Фаворитка

Глава 39. Судьба решает

Замок принца производил неизгладимое впечатление — грозное великолепие сочеталось с холодной красотой. Мощные крепостные стены, устремляющиеся в небо башни и узкие, похожие на бойницы окна казались неприступными. Даже солнце, проникая сквозь арочные проёмы, словно боялось нарушить вековую тишину.

Внутри замок поражал не меньше, чем снаружи. Под ногами расстилались идеально отполированные мраморные полы, отражающие свет свечей, что горели и днём. Колонны, украшенные древним орнаментом, уходили вверх, поддерживая высокие потолки. Картины известных мастеров и дорогие гобелены скрывали каменные стены.

Анну проводили в отведённые ей покои. Спальня была простой и уютной, с широкими окнами, выходящими во внутренний парк, где ещё ярко цвели осенние цветы. Золотистые лучи солнца ласково касались до всего, до чего могли дотянуться, согревая последним теплом.

— Не стану утомлять вас ожидание, леди Мара, — негромко произнёс принц Мальдор, стоя в дверях. — С некоторыми делами не стоит тянуть. Сегодня же вечером вы познакомитесь со своим будущим мужем.

Анна вздрогнула, словно от порыва холодного ветра:

— Могу я хотя бы узнать, кто он? — спросила она, стараясь сохранять достоинство.

— Его имя Том Гарднер, — ответил принц, внимательно следя за её реакцией. — Молодой, родовитый и надёжный человек. Правда, поначалу может показаться немного замкнутым и хмурым. Но, полагаю, в нынешних обстоятельствах это не самое страшное?

Анна промолчала, сжимая пальцы рук.

— Маркиз никогда не был женат и не имеет детей. Так что ребёнок, которого вы носите, может стать его законным наследником.

— И мистер Гарднер согласился на это? — удивилась Анна, поднимая взгляд.

— Скажем так, он мне кое-чем обязан, — уклончиво ответил принц. — Пришло время рассчитаться по долгам.

— То есть, вы предложили ему сделку, отказаться от которой несчастный не мог?

— Несчастным его назвать сложно, — усмехнулся принц. — Вы молоды, красивы и плодовиты. Вполне способны составить счастье любому мужчине.

— Только большинство предпочитает девственниц, а не с приплодом, — возразила Анна, заливаясь краской. — Что ж? Буду изображать счастливую супругу, раз другого выхода нет.

— Прошу прощения, но мне необходимо заняться неотложными делами. Увидимся вечером.

Оставшись одна, Анна погрузилась в раздумья. Она чувствовала себя одновременно и пленницей, и участницей сложной шахматной партии. Хотя какой там участницей? Пешкой.

— Вот оно какое — моё будущее, — прошептала она, глядя в окно на увядаю осенние цветы в саду. Их опадающие лепестки казались символом скоротечности надежд и мечтаний. — Уже завтра я проснусь другой женщиной — леди Гарднер.

Пышной церемонии не планировалось. Лишь небольшая группа свидетелей собралась в просторной замковой зале: сама Анна, будущий муж, принц Мальдор и двое молчаливых наблюдателей, чьё присутствие было необходимым для признания брака законным.

Анна стояла неподвижно. Нервы её были натянуты до предела, Священник терпеливо ждал, сохраняя невозмутимую строгость на лице. Принц Мальдор наблюдал за всем с усмешкой.

Наконец, скрипнули тяжелые двери и вошёл предполагаемый жених — высокий мужчина с тёмными волосами и суровым взглядом. Двигался он с уверенным спокойствием, но в глазах читалась усталость, смирение и внутренняя отрешённость. Взгляд его равнодушно скользнул по Анне, словно она была предметом интерьера, а не живым человеком.

— Подойдите, сын мой, — велел священник

Мужчина послушно выполнил распоряжение, мельком взглянув на принца Мальдора. Получив одобрительный кивок, он занял своё место, обратившись лицом к священнослужителю.

— Мы собрались здесь сегодня, чтобы скрепить союз двух душ, объединённых любовью и верностью…

Голос священника звучал монотонно и торжественно, подчёркивая торжественность момента, однако Анна не слушала, поглощенная собственными мыслями.

Что ждёт меня дальше? Правильно ли я поступила, согласившись на этот брак? Или всё это лишь очередная ловушка, приготовленная хитрым принцем?

Она украдкой посмотрела на своего суженного. Мужчина выглядел настолько отчуждённым и холодным, что сердце сжималось от тревоги… Ах, Фэйтон, Фэйтон… Вот как оно всё обернулось? И не исправить ничего.

— Обещаете ли вы, Мара Уотерс, любить и уважать Тома Гарднера всю свою жизнь, поддерживать его в радости и горе, хранить ему верность до последних дней?

Медленно подняв голову, Анна встретила его холодный, безучастный взгляд.

— Обещаю, — тихо ответила она, стараясь придать голосу твердость и уверенность, которой не испытывала.

Затем пришла очередь Тома произнесли подобную клятву. Его голос звучал низко и ровно, лишённый всяких эмоций:

— Обещаю.

Завершив обряд, священник благословил новоиспечённых супругов.

Принц Мальдор одарил Анну почти отеческой улыбкой:

— Теперь ваша судьба окончательно определена, моя дорогая. Пусть брак принесёт радость вам и процветание роду Гарднеров. Традиционно после свадебной церемонии полагается праздновать. Свадебный ужин ждёт вас за теми дверями. Надеюсь, вы на меня не обидитесь, если я оставлю вас наедине? Дела призывают меня вернуться в столицу, так что замок остаётся в полном вашем распоряжении.

Том отступил на несколько шагов, словно инстинктивно пытаясь увеличить расстояние между собой и внезапно появившейся супругой. Пара прошла в соседнюю комнату. Новоиспечённый муж пренебрёг традицией предложить руку своей спутнице. Вместо этого он прошёл вперёд, оставив Анну стоять в растерянности и лёгкой неловкости.

Просторный банкетный зал тонул в густом полумраке, лишь только стол ярко освещали свечи. Там, в круге янтарного блеска, стояли приборы из чистого серебра и прозрачного хрусталя, готовые принять хозяев.

Сев напротив мужа, Анна получила возможность хорошо его разглядеть. Высокий мужчины с широкими плечами и выправкой военного, просто олицетворение силы и надёжности. Тёмные короткие волосы зачёсаны назад, открывая упрямый подбородок и острый нос. Глубоко посаженные серые глаза смотрели твёрдо и прямо, не выражая эмоций.

Тому Гарднеру было не больше тридцати пяти, но пора первой молодости с её страстями и необдуманными поступками ясно миновала, уступи место зрелости и осознанности. Сейчас он прибывал в рассвете своих духовных и физических сил.

Чтобы хоть как-то разрушить гнетущую атмосферу, Анна сделала попытку завязать разговор:

— Мне сказала, что вскоре мы отправимся в ваше поместье, милорд? — начала она, надеясь услышать хоть какие-нибудь подробности о будущем доме.

— Да, — лаконично ответил он, даже не удосужившись взглянуть на неё, продолжая изучать содержимое тарелки перед собой.

— Где оно расположено? — не сдавалась Анна, отчаянно цепляясь за любую возможность продолжить диалог.

— Далеко, — последовал сухой ответ.

— Сколько дней займёт дорога, если ехать верхом? — настаивала молодая женщина, пытаясь преодолеть стену отчуждения.

— Мы поплывём на корабле, — сообщил Том, наконец удостоив её коротким взглядом, после чего вновь уткнулся в тарелку.

Разговор явно не складывался. Тогда Анна решила перейти к вопросам, которые действительно волновали её:

— Что вам рассказали обо мне, сударь? И как вынудили согласиться на брак?

Несколько секунд мужчина изучал её лицо внимательным, проницательным взглядом, словно взвешивая про себя каждое слово заранее.

— О ваших достоинства говорили поверхностно, — с тенью сарказма проговорил он. — Основное внимание уделялось выгоде предстоящего союза. Я согласился, руководствуясь соображениями целесообразности.

— Выгода и целесообразность — прекрасная основа для супружеского счастья, — согласилась Анна с лёгким оттенком язвительного сарказма. — Но интересно, какая выгода в браке с простолюдинкой, беременной чужим ребёнком? Вам ведь сообщили о моём положении?

— Сообщили, — сухо подтвердил Том, не меняя тона.

— Похоже, выбора вам не оставили?

— Почему же? Выбор был, — слегка откинувшись на стул, он вперил в неё тяжёлый взгляд. — Меня должны были казнить, но Его Величество предложил альтернативу.

Анна потрясённо взглянула на мужа:

— Выходит, случившийся брак буквально стал для вас вопросом жизни и смерти? Сочувствую. Нас обоих втянули в игру, в которую никто из нас не хотел играть. За какое же преступление вас приговорили? — осторожно поинтересовалась она, надеясь, что он невиновен.

— У вас есть право сомневаться в моей морали так же, как у меня — в вашей добродетели, — криво усмехнулся Том.

Выражение его лица оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня. Свечи мерцали над столом, отбрасывая зловещие тени на белоснежную скатерть.

Анна вздохнула, собираясь с духом:

— Может, попытаемся поладить? Если уж наша связь предопределена судьбой, почему бы не попытаться сделать нашу совместную жизнь чуть менее… болезненной?

Лицо мужчины слегка расслабилось, но голос остался ровным и сдержанным, словно он привык держать эмоции под контролем:

— Давайте начнём с малого. Кто вы, леди Мара? Откуда родом? Чем занимались до того, как оказались, хм-м… в столь деликатной ситуации?

Его реакция немного ободрила Анну. Несмотря не холодность и некоторое пренебрежение, он проявлял элементарную вежливость. Вряд ли, конечно, после её откровений он проникнется к ней великой симпатией, но начало разговору положено.

Решив говорить прямо и честно, Анна начала свой рассказ:

— Я родилась и выросла в Тряпичном Тупике Роял-Гейтса. Зарабатывала на жизнь представлениями на улицах. Таких, как я, зовут уличными плясуньями. Правда, я оказалась красивее и удачливее остальных…хотя, с какой стороны посмотреть, — добавила она с лёгкой грустью. — Однажды мне удалось привлечь внимание влиятельного человека. Сначала я оказалась во дворце, потом — в положении, ну а теперь вот… замужем за вами, сударь. Признаюсь, не самая вдохновляющая история. Ну, уж какая есть.

Намерено опустив детали и имена, Анна понимала, что Том сделает вывод, будто принц Мальдо избавляется от любовницы, поручив Гарднеру о своём бастарде.

Несколько следующих секунд новый муж пристально вглядывался в её лицо, словно пытаясь про себя решить задачу. Во взгляде даже проскользнуло нечто, похожее на уважение.

— Ваша жизнь и правда непроста, сударыня, — признал он. — Актёры и артисты недалеко ушли от проституток в представлении большинства. Мало кто способен признаться в подобном прошлом. Но вы хотя бы честны. Это вызывает уважением.

— А что насчёт вас, сударь? Расскажите, за что вас должны были казнить? Почему вмешался принц Мальдор?

Том медленно потянулся к бокалу с вином:

— Меня обвинили в государственной измене. Якобы, мы замышляли убить Воскаторскую шлюху и её выродков. За такое преступление наказание нынче одно — смертная казнь.

— А вы?.. Вы совершали то, в чём вас обвинили?

— Я совершенно точно не сторонник бастардов на троне, — твёрдо ответил Том, заметно напрягаясь. — У короля есть законная дочь и младший брат, чь права не вызывают сомнений. Я поддерживаю партию королевы Дарианы Лионсэйтской и искренне желаю гибели всем Воскаторам.

Услышав его слова, Анна похолодела. Хвала Небесам, у неё хватило ума вовремя прикусить язык и удержаться от того, чтобы назвать настоящего отца своего ребёнка.

Анна повернулась к новоиспечённому мужу и одарила его улыбкой, за которой, как за броней, пыталась скрыть все свои страхи.

Какой же счастливой и беззаботной она была раньше? Свободная Белая Птичка, порхающая над крышами города. Могла лететь куда пожелает, петь и смеяться каждый день. Почему она не ценила этого дара? Обменяла свободу на любовь к мальчику, который оказался для неё проклятием?.. Чтобы выжить, придётся отринуть и чистоту, и лёгкость.

Кто она теперь? Ответа у неё не было. Но кем бы она не стала — она должна жить. Ведь теперь она в ответе не только за себя. Маленькая Белая Птичка в срок должна породить Дракона. И ради этого выдержать все трудности и испытания.

Быть может, отцу она и оказалась не нужна, но совершенно точно будет нужна сыну.