спешу. Спросить, где Эйдан, я не решилась. Я должна была найти его одна, потому что...

Потому что слова тетушки занозой засели в сердце. Ребекка Форсферт — прекрасная драконица в изумрудном платье. В голове не укладывалось, но... возможно ли... Перед глазами вставали желтые глазки с вертикальным зрачком на зеленой мордочке. Мне Эйдан ничего не говорил, но я сама придумала романтическую сказку о женщине, что погибла во время родов или сразу после от родильной горячки, из-за чего герцог не успел на ней жениться. Только вот яйцо отложить может только драконица в звериной форме, во всех других случаях рождается младенец, а способность обращаться получает после.

В очередном алькове за неплотно задернутой шторой мелькнуло изумрудное платье. Я не собиралась подслушивать или подсматривать, я просто хотела узнать, где же мой муж...

Дама в зеленом стояла ко мне спиной, ее пышная юбка чуть отодвинула штору, позволяя увидеть, что происходит. Плечи ее сотрясались, а лицо она спрятала на груди у мужчины, который неловко обнимал ее. Знакомый кремовый сюртук под стать моему платью... я замерла, не в силах заставить себя поднять взгляд.

— Я всего лишь хочу видеть своего ребенка, Эйдан! — рыдала герцогиня. Имя мужа заставило меня вздрогнуть и поднять-таки взгляд. Он стоял, наклонившись и почти целуя ее волосы. Глаза его были прикрыты будто от наслаждения. Вот она подняла голову: по щекам ее катились крупные слезинки, но ни нос, ни глаза не были покрасневшими. Эта женщина даже плакала идеально. — Ты же понимаешь, я же его мать, я его родила! Возьми у меня что хочешь, хочешь ударь или даже убей, только не лишай меня возможности хотя бы изредка видеть моего ребенка! Умоляю, — и тут она сползла перед ним на колени.

— Ребекка, что ты делаешь?! — Эйдан наклонился ее поднять.

А я отшатнулась от алькова и, не помня себя, ринулась прочь. Я смотрела только себе под ноги, в глазах стояли слезы, но я не позволяла им пролиться. Я не имела права на это, не имела! Это его жизнь и его любовь, я лишь фиктивная жена, незнакомка, которая должна была умереть...

Дамы и кавалеры отступали в стороны, освобождая мне дорогу, не переставая говорить и смеяться, я скользила вперед, не понимая, куда. И тут передо мной выросли мужские ноги в фиолетовых брюках эльфийского шелка с искрой. Мужчина не собирался давать мне дорогу, и я сама шагнула в сторону, но он шагнул тоже. Только тогда я подняла, наконец, глаза:

— Вы! — ахнула и отшатнулась.