Книга третья. Долг души

14

Эмирин Аррано

Он стоял возле стены и, прислонившись к ней затылком, методично бился об неё головой. Эмирин улыбнулась, проводив понимающим взглядом это движение, подошла к креслу и опустилась на сиденье.

— Я облажался, Эм.

— Я в курсе, Оливер уже доложил.

— Хоть он-то не догадался?

— Нет, он ведь не знал тебя. А вот Шайна… В любом случае ко мне она пока не приходила, но, думаю, это временно. Значит, решила ещё присмотреться.

Он застонал и врезался в стену затылком особенно сильно. Поморщился, отошёл в сторону и рухнул в кресло напротив Эмирин, спрятав лицо в ладонях.

— И как я так умудрился?..

— Ты просто любишь её. Поэтому рядом с ней немножко глупеешь.

Он поднял голову и посмотрел на собеседницу со скептицизмом во взгляде.

— Хочешь сказать, ты тоже глупеешь рядом с Нарро?

— О да, — она даже хихикнула. — И ещё как!

Шайна Тарс

Уснула я только под утро, когда глаза просто слиплись сами, а до этого то лежала, то сидела, то стояла, то ходила, не зная, какую нужно принять позу, чтобы наконец успокоиться и перестать нервничать. Но как я могла перестать?

Я всё ещё боялась поверить. Несмотря ни на что — очень боялась. Если всё не так и это действительно не более чем наваждение, я не выдержу потерять его во второй раз. Тогда точно — сниму браслеты и сгорю, потому что не хочу без него. Ничего не хочу. Только с ним!

В конце концов я забылась тяжёлым сном, обнимая спокойную и почти беспечную Хель, уткнувшись носом между её ушей и изо всех сил пытаясь больше ни о чём не рассуждать.

Пусть всё идёт как идёт. Потом разберёмся.

За завтраком я не знала, куда деть глаза. Ещё вчера, когда мы ушли из клуба и быстро заглянули в бордель за моим плащом, а потом отправились в академию, я старалась лишний раз не смотреть на своих спутников. Не хотелось ни пытаться разглядеть в Керте Норда, ни видеть понимающие глаза Оливера. Он не знал, что магистр… ох, как это всё тяжело!.. в общем, он не осознавал, что я вижу в Керте другого человека, зато был в курсе, что магистр женат, и сам сказал мне об этом. Тихонько, шёпотом, перед тем, как я ушла к себе. И меня в который раз за последние дни будто бросили на сковороду с шипящим раскалённым маслом, чтобы я медленно там жарилась.

Потому что либо Керт соврал — либо…

— Шайна, что с тобой сегодня такое? — поинтересовался Коул с лёгкой язвительностью в голосе. Он сидел напротив, рядом с принцессой. Надеюсь, теперь он всегда будет туда садиться, ведь только что Данита с удовольствием рассказывала, как они вчера вместе ходили на концерт в Дом филармонии. — Тебе не понравилось свидание с его высочеством?

Я подняла голову и с удивлением уставилась на эльфа, не понимая, как лучше ответить. Из-за терзающих меня мыслей по поводу Керта-Норда очень плохо соображалось.

— Понравилось, — вместо меня ответил Оливер. Взял за руку и поцеловал ладонь, с какой-то упоительной нежностью касаясь губами кожи. — Поэтому она и в смятении. Не хочет становиться «её величеством».

Я вздрогнула и перепуганно покосилась на Оливера, непроизвольно сжимая пальцы так, что в кулаке оказалась его рука. Он нахально засмеялся, подмигнул и повернулся к шокированным Даните и Коулу.

— Вот, видите? Явно же не хочет.

— А ты сделал Шайне предложение? — пробормотала Данита обескураженно, но в её голосе не было ожидаемой неприязни. — Серьёзно?

— Расслабься, Нит, — Оливер, по-прежнему смеясь, качнул головой. — Пока не сделал. Но… — Он многозначительно замолчал, и я, не выдержав, выдернула ладонь из его захвата.

— Шутничок! — прошипела и всё же стукнула его по лбу. Не сильно, конечно. — Лучше бы молчал!

Все засмеялись, даже Дамир и Дин, хотя наследник выглядел немного растерянным, и я его понимала — всё же поступки Оливера когда-нибудь придётся разгребать ему самому. И бросать меня ради Дин, и жениться на ней, а я вроде как останусь с разбитым сердцем. Не для себя — для остальных, но ему от этого вряд ли легче. Поэтому Оливеру надо бы притормозить. Я понимаю, он хотел выручить меня, опасаясь, что про моё отношение к Керту может догадаться не только он, но…

Стоп. Я похолодела. Нет-нет, Оливер всё правильно сделал. Ни в коем случае нельзя, чтобы хоть один человек из тех, кто знал, что я была влюблена в императора, заподозрил мои чувства к магистру. Особенно Коул. Иначе всё будет зря! Пусть лучше так. Ничего, побуду немного брошенной девушкой, не развалюсь.

— Значит, ты сегодня со мной гулять не пойдёшь? — неожиданно спросил эльф, и я замерла, вспомнив, что обещала выделить ему время в воскресенье. Оливеру — в субботу, Коулу — в воскресенье. По расписанию. Ох… — Раз уж готовишься стать имп…

— Стоп! — почти взревела я. Хоть режьте меня, но слышать слово «императрица» я не готова до конца своих дней. Неважно, по отношению к себе или ещё к кому-то. — Пойду, конечно. А куда ты хочешь пойти?

— Сюрприз, — усмехнулся Коул, и я заметила, как Данита кинула на него недовольный взгляд и поморщилась. Она ревновала, но мне казалось странным то, что принцесса не злилась на меня, по крайней мере, я не ощущала её раздражения по отношению к себе. А вот на Коула — очень даже. Поговорить с ней, может?.. — Тогда жду тебя в холле на первом этаже через полчаса после обеда. Хорошо?

Нехорошо, но я сама в это ввязалась, теперь буду страдать.

— Ладно.

Я думала, что отдохну от Коула хотя бы после завтрака, но он предложил позаниматься боевой магией, и это было разумно, поэтому я приняла его предложение. Мы захватили с собой отца, отправились на полигон и находились там до самого обеда, тренируя и щиты, и атакующие заклинания, их как раз только начинали изучать мои однокурсники на занятиях в среду. И у меня, как ни странно, они получались лучше, чем щиты. Хотя сейчас, когда для построения чего бы то ни было я использовала не свою силу, было сложно сказать что-то определённое, но я не думала, что это изменится в дальнейшем. Абсолютно все без исключения щиты — заклинания сложные для построения, а атакующие, особенно начального уровня, элементарны. А мне чем проще, тем лучше. Боевую магию я по-прежнему не любила, хотя заниматься ей всё-таки было интересно.

После обеда Коул повёл меня в город. Поначалу я напрягалась, опасаясь неприятных разговоров, прикосновений, объятий и намёков, но ничего подобного не было. А уж когда я узнала, куда именно он собирается меня отвести, и вовсе удивилась.

Танцевальный клуб. Забавно, потому что Оливер выбрал дуэльный, и это было удовольствием больше для него, чем для меня. А Коул притащил меня в танцевальный зал, где профессионалы и любители танцевали всё подряд — в зависимости от того, какая музыка играла. А в соседнем зале за небольшую дополнительную плату можно было научиться тому или иному танцу, по расписанию занятий. Сегодня обучали чаче, мирнарийскому танцу с партнёром, и я, хотя и видела пару раз, как его танцуют, сама не умела. Некому было научить, девочки борделя его не танцевали, говорили, что слишком сложный, да и предполагает большое пространство, а у нас гостиная маловата, толком не развернёшься.

В общем, я потащила Коула учиться танцевать чачу, и это оказалось замечательно, весело и интересно. Танец совсем не для эльфов, они любят что-то более медленное и плавное, а тут надо махать руками и ногами, кружиться и даже подбрасывать партнёра — немыслимое дело для эльфа. Коул чувствовал себя скованно, но старался, и я старалась лишний раз не смеяться над его сосредоточенным лицом и неловкими движениями.

А когда мы вышли из клуба и отправились в академию, неожиданно поняла, что провела хороший день, и с кем — с Коулом! Надо поблагодарить.

— Спасибо, что вытащил, — сказала я искренне. — Я здорово отвлеклась.

Это было абсолютной правдой — за время обучения чаче я ни разу не подумала ни о Керте, ни о Норде. Там попробуй думать не о танце — тут же собьёшься и грохнешься, ещё и сломаешь себе что-нибудь, танцуют-то на приличной скорости. Хотя мы пока ползали, как черепахи, всё-таки обучение, а не полноценный танец.

— Я рад. Пойдёшь в следующее воскресенье сюда же?

Колебалась я недолго.

— Пойду.

Он

Каждый раз, когда он шёл к Шайне, сердце у него колотилось так, что ему казалось: этот стук должны слышать все окружающие и уж тем более она. Наверное, она слышала. Иначе как смогла бы увидеть в нём того, кого любила? С самой первой встречи. Он понял это сразу, но ничего не сказал даже Эмирин, полагая, будто ему почудилось. Ведь может так быть, что он настолько желает быть узнанным, что принимает желаемое за действительное? Может. Конечно, может. Но иначе Шайна не позволила бы ему целовать себя, и не отвечала на поцелуй так страстно, словно тоже хотела этого сближения. Тоже мечтала прикоснуться до дрожи в ладонях…

Но признаваться он не собирался. И не потому что не мог найти слов, хотя действительно — не мог. Просто… а вдруг Шайна ничего не говорит оттого, что решила: он ей не нужен. Она ведь не пришла тогда, после его признания. Что изменилось сейчас? С ним по-прежнему так же сложно, возможно, ещё сложнее, чем было. Вдруг она не хочет этих сложностей?

Он одновременно и боялся, и хотел такого решения с её стороны. Эгоизм боролся с благородством… и пока было непонятно, что побеждает. Но в любом случае делать первый шаг и снимать маску он не станет. Пусть Шайна заговорит об этом сама, если захочет. Или молчит до последнего.

Шайна Тарс

Сегодня вечером я вновь должна была заниматься с Кертом. Я понятия не имела, какую эмоцию он на этот раз выберет, но меня это мало волновало. После того, что произошло между нами на турнире, тема наших занятий была на последнем месте в списке моих волнений. Ну, или на предпоследнем.

Я не знала, чего на самом деле хочу сильнее — отсидеться сегодня в комнате и не видеть Керта или увидеть, поговорить, почувствовать. Вновь понять, что он дико напоминает мне Норда… И ловить в нём знакомые черты, как юрких бабочек сачком.

В любом случае выбор был не за мной, поэтому после ужина с отцом — Коула он на этот раз не пригласил — я покорно вышла в коридор, как только в дверь постучали. Кивнула магистру, стараясь не встречаться с ним взглядом, схватилась за предложенную руку, зажмурилась, ощутив действие амулета переноса…

А потом окружающее пространство вдруг взорвалось странными звуками, и я распахнула глаза.

Дарида, какая красота! Перед нами распахнуло свои объятия бескрайнее тёмно-синее море, волнующееся, свирепое и своенравное. Мы стояли на скале, и от неё по воде к солнцу шла алая дорога — как кровавый след на зеркальной глади. Солнце, белое в центре и оранжевое по краям, раскрашивало небо в яркие закатные цвета, а в самой-самой вышине уже начинали мерцать маленькие звёзды.

— Где мы? — прошептала я, непроизвольно стискивая руку Керта. От окружающей природной красоты захватывало дух, но я не могла не понимать, что добром для меня это в любом случае не кончится.

— Это Мирнарийское море, Шайна. То, что отделяет наш континент от соседнего. Здесь время немного отстаёт, поэтому мы с тобой смогли увидеть закат. У нас в столице солнце уже зашло.

Я вздохнула. Закат — это прекрасно, однако…

— И зачем мы здесь?

Я хотела добавить: «Не любоваться же?» — но отчего-то промолчала.

— За тем же самым. — Голос Керта казался мне уставшим. — Сегодня будет последнее занятие по страху.

О-о-о, нет. Нет-нет-нет.

Магистр ещё ничего не объяснил, но я уже поняла и так, что мне предстоит сделать. Зря, что ли, он меня на скалу притащил?

— А давайте я лучше похожу по доске над городом, как в прошлый раз? — предложила я с безнадёжностью, и услышала негромкий смешок.

Смешно ему, надо же. А мне вот не смешно!

— Нет, Шани, хватит с тебя досок и крыш. Того, что ты умеешь, достаточно, сегодня просто закрепим результат. Подойдёшь к краю скалы и спрыгнешь с неё, только и всего.

Я сжала зубы. Только и всего, только и всего… Ну, знаете ли!

— А давайте два раза прыгнем, — предложила я, трясясь от злости. — Первый раз вместе, а второй — я сама, одна. Так можно?

Керт несколько мгновений удивлённо молчал, а затем взял меня за плечи и развернул лицом к себе. Глаза синие, борода, усы, кожа белая, а не смуглая, совершенно другие черты лица… Ну почему, почему я вижу в нём Норда несмотря на всё это?! Как будто поверх одной картины нарисовали другую, и я могу рассмотреть то, что скрыто под первым слоем краски.

— Настолько боишься? — спросил магистр тихо, вглядываясь в мои широко распахнутые глаза. Он стоял спиной к морю и, наверное, мог видеть солнце в моих зрачках. Сам же превращался в тёмный силуэт и так был ещё сильнее похож на Норда.

— Боюсь. Но вообще я хочу вам отомстить. Чтобы вы поняли, на что меня обрекаете.

Он хмыкнул, качнул головой.

— Я и так понимаю, хотя высоты не боюсь. Ну что ж, Шани… уговорила. Пойдём прыгать вместе. Держись за мою руку.

Не ожидала, что он так легко согласится.

— Конечно, буду держаться.

Керт медленно повёл меня к краю скалы, осторожно, но крепко сжимая мою ладонь. Он шагал неспешно, но мне всё равно казалось, что он делает это слишком быстро — настолько было страшно и не хотелось приближаться к обрыву. Неужели он действительно сможет прыгнуть вниз? А если я буду сопротивляться, тогда как? Возьмёт на руки и шагнёт в небо? Из-за страха перед неизбежным падением от подобной мысли я даже не разволновалась — ну возьмёт и возьмёт, подумаешь. Куда сильнее меня тревожил сам прыжок в никуда. Я понимала, что там щиты. Но… делать шаг со скалы всё равно придётся. Так или иначе, но Керт заставит.

Мы остановились недалеко от обрыва. Достаточно для того, чтобы испытывать волнение, но недостаточно для того, чтобы впасть в откровенный ужас. Однако я понимала, что ещё пара шагов — и меня наверняка захлестнёт.

— Готова?

Я сглотнула и сильнее сжала руку Керта. Не знаю, чувствовал ли он, насколько у меня липкая ладонь, но я вот ощущала, и от этого было мерзко. Страх вообще мерзкое чувство. Теперь я это точно знаю.

— Зачем спрашиваете? Вы же знаете, что нет.

— Шайна, — он вздохнул, — возможно, я делаю что-то неправильно, но мне кажется, что тащить тебя к обрыву, не дав возможность собраться, это всё же чересчур. Кроме того, я хочу объяснить. Ты же понимаешь, что не разобьёшься?

— Да. Но я не настолько наивна, чтобы думать, будто мне не придётся лететь почти до земли.

— В этом ты права. — Он мгновение мешкал, но потом всё же негромко спросил: — Взять тебя на руки? Тогда не придётся шагать с обрыва самой.

— И в чём тогда смысл упражнения? Это уже не борьба со страхом будет, а какое-то пустое издевательство. Ни удовольствия, ни пользы.

Магистр довольно хмыкнул.

— Я рад, что ты отказалась. Что ж… на счёт «три»?

— Может, на счёт «десять»? — взмолилась я и не увидела, но почувствовала его понимающую улыбку.

— Хорошо. Раз, два, три…

Я вновь сглотнула. Дарида, и почему я отказалась, чтобы Керт взял меня на руки? Тогда мне точно было бы не так страшно, а возможно, даже понравилось бы.

— Семь, восемь…

А ведь есть люди, и не только люди, которые испытывают удовольствие, подвергая себя опасности. Прыгают со скал, купаются в море в шторм, лазают по крышам высоких домов без всякой страховки. Сумасшедшие! И чего им дома не сидится?..

— …Десять! — отчеканил Керт, а в следующее мгновение я отчаянно завизжала, потому что магистр дёрнул меня к обрыву за руку, увлекая за собой, и сиганул вниз, туда, где билось об огромные валуны своенравное море. Я не пыталась вырвать ладонь, да и это было бесполезно, держал он крепко. Только зажмурилась, почувствовав, как ступни отрываются от земли и на какой-то крошечный миг мы с магистром зависаем в воздухе — а затем камнем падаем вниз. Резко и стремительно — так, что все внутренние органы разом подпрыгнули и оказались у меня в горле.

— Мамочка-а-а-а!!! — орала я как ненормальная, но длилось это недолго — у самой земли нас с Кертом неожиданно мягко подхватил тёплый и ласковый воздух, бережно опустив на поверхность. И я непременно упала бы, если бы не рука магистра, которой он по-прежнему держал мою ладонь. Крепко и уверенно сжимал, не давая позорно свалиться ему под ноги и, чего греха таить, немного повыть от страха.

— Голова не кружится? Как себя чувствуешь? — спросил Керт обеспокоенно, и я шмыгнула носом. Голова у меня не кружилась, но болела. И неприятное ощущение осталось в груди, скорее всего от резкого рывка вниз.

— Я себя чувствую, как свинья, которую разделали и повесили на крючок под потолком, — пробормотала я и второй свободной ладонью провела по лбу. Мокрый. Да, вспотела я ужасно, хотя здесь не было жарко. Температура была чуть выше, чем в столице, и защитный купол Керт не ставил. — А возможно, даже чуть хуже, чем эта свинья.

— Рад, что ты способна шутить.

— Не уверена, что это была шутка, — вздохнула я и подняла глаза, посмотрев на магистра. Он не был ни потным, ни бледным, только выглядел взволнованным, изучая моё лицо. И я знала, о чём он думает.

Как я буду прыгать с этого обрыва самостоятельно?

— Если хочешь, давай закончим на сегодня. Продолжим во вторник.

— Нет, — я решительно мотнула головой. — Давайте уж сегодня закроем тему страха. А в следующий раз будет ярость, да?

— Скорее всего.

— Опять станете резать портрет и заставлять меня бегать за вами?

— Возможно, — он кивнул и улыбнулся уголками губ. Так часто улыбался Норд — это была не совсем улыбка, скорее, её преддверие, но очень лукавое и ироничное. Будто бы он знал то, чего не знала я.

— Тогда тем более не нужно затягивать со страхом, я хочу ещё раз вас победить. Кстати, а как мы поднимемся на скалу?

— Очень просто.

Я охнула, взмыв в воздух, даже взмахнула свободной рукой — вторую по-прежнему держал магистр, — словно изображала из себя птицу. Это практически было падение наоборот, только более плавное и без моего визга. Я на мгновение посмотрела вниз, под ноги, на оставленный нами берег, усыпанный крупными отшлифованными морем камнями. Правда, тут же подняла голову. Нет, всё-таки подобные развлечения не для меня.

Наконец Керт медленно и осторожно поставил нас на то же место, с которого дёрнул меня к обрыву несколькими минутами ранее, и, напоследок сжав мою ладонь, отпустил её и отошёл назад.

Меня сразу захлестнуло паникой. И я думала, что до этого было страшно? Ха! Вот теперь — страшно! А то было лёгкое беспокойство.

— Ну что? Справишься?

Я знала: если скажу «нет», он на самом деле перенесёт занятие. Но мне хотелось быть смелой в его глазах. Смелой, сильной и решительной, а не вечно трясущейся и разводящей нюни размазнёй, которая даже не может сделать шаг с обрыва, зная, что внизу стоит отличный щит.

— Справлюсь.

— Хорошо. Считать? Или ты сама?

Зубы стучали от страха, и я изо всех сил старалась это скрыть, но они всё равно оглушительно клацнули, когда я ответила:

— Считайте.

Он кивнул.

— Раз, два…

От страха сводило живот, и я уже начинала опасаться, что оконфужусь там, в процессе полёта. Вот чего бы мне совсем не хотелось, лучше уж визжать.

— Пять, шесть…

Закрывать глаза или нет? Когда Керт тащил меня за собой в обрыв, я не закрывала, но сейчас иной случай. Будет ли мне легче не видеть этого бескрайнего пространства и жуткой высоты? Не знаю. Что страшнее — смотреть или нет?

— Восемь, девять… Десять!

Что, уже?!

Зажмурилась я непроизвольно. Сжала кулаки и, как-то особенно злобно и витиевато выругавшись, рванула вперёд, как дикий бык, пытающийся разнести башкой закрытые ворота.

Когда под ногами исчезла земля, моё сердце остановилось. А потом вновь забилось, да так стремительно, отдаваясь боем барабанов у меня в ушах, что мне на мгновение показалось — я сейчас попросту умру, и всё, и никогда уже не смогу приручить Огонь. И узнать, жив ли мой Норд или у меня просто едет крыша.

Рывок вниз, и я всё-таки завопила. Ну невозможно не завопить, когда тебя так подбрасывает! Словно птицу с отбитым крылом. Я оглушительно кричала, барахтаясь в воздухе и давно перестав понимать, где земля, а где небо, — тем более что глаза я по-прежнему не открывала, — и заплакала от облегчения, ощутив наконец, как меня ласково подхватывает созданный магистром щит.

Под ногами была галька, и я открыла глаза. Море, небо, скала — всё на месте. И магистр тоже тут, стоит в шаге от меня и смотрит с беспокойством.

— Шани? — Он подошёл ближе и прижал меня к себе. Бесцеремонно, будто имел на это полное право. — Всё в порядке?

— Угу, — буркнула я, прищурившись. Дать ему в глаз или не давать? А то очень хочется.

— Шани, я же просил отвечать честно.

— Слушайте, магистр, — сказала я раздражённо, — вы будто не знаете, что я не могу быть в порядке. Я цела, но чувствую себя ужасно. И вообще…

Я не договорила. Он не дал. Наклонился и нежно, ласково и успокаивающе коснулся моих губ своими. Углублять поцелуй он, наверное, и не стремился, хотел только утешить, но я не дала отстраниться. Обняла руками за шею, прижалась сильнее и поцеловала сама, перебирая пальцами волосы и ощущая, как щёки колет жёсткая борода. У Норда такой не было, но Керт всё равно чувствовался как мой император, такой же родной и близкий. И целовался с той же властностью, не давая мне ни шанса на проявление инициативы.

Отступило всё — головная боль, раздражение, страх и злость, осталось только желание быть рядом с этим человеком. И любить его, как бы он себя ни называл.

— Всё, всё, хорошая моя, Шани… Надо возвращаться в академию…

Я усмехнулась и сжала ладони, сминая рубашку на его груди. Сердце… я чувствовала биение сердца и думала: можно ли узнать кого-то по этому стуку? Если да, то я, пожалуй, узнала.

— Ты действительно этого хочешь? — прошептала я.

Он обхватил ладонями моё лицо, ещё раз поцеловал и покачал головой.

— Ты умеешь задавать правильные вопросы. Но я сказал не «хочу», а «надо». Идём.

Я хотела назвать его по имени, клянусь, хотела. Уже открыла рот, чтобы произнести — Норд, это ты? — но так и не осмелилась.

Удивительно, но прыгать с обрыва было гораздо проще. Я знала, что есть страховка. А сейчас её не было. И что я стану делать, если всё-таки ошибаюсь и он — не Норд?

Страшно.

— Хорошо, — вздохнула. — Идём.

Дам себе ещё пару дней посомневаться, а потом всё-таки узнаю правду.