Фаворитка

Глава 17. Изгнание и награда

Ярко-жёлтые глаза хищника горели холодным огнём. Нервно постукивающий по мраморному полу хвост выдавал нарастающее раздражение зверя.

Мара невольно почувствовала, как её сердце застряло в горле — она стояла к ягуару ближе всех.

«Чего я боюсь? — убеждала она саму себя. — Ведь если бы животное представляло собой реальную угрозу, разве позволил бы принц Мальдор привести его сюда? Говорят, ягуаров дрессировать не сложнее, чем собак… А уж тот, кто способен управлять драконом, наверняка сумеет справиться с такой вот большой кошечкой…».

Но разум упорствовал: никакая дрессировка не способна полностью укротить природу дикого животного. Шум толпы, незнакомые запахи, мельтешение людей — любой из этих факторов мог спровоцировать агрессию зверя.

Так и случилось.

Резкий утробный рык прокатился по залу, подобно грому, заставляя сердца людей сжиматься от страха. Хвост ягуара взвился вверх, предупреждая о намерениях зверя атаковать.

Напряжение заполнило воздух, словно густой туман. Люди замерли, боясь лишний раз вздохнуть.

Принц Мальдор постарался успокоить своего любимца ласковыми словами, но напрасно. Животное поднялось на задние лапы, демонстрируя устрашающую мощь. Натянувшаяся цепь поводка трещала под давлением и лицо принца исказилось тревогой — удерживать разъярённого зверя становилось невыносимо тяжело.

Цепь треснулась, и ягуар сорвался с поводка. Толпы придворных бросилась врассыпную, прячась за колонны и мебель. Принцесса Лея истошно, пронзительно вскрикнула, когда увидела, что огромный кот несётся прямо на неё. Этот крик стал сигналом всеобщий панике.

Мельком взглянув на дочь, Мелинда Воскатор бесстрашно преградила путь чудовищу собственным телом. Одним мощным прыжком ягуар преодолел препятствие в виде стола и оказался лицо к лицу с тремя испуганными женщинами.

Время будто замедлилось. Тяжёлая тень огромно кошки нависла над ними. Оскаленные клыки готовы были впиться в нежную кожу. Острейшие когти казались неминуемой смертью. Никто не успевал прийти на помощь.

На грани отчаяния Мара ощутила прилив сил и храбрости. Инстинкт самосохранения действовал вперёд разума. Схватив массивный подсвечник и, закрыв собой принцессу, она что есть обрушила его на спину зверя. Свечи рассыпались в разные стороны, свечной воск обжёг шерсть, пламя вспыхнуло на скатерти, усиливая всеобщую неразбериху.

Испуганный огнём и болью ягуар взревел и отпрыгнул в сторону. Оскалившись, он теперь сосредоточил всё своё внимание на Маре, позволяя принцессе и её матери незаметно отступить назад, подальше от опасного места.

Зелёный огонь горел в его глазах, шерсть поднялась дыбом, пасть ощерилась страшным клыками. Секунда — и огромная туша хищника сорвалась с места, стремясь настичь намеченную жертву и сокрушить её мощью своих острых когтей.

Но в этот критический момент, подобно вспышке молнии, среди всеобщего хаоса возникла чёрно-серебристая фигура — юный принц Сейрон. Высокий и стройный, он бесстрашно бросился навстречу опасности.

Ягуар тут же переключил внимание на нового противника, нацеливаясь в прыжке ему в горло, однако юный принц ловко уклонился, уходя от атаки. Лезвие его кинжала полоснуло по бокам ягуара, оставляя кровавую борозду. Боль и ярость удвоили злость зверя. Он снова ринулся в атаку.

— Вправо! — послышался властный оклик Фэйтона.

Сейрон мгновенно понял замысел и сделал стремительный скачок вбок, привлекая внимание ягуара к себе. Воспользовавшись этим, Фэйтон сделал изящный манёвр, проскользнув под брюхом хищника, избежав смертоносных когтей каким-то чудом. Он нанёс сокрушительный удар снизу-вверх, вспоров ягуару брюхо.

Раздался душераздирающий вой. Зверь, содрогаясь в агонии, рухнул на холодный мрамор. Багровая кровь растекалась по белоснежной поверхности пола причудливым узором.

Наступила звенящая тишина, нарушаемая учащённым дыханием. Все замерли в шоке, переваривая случившееся. Принцесса Лея прижалась к груди матери, дрожа мелкой дрожью. Мелинда крепко прижимала дочь к себе, чувствуя, как у самой подрагивают руки.

Мара же не могла отвести взгляд от Фэйтона. Сердце её билось неровно от пережитого ужаса, трепета восхищения и благодарности.

Фэйтон приблизился к девушке, протягивая ей ладонь. Взгляды молодых людей соприкоснулись тоже, и в них читались горячее чувство.

— Ты в порядке? — мягко прошептал Фэйтон, бережно сжимая ладонь девушки.

Мара едва заметно кивнула.

— Зверь тебя не задел?

— Нет…

— Осталось лишь радоваться столь счастливому исходу жуткой истории, — произнесла королева Дориана и её голос был словно отравленный нектар.

— Отец! Не находите ли вы подозрительным, что ваш младший брат привёл сюда ягуара, едва не убившего нашу мать? — в голосе принца Сейрона звучал ледяной металл. — Похоже на заранее спланированное преступление. Это измена!

— Какие нелепости ты говоришь, брат мой? — вплеснула руками принцесса Миэри. — Безрассудство дядя давно стало притчей во языцех. Конечно, его поступки зачастую граничат с безумством, но утверждать, будто он умышленно натравил своего питомца на свою родню? Абсурд! Все же видели, как дядя пытался усмирить взбешённого зверя?

— Если бы мы с братом не успели вмешаться вовремя, ягуар непременно набросился бы на мою сестру и мать, — парировал Сейрон, стиснув челюсти. — Заметьте, дядя направил свою тварь именно в их сторону, тогда, как ваша особа осталось в полной безопасности. Весьма удобная случайности, не так ли, Миэри?

— Полнейший бред. Сейрон! — возмущённо воскликнула дочь короля. — Ягуар набросился на служанку, а не на леди Воскатор!

— Потому, что служанка закрыла свою госпожу собой, привлекая внимание кошки к себе.

— Случившееся всего лишь досадная ошибка — роковая случайность, — стояла на своём Миэри.

— Случайно, говоришь? — зловеще усмехнулся Сейрон.

— Мы все слышали, как дядя…

— Что-то шептал на непонятном нам языке? Слышали. Я лично склонен считать, что он отдавал ягуару команду атаковать, — продолжал юный принц гнуть свою линию.

Подозрения, высказанные и невысказанные обиды витали в воздухе. Каждый взгляд излучал скрытую вражду. Каждый жест говорил громче слов.

— Довольно! — повелел король Тарвис. — Вернёмся к этому позже.

— Вы намерены оставить выходку дяди безнаказанной, отец? — негодовал Сейрон, гневно сверкая глазами.

— Уже сказано — поговорим об этом позднее.

Дориана Лионсэйт презрительно сморщила губы и, одарив Мелинду Воскатор убийственным взглядом, величаво покинула помещение. Следом за ней тянулся шлейф тяжёлых духов, разочарования и скрытого недовольства.

Фэйтон по-прежнему заботливо поддерживал Мару.

Король подошёл к сыну, одобрительно похлопав его по плечу:

— Молодец. Спас мать и сестру. Благодарю от всех души.

— Вам не за что меня благодарить, государь, — спокойно ответил Фэйтон. — Эти две жизни мне дороги не меньше вашего.

Тем временем слуги осторожно унесли коченеющий труп ягуара, торжественно вынося его из тронного зала.

Окинув Мару внимательным взглядом, король спросил у сына:

— Кто эта девушка?

— Мара Уотерс, сир, — почтительно пояснил Фэйтон. — Дочь Жюстена, вашего драконоблюстителя. Матушка приняла её на службу к сестре по его личной просьбе.

— Служит давно? — поинтересовался король, поворачиваясь к самой Маре.

Та смущённо опустила ресницы.

— Недолго, ваше величество, — робко ответила она.

— Дочь драконоблюстителя? — задумчиво поднял бровь король, со вздохом глянув на старшего сын. — Обыкновенная простолюдинка?.. — Мара почувствовала, как королевская длань тяжело опускается ей на плечо. — Но добрая, красивая, смелая и скромная. Настоящий дар небес. Вы сегодня не побоялись собственным телом прикрыть свою госпожу. За такую верную службу полагается награда.

— Сир, — вступил Фэйтон с лёгкой улыбкой, — считаю справедливым наградить нашу спасительницу собственными покоями.

— Личными покоями? — нахмурился король.

— Да. Пока она занимает положение простой прислужницы, но, как вы сами сказали, верная служба заслуживает награды…

— Личными покоями? Во дворце? — с усмешкой повторил король, смерив сына многозначительным взглядом, в котором промелькнуло понимание. — Ладно. Будем считать, девушка, что с этого дня вы под моим личным покровительством. Будут вам небольшие покои. Это все, сын?

— Я думаю, мы вполне может назначить девушку к сестре фрейлиной.

— Фрейлиной? Простую девушку? — с усмешкой проговорил король.

— Разве жизнь моей матери и сестры стоит не дорого?.. Разве не будет лучше, если их станут окружать проверенные люди, которым мы можем доверять?

— Ладно, — устало махнул рукой король, коротко взглянув на Мару. — Делай, как знаешь, сын. Распорядись лично, как считаешь нужным. — Брат, подожди! — окликнул он направившегося к выходу Мальдора.

— Государь, — с лёгким поклоном обернулся брат короля. — Примите мои извинения за случившийся инцидент. Готов понести заслуженное наказание, если на то будет ваша воля.

— Моя воля будет, не сомневайся, — холодно взглянул на него Тарвис. — Твоя глупость чуть не стоила жизни моей жене и дочери.

— При всём уважении — леди Воскатор не жена вам. И мне — не королева.

— Молчать! — горячий темперамент Драгонрайдеров взял вверх и на миг король утратил контроль, схватив младшего брата за грудки и ощутимо встряхнув. — Как ты смеешь!.. — прошипел он. — Мы говорим о матери троих моих детей! Женщине, которой я отдал своё сердце. Проявляя неуважение к ней — проявляешь его и ко мне. Тебе мало, что твоя ручная кошка чуть не разорвала половину моей семьи на куски?! Ты отягощаешь собственную виной ещё и хулой?!

— У вас одна законная супруга, брат мой. Наша королева.

Воротник, зажатый в пальцах короля, душил шею Мальдора, но не мог задушить слова, срывающиеся с его губ.

— Молчи! Молчи, или я позабуду, что нас родила одна мать!

— Из-за шлюхи, пусть и высокородной?..

В ярости Тарвис оттолкнул от себя брата и тот попятился, стараясь удержать равновесие.

— Признайся! Ты специально натравил своего зверя на мою женщину?!

— Нет! Нет, дьявол меня забери!

— Да лучше бы это был заговор, брат, чем твоя непроходимая глупость! — рычал король. — Глупец! Ты просто глупец! Ты никогда не осознавал, насколько серьёзны последствия твоих безумных выходок! Раз за разом оставляешь за собой кровь и грязь, а я вынужден прибирать за тобой! Но на этот раз ты перешёл черту, Мальдор. Хочешь вырвать сердце у меня из груди? Ну, тогда и не жди от меня милосердия. Я не могу позволить тебе оставаться при дворе — ты слишком безответственен. Ты больше не являешься членом моей семьи. Лишаю тебя всех титулов и привилегий. Убирайся прочь с глаз моих. Убирайся прочь из столицы — в свои земли. И чтобы духу твоего тут не было.

Принц Мальдор был бледен. Глаза его сверкали почти таким же яростным огнём, как у его ягуара.

— Брат…

— У тебя есть время собраться и покинуть дворец до заката. Если ты этого не сделаешь, завтра тебя арестуют и бросят в темницу.

— По какому обвинению?

— Покушение на жизнь наследников короля. Достаточно веское обвинение? — ядовито процедил король. — Уходи. И да поможет тебе бог, если я когда-нибудь вновь увижу твоё лицо.

Мальдор с восковым от ярости лицом, отвесил низкий поклон:

— Как пожелает король!

Он покинул зал, оставив за собой лишь эхо шагов.