Этномир. Тур для чайников и проклятых мечей

Глава 11. Тень

— Олеся! Олеся Павловна! — приглушенный голос Елисея пробивался сквозь дверь. Робкий царевич деликатно стучал и звал меня по имени, испрашивая дозволения нарушить покой моей спальни. Даже не видя его, я чувствовала, как юношеский стыд окрашивает его щёки в густой багрянец от самой мысли о вторжении в девичьи покои.

— Минутку! — отозвалась я, судорожно пытаясь собрать воедино обрывки вчерашних событий: удушающая хватка Коллектора, головокружительное падение, адский холод, зловещий Ксард, убаюкивающая бездна тьмы и… что-то ещё, ускользающее, но жизненно важное, что нельзя было упустить.

Так и проспав на софе в окружении мягких подушек, я кое-как выползла из уютного плена и, спеша к двери, тщетно попыталась усмирить непокорные пряди и придать лицу подобие свежести. Но, видимо, безуспешно, поскольку стоявший на пороге Елисей, зардевшийся, словно майский рассвет, с нескрываемым недоумением разглядывал меня. Я, должно быть, являла собой жалкое зрелище — словно после изнурительного бегства и внезапного пробуждения от кошмарного наваждения.

Он же, напротив, был совершенно безупречен. Новый камзол, расшитый сапфирами и жемчугом, идеально гармонировал с небесной лазурью его глаз и золотым сиянием кудрей. Он выглядел как ожившая статуя, изваянная для роскошного дворца, — совершенно чужеродная и неуместная в атмосфере мрачного, каменного замка. Невероятная, почти неземная милота в обители тьмы.

— Что это на тебе? И откуда это? — я указала на его помпезный наряд, признавая, что от его ослепительной восхитительности невольно щиплет глаза.

Елисей, смущённый моим видом и собственным великолепием, робко отступил на шаг.

— Ксард… он проявил заботу о нас. Он сказал, что повелитель Демид превыше всего ценит чистоту и порядок. Мои прежние одежды были… непригодны. Твои… тоже.

Он кивнул в сторону кровати, где покоилось то самое, непостижимо роскошное платье, щедро изукрашенное драгоценными камнями.

Я нахмурилась. «Повелитель ценит чистоту и порядок» — это звучало как кощунственная нелепость, учитывая, что Демид-отшельник прозябал в лесах в жалких обносках и при первой же возможности сбежал от Прогресса, который являлся квинтэссенцией порядка. И когда только наш хмурый спутник успел эволюционировать до эстета?

— И ещё Ксард сказал, что мы должны выглядеть… достойно встречи с повелителем. Демид скоро нас примет.

— Где этот Ксард?

Царевич лишь пожал плечами, задумываясь, а я, не дожидаясь ответа, выглянула в коридор — он был пуст. Схватив Елисея за расшитый лацкан камзола, я бесцеремонно втащила его в спальню.

— Предлагаю сперва обсудить вот что, — не отпуская его, понизила голос до шёпота: — Назрели вопросы. Во-первых, Волк привёз меня в Этномир и, судя по его реакции, отнекиваться он не стал. Во-вторых, этот Демид — блуждающий по лесам интроверт — оказался бессмертным повелителем с чудовищным прислужником. И в-третьих, как оказалось, наш Демид где-то потерял свою теневую мощь, при помощи которой он, по россказням меча, сможет погрузить все царства в Хаос. Тебе хоть что-нибудь об этом известно?

Елисей — мой единственный источник информации — лишь растерянно мотнул головой, заливаясь густым румянцем от моей внезапной атаки вопросами и обескураживающей близости.

В конечном счёте, корни всех моих бед тянулись к Волку. У него должны были быть причины привезти меня в этот мир. Может, он находился под контролем ведьмы или кто-то иной его шантажировал — типа «приведи её, или я превращу твой лес в парковку».

Затем встреча с Демидом. Вряд ли он прикидывался отшельником. Скорее всего, его память действительно вычистили. Но здесь, в замке, что-то произошло, и он, похоже, отрыл в себе забытые воспоминания, или хотя бы их осколки.

Самый зубодробительный вопрос — теневая сила Демида и чем это грозит всем нам. Если Ксард не врал, то эти прогрессивные ребята жестко кинули Демида. Выудили из него теневую мощь, якобы взамен на чудо-инструмент для управления Хаосом. А по факту вручили ему дырку от бублика.

И что теперь мне со всем эти делать? Сидеть сложа руки и ждать, пока Демид превратится в ходячую бомбу? Вариант, прямо скажем, так себе.

Нужно срочно что-то решать. И решать самой. Елисей, конечно, милый и старательный, но в таких вопросах он скорее обуза, чем помощь. А Демид… Демид вообще непонятно на чьей стороне. Или он просто запутался? В любом случае, полагаться на него сейчас — верх наивности.

— Допустим, ты и правда ничего не знаешь, — проговорила я, стараясь сохранять спокойствие. — Но ведь Ксард должен был объяснить, зачем все эти наряды, вся эта помпезность? Неужели он просто сказал: «Надень модные шмотки и жди приглашения Демида»?

Елисей виновато опустил глаза, не в силах удовлетворить моё любопытство.

— Он лишь сказал, что повелитель очень чувствителен к внешней красоте и что наш внешний вид произведёт на него благоприятное впечатление. Что это необходимо для того, чтобы он даровал нам свою милость.

— Вот так новость… — вздохнула я, принимая неизбежное. Если Демид действительно такой щепетильный модник, то мне ничего не стоило подыграть ему. — Тогда мне нужно привести себя в порядок и предстать в пристойном виде. Не могу же я встречаться с Повелителем в рваной рубашке, раз уж от этого зависит его милость.

С этими словами я решительно направилась в смежную комнату, скинула старую одежду и погрузилась в горячую воду. Она смыла дорожную пыль и усталость, но не тревогу. Новое платье оказалось непозволительно роскошным для меня. Тяжёлый шёлк струился по телу, обтекая фигуру, словно вторая кожа. Сидело оно безупречно.

Вопреки царственному образу, я добавила лишь одну дерзкую деталь — меч. И вышла. Елисей ждал у двери, нервно перебирая складки камзола.

— Как думаешь, — запнулся царевич, пряча от меня свой взгляд, — мы с Демидом всё ещё друзья?

От этой наивной простоты у меня что-то болезненно сжалось внутри. Даже если Демид окажется воплощением вселенской злобы, ниспосланным в наказание миру, этот добряк-царевич всё равно будет видеть в нём старого товарища.

— После всего, что мы с вами пережили за эти несколько дней, после этого калейдоскопа смертельных передряг? — протянула я, задумавшись. — Что ж, вот это нам и предстоит выяснить.

Мы двинулись вперёд. Коридоры замка, прежде казавшиеся заброшенными, теперь сияли чистотой. Настенные факелы вспыхивали мерцающим огнём, указывая нам путь вглубь цитадели. Каждый наш шаг рождал гулкое эхо, множившееся и терявшееся в бесконечных каменных сводах.

И вот, наконец, мы вошли в тронный зал.

Демид восседал на троне, окутанный мерцающим, обсидиановым сиянием. Одетый в безупречно скроенные одежды цвета полуночи, он выглядел не просто здоровым, а всесильным. Ксард стоял справа от него, почтительно склонив голову перед своим повелителем, но в его красных глазах, искоса направленных на нас, теперь пылало не злобное торжество, а напряжённое, хищное ожидание.

Хозяин замка медленно поднял голову. В бездонной черноте его глаз не осталось и следа прежней доброты, ни отблеска усталости — лишь абсолютный, леденящий мрак.

— Вы прибыли, — голос Демида прозвучал ровно, бесстрастно и пугающе отстранённо.

В тронном зале воцарилась тишина. Бесхитростный Елисей, не ожидавших таких разительных перемен в товарище, беспомощно застыл рядом со мной и казался хрупкой фарфоровой статуэткой перед лицом надвигающейся бури. Я же, несмотря на лихорадочно колотящееся сердце, старалась сохранять внешнее спокойствие, цепко анализируя каждую деталь: от неузнаваемо преобразившегося Демида до едва заметных движений Ксарда. Что-то в этой зловещей картине отчаянно фальшивило, как будто здесь разыгрывался тщательно срежиссированный спектакль.

— Теперь, когда вы здесь, мы можем начать, — медленно произнёс Демид. Он едва заметно кивнул, и Ксард, повинуясь невысказанному приказу, шагнул вперёд, бережно неся в руках небольшой ларец из чёрного дерева. — Как вы, вероятно, уже догадались, я — Повелитель этих земель. И как таковой, я испытываю потребность в… сотрудниках.

Он выдержал паузу, позволяя словам осесть в сгущающейся тишине.

Кажется, я догадывалась для чего мы здесь собрались. Начиналась вербовка кандидатов на должность. «Сотрудники» — это же такой милый эвфемизм для «рабов», «пешек» или «расходного материала для тёмных экспериментов»! Классика сказочного менеджмента. Судя по всему, мы уже были в процессе, и рассматривали нас как ресурс.

— Сотрудники? — задала дерзкий вопрос, симулируя живой интерес. — С хорошим соцпакетом, надеюсь. А в чём, собственно, будут заключаться обязанности? И, что важнее, — что будет с теми, кто откажется от такого… лестного предложения?

По молчаливой реакции Демида совершенно ничего не угадывалось.

Ксард тем временем открыл ларец. Очевидно, не с бонусами и медицинской страховкой.

Из недр шкатулки вырвался клубящийся, живой туман, который медленно начал обретать форму. Сначала это казалось бесформенным маревом, чернильным пятном в воздухе, но потом… из мрака начали проступать очертания существ, походящих на страдающих уродцев. Искажённые гримасы, переплетённые, скрюченные конечности, глаза, полные первобытного ужаса и всепоглощающей злобы. Это даже для меня было слишком креативно.

Туманные призраки поползли в нашу сторону, извиваясь, словно змеи, и издавая тихие, утробные стоны.

— А ну, брысь! — остриё меча рассекло воздух, сверкнув в полумраке, и искорёженные тени, издав болезненные, обиженные стоны, неохотно поползли обратно в свой тёмный ларец.

Оглядывались они на меня с таким осуждением, что мне на краткий миг стало неловко от столь поспешных и решительных действий. Но, возможно, они просто питались чувством вины. Чему я решительно отказывалась поддаваться. Это было равноценно тому, как жалеть какой-нибудь микрочип, который хочет тебя убить, потому что у него грустные пиксели!

Демид, равнодушно наблюдая за этой сценой, лишь задумчиво хмыкнул, как будто оценивая качество представления.

— Алё, Демид, очнись! — внезапно возникший гнев придал мне сил, а голосу — уверенности. — Или забыл уже, как мы тебя полудохлого на себе тащили? И ведь не бросили же! А ты нас этой гадостью пугаешь?

— Это мой дар вам, это мои… э-э… помощники, — оторопело произнёс Демид, на миг сбрасывая с себя маску всесильного правителя тьмы. — Они, конечно, не отличаются приятным нравом, но зато исполнительны до крайности. Я всего лишь хотел привязать их к вам. Ради защиты, — и в глубине его взгляда промелькнул проблеск — робкое, человеческое недоумение.

— Привязать? — с сарказмом переспросил я, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев. — Ты правда считаешь, что раздавать страдающих призраков-паразитов в качестве телохранителей — это помощь? Спасибо, конечно, за «заботу», но мы как-нибудь сами о себе позаботимся. Без твоих… исполнительных помощников.

Демид вздохнул с таким видом, будто я — капризный ребёнок, упорно не желающий понять прописные истины.

— Вы не осознаёте, с чем нам предстоит столкнуться. Здесь, в Забытых Землях, опасность подстерегает на каждом шагу. Мои… помощники могли бы стать вашим щитом.

— Щитом, который только и ждёт, чтобы сожрать нас заживо?

— Никто из них не посмел бы вам навредить, — с ноткой обиды отрезал Демид, и в его голосе звенела сталь, не допускающая и тени сомнения в преданности его слуг.

— Конечно. Как будто я не видела, как они клацали зубами и истекали слюной при виде нас, таких аппетитных, — образы искажённых, полной злобы лиц всё ещё стояли перед глазами. — Знаешь, Демид, иногда лучше умереть быстро, чем жить в постоянном страхе, что тебя придушит ноющий туман.

Ксард молча стоял рядом, наблюдая за нашей перебранкой. На его змеином лице не дрогнул ни один мускул, но чувствовалось, что этот воплощённый ужаса с трудом сдерживал себя, чтобы не вставить свои «пять копеек» по поводу моего неподобающего отношения к владыке и его стонущим дарам.

— Здесь всё подчиняется лишь моей воле, — с высокомерной усмешкой парировал Демид.

— Если ты такой всесильный Повелитель, почему не можешь просто… объяснить? Что за угроза? Конкретно. А то раздавать живые туманы в качестве щитов — это как лечить головную боль гильотиной. Эффективно, конечно, но с побочками. Но кто я такая, чтобы тебя критиковать? — и стоило мне фыркнуть, как Демид, точно бы снисходя до капризного просителя, поддался чуть вперёд и произнёс с не свойственной ему весёлостью:

— Склонись передо мной, — в голосе его не звучал приказ, скорее ласковая просьба, облечённая в бархат убеждения.

— Да с какой стати! — огрызнулась я, крепче вцепившись в рукоять молчаливого меча.

В тот же миг моя тень, словно живая, плавно отделилась от меня и вычертила перед Демидом глубокий, безупречный реверанс. Закончив свой поклон, предательница скользнула обратно к моим ногам.

— Знаешь… У меня к тебе становится всё больше и больше вопросов, — задумчиво протянула я, не найдя этому явлению никакого рационального объяснения. Всё, что я могла сделать, это не двигаться и не сводить глаз со своей неверной тени.

— Вопросы, — произнёс Демид с лёгким пренебрежением, — не всегда приятны для слушателя. Но я понимаю, что вам необходимо прояснить некоторые моменты. Однако всему своё время. А пока что… какую же милость я должен вам оказать, чтобы вы остались здесь?

— Если в твою «милость» не входит полный пансион, пожизненная пенсия и оплачиваемый отпуск на Мальдивах, то, пожалуй, мы пойдём, — заявила я, уже не сдерживая ни сарказма, ни раздражения.

— Останься, и мы обсудим твои условия, — снисходительно предложил Демид, и в его взгляде вспыхнули лукавые искорки. — Тебе здесь понравится, Олеся. И я даже научу тебя усмирять свою строптивую тень, чтобы она не кокетничала за твоей спиной.

— Вот это уже больше похоже на деловое предложение, — ответила я, с трудом узнавая в нём того угрюмого отшельника, с которым свела судьба. — Но сначала, Ваше Темнейшество, переоденьтесь во что-нибудь более… человеческое. Эти бархатные занавеси превращают вас в злодея из диснеевского мультфильма. И Елисея вы своими перепадами настроения чуть до икоты не довели.

Ксард не сдержал сердитого шипения, но Демид мимолетным жестом осадил его, и прислужник тут же склонился перед ним в извинительном поклоне.

Демид окинул свой вычурный наряд взглядом, словно только сейчас его заметил. На лице промелькнула тень брезгливости.

— Допустим, ты права. Этот траурный бархат — лишь вынужденная уступка церемониалу. Боюсь, мой гардероб не отличается разнообразием.

Видимо, в этом месте даже пижама, вероятно, сшита из чьих-то кошмаров и может оказаться ещё более жуткой, чем бархатные занавесы. Но об этом я благоразумно умолчала.

— Нам сойдет любое, лишь бы было удобно в дороге и практично. — робко добавил Елисей, не отрывая взгляда от Демида. — И что… не оскорбит твой взор.

Впрочем, на царевиче этот наряд выглядел на удивление уместно, и двигался он в нём с непринуждённой грацией. Как-никак он у нас из породистых.

Демид задумчиво потёр подбородок и отдал приказ:

— Ксард, позаботься об этом. И пусть портные проявят максимум изобретательности.

Я перевела взгляд на Ксарда, чьё змеиное лицо выражало крайнюю степень неудовольствия. Казалось, каждая чешуйка его кожи кричала о том, что наша дерзость перед его повелителем — верх кощунства. Но приказ есть приказ. Покорно склонившись перед Демидом, он исчез в лабиринтах замка.

— Итак, — я деловито опёрлась о рукоять меча, — пока твой верный слуга озабочен нашим гардеробом, обсудим условия моего пребывания здесь?

Демид усмехнулся, скользнул взглядом по моей фигуре, очерчивая каждый изгиб с нескрываемым интересом.

— Условия… Все необходимые удобства к твоим услугам. Лучшие покои, изысканные яства, развлечения, какие только пожелаешь. Ты здесь не пленница, а… гостья. Весьма особая гостья.

Я приподняла бровь, с недоверием относясь к его словам.

— Удобства — это мило. Но если я здесь «особая гостья», то у меня должны быть и особые права. Например, право свободно перемещаться по замку. Право задавать вопросы и получать честные ответы. И, самое главное, право отказаться от любого «развлечения», которое покажется мне… сомнительным. Без последствий. Согласен?

— Согласен, — с ленцой согласился он.

— И… — немного подумав, я добавила: — Честно говоря, пока не понимаю, чем я вообще могу быть тебе полезна.

Демид откинулся на спинку трона, и бархат мягко прошелестел, окутывая его фигуру тенью. В полумраке зала его глаза казались двумя темными омутами, полными загадок.

— Твоя ценность, милая спутница, не измеряется услугами. Ты — ключ к понимаю. Я давно искал тебя, и теперь, когда наша встреча состоялась, отказываться от столь ценного приобретения было бы непостижимой глупостью. А что касается помощи… Время покажет, в чём именно она будет заключаться.

Елисей переступил с ноги на ногу. Он, как и я, понятия не имел, о каком ключе толкует Демид, но атмосфера таинственности заставляла нас насторожиться.

— А что, если я откажусь быть этим неким ключом? — прозвучал мой осторожный вопрос.

— Ты разве не хочешь вернуться домой? — в голосе Демида вдруг прорезалась непривычная мягкость, сквозь которую, однако, чувствовалась стальная решимость.

— Да мне каждый встречный это обещает, — проворчала я, не особо веря в его слова.

— Но лишь я готов перевернуть мир и сделать всё, что в моих силах, ради исполнения твоего желания, — отрезал Демид, вкладывая в каждое слово максимум убеждения.

Скептическая гримаса, застывшая на моём лице, казалось, ничуть его не смутила. Он лишь устало вздохнул и провёл рукой по своим иссиня-чёрным волосам.

— Понимаю твоё недоверие, — тихо сказал он, величаво поднимаясь с трона и неспешно приближаясь ко мне. — Поэтому на некоторые вопросы я всё же дам ответы.

Сложив руки за спиной, он плавно двинулся прочь из тронного зала, увлекая нас за собой в неспешную прогулку по замковым галереям.

Он начал свой рассказ с чистосердечного признания: до конца восстановить разрозненные обрывки воспоминаний ему так и не удалось. Большую их часть он отдал Прогрессу, чтобы спастись от неминуемой гибели. Впрочем, всему своё время. Кто он на самом деле и откуда взялся, Демид так и не прояснил. Важно лишь то, что его бессмертие уходило корнями в глубь веков (и вновь в своём рассказе он ловко избежал конкретики), и даровано оно было за верную службу Мастеру Теней, а вовсе не куплено, не обменяно у ведьм и прочих торговцев сделками.

Гул наших шагов разносился эхом по пустым коридорам, но мы продолжали углубляться в цитадель, освещаемые лишь мерцающим светом настенных факелов.

— Значит, ты не Мастер Теней? — с облегчением выдохнула я.

Ведь ведьма предупреждала, что удача приведёт меня именно к нему, и, по всей видимости, с этим злейшим злом мне предстояло сражаться, дабы выполнить условия контракта и вернуться домой. А Демид, со своими бархатными занавесками и легионом страдальцев, не подходит под описание!

— Не совсем, — уклончиво ответил Демид. — Суть в том, что Мастер Теней обладал огромной силой. Силой, способной изменять саму реальность. Но эта сила требует определённых жертв. И я их ещё не совершил.

— Ксард что-то об этом упоминал, — припомнила я вчерашний разговор с прислужником, — но сразу предупреждаю — донором для ваших теневых проделок я становиться не собираюсь.

— И не потребуется, — с лёгкой улыбкой успокоил Демид и продолжил свой рассказ.

Опуская тернистый путь от подмастерья до наследника Мастера Теней, Демид перешёл сразу к злополучной сделке с Прогрессом. Ксард говорил правду: Демида — наследника Мастера — уловками вынудили отдать собственную тень в обмен на всеобщее благолепие. Земли Хаоса, конечно, были аховым местом, извергая всякую мерзость, но такова уж была плата за власть над Хаосом. Что-то вроде побочного эффекта. А величественному городу такое соседство претило. Веками длилась эта грызня, пока обе стороны не пришли к шаткому компромиссу: Мастер Теней сдерживает поток своей силы, дабы не разрывать и без того истончившуюся границу миров, откуда то и дело лезла всякая гадость, а Прогресс… Прогресс не совался на земли Хаоса. Вроде бы выгодные условия, но обманом они вырвали тень у Демида — единственного наследника Мастера, лишив его всего.

— Но твоя тень… вот же она, — я перебила его, кивнув под ноги Демиду для большей наглядности.

— Неужели ты не замечала, что раньше у меня её не было?

Действительно, я как-то не обращала внимания на такие «мелочи». Ладно бы он в зеркалах не отражался — тут уж сразу у меня закрались подозрения, но тень…

— И что, тень — это так важно?

Демид удивлённо вскинул брови. На пару секунд он потерял дар речи, но быстро взял себя в руки и с лёгким укором произнёс:

— Разумеется, важна. Это же хранительница души, жизненной силы, твой мистический двойник, наделённый волей, но послушно следующий за тобой. А если тень достаточно сильна, она может стать проводником в другие миры.

Я молча выслушала этот краткий ликбез от наследника Мастера Теней, давая ему возможность вернуться к прерванному рассказу.

После того как Прогресс вероломно вырвал тень у Демида, ему ничего не оставалось, кроме как бежать, затерявшись в грязных переулках, и пожертвовать самыми дорогими воспоминаниями, чтобы навсегда покинуть этот проклятый город. Несколько столетий он скитался по миру отшельником, не помня ни кто он, ни к чему так отчаянно стремился.

— Но потом я встретил тебя, — сказал Демид, почти бесшумно ступая по бесконечной веренице коридоров. — И что-то в тебе мне напомнило…

Мы с Елисеем затаили дыхание, боясь спугнуть ускользающую мысль наследника.

— Впрочем, это не так уж и важно…

— Нет, погоди, — запротестовала я, но тут же поспешила спросить: — Кстати, а как ты вернул свою тень?

— Она всё это время таилась во тьме Храма Эха, — просто ответил Демид и с благодарностью посмотрел вниз. Его тень, словно живая, картинно повела плечами, мол, оцените мою преданность и смекалку.

— И почему именно я разбудила твои воспоминания? — вопросов становилось всё больше, а ответов, как назло, не прибавлялось. Демид предпочёл промолчать, погрузившись в раздумья.

— И что было дальше? — не унимался Елисей, явно заинтригованный историей Демида не меньше меня. Оказалось, он тот ещё любитель всякой мистики, и с жадностью ловил каждое сказанное Демидом слово.

— Да ничего особенного, — он пожал плечами. — Сейчас же я просто вернулся к своим обязанностям, как видишь. Замок, ритуалы, все дела… Скукотища, в общем.

— Не верю, — фыркнула я. — Не может быть, чтобы такая история закончилась так банально. Наверняка было что-то ещё. Какое-то особенное предназначение, спасение мира в конце концов?.. Точно! — меня вдруг осенило: — Ты же говорил, что я твой ключ к пониманию… чего-то.

Демид остановился, заложив руки за спину и слегка наклонил голову, осматривая меня.

— Верно. Но всё гораздо запутаннее, чем может показаться на первый взгляд. Я ещё не до конца осмыслил те обрывки воспоминаний, что сохранила в себе моя тень. Но, тем не менее, это не единственная проблема. Земли Хаоса не спят, и Прогресс не забыл о том, чего лишил меня. Рано или поздно, они снова заявят о себе. И, возможно, я действительно нуждаюсь в тебе, чтобы понять, как выжить в этой грядущей буре. Может быть, именно ты способна разглядеть то, что скрыто от моего затуманенного взора.

— В общем, ты хочешь, чтобы я была твоим… кем? — спросила я, тщетно стараясь уловить суть его туманных намёков.

Демид лишь загадочно улыбнулся в ответ, оставив меня наедине с догадками. Он выпрямился и снова зашагал по галерее, увлекая нас за собой.

— На сегодня довольно об этом. У нас ещё масса времени, чтобы разобраться во всём. Сейчас же, позволь мне представить тебе Мастера Теней.