Иван-царевича не надо (СИ)

Глава 24

Уснула я, как мне кажется, ещё в бане. Во всяком случае, не помню, как я попала домой. Помню только, что меня вечером будила Вера, принесшая поднос с ужином. Жевала я с закрытыми глазами, пару раз промахнувшись ложкой. Зато утром я проснулась рано утром, свежа и бодра, аки майская роза, готовая к новым свершениям. А их было в товарном количестве. Оделась сама, не дожидаясь Веру, заплела косу и заколола ее шпильками на затылке. Все, я готова к свершениям!

Пока до завтрака есть время, я пересматривала те журналы, где были закладки с пометкой "картофель". Мне было необходимо знать, как сажать картофель. Нет, совсем дурой я не была и видела, как соседи на своей даче споро сажали картошку при помощи лопаты. На практике в агрохолдинге видала картофелесажалку, правда, устройство ее мне неизвестно. Знала только, что вот в бункер засыпают клубни, потом они падают ровно по линеечке сразу в несколько гребней и потом их борона засыпает землёй. То есть, видела издали.

Чтобы посадить такое количество картофеля под лопату, мне надо выгнать на поля, как минимум, половину населения обеих деревень. Есть вариант сажать под плуг, а засыпать клубни идущей следом поперек борозды бороной. Но клубни все равно придется раскладывать вручную. Теперь вопрос — а есть ли у меня в хозяйстве нормальный металлический плуг? Или только деревянные неуклюжие сохи? Как-то до сих пор мне не удалось озаботиться этим вопросом, но и моих познаний в сельском хозяйстве с гулькин нос.

Попробую выяснить у знающих людей. А пока загляну-ка я в бальную залу, как там мои посадки? К моему удивлению, некоторые сорта томатов уже выскочили. От любопытства я не удержалась и чуточку раскопала землю в ящичках с перцами и баклажанами. Все в порядке, петельки проростков уже появились и у них. Знаю, что так нельзя, но нетерпение подзуживало — посмотри да посмотри!

К моменту завтрака подошёл и Яков Семёнович. Я пригласила его разделить со мной трапезу, он ответил, что уже позавтракал дома, но вот кофе со мной охотно выпьет. Заодно и обсудим сегодняшние планы. Я озвучила свой вопрос насчёт плуга, который очень меня беспокоил. Яков Семёнович усмехнулся на мой вопрос.

— Есть такое у вас, стоит в сарае, заботливо укрытый рядном. Ни разу не пользованный. Этот плуг более года назад приобрела старая барыня. Но почему-то так и не применили его ни разу. Возможно, болезнь Пелагеи Степановны не давала ей сил заниматься чем-то новым, возможно, и подспудное сопротивление крестьян новому. Но надо пользоваться новинкой, качество вспашки улучшается. Тогда сегодня готовим плуг, достаем клубни, осматриваем, отбираем, и назначаем людей на посадку картофеля. Контролировать этот процесс буду сам, чтобы мужички чего вредного из суеверий не намутили.

Резануло слух слово "намутили" — типичное для моей родной эпохи слово. Но пока отставим это в сторону, к другим непоняткам. Но управляющий прав, присмотр нужен, раз тут в штыки принимают все новое. Ох, уж эта патриархальность! Начинаю понимать Петра Первого! После завтрака Яков Семёнович быстро ушел на хоздвор, выполнять намеченное. У меня тоже появилось новое заделье — кроме планируемого осмотра скота и птицы, хочу посмотреть на здешний огород.

Хоть и познаний у меня тут маловато, честно говоря, приближаются они к нулю, но элементарное я все равно знаю. То, что у капусты кочаны поверх земли растут, а морковка наоборот — мне известно. Конечно, такие изыски, как агротехника сахарной свеклы мне неизвестна совсем, так же как и раритетная репа с брюквой. Да и раз уж моя задумка насчёт теплиц накрылась всем известным медным предметом, придется строить длинные короба из досок, набивать их навозом, потом землёй и высаживать туда теплолюбивые растения. Где-то я читала про такое или по ТВ видала, живьём, правда, ни разу. Но, главное, уверенности побольше, побольше! Тогда и коллектив не будет сомневаться в компетентности начальника!

Принарядившись соответственно путешествию — старое теплое платье, платок на голову, чуни на ноги, я двинулась по тропинке на хоздвор. Поморщилась при виде грязищи во дворе. Чисто на подъездной аллее, чисто в саду, а тут… Надо за лето заставить засыпать все ямы и замостить двор камнем, отгородив все хозпостройки.

Первым у меня числился визит на птичник, как там мои новосёлы? Архип дело свое знал хорошо. Аккуратно сделанные отдельные загоны для цыплят-бройлеров, для плимутрока, отдельный небольшой загон и навес с ящиками, набитыми соломой, для наседок. Фиска и Грунька встретили меня с какой-то долей страха и заголосили, чуть не плача, от самых ворот.

— Барышня Катерина Сергеевна! Не виноватые мы! Оно так само! Или куры какие-то чудные, иноземные али ведьмовские!

Ничего не поняла, но уточнила на всякий случай.

— Тихо, бабы! Не голосите обе сразу! В чем неправильность кур?

— Дак матушка, Катерина Сергеевна, вот, поглядите, яйца-то какие! Нешто такие бывают? Канешна, яиц эти куры нанесли за вечер и утро много, больше, чем наши, но шибко они не такие!

И Аграфена протянула мне обычное куриное яйцо, светло-коричневой окраски. И что в нем ведьмовского? Или их смутил окрас скорлупы? Видно, местные хохлатки несут яйца только с белой скорлупой. Кое-как успокоила тружениц куриного фронта, объяснив, что это просто такая порода птиц, даже разбила одно яйцо, показывая, что внутри то же самое, что и в яйце с белой скорлупой. Вроде успокоились. Зато пожаловались, что цыплята маленькие, а прожорливые, как большие куры.

И тоже объяснила породой, зато, мол, растут быстрее и крупнее, чем наши пеструшки. С наседками было интереснее. Отводя глаза в сторону, птичницы, горестно вздыхая, признались, что четыре яйца таки разбились при посадке на них наседок. Или сама наседка растоптала. Нашедший меня на хоздворе Хаська отчётливо хмыкнул.

— Разбились, как же! Домой они их унесли, под своих наседок подложили!

Скорее всего, Хася прав, но я махнула рукой, много выгоды они от этого не получат. В любом случае, получатся в последующем поколении метисы, а они не всегда лучше родительских особей.

Свиньи, конечно, за эти дни не успели превратиться в достойных представителей своего рода, были по-прежнему тощеваты, и страшноваты. Но хотя бы стали намного спокойнее, не бегали истерически по загону в поисках пищи. После сытного завтрака большая часть мирно отдыхала в выкопанных ранее ими же ямах, правильно усваивая полученные калории. Часть лениво копала вышеуказанные земляные сооружения. Ко мне подошёл уже известный Кистяй, долго благодарил за то, что обратила внимание на свинок. Мы побеседовали, оба выразили надежду, что к холодам, когда традиционно проходит забой скота, свинки придут в норму.

Шагая по направлению к коровнику, я раздумывала. Надо как-то поощрять добросовестных работников. Они и так крепостные, мне одной пока такую ситуацию не переломить и вольную всем своим крестьянам тоже никто мне дать не позволит. Надо как-то улучшать их жизнь. Почему бы не сделать их жизнь хотя бы сытнее? Если поощрять работников выдачей элитных поросят, цыплят, хороших несушек, то их хозяйства намного улучшатся. Особо мое хозяйство это не нагрузит, не так уж и много таких работников, да и не всем сразу, по очереди.

В коровнике было чисто и пусто, только в дальнем отсеке лежала пара коров. Скотник пояснил, что все стадо на пастбище, телята в загоне, а там лежат коровы, недавно отелившиеся, и сейчас их часто доят. Молоком пока отпаивают телят. Я с умным видом покивала головой.

Оказывается, время уже подходило к обеду, значит, на огороды попаду во второй половине дня. По пути к дому решила заглянуть и в дальний флигель, к Алечке. Она со старшими детьми копалась в небольшом огородике при флигеле. Маленькая девочка по-прежнему играла с куклой на лавочке, коляска с младенцем стояла неподалеку. Я подошла к небольшой ограде, поздоровались. Алечка, отставив в сторону небольшие, как будто игрушечные грабельки, подошла ко мне, устало улыбнулась.

— Добрый день, Катерина Сергеевна! Вот, пытаемся с мальчиками землю вскопать. Но это целиковая земля, никогда не паханная. Тяжело, но мы стараемся.

Я удивилась:

— А почему ваш муж не отправит сюда плуг и не вспашут? Потом проще будет сделать гряды!

— Что вы, Катерина Сергеевна! Разве можно? Ведь это ваше имущество, ваши лошади и люди! Яша, конечно, многое умеет и может, но землю пахать не умеет. И так благодарствую, что позволили нашу Пеструху в ваше стадо пустить и в коровнике угол дали. Пока у нас нет своего хлева. Да и мальчики мне смогут больше помочь, не отвлекаясь на выпас Пеструхи. А с коровкой нашей семье куда как легче стало! И молоко для детей, и каши, и творог со сметаной. Ой, совсем забыла! Мальчики ходили на рыбалку, на речку, немного рыбёшек поймали, уху варили. Вот и ракушек для вас набрали! Вы уж простите, разных они понабрали, не знали, какие именно вам нужны. Выберете сами. Давидик, детка, принеси то лукошко с ракушками, что вы собрали! Поторопись, милый!

Детка Давидик, выше мамы на пару голов, тут же метнулся внутрь дома. И вскоре вышел с небольшим, аккуратным лукошком с крышкой. Перехватив мой взгляд на это изделие, Алечка пояснила:

— Это мои мальчики, в том имении, где мы раньше жили, научились плести из лозняка у местного умельца. Вот теперь Давид и Алекс и снабжают меня такими вот корзинками.

Я с удовольствием взяла лукошко, сказала:

— Алечка, вы оставьте эту копку! Я сейчас загляну к складам и велю сюда отправить пахаря. Заодно и плуг опробуем. А то купили чуть не два года назад, и стоит в сарае! А пашут деревянной сохой! Лишь бы ничего нового! Вот люди темные!

Алечка и мальчики не без облегчённого вздоха отставили в сторону копательные инструменты, мать семейства направилась к дому, кормить своих многочисленных отпрысков. А я пошла к сараям, надо распорядиться. Там кипела работа. Ворота нескольких амбаров были распахнуты, и в одном были видны женщины, перебиравшие клубни, из другого дюжая пара мужиков тянула полосы металла в сторону кухни, откуда слышался стук молотов. Возле ещё одного суетились сразу несколько мужиков и Яков Семёнович среди них. Стояла лошадь, вынесенный из сарая плуг сверкал металлическими боками. Мужики пытались, приспособить сей шедевр инженерной мысли к постромкам лошади. Ну, думаю, что вскоре они с этим справятся. Я подошла к ним и велела управляющему произвести опытную вспашку его собственного огорода. Яков Семёнович молча кивнул, слегка порозовев скулами. А я, наконец, пошла домой обедать.

Пока обедала, поразмыслила и решила, что нечего резину тянуть, сейчас же напишу записку Заварзину о том, что завтра после обеда я приеду к ним в поместье для первого урока. Что-то мне подсказывает, что такие умения могут мне вскорости и понадобиться. Да и хотелось мне увидеть вновь Андрея Петровича, честно говоря. Это по легенде мне около восемнадцати лет, а на самом деле мне побольше будет. Так что мой интерес к привлекательному мужчине вполне понятен. Но эпоха не позволяет мне вести себя свободно, надо оглядываться на местные правила и условности.

Сказано — сделано! Написала записку, запечатала, отправила Веру с запиской к Семену, ее приятелю с конюшни. Пусть отвезёт послание, да потом скажет, сколько по времени ехать до Федоткино. А меня ждал огород. Точнее, это я туда стремилась попасть.

За невысокой оградой раздавались женские голоса и солидный бас плотника Архипа, я велела ему прийти сюда. Собственно, гряды были уже готовы, можно было и сажать. Только пришлось постоять над душой у огородниц, чтобы они все сделали верно. Вначале Архип с помощниками устроил из досок ограждение для гряд, чтобы не отсыпалась земля и расплывалась во все стороны при поливе. Затем Архип выдал им два колышка и кусок веревки и учил огородниц, как ровно отбить посадочные рядки. Бабы искренне недоумевали, зачем это надо? Сажали раньше, как получится, и хорошо же было? Но противиться не смели. Потом удивлялись новому способу посадки, раскладывая по ряду ленты с наклеенными семенами моркови. Когда закончились ленточные семена, в ход пошли дражированные. Бабы ахали.

— Конешно, чё ж так не садить! Чисто баловство, а не работа! И чё тока не придумают там, в столицах-то!

Посеяли и местные семена, земли хватало на все. Тут бабы сразу почувствовали разницу между моими семенами и здешними. Охали — нельзя ли и эти семена такими сделать? Тут я им вряд ли помогу, сама не знаю, как это получается. Хотя… то ли в крахмале обваливают, то ли в ручном клейстере, но не уверена. Оставался ещё приличный кусок земли, вот там я и велела Архипу сооружать будущие парники. Бабы недоумевали — а куда же репу сажать? Нет уж, нужна репа — пусть на поле за оградой сажают!

Притащилась домой, плюхнулась в кресло, вытянув ноги. Думала, все на сегодня, можно отдыхать. Но не тут-то было! Опять отличился Хася.