Ликвидаторы

Глава 8 А психи здесь тихие…

Все посмотрели на меня с неким невысказанным вопросом. Я скорчил рожу потупее, и выдал то, что они ожидали услышать.

— Будем обороняться сами, — сказал я. — У нас укрепленная база, запас боеприпасов, хорошие позиции. Мы справимся.

— Джей, это не видеоигра, — Вова потер лицо руками. — Пять сотен озлобленных бандитов сомнут нас. Да, у нас стены и пулеметы. Но если они пойдут в полноценный штурм…

— Тогда положим половину из них, а остальные сбегут. Бандиты — не солдаты. Когда увидят большие потери, они развернутся и уедут.

— А если нет?

— Тогда положим всех. И будет одной бандой меньше.

Вова посмотрел на меня так, словно видел впервые.

— Ты это серьезно?

— Абсолютно. Другого выбора у нас нет. Они не дадут нам спокойно жить, пока не поймут, что с «Регуляторами» просто нельзя связываться, это табу. Нужно дать жесткий отпор. Заставить их не просто умыться кровью, а утопить в ней.

Пряник кивнул.

— Джей прав. Нужно готовить оборону. Расставить пулеметы, укрепить позиции, раздать боеприпасы. У нас есть преимущество — мы на своей территории, знаем каждый угол.

— Хорошо, — Вова выпрямился, и я увидел, как он переключается в режим командира. — Пряник, займись обороной. Расставь людей по позициям, установи пулеметы на ключевых точках. Джей, ты возьмешь группу и прикроешь северный сектор — оттуда они придут. Отец Николай — восточный сектор, на случай обхода. Остальные — по стенам, готовность номер один.

Все кивнули и начали расходиться. Вова окликнул меня:

— Джей, подожди.

Я остался. Вова подошел ко мне ближе, заговорил тихо:

— Слушай… насчет Смита. Может, стоит попробовать еще раз? Вызвать по рации, извиниться, попросить помощи? Сейчас не время для гордости.

Я покачал головой.

— Нет. Если я сейчас приползу к нему на коленях, он будет помыкать мной, да и тобой, уже если быть честным, всю оставшуюся жизнь. Он и так забрал себе слишком много власти. Вов, ты не заметил, кажется, но у тебя пустые оружейные склады. Я не верю, что ты раздал все это своим людям. Сколько забрал Смит, а?

Вова потупился. Похоже, этот вопрос был «не в бровь, а в глаз».

— Половину. Но зато выделил нам людей. Грузовики.

— И что с того толку? Дай угадаю… а еще Ривендейл забирает себе половину урожаев, да?

— Ну не половину… сорок процентов.

— Вов, это в далекие девяностые называлось крышей. Поздравляю, ты сам вырастил из Смита обычного такого бандюка. Просто в погонах.

— Ты утрируешь.

— Вов, а ты просто не хочешь смотреть правде в глаза. Тебя обули и поставили на бабки. И ты их платишь. И есть у меня подозрение, что не просто так бандиты нарисовались тут, стоило нам со Смитом поцапаться.

— Это твои догадки, не более того, Жень. И твоя паранойя.

— Да нет у меня никакой паранойи. Впрочем, дело твое. Хочешь верить Смиту — верь. А сейчас нам надо справиться без него.

— Даже если это будет стоить жизней?

— Даже так. Вова, пойми — это вопрос принципа. Мы не можем зависеть от таких, как Смит. Мы должны быть самодостаточными. Для этого у нас есть… ну ладно, будет все что нужно.

— Это самоубийство!

— Это взросление, Боб. Считай, потеря девственности тобой как лидером. И этот процесс не бывает без боли, крови и некоторого страдания.

Вова вздохнул.

— Хорошо. Твоя правда. Иди, готовь людей.

Я вышел из штаба. На базе уже начиналась подготовка — бойцы таскали ящики с боеприпасами, устанавливали пулеметы, укрепляли баррикады. Медведь возился с БТРом, проверяя что-то в двигателе…

— Ваня, как машина?

— В порядке. Готова к бою. Куда ставить?

— У ворот. И готовься…

— К чему?

Я вздохнул… ну вот он-то по идее должен понять.

— Медведь, ты же понимаешь, что против полутысячи человек мы в обороне, даже если и выстоим, — то потери будут громадными.

Он вздохнул.

— Понимаю. А еще я понимаю, что у тебя есть какой-то план, да? И он точно не понравится Вове.

— Есть. И если он удастся… то потерь у нас будет на порядок меньше. Но мне точно нужна твоя помощь.

Бородатая рожа Медведя расплылась в улыбке.

— Знаешь, Жень… когда мы познакомились — я воспринял тебя как того еще урода. Потом понял, что ты не урод, просто резкий и злой человек, поделивший мир на своих и чужих. Потом ты показал себя как редкого таланта тактик, способный решать сложные боевые ситуации, экстраполируя план просто «с места». Я тебя уважаю. Я тебе доверяю. Я в любом случае с тобой. Для меня Вова, вся эта сельская идиллия «Регуляторов» — это просто очередное «чужое место», где было безопасно. А свои… свои ехали и тащили для этого места ценную лабораторию. Так что да, я, конечно же, помогу тебе. Особенно если буду знать план.

Отлично… один есть. Без Медведя вся моя авантюра будет обречена заранее на провал. Но нужен еще Леха и отец Николай.

Я кратко объяснил Медведю, что нужно делать. Его лицо озарила новая ухмылка. На этот раз — крайне кровожадная. Медведь кивнул, его мозг заработал в нужном направлении, и здоровяк решительно утопал. Что ж… надеюсь, я не ошибаюсь. Иначе он умрет. Впрочем, я тоже.

Подошла Анька. Лицо бледное, но решительное.

— Джей, я с тобой в машину или в БТР?

— Ни туда и ни туда. Ты будешь с Филимоновым в медпункте. Когда начнется стрельба — раненые будут. Нужны умелые руки.

Она хотела возразить, но я остановил ее взглядом.

— Это не обсуждается. Медик важнее, чем еще один стрелок.

Она кивнула и ушла. Я обошел периметр базы, проверяя готовность. Пулеметы были установлены на башнях, прикрывая подходы с севера и востока. На стенах расставили мешки с песком для дополнительного укрытия. Боеприпасы распределили по позициям. Люди были напряжены, но готовы.

Я вернулся к БТРу. Медведь уже сидел в люке башни, проверяя ленту патронов для КПВТ.

— Слушай, командир. Я вот что подумал. А может, устроим им сюрприз?

Я посмотрел на него. Ваня выглядел как кот, обожравшийся сметаны. Похоже, разговор с другими ключевыми участниками прошел как надо, а сейчас у Медведя родился какой-то новый план.

— Это какой?

— Смотри. Я тут пораскинул вместе с Битюгом мозгами. Зуб даю — не полезут эти уроды сразу махаться. Они встанут где-то в прямой видимости базы. И будут понты корявить, пытаясь заставить Вову сдаться. И в этот момент можно будет некисло так им поднасрать, так сказать. Главное, убеди Владимира попробовать договориться.

— Договориться? С бандитами, которые идут мстить? Ты серьезно?

— Более чем. Главное, чтобы они на месте застряли. Я им там такую какаху взрывную подложу — вовек не опомнятся. Ты знал, что у вас на складах куча МОН лежит? Штук двадцать, не меньше.

— Та-а-а-к… а ход твоих мыслей мне уже нравится. Я знал, но забыл. Минами я не умею пользоваться, да и против зомби они не очень… Только как ты сможешь угадать, где они встанут?

— Да легко. Смотри на карту… тут всего-то два варианта. Вот и вот…

Мы пару минут разглядывали карту. И я был вынужден признать, что Медведь прав. Больше врагу просто негде встать будет.

— Я так понимаю, ты сейчас пошел готовить им «сюрприз»?

— Да, — ответил Медведь. — И мне нужно с собой пару помощников. Один я долго буду это все расставлять.

— Бери Макса и Леху. Битюг нужен тут.

— Хорошо.

Медведь ушел. Я запоздало подумал, что надо как-то же обосновать для завсклада получение этих мин, но потом плюнул. Если что — по рации вызовет, но думаю, Медведь его и так уболтает.

Прошло два часа. За это время я завершил все приготовления, Медведь рапортовал, что у него тоже все готово. Помимо мин, он использовал почти весь запас взрывчатки, что мы привезли с собой из экспедиции. Но теперь, когда рванет — то рванет от души. В этом вопросе я ему доверял. Было бы куда круче, если бы можно было подговорить Пряника помочь нам, но… он слишком сильно верит в Вовку и точно меня сдаст. А до определенного момента мне нужно было не палиться перед Бобом, иначе весь мой «блицкриг» рискует просто не начаться. Стоит Вове узнать, что «Утесы» вообще не стоят сейчас на стенах — он изойдет на плесень и липовый мед…

Через полчаса пришел гонец от разведки — колонна остановилась в пяти километрах от базы. Не движется, просто стоит на обочине.

— Что это значит? — спросил Вова, когда я пришел к нему с этой новостью. Его явно задело, что разведка докладывает напрямую мне. Не, все же власть развращает любого, к ней прикоснувшегося. Очередной пример.

— Подозреваю, что хотят сначала поговорить.

— Поговорить… поговорить — это хорошо. Сможем выторговать себе что-то.

Я посмотрел на него.

— Ты это серьезно?

— А что? Может, они поняли, что лобовой штурм обойдется им слишком дорого. И сейчас готовы обсуждать условия.

— Какие условия? Вова, они пришли мстить за разгром их базы. За убитых. Какие тут могут быть условия?

— Не знаю. Но попробовать стоит. Если есть шанс избежать кровопролития…

Я хотел возразить, но тут к нам заскочил очередной вестовой:

— Джей! Там к воротам едут! Одна машина, с белым флагом.

Мы выбежали наружу. Я бегом поднялся на смотровую вышку. Действительно, к нам неспешно ехал черный «Гелендваген». В салоне просматривались три человека. Примерно в пятидесяти метрах от ворот они остановились. Вся троица вышла наружу.

— Эй! — крикнул один из них, высокий мужик в кожаной куртке. — Мы хотим поговорить! С главным!

Вова, поднявшийся следом за мной, покачал головой.

— И как ты все угадываешь, а? Ну что? Поболтаем?

— Хорошо. Но говорить буду я, у них на меня и так и так зуб. А тебе бы не палиться.

— Не возражаю.

Я вздохнул. И заорал в ответ:

— Ну я тут главный. Что тебе надо?

— Договориться. Ивлет еще жив?

— Возможно.

— Возьми его с собой и пару своих. Выходите, поговорим как мужчины с мужчинами.

— Хорошо. Ждите.

Вова удивленно уставился на меня, но я просто молча боднул головой — мол, все по плану. Мысленно я орал… всё ровно так, как рассчитано. Эти уроды — скорее всего, действительно главные. И они реально пришли «перетереть по-пацански».

Ивлета, повинуясь Вовиной команде, уже привели. Я предложил взять с собой Медведя, заранее зная, что Вова не согласится. В итоге с нами пошел Семенов, бывший вояка Смита, перешедший к Вове.

Ивлет весь сиял, явно уверенный в том, что сейчас гяуров поставят на место. В отместку я дернул его скованные наручниками клешни повыше, причиняя боль, и заставил идти перед собой, как бы прикрываясь телом бандита.

Троица вылезла из тачки и стояла в расслабленных позах, ожидая нас. Мы остановились метрах в пяти от «Воронов», разглядывая их. Высокий в кожанке — лет сорока, шрам через все лицо, тяжелый взгляд. Слева от него парень помоложе, худой, нервный. Справа — здоровый детина с бычьей шеей.

— Вы главные в «Регуляторах»? — спросил шрамовый.

— Я — Владимир, командир, — сказал Вова. — Это Джей, мой заместитель. Что вам нужно?

— Меня зовут Джамиль. Я глава всех «Воронов». Хочу поговорить с вами, прежде чем вместо нас заговорят ружья. Мой отец всегда учил — сначала говори, с трупами беседы вести неэффективно — они всегда молчат.

— О чем?

— О компенсации. Вы разгромили нашу базу, убили наших людей, забрали имущество. Это нельзя оставить без ответа.

— Вы напали на караван под нашей защитой, — сказал я, отодвигая Вову от переговоров. — Убили охранников. Это тоже нельзя оставить без ответа.

Джамиль перевел взгляд на меня.

— Ты тот самый? Который руководил штурмом? И… — тут он присмотрелся. — Это ты ушел от нас недавно, уничтожив паром. Я тебя узнал!

— Ага. Признаю, паром было немного перебором.

Главный «ворон» сжал кулаки. В его глазах плескалась ненависть.

— Ты убыл моего брата. Он гнался за тобой. И еще одного брата там, на базе. А трэтьэго брата держишь сейчас перед собой! — бандит побагровел, и его русский стал сильно хуже. — Я тэбя очень хочу порезать на ремни!

— Я убил много людей на той базе. Не считал. Твой брат сам виноват. Как и твои люди на переправе. Нам нужно было просто попасть на тот берег.

Джамиль сжал кулаки, но удержался. Просто морда у него побагровела, а глаза стали похожи на нацеленные стволы орудий.

— Слушай меня внимательно, щэнок. У нас там пять сотен джигитов. У вас — от силы сотня. Мы можем снести вашу базу к чертовой матери. И я очень этого хочу. Но хороший камандыр бэрэжот жизни своих людей, так что я дам вам шанс.

— Какой шанс? — спросил Вова.

— Вы отдаете нам Ивлета. Прямо сейчас. Плюс все оружиэ и тэхнику, которые забраль с нашей база. Вот этот вот урод — он указал на меня — выходыт со мной в паэдинок. Побэдыт — останэтся жив. Остальные берите в руки вещи и все что надо, но только в руки — никаой тачка и тэлежка, что можешь унэсть — то твой. И вы уходитэ отсюда. Навсегда. Без машин. С ручным оружием и тем, что унэсете. Ми нэ будэм стрэльять вам в спину, клянусь Аллахом!

Вова ошарашенно смотрел на него, явно подбирая какой–то ответ. Я засмеялся. Искренне и от души.

— Вы хотите, чтобы мы отдали вам все и сами ушли? Серьезно? А может, еще и девок оставили молодых вам тут? Или вы только по ишакам специализируетесь, как мне рассказывали?

Меня несло, откровенно несло, но удержаться я не мог.

— Джей… — Вова попытался меня остановить, но я его не слушал.

— Джамиль, или как тебя там. Вот что я тебе скажу. Идите домой. Пока живы. Потому что если вы попытаетесь штурмовать нашу базу — мы перебьем вас всех. До последнего. Кто пойдет к нам за шерстью — уйдет стриженным.

— Большие слова для маленького человека, — ворон шагнул ко мне. — Ты вообще понимаешь, с кем говоришь?

— С трупом, который еще не успел упасть. И это не понимаешь, на кого посмел наехать. Что ты там требовал для начала? Своего брата? Живым? На!

С этими словами я толкнул вперед скованного Ивлета. Тот просеменил несколько шагов, споткнулся и начал падать. Джамиль рванулся удержать брата, и в этот момент я начал действовать.

Пистолет сам выпрыгнул ко мне в ладонь из подсумка на броне. Мгновенный разворот, оружие удерживается возле груди двумя руками чуть под углом. Такой способ удержания называется CAR — Center Axis Relock, я эту технику только в теории знаю, ее часть американских копов применяет и спецуры. Ну еще в кино этот актёр. Как там его… Андерсон…мистер Андерсон…не помню. Короче с бородой и убитым щенком. Вот у него здорово выходит. У меня не так круто конечно, но тоже что–то да могу. Применить эту технику сейчас — абсолютно верное решение, и сейчас тело само стало в правильную стойку, без участия мозга — по сути я ощущаю себя сторонним наблюдателем, смотрящим на разворачивающиеся события.

Бам-бам! Тыльник рукояти пистолета с мягкой силой тыкается мне в ладонь при каждом выстреле. Сорок пятый калиб, это вам не девяточки, мощь и сила. Затылок Ивлета взрывается, забрызгивая Джамиля кровью.

Бам-бам-бам — первый выстрел смазал, пришлось еще один добавить — здоровяк, явно выполняющий функцию телохранителя, получает две пули в грудь и одну в шею. Фонтан крови. Не жилец.

Бам-бам! Тощий точно без брони, по крайней мере носимой. А скрытую мои пули прошьют. Зря я что ли вместо «Грача» или «Глока» прихватил эту карманную гаубицу у Медведя. Тело «ворона» отбрасывает на капот их машины, и оно сползает, оставляя за собой кровавую полосу. В пистолете один патрон. Направляю ствол в голову последнего бандита и замираю в картинно–киношной стойке.

Джамиль, успевший за то время, что я сделал семь выстрелов только подняться, застыл. Тренированный военный смог верно оценить мою скорость и понять, что если бы я хотел — то он был бы уже мертв. Но не начать на меня давить он не мог — инерция мышления.

— Ты сделал большую ошибку, парень. Очень большую.

— Это не ошибка. Это урок тебе. Не разговаривай свысока и с наездом с теми, кто не собирается соблюдать твоих правил. Как ты думаешь, почему ты еще жив?

— Если ты убьешь мэнэ — мои бойцы ринутся сюда, и их ничто не остановит!

Я вновь в голось засмеялся, откидывая голову назад. Больше экспрессии, и этот уродец, и Вова должны поверить в мою психическую нестабильность. Теперь финальный аккорд.

— Ты хотел поединок? Да? Вот прямо бой, прямо со мной, как в кино? На ножах там, предводитель против предовдителя?

В глазах Джамиля вспыхнул яростный огонек.

— Я тебя порву голыми руками, гяур! Прямо сейчас!

— Прямо сейчас тебе стоит пойти к своим и предупредить об условиях. Я побеждаю — вы уходите навсегда. Победишь ты — и мы сдадим базу, оставим вам все и уйдем. Встретимся через — я картинно взглянул на часы, как бы обдумывая — скажем, полчаса посередине между базой и твоей стоянкой. Вон на той прогалине. И не забудь забрать с собой падаль.