Книга третья. Долг души

18

Норд

Несмотря ни на что, он был счастлив. Глупо, наверное, — всё равно их «вместе» будет ненадолго. Но сейчас это почему-то оказалось неважно, гораздо важнее было то, что Шайна узнала его. И пришла сама. И совсем не злилась. И сказала, что примет всё и это не будет ничего значить для неё…

Верил ли он в это? Да, Норд вообще доверял Шайне, так же, как и она ему. Но в этом и проблема. Как отказываться, надеясь на то, что это ненадолго? В таком случае проклятье не отступит. А нужно, чтобы отступило. И как этого добиться, если Шайна проникла в его кровь и насытила её кислородом, если только благодаря этой девушке он пока хочет жить?..

— Вел…

— Не называй меня так, — поморщился он, кинув быстрый взгляд на сидящую напротив серьёзную Эмирин. — Я больше не имею права на это имя.

— Хорошо, — она согласно кивнула, и не собираясь возражать. — Пусть будет Норд. Ты чувствуешь? Если до сегодняшнего вечера метка проклятья спала, то теперь она вновь активировалась. Она не тянет из тебя жизненные силы, но если вы с Шайной…

— Я понимаю. Я не стану с ней спать в любом случае, это было бы слишком бесчестно.

Эмирин покачала головой и грустно улыбнулась.

— Дурачок. О какой бесчестности ты говоришь, если она любит тебя? Дело не в этом. Я просто вижу — если между вами случится близость, ты, скорее всего, умрёшь. Пока твой отказ от сближения с Шайной рассматривается проклятьем как частичное отрицание того, что тебе нужно больше всего на свете, поэтому метка практически спит. Но чем больше времени ты станешь с ней проводить…

— Я понимаю, Эм, — повторил он устало, уронив голову в ладони, и потёр лицо. — Не волнуйся. Как только всё закончится, я уеду как можно дальше отсюда. И сделай так, чтобы Шайна не узнала, куда именно. Надеюсь, в таком случае проклятье всё же спадёт. Хотя бы с нашего рода, о себе я уже давно не думаю.

— Хорошо, — мягко ответила Эмирин и сменила тему. — Мне есть что тебе сообщить насчёт Коула, Шайны и Даниты.

Норд резко выпрямился в кресле, подобрался и вопросительно посмотрел на собеседницу.

— Слушаю.

Рассказ был недолгим, но очень информативным. И удивительным.

— Мне стоило умереть хотя бы ради того, чтобы Данита повзрослела, — усмехнулся бывший император, когда Эмирин закончила. — Каюсь, но я не ожидал от неё такой мудрости.

— Ей есть в кого быть неглупой, — улыбнулась ректор. — Хотя ты прав, я тоже не ожидала. И, учитывая случившееся…

— Нет, — отрезал Норд решительно. — Я всё равно отказываюсь использовать Шайну для того, чтобы закончить этот кошмар.

— Это неразумно. Ей ничего не грозит.

— Мы сможем уничтожить его и без вмешательства Шайны.

— Норд… — Эмирин укоризненно вздохнула. — Подумай ещё. В том числе — о Триш. Её нужно освободить.

Он вновь наклонился и потёр ладонями лицо.

— Послушай, Эм… А если ты ошибаешься и Риш не справится? Ты же погибнешь. Гарантированно погибнешь, понимаешь? Я не хочу так рисковать.

Ректор поднялась с кресла, подошла к Норду и, опустившись перед ним на колени, отняла его руки от лица, заглядывая в глаза. Её взгляд был полон решимости и осознания всего, на что она готова была пойти ради тех, кого любила. Ради Триш и Велдона.

— Меня в любом случае ждёт перерождение, как любого из нас, и Нарро узнает меня в нём, как и любой оборотень. Зато за время, что тебе даст использование амулета Шайны, ты сумеешь уничтожить… своего врага.

Норд вздохнул, сжимая ладони Эмирин. Он легко мог пожертвовать собой, но подвергать риску её не хотел. Понимал разумность плана, но пока был не способен ответить утвердительно.

— Я подумаю, хорошо?

Она едва уловимо улыбнулась и кивнула.

Эмирин Аррано

Когда она закончила обсуждать с Нордом всё случившееся за день, для визита к Шайне или Даните было уже слишком поздно — обе девочки спали. Поэтому Эмирин перенеслась в Арронтар и провела ночь с мужем, только на рассвете вернувшись в академию.

Она вошла в комнату принцессы за десять минут до сигнала к побудке, приблизилась к кровати, на которой спала Данита, села на постель и провела ладонью по щеке племянницы императора, используя магию Разума, чтобы разбудить её и заодно крепче усыпить остальных девочек.

— Тётя Эм… — вздохнула Данита, открывая глаза, и потянулась. — Ты мне снишься или нет?

— Не снюсь, — улыбнулась Эмирин. — Просыпайся, всё равно скоро вставать. А нам нужно поговорить. Это недолго, Нита.

Карие глаза девушки, точно такие же, как у Дамира и Велдона, постепенно прояснялись, наполняясь пониманием, и через пару секунд принцесса села на постели и выпрямилась, подобравшись и поджав под себя ноги.

— Я слушаю, тётя Эм.

— Ваш разговор с Шайной уже известен мне, — спокойно продолжила Эмирин. — Поэтому ты можешь ничего не пересказывать. Но всё ли ты обсудила с Шайной или у тебя остались какие-то ещё мысли? Подозрения?

Данита облизнула губы и тихо проговорила:

— Не всё. Я… просто не смогла говорить об этом. И сейчас не уверена, что смогу…

— Попробуй. Это может быть важно.

Принцесса кивнула, отвела взгляд и прошептала ещё тише:

— Я подумала… Это нелепо, наверное… Но если Дамир — не Дамир, то, возможно, и дядя Велдон… Дядя… не… — Данита резко втянула носом воздух, и на глазах выступили слёзы. — Не…

— Я поняла тебя, — мягко перебила её Эмирин. — Я не буду отвечать ни «да», ни «нет». Ты же понимаешь, что я не могу, верно, Нита? Я просто прошу тебя быть собой и вести себя со всеми, включая и Коула, и твоего брата, как обычно. Не высказывай Коулу недовольства, сделай вид, что смирилась с его поведением, и продолжай общаться. Это важно. Важно для нас всех. И для тебя, и для Дамира, и для твоего дяди. Ты поняла меня?

Данита кивнула, глядя на Эмирин с такой дикой надеждой, что у той даже пальцы чесались — так хотелось обнять девочку.

— Тётя Эм… Ты сказала, что не будешь отвечать ни «да», ни «нет»… Значит ли это, что твой ответ… Что он может быть…

Да простит её Велдон, но лгать сейчас было бы уже преступлением.

— Значит, — негромко произнесла Эмирин и легко, почти невесомо улыбнулась, когда Данита бросилась ей на шею и громко, с надрывным облегчением разрыдалась.

Шайна Тарс

После возвращения из нейролейн больше всего на свете я бы хотела остаться в комнате Норда, но он сказал, что мне непременно нужно отдохнуть и вообще не стоит искушать судьбу, и отправил нас с Хель восвояси. Не знаю, что подумал отец, когда я шагнула в его кабинет почти через час после отбоя, но спрашивать ничего не стал. Только внимательно посмотрел на моё воодушевлённое лицо, улыбнулся и сказал:

— Доброй ночи, колючка.

Не знаю, буду ли я теперь похожа на колючку — мне казалось, что сегодня вечером с меня слетело всё острое и колкое, обнажив мягкость и уязвимость.

Да, я была счастлива, что Норд жив. И в то же время понимала, что нам будет очень сложно. Вот только я ни капли не сомневалась теперь, что мы будем вместе, просто вряд ли сразу. И мне, да и ему, придётся пройти большой путь. Но я была к этому готова.

Я думала, что не усну, но, видимо, впечатлений было слишком много и они меня утомили — и в итоге я погрузилась в сон через несколько минут после того, как юркнула под одеяло и прижала к себе тёплое тело Хель. И мне показалось, что прошла всего пара секунд, прежде чем я неожиданно ощутила ласковое прикосновение к волосам. Перевернулась на спину, открыла глаза, моргнула, прогоняя сон и фокусируясь на том, кто сидел на краю моей постели.

Это была Эмирин.

— Доброе утро, профессор, — сказала я сиплым после сна голосом, кашлянула и продолжила: — Вы по поводу нас с Данитой?

— Доброе, Шани, — она улыбнулась — прекрасная и ни капли не сонная, в отличие от меня. Во сколько же она встала и спала ли вообще? — Не только.

Я чуть нахмурилась.

— Ещё… из-за магистра Керта?

Не знаю, почему не назвала Норда по имени. Постеснялась, что ли. Вдруг Эмирин не в курсе, что я уже обо всём догадалась и даже заманила своего императора в нейролейн?

— Магистр Керт, так же, как и магистр Лан, полагаю, сейчас спокойно спят в нашем с Нарро доме в Арронтаре, — усмехнулась Эмирин. — Они согласились немного разнообразить там преподавательский состав моей академии. Хотя уговорить их было непросто.

— А-а-а, — протянула я понимающе. — Значит, настоящий Дарион Керт женат и у него есть сын?

— Верно. Так вот, Шани, насчёт тебя и Норда… — Она не сказала «Велдона», и я слегка удивилась. — Да, я тоже теперь называю его так — он сам попросил. Иногда хочется поменять имя, это означает перемены. — Губы Эмирин тронула слабая усмешка, а глаза на мгновение вспыхнули жёлтым светом. — Не соблазняй его.

— Что? — Я даже вздрогнула.

— Не соблазняй его, — повторила Эмирин. — Сейчас это особенно опасно, проклятье реагирует на ваше сближение и активируется. Оно может даже вылезти сквозь личину, а это, сама понимаешь, чревато серьёзными последствиями. Вы с Нордом не должны переходить определённую грань.

Стало горько, и я вздохнула.

— Я поняла вас, профессор. Хорошо.

Эмирин кивнула.

— Теперь о том, что вы обсуждали с Данитой. Её я уже предупредила, теперь предупреждаю тебя.

— Вести себя так, словно мы ни о чём не догадываемся? — предположила я, перебив её, и ректор хмыкнула.

— Ты всё верно понимаешь.

— Нет, я понимаю не всё. Зачем это Коулу? Тот Коул, которого я уже успела немного узнать, вообще не мечтает о власти. Или он притворялся?

— Нет, не притворялся, — ответила Эмирин, поднимаясь, и ошарашила меня дальнейшим ответом, пожав плечами и признавшись: — Просто это всё надо совсем не Коулу.

Она вышла из комнаты, а я осталась лежать на кровати, открыв рот и глядя в пустоту, чувствуя себя так, словно ректор только что ударила меня по голове.

Это всё надо совсем не Коулу. Значит…

Мама! Кхаррт! Неужели в ту злополучную ночь, когда ты имела неосторожность проклясть Велдона, убить стражников и ребёнка Эмирин, ты сбежала из дворца в Эйм к своему отцу?!

Оливер Рино

Утром в четверг Шайна выглядела взбудораженной и взволнованной, но, сколько её ни пытали за завтраком, только отмахивалась и ссылалась на свои занятия с магистром Кертом. Хорошая отговорка, однако Оливер чувствовал, что это ложь. Прийти в такое неустойчивое эмоциональное состояние только из-за Коула Шайна не могла, значит, случилось что-то ещё, но, что именно, догадаться он был не в силах. Однако это должно было быть что-то радостное хотя бы частично, иначе у девушки не улучшились бы настроение и физическое состояние. Впервые за последнее время Шайна нормально, с аппетитом позавтракала, хотя Оливеру показалось: она не очень обращала внимание на количество и вкус, увлечённая какими-то мыслями.

На лекции по мировой истории Шайна толком ничего не записывала, а просто таращилась в пространство, и в конце концов взяла листок бумаги, что-то на нём записала и подтолкнула к Оливеру, который сидел рядом с ней.

«Как погибла девушка, о которой ты мне говорил?» — было написано на бумаге пляшущим от волнения почерком, и оборотень изумился до глубины души. Почему Шайна вдруг решила спросить его об этом?

Оливер взял ручку и осторожно, взвешивая каждое слово, написал:

«Двадцать лет назад её убила маг по имени Триш Лаира».

Увидев ответ, Шайна вздрогнула, закусила губу, хотела поначалу скомкать бумажку, но всё же приписала следом:

«Ты знаешь, кем я ей прихожусь?»

Оливер кивнул. Конечно, он знал, Эмирин рассказала всё с самого начала, чтобы не было неприятных сюрпризов и недопониманий. И он, так же, как и дартхари, считал, что Шайна никоим образом не в ответе за то, что когда-то натворила Триш.

Девушка опустила лицо в ладони, будто собиралась плакать, и Оливер ободряюще коснулся её плеча, погладил, желая поддержать. В конце концов, какая разница, убила Триш именно его невесту или кого-то другого? Шайна же в курсе, что тогда погибли трое стражников. Давно в курсе.

Оливер взял ручку и приписал, чтобы поставить точку в этом вопросе:

«Ты ни при чём».

Шайна качнула головой и ответила:

«Дело не в этом. Я просто думала о той ночи сегодня. По другим причинам. Я так глубоко во всём закопалась, что вспомнила, как ты мне говорил об элитной роте императорских охранников, которые состоят из магов-оборотней. Я всегда считала, что мама убила людей».

«Нет, оборотней. Но двое из них ещё не встретили свою пару, в отличие от Айры».

Шайна вздохнула и отодвинула листок в сторону, а затем всё же смяла его и засунула в карман. Оливер заметил, что Коул проводил это движение взглядом, поэтому пару минут спустя украдкой вытащил из кармана Шайны скомканную бумажку и сжёг её под столом.

Конечно, этот диалог сложно назвать компроматом, но он меньше всего похож на обмен любовными посланиями между принцем и его девушкой. Поэтому так будет лучше.

Шайна Тарс

Мысль о возлюбленной Оливера вспыхнула в моей голове во время завтрака, когда я усиленно пыталась не смотреть на Коула и не думать, в какие моменты он со мной был настоящим, а в какие нет. А уж предположение о том, чьей латкарто я на самом деле прихожусь, и вовсе повергало меня в шок.

Так что я этими рассуждениями даже немного отвлеклась. Удивительно, но мне казалось, что это судьба — то, что мы все, пострадавшие от неосторожных действий Триш, собрались сейчас здесь, в академии. Норд, Эмирин, Оливер, отец и я. Наверное, это наш шанс исправить то, что она совершила, хотя бы частично.

Я с нетерпением ждала вечерней встречи с Нордом, гадая, как он теперь будет строить наши занятия, когда больше нет нужды притворяться магистром Кертом. По крайней мере, ярость своей попыткой разрезать портрет императора он во мне точно не вызовет, я только посмеюсь. Тогда как? Мне вообще было сложно представить, что я могу ощутить ярость по отношению к Норду, я сейчас была слишком счастлива от понимания, что он жив. И рассердить меня вряд ли получится, если только он не придумает что-то глобальное…

— Сегодня вам предстоит выбрать тему для промежуточного зачёта, — раздался почти над моей головой тихий голос магистра Араилис Нерида, и я усилием воли сосредоточилась на том, что она говорила. Промежуточный зачёт — это важно. По сути, это допуск к экзамену, возможность заработать дополнительные баллы. По прикладной магии они мне пригодились бы, хотя пока я не представляла, как буду сдавать зачёт по этому предмету, учитывая свою магическую инвалидность. — Вам необходимо будет описать в докладе, а потом и сделать любой амулет или артефакт, опираясь на сказки или легенды.

В аудитории повисла недоуменная тишина.

— Не очень понятно, магистр. — Нарушила её Дин — пожалуй, она по праву могла считаться самой смелой из артефакторов. — Как можно сделать амулет, опираясь на легенду или сказку?

— Практически любая история основана на правде, — медленно заговорила преподаватель, прохаживаясь по аудитории между столами. Взгляд её ярко-голубых глаз скользил от одного студента к другому, и когда достиг меня, я по какой-то причине поёжилась. — И обо всех амулетах можно найти хотя бы крошку информации в этих историях, даже если всё остальное там — художественный вымысел. Особенно много указаний на реально существующие артефакты в сборниках, посвященных легендам и сказкам времён Последней войны.

Меня бросило в дрожь, и я вздрогнула, ощущая себя словно пронзённой понимающим взглядом Араилис Нерида.

Времён Последней войны… Одной из книг, что лежала на нашем с Нордом столике в императорской библиотеке, была как раз «Легенды Последней войны». И несколько раз я пыталась найти там ответы на свои вопросы, но не нашла. Хотя я посмотрела ещё далеко не весь сборник.

Неужели магистр даёт мне подсказку, где искать информацию о той единственной загадке, что продолжала меня беспокоить? Ведь я так до сих пор и не поняла, что такое «долг души», почему мама выбрала себе имя Кара Джейл и отчего попросила меня никогда не снимать её медальон.

— Выберите легенду, в которой упоминается какой-либо артефакт, сделайте по нему подробный доклад и включите туда информацию и из легенды, и из учебников. А потом попробуйте изготовить этот артефакт полностью или хотя бы частично, если это возможно. Всем всё понятно?

Однокурсники закивали, и я тоже непроизвольно кивнула.

Решено. Сегодня ночью пойду в императорскую библиотеку.

Норд

Днём он передал Шайне просьбу после ужина прийти к комнате Эмирин и, убедившись, что девушка получила записку, замер в предвкушении встречи. Вздохнул, ощутив биение сердца проклятья — да, малейшее сближение с Шайной, увы, действовало на метку, — но решил, что разберётся с этим позже. Сначала нужно покончить с заговором.

После ужина Эмирин вытащила из его тела артефакт, позволяющий притворяться Дарионом Кертом, и Норд опустился в кресло, с трепетом ожидая Шайну. Наверное, не стоило избавляться от личины, но ему не хотелось появляться перед девушкой в чужом образе. Хоть недолго, но побыть собой. Хуже в любом случае уже не станет.

Эмирин должна была встретить Шайну и проводить в комнату Норда. Она была соединена с личными покоями Эмирин потайной дверью, дверь в коридор (через неё накануне заходила Шайна) тоже имелась, но была скрыта отвлекающим внимание заклинанием. Вчера оно не сработало, потому что ректор решила позволить Шайне поговорить с «магистром Кертом» и, если получится, выяснить правду.

В половине восьмого дверь открылась, и Норд резко вскочил с кресла, непроизвольно устремившись навстречу вошедшей девушке. Хотя Шайна даже не вошла — она влетела, сразу угодив к нему в объятия. Прижалась на мгновение всем телом, крепко обняла, но почти тут же отстранилась, оглянувшись на Эмирин, которая шагнула в комнату вслед за ней, понимающе улыбаясь.

— Нам нужно поговорить, Шани, — сказал Норд серьёзно, кивая на кресло, в котором сидел сам минутой ранее. — Располагайся.

Девушка посмотрела на его кресло, потом перевела взгляд на соседнее, куда уже садилась ректор, нахмурилась и поинтересовалась:

— А где будешь сидеть ты?

— Я сяду на пол, здесь не холодно.

Поколебавшись, Шайна всё-таки послушалась. Проводила взглядом Норда, который опустился на пол рядом с ней, подняла глаза на Эмирин и, вздохнув, чуть мрачно произнесла:

— Вы насчёт снятия браслетов, да?

— Верно, — ответила ректор, поджав под себя по обыкновению босые ноги. И Шайна, заметив этот неформальный жест, как-то сразу расслабилась и даже улыбнулась.

— Предчувствую очередную неприятность.

— Я бы не назвал это неприятностью, — сказал Норд мягко и взял девушку за руку, коснувшись пальцем чёрного металла браслета. — Если всё получится, сила вернётся к тебе уже завтра.

Шайна сглотнула и, слегка побледнев, нервно съязвила:

— Вот именно — если.

— «Если» можно добавить почти к любому утверждению, в котором речь идёт о будущем, — усмехнулась Эмирин. — Но тонкости конкретного «если» тебе пусть лучше объяснит Норд, это его зона ответственности. Он же занимался твоей подготовкой.

Шайна вопросительно посмотрела на него, и он, кивнув, продолжил:

— Да, мы не завершили подготовку. Но дело в том, что в нынешних условиях, когда ты выяснила мою настоящую личность, мы и не сможем её завершить. Скорее всего, у меня не получится вызвать у тебя ярость ещё раз, если только я не придумаю нечто совсем уж жестокое, да и с остальными эмоциями возникнут проблемы — ты сейчас слишком счастлива. И это хорошо для попытки приручить Огонь. Ты теперь однозначно хочешь жить, верно?

— Несомненно, — кивнула Шайна, улыбнувшись. Она смотрела на Норда с такой искрящейся теплотой во взгляде, что он не мог не улыбнуться в ответ. Хотя всё равно, несмотря на все улыбки и кажущуюся бодрость, чувствовал горечь во рту и холод в сердце. Слишком уж скоротечно их хрупкое счастье.

— Значит, завтра попробуем снять браслеты и посмотрим, что получится. Сделаем это в Арронтаре. Страховать нас будут Эмирин и Нарро. Ты согласна?

Шайна удивилась и, хмыкнув, спросила:

— А я могу отказаться?

— Можешь, — вмешалась Эмирин. — Но я бы не советовала. Завтра — действительно лучший день для снятия браслетов.

Шайна на мгновение задумалась, закусив губу, и вдруг поинтересовалась:

— А почему не сегодня? Если это возможно, я готова.

Норд и Эмирин переглянулись, а затем ректор, улыбнувшись, кивнула и сказала:

— Хорошо, давай попробуем сегодня. Сегодня ещё лучше, но мы думали дать тебе время освоиться с этой мыслью. Если оно тебе не нужно…

— Нет, — мотнула головой Шайна. — Освоиться — только пугаться лишний раз. Давайте лучше покончим с этим скорее!

— Кажется, с занятиями по преодолению страха я переборщил, — пробормотал в шутку Норд, и Эмирин с Шайной фыркнули.

Шайна Тарс

Конечно, я волновалась. Но не видела смысла откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, да и не смогу я «освоиться» с этой мыслью, как предположила Эмирин, — скорее, за сутки я переполнюсь страхом настолько, что перестану соображать.

Я хорошо помнила прошлый раз, когда мы с Нордом снимали браслеты-блокираторы, и что за этим последовало. Я тогда даже дышать не могла, не то что заниматься приручением Огня. И что изменилось за это время? Да, теперь я знаю, что Норд жив, но неужели этого знания достаточно, чтобы научиться ладить со своим Огнём?..

Мы перенеслись в Арронтар, когда на часах было около восьми вечера. Только оказались не в самом лесу, а в каком-то помещении, похожем на кабинет, — книжные шкафы, широкий рабочий стол с кучей бумаг, кресла, низкий столик и широкое окно, за которым разверзлась непроглядная темень уже почти зимнего вечера.

— Приветствую, — пророкотал дартхари Нарро, вставая из-за рабочего стола и выключая настольную лампу. Кивнул Норду и Эмирин, посмотрел на меня и ободряюще улыбнулся. Я не заметила, чтобы ректор связывалась с мужем и предупреждала его о нашем приходе, но он явно не был удивлён. — Отлично выглядишь, Шайна.

— Спасибо, — ответила я вежливо, ощущая, как к панике примешивается неловкость. Дарида, я прекрасно помнила, как Норд в прошлый раз говорил, что на мне обязательно сгорит вся одежда… Получается, и дартхари будет при этом присутствовать? Я знала, что ему, как оборотню, безразлично, но сама-то я не была оборотнем. И поинтересовалась, чтобы отвлечься: — А мы будем снимать браслеты здесь или?..

— Нет, на улице. — Норд взял меня за руку и ласково погладил пальцы, словно говоря — не волнуйся, всё будет хорошо. — Там будет удобнее, да и без риска ненароком что-нибудь сжечь.

— Пойдём, Шайна, — произнесла Эмирин и указала на дверь. Сначала из кабинета вышли мы с Нордом, затем Вожаки. Прошли по длинному коридору, спустились вниз по лестнице, пересекли небольшой зал — и вышли наружу, вновь очутившись на лестнице, которая вела от входа вниз, к земле. У подножия маячили четыре мужские фигуры, вытянутые, как по струнке, и я подумала, что это, наверное, стражники. А дом, в котором мы оказались после переноса, — усадьба дартхари, о которой рассказывала Дин. Она здесь выросла.

— Отойдём немного дальше, — тихо сказал Нарро. — Чтобы без лишних глаз.

— Да, так будет лучше, — глухо ответил Норд, кивнув, и мы пошли дальше. Только теперь поменялись местами — впереди шли Эмирин и её муж, позади мы с моим императором.

Шли недолго, несколько минут, но я бы с удовольствием растянула эту прогулку ещё раз в десять. Потому что чем дальше мы отходили от усадьбы, тем сильнее внутри меня узлом скручивался мерзкий и склизкий страх. Как змея, свернувшаяся узлом оттого, что переела слизняков и теперь её тошнит.

Я даже не замечала, что мне вовсе не холодно, хотя переносилась не в уличной одежде, и что рядом с нами по воздуху летят фонарики из Света, освещая путь. Понятия не имею, кто их запустил, — я была сосредоточена на другом. На своих внутренних ощущениях. Пыталась справиться с эмоциями, как учил Норд, уговаривала себя, что смогу, выдержу, что у меня получится. В конце концов, ничего страшного не произойдёт, и в случае неудачи на моих руках просто вновь окажутся браслеты. Главное, что Норд на самом деле жив, я ничего не придумала, — и это лучшая награда.

— Достаточно, — скомандовал дартхари Нарро, и мы остановились. Я мимолётно огляделась, но, так как зрением оборотней я не обладала, а в лесу поздним вечером всегда темно, хоть глаз выколи, ничего толком не рассмотрела, да и фонари мешали. Просто поняла, что мы находимся на небольшом участке леса, похожем на поляну, расчищенную от снега — под ногами был не он, а жухлая и утоптанная осенняя трава, кое-где покрытая замёрзшей кашицей из облетевших листьев.

Я повела плечами, пытаясь сбросить напряжение, и неосознанно вцепилась в руку Норда, которой он до сих пор сжимал мою ладонь. Хотела обернуться, чтобы посмотреть ему в глаза — возможно, так мне стало бы легче, — но не успела. К нам шагнул дартхари Нарро.

Я даже не успела ничего понять. Он не прикасался ко мне и вглядывался в глаза не дольше доли секунды, но я неожиданно почувствовала себя так, словно всё осталось позади. Страх ушёл, в крови вскипела эйфория, и стало настолько легко, что я непроизвольно вдохнула полной грудью, пытаясь удержать это ощущение. И неожиданно вспомнила, как Эмирин, говоря о своём муже на одной из лекций по прикладной магии, упомянула, что он, а не она — лучший маг Разума в Эрамире.

— Дарида. — Я на мгновение прикрыла веки, наслаждаясь спокойствием и теплотой собственных эмоций. — А нельзя было сразу так, без занятий?..

— Конечно нет, — ответил Нарро невозмутимо и, усмехнувшись, отошёл в сторону, встав шагах в пяти от нас с Нордом, рядом с Эмирин.

— Шани, — произнёс мой император, бережно разворачивая меня лицом к себе. Взял в руку вторую мою ладонь и, погладив пальцы, продолжил: — Я не настаиваю, но советую раздеться. Если хочешь, то до нижней рубашки. Поскольку мы с Эмирин изначально не планировали снимать браслеты сегодня, то и не подготовили никакой запасной одежды, а твоя сгорит, если ты её не снимешь.

— Я разденусь, — кивнула, не чувствуя ни малейшей неловкости от произнесённого. Интересно, сколько времени будет действовать магия дартхари? Или он подпитывает её на расстоянии?

— Хорошо. В остальном всё как в прошлый раз, я буду стоять сзади и держать тебя. Нарро и Эмирин вмешаются при необходимости. Теперь о том, что нужно будет сделать… — Норд вздохнул, а мне неожиданно захотелось улыбнуться. Как же хорошо, что он жив!.. И как мне нравится просто стоять вот так и смотреть на него. И борода нравится, и усы. С ними он совсем другой, но так даже лучше. — Хорошая моя, ты меня слушаешь?

— Да, конечно, — я встрепенулась, возвращаясь в реальность.

— Я говорил: в прошлый раз не было никаких задач, нужно было только продержаться определённое количество времени и попытаться дышать. Сейчас необходимо будет не только дышать, но и ощутить свой Огонь. Почувствовать его, как ты чувствуешь эмоции. Понять, что он именно твой, а не чей-то ещё, а раз так, то он должен тебя слушаться. И заставить его уйти. Впитаться в тебя. Как вода в землю.

— Так огонь не вода, — возразила я, и Норд едва уловимо улыбнулся.

— В том-то и дело, Шани, что твой Огонь может стать и Водой, и Землёй, и Воздухом — чем угодно, если ты научишься им управлять. И для этого нужно понять, что он — это ты.

— Он — это я, — повторила я, кивнув. Звучит вроде бы просто, но на деле…

— Я вижу, что ты поняла. Тогда готовься. — Норд отпустил мои ладони и отошёл на пару шагов, остановившись чуть ближе, чем находились Эмирин и Нарро. Не отвернулся, продолжил смотреть на меня. И Вожаки тоже не отворачивались, но меня это совсем не волновало. Вообще ничего не волновало, видимо, магия Нарро до сих пор действовала.

Через пару минут я осталась только в нижней рубашке, даже обувь сняла, поморщившись от колкости замёрзшей травы под ступнями. Холодно не было, купол защищал и ноги, но не от прикосновений.

Норд, увидев, что я закончила, вновь подошёл, встал за спиной, положил ладони на плечи. И, как тогда, шепнул мне на ухо:

— Подними руки.

Блеснул чёрный металл. Крепкие и сильные пальцы скользнули по предплечью, коснулись кожи на запястье, сжали браслеты. Раздался тихий звук, похожий на человеческий стон, и я не сразу поняла, что он принадлежал мне.

Страх вернулся, как только блокираторы упали к моим ногам. Вместе со страхом пришёл и Огонь, хлестнув тело обжигающей плетью и надавив на грудь так, что я мгновенно забыла, как дышать.

Всё было как в прошлый раз. Абсолютно всё. За исключением одного — теперь я понимала, что через несколько секунд ничего не пройдёт, если только я малодушно не сдамся, признав поражение и неумение управляться со своей силой.

— Шани, этот Огонь — ты, — повторил Норд, пока я пыталась вспомнить, как сделать вдох, и, подняв ладони, зачем-то хватала ими воздух. — Не какая-то враждебная сила, которая мечтает тебя уничтожить. Это ты сама. Ну же, прикажи ему перестать! Прикажи уйти! Ты — хозяйка.

Я — хозяйка. Этот Огонь — я.

Я не знаю, сколько раз я повторила это, прежде чем смогла наконец вдохнуть. Воздух вошёл в лёгкие, обжигая их, словно насмехаясь над тем, как я пытаюсь заставить себя поверить в то, что этот невыносимый жар, терзающий тело и изнутри, и снаружи, — я.

И, как ни странно, это меня и спасло. Я внезапно разозлилась, подумав — какого кхаррта я всё терплю? Да, в прошлый раз мне не хотелось жить, во время инициации тем более, но что этому дурацкому Огню надо сейчас? Или он полагает, что я с ним не справлюсь? Ерунда какая! Он во мне родился, значит — справлюсь!

Он во мне родился?.. Родился…

Жар схлынул внезапно, как неожиданно прекращается проливной летний дождь, исчезая за секунду. Я снова взмахнула руками, подняла одну к глазам — и с оцепенением уставилась на яркий огонёк, вспыхнувший на ладони. Сжала кулак — и огонёк, вспыхнув, исчез, будто впитался в кожу.

— Молодец, Шани! — радостно проговорил Норд возле моего виска, сжав мои обнажённые плечи, и я, неожиданно для самой себя всхлипнув, позорно рухнула в обморок, вынесенная из реальности обрушившимся на меня облегчением.