Ликвидаторы

Глава 22 Последний рейд

Пожалуй, впервые за долгое время я был вынужден готовиться так тщательно к миссии. Но любая мелочь, как и её отсутствие, могли убить меня в момент, поэтому пришлось проверять экипировку трижды.

Я забрал из трофеев кольт Смита — всё-таки это был мой трофей. Красивый, с закосом под спортивную отделку, с расширенным магазином и оперативной кобурой. Классная штука. И.45 ACP — это такой калибр, что сразу и наповал. Кого хочешь.

Я долго выбирал между MDR и своим карабином. Карабин был сделан так, что практически не издавал лишних звуков, MDR всё же был погромче. Но зато булл-пап винтовка имела автоматический режим, и это склонило выбор в её пользу. Ну, а на случай большой необходимости у меня был глушитель для неё, кустарно переточенный из ПБС-1.

Жаль, но P90 найти не удалось нигде. Я уже решил обойтись без короткого оружия — MDR в принципе довольно компактный, но тут на нижней полке стеллажа с оружием нашёлся небольшой, покрытый изрядным слоем пыли чемодан с ободранной маркировкой «…stol AR-5…». Остальную часть надписи содрало, похоже, при транспортировке. Причём размеры чемоданчика были крайне компактными, а надпись обещала мне джекпот, если я, конечно, не ошибся.

Я не ошибся. Чемодан был транспортным контейнером, используемым для международной перевозки оружия и аксессуаров к нему. Внутри обнаружился странный кургузый огрызок от полноценной «эмки», и куча всяких дополнений к нему — прицелы, глушитель с маркировкой Navy SEALs, тряпочки, масла.

У этой пушки приклад двигался на штырьках-полозьях, превращаясь в сложенном виде в резиновую «пятку», выступавшую на пару сантиметров от корпуса. Коротенький, несерьезный какой-то ствол прятался в полноценном цевье 6,5 дюймов длиной, оставляя снаружи только пламегаситель. Со сложенным прикладом этот «Double Fold AR 556 NATO», как гласила надпись на документах в чемодане, был длиной в пару моих ладоней, не больше. Вытянутый приклад добавлял ему ещё сантиметров двадцать.

При всём при этом штука была крайне удобная, в руки ложилась так, что отпускать не хотелось. Опять-таки — у «Фолдара» был обычный AR-образный магазиноприёмник, то есть к нему шли PMAGи, такие же, как в MDR. А это удобно, не нужно тянуть с собой лишнего. Решено, беру этого малыша. Хрен его знает, что у него с прицельной дальностью, но я не планирую из него сбивать самолёты, так что должно хватить.

Броня — очередной «Меднанотеховский» комплект пятого класса со всеми свистоперделками: плечи, защита горла, защита паха. Подсумки под десять магазинов. И ещё столько же — пачками в рюкзак за спину.

Рядом практически в такой же комплект снаряжения облачались Медведь, Макс и Вова. Вооружение каждый из них подобрал по собственному вкусу, разве что по моему настоянию все брали с собой как минимум по одному так хорошо показавшему себя во время похода за МПЛ «Шмелю». В остальном — Медведь держал в руках ПКП, оставшийся бесхозным после смерти Битюга. Максу было всё равно, и он пользовался обычным штатным АК-74М. Ну и Вова со своим неизменным СКС-31, который с момента нахождения обзавёлся разве что крутым тепловизорным прицелом на боковом кронштейне.

Как я ни настаивал, убедить Боба не заниматься идиотским искуплением мне не удалось. После его фразы: «Мне это нужно, Жень, понимаешь? Я хочу хотя бы так поучаствовать и помочь тебе вытащить нас из этой жопы», — я махнул рукой, просто предупредил, что внутрь я иду один. С этим он спорить не стал.

Аня тоже устроила мне целое шоу под названием «ты не должен так рисковать, подумай о будущем». Когда я стал доказывать, что как раз ради нашего будущего я и стараюсь — она разрыдалась. Пришлось убеждать её, что я вообще, может, никуда не пройду, и ничего делать не стану — это просто разведка. Но, кажется, Анька не поверила.

Выдвинулись затемно, часа за три до рассвета. По дороге молчали. Каждый думал о своём. Я перебирал в уме план, ища слабые места. Их было дофига. Слишком много неизвестных. Слишком много могло пойти не так.

— Джей, — негромко позвал Вова, сидевший рядом.

— Да?

— Если что-то случится… Если я не вернусь… присмотри за Викой. Она хорошая девчонка. Не заслужила всего этого дерьма.

— Заткнись, — я покосился на него. — Ты вернёшься. Мы все вернёмся.

— Но если…

— Нет никаких «если». Ты останешься снаружи, будешь прикрывать отход. Я зайду, сделаю что нужно, выйду. Всё просто.

— Ты же сам не веришь в то, что говоришь.

Я промолчал. Потому что он был прав.

Километрах в трёх от Ривендейла остановились. Дальше — только пешком. Оставили машину в заброшенном ангаре, замаскировали ветками и тряпками. Вряд ли на неё на таком расстоянии кто-то наткнётся, но… берёженого Бог бережёт.

Дальше двигались медленно, неторопливо, используя каждую складку местности. Медведь шёл первым — у него чутьё на засады было почти мистическим. Макс — вторым, я — третьим, Вова замыкал.

Рассвет застал нас в километре от цели. Высотка, с крыши которой открывался великолепный обзор на сам торговый центр и на подступы к Ривендейлу.

Здание, маскирующее под собой проклятущий фугас, возвышалось серой громадиной на фоне утреннего неба. С последнего раза периметр сильно укрепился — тут тебе и бетонные стены, и несколько рядов колючей проволоки, и всё тот же неизменный танк на входе, обложенный альменскими бетонными блоками. Старенький Т-72, но всё равно танк. И чёртовы миномёты на крыше. Я отсюда отлично видел, что возле каждого размещено по несколько человек обслуги. И наверняка ими пристрелян тут каждый куст.

— Вот дерьмо, — выдохнул Медведь, разглядывая объект в бинокль. — Они тут серьёзно окопались.

— Сколько людей видишь?

— Человек сорок на периметре. Плюс неизвестно сколько внутри. Патрули ходят каждые пятнадцать минут. Пулемётные точки с чем–то тяжелым вон там, там и там, — он указал на три позиции. — Снайперская позиция на крыше. И не одна, вон ещё двое сидят, но именно вот этот — тебя гарантированно засечёт.

Я посмотрел в свой бинокль. Медведь не ошибся — снайперы на крыше прикрывали все подходы. Хороший стрелок мог оттуда контролировать пространство в радиусе полукилометра.

— Этого снайпера нужно убрать, — сказал я. — Вова, это твоя задача. Как только я дам сигнал — снимаешь его. Одним выстрелом, без шума. И следом за ним — работаешь по второму и третьему. Если хватит времени — выбивай ещё и миномётчиков, но… это опционально. Две минуты. Ровно сто двадцать секунд. Пока они заняты поиском тебя — я проскочу. И ты должен уйти отсюда в ту же секунду, как пиликнет таймер. Иначе тебя просто разнесут в клочья.

— Понял я, понял. Пилик — и меня тут нет. Блин, тяжёлый выстрел будет. Расстояние метров восемьсот, — Вова прищурился, прикидывая. — Ветер переменный. Сложно, но выполнимо.

— Медведь, Макс — вы сейчас выдвигаетесь по тем координатам, что я вам дал, — продолжил я инструктаж. — Если что-то пойдёт не так — открываете огонь из той штуки по периметру, создаёте суматоху. Даёте мне время выбраться.

— А ты как внутрь попадёшь? — спросил Медведь. — Там же охрана, патрули, камеры наверняка. Даже если они отвлекутся на Боба — это даст тебе десяток секунд, не больше. Там ещё и солдатики тут же забегают.

— И очень хорошо, что забегают. Они побегут наверх, ловить вторженцев. А я просочусь через низ. Через канализацию, — я достал из рюкзака схему, которую Филимонов нарисовал мне по памяти. — Вот здесь, с западной стороны, есть выход из ливнёвки прямо в подвал торгового центра. Заброшенный технический туннель, который использовали для обслуживания коммуникаций. Формально заделан, на самом деле — был секретной закладкой Шеина на случай конфликта со Смитом. Охрана о нём вряд ли знает. Знали только Филя, Шеин и парочка ребят из диггеров, которые раньше работали на Шеина.

— А если Полковник всё же знает про этот ход? Военный объект, все дела… как-то просто слишком.

— Тогда придётся импровизировать. В принципе там не просто всё, эту дыру можно только изнутри увидеть. Но на схеме люка нет, так что разве что на него наткнулись бы. Там заложенная кирпичной кладкой стена изнутри, про неё нужно именно что знать.

— А дальше-то что? — Вова внезапно понял, что ему неизвестно, на кой чёрт я лезу на базу. — Устранить Полковника безопаснее отсюда, рано или поздно он появится снаружи, и…

— Вов, наша проблема не Полковник. А имеющееся в его распоряжении оружие. Ядерное и обычное. Я хочу уничтожить саму возможность применить против нас эту ядерную бомбу, или что там у него, уничтожив тот самый пульт, про который ты рассказывал. Ну и да, я хочу грохнуть этого шизанутого придурка.

Вова покачал головой. Похоже, он сильно сомневался в том, что я вообще нормален. Ну и ладно. Не рассказывать же ему настоящий план. А то и правда сбежать может…

Мы наблюдали за объектом до полудня, изучая распорядок, маршруты патрулей, смену караулов. Полковник не дурак — оборона была грамотной, без явных прорех. Но идеальной защиты не бывает. Всегда есть слабое место.

И я его нашёл.

Смена караула происходила каждые четыре часа. Ровно в полдень, в четыре дня, в восемь вечера и в полночь. В момент смены — хаос, суета, ослабление внимания. Пять-семь минут, когда старые посты ещё не покинули позиции, а новые ещё не заняли. Окно возможностей.

— В восемь вечера, — сказал я. — Как только начнётся смена — двигаюсь к люку. Вова снимает снайпера ровно в 20:03. Это даст мне время добраться до входа незамеченным.

— А если люк заварен? Или заминирован?

— Проверю. Если не пройдёт — вернусь. Не буду геройствовать.

Вова скептически хмыкнул, но спорить не стал.

День тянулся медленно. Лежали с Вовой на крыше, не шевелясь, наблюдая. Жара давила, пот тёк по спине. Хотелось пить, но воду берегли — неизвестно, сколько ещё придётся здесь торчать. В какой–то момент рация трижды блямкнула, будто бы помехами или вызовом — знак того, что Медведь с Максом удачно дошли и заначка Смита была на месте.

В шесть вечера поели — сухпайки, холодные, невкусные. Проверили оружие, экипировку. Я достал из рюкзака две гранаты Филимонова с антидотом, так и не пригодившиеся против Оно. Мало ли. Одну сунул в нагрудный карман, вторую — в боковой подсумок.

— Джей, — позвал Медведь. — Там движение какое-то.

Я посмотрел в бинокль. К воротам Ривендейла подъехала колонна машин — три грузовика, два пикапа. Из кузовов начали выгружать людей. Человек тридцать, связанных, избитых. Гражданские. Женщины, мужчины, дети.

— Пленные, — выдохнул Вова. — Они берут пленных.

Я молчал, наблюдая. Пленных загоняли внутрь здания. Кто-то шёл сам, кто-то падал, и его волокли силой. Один из охранников ударил женщину прикладом, когда та попыталась вырваться.

— Ублюдки, — прошипел Макс.

— Стоп-стоп-стоп, — сказал я. — Это там кто? Лёха? И… Аня с Пряником, да?

— Не видно… Жень, да откуда им тут быть?

— Как тебе сказать, есть у меня одна мысль…кажется, план придется скорректировать…

Снаружи я был спокоен, но внутри просто кипел от ярости. Нужно было узнать, они это или нет. Срочно. Но пришлось себя сдержать…если это они — то я просто подставлю и их, и себя. И ничего не добьюсь.

В половине восьмого начало темнеть. Я проверил экипировку последний раз — оружие, патроны, гранаты, нож, фонарик, аптечка. Всё на месте.

— Вова, готов?

— Готов.

— Медведь, Макс? — короткая связь по закрытой линии не отслеживалась. — Вы там как, в готовности?

— Готовы.

— Тогда по местам. Связь — только по крайней необходимости. Если меня не будет через час — разряжайте туда весь БК и уходите. Не ждите.

— Джей…

— Это приказ, — жёстко сказал я. — Если я не вернусь — значит, всё пошло не так. Смысла рисковать всем ради одного нет.

Они переглянулись, но кивнули.

Ровно в восемь началась смена караула. Старые посты начали сдавать дежурство, новые — принимать. Суета, переговоры по рации, движение.

Я дождался, пока внимание охраны переключилось на процедуру смены, и пополз к периметру. Медленно, осторожно, используя каждый куст, каждую ямку в земле.

Сто метров. Пятьдесят. Тридцать.

Колючая проволока. Я достал кусачки, перерезал нижний ряд. Протиснулся под забором, замер. Прислушался.

Тихо. Только ветер и далёкие голоса охранников.

Двадцать метров до люка. Он был там, где показывала схема — в небольшой ямке у западной стены, прикрытый ржавой металлической крышкой.

Я подполз, осмотрел. Крышка не заварена. Не заминирована. Просто закрыта. Повезло.

Взялся за ручку, потянул. Крышка не поддавалась — заржавела намертво. Я упёр ногу в край, дёрнул сильнее. Металл скрипнул, но сдвинулся.

Ещё рывок. Крышка открылась, явив чёрный зев туннеля.

В этот момент прогремел выстрел. Глухой хлопок винтовки Вовы.

Я не стал смотреть, попал он или нет. Просто нырнул в люк, втянул за собой крышку, закрыл.

Темнота поглотила меня.

Я включил фонарик. Узкий луч высветил бетонные стены, ржавые трубы, паутину. Воздух был спёртый, тяжёлый, пропитанный запахом плесени и застоявшейся воды. Туннель вёл вниз, под углом примерно тридцать градусов. Стены покрывал мох, в некоторых местах проступала влага, капая со сводов и оставляя на полу грязные лужи.

Я двинулся вперёд, держа MDR наготове, фонарик закреплённым на стволе. Каждый шаг отдавался эхом в замкнутом пространстве. Приходилось ступать медленно, осторожно, стараясь не шуметь. Ботинки хлюпали в воде — на дне туннеля текла тонкая струйка какой-то мутной жидкости, пахнувшей химией и гнилью.

Метров через пятьдесят туннель сузился. Пришлось пригнуться, чтобы не задеть головой низкий свод. Здесь было ещё темнее, и луч фонарика выхватывал из мрака то обрывок старого кабеля, то проржавевшую трубу, то непонятные металлические конструкции, торчавшие из стен.

Я остановился, прислушался. Сверху, сквозь толщу бетона, доносился глухой гул — это работали генераторы Ривендейла. Значит, я был под основным зданием. Нужно было двигаться дальше на запад, к техническому отсеку.

Через двадцать метров туннель раздвоился. Налево или направо? Я достал схему, посветил. Направо — к подвалам торгового центра. Налево — к старой котельной.

Направо.

Пошёл дальше. Здесь стены были покрыты не просто влагой, а настоящим слоем слизи. Что-то живое росло в этой темноте — грибки, плесень, мох. Воняло всё сильнее. Я дышал через рот, стараясь не думать о том, чем именно пропитан этот воздух.

Ещё через тридцать метров наткнулся на решётку. Старая, ржавая, но целая. Запертая на массивный замок.

Чёрт.

Я попробовал поддеть замок ножом — не вышло. Слишком крепкий. Стрелять? Нет, звук пойдёт по туннелям, могут услышать наверху.

Осмотрел решётку внимательнее. Крепилась она на болтах, вмурованных в бетон. Я достал мультитул, попробовал открутить один из болтов. Металл поддался не сразу — ржавчина держала крепко. Но постепенно, миллиметр за миллиметром, болт начал выкручиваться.

Десять минут работы. Потные ладони. Ноющие пальцы. Но три болта из четырёх я выкрутил. Четвёртый застрял намертво.

Я уперся ногой в стену, взялся за решётку обеими руками и дёрнул. Металл заскрипел, прогнулся. Ещё рывок — и решётка отошла от стены, повиснув на последнем болте.

Протиснулся в узкую щель, царапая бронёй о металл. Пролез. Решётку попробовал поставить обратно, насколько это было возможно — чтобы не бросалось в глаза. Ничего не вышло, и я просто забил.

Дальше туннель пошёл вверх. Ступени, вырубленные прямо в бетоне, неровные, скользкие. Я поднимался медленно, держась одной рукой за стену, второй сжимая оружие.

Двадцать ступеней. Тридцать. Сорок.

Упёрся в ту самую кирпичную кладку, о которой рассказывали диггеры. Стена выглядела монолитной, но Филимонов говорил, что это обманка — за кирпичами пустота.

Я нащупал рукой края кладки. Швы были старые, раствор крошился. Достал нож, начал ковырять. Кирпич поддался почти сразу — его держало только на честном слове. Ещё один. Ещё.

Через пять минут в стене зияла дыра размером с голову. Я просунул руку, нащупал пространство за кладкой. Пусто. Есть!

Работал быстрее. Выковыривал кирпич за кирпичом, складывая рядом, стараясь не шуметь. Раствор сыпался за шиворот, попадал в глаза, но я не обращал внимания.

Ещё десять минут — и дыра стала достаточно большой, чтобы пролезть. Я протиснулся, царапая бронёй о края, вываливаясь на другую сторону.

Включил фонарик.

Передо мной была лестница. Бетонные ступени, облупившаяся краска на стенах. Пахло затхлостью и чем-то ещё — машинным маслом, что ли. Значит, я на месте. Бог или боги были на моей стороне.

Я огляделся. Несколько минут возни — и я вывалил остатки кладки внутрь, открывая себе путь к отступлению. Если что-то пойдёт не так, нужна будет запасная дверь.

Поднялся по лестнице. Наверху — металлическая дверь. Без опознавательных знаков, просто серая, крашеная. Я приложил ухо к металлу. Тихо. Ни звука.

Попробовал ручку. Дверь не заперта.

Толкнул. Та открылась с тихим скрипом.

За дверью был длинный коридор. Тусклые лампочки под потолком, двери по обе стороны. Бетонные стены, выкрашенные в унылый серый цвет. Подвальный уровень Ривендейла. Пахло здесь по-другому — не плесенью и гнилью, а чем-то техническим. Солидолом, электрикой, застоявшимся воздухом.

Я огляделся. Какого хрена здесь делать? Искать Полковника? Бомбу? Пленных? И то, и другое, и третье?

Двинулся по коридору, проверяя двери. Оружие держал наготове — автоматический режим, предохранитель снят. Если наткнусь на охрану — стрелять на поражение, без предупреждений.

Первая дверь — кладовка. Пустые стеллажи, коробки, мусор. Ничего интересного.

Вторая — старая серверная, заброшенная. Компьютеры допотопные, покрытые пылью. Кабели змеями по полу. Мёртвое помещение.

Третья — комната охраны, но сейчас пустая. Стол, стулья, пепельница с окурками. На стене — график дежурств. Я быстро пробежал глазами — смена в полночь. Значит, сейчас охранники наверху, на постах.

Четвёртая дверь была заперта. Я приложил ухо к металлу. Слышались голоса. Приглушённые, но различимые.

— … сколько ещё ждать?

— Полковник сказал — к полуночи. Тогда и начнём.

— А если он ошибся?

— Он не ошибается… просто поверь, парень. Полковник никогда не ошибается. Сказал, что гости придут — значит, придут.

Я замер. Придут? О ком речь? О нас? Или о ком-то ещё?

Попытался заглянуть в щель под дверью, но ничего не увидел — слишком узкая. Замочная скважина? Я присел, посмотрел. Тёмно. Свет внутри есть, но под таким углом не разглядеть.

Нужно было открыть дверь, но внутри минимум двое. Вломиться — поднять шум. Весь план полетит к чертям.

Нужен другой способ.Я отошел от двери, двинулся дальше по коридору. В конце — лестница наверх и еще одна дверь. На двери — табличка: «Технический этаж. Посторонним вход воспрещен».