Книга третья. Долг души

13

Шайна Тарс

Той ночью я впервые использовала подаренный Нордом нейролейн — «дом в пространстве». Боялась, что если не спрячусь там, в этом ненастоящем мире, от своих безумных мыслей, то точно сойду с ума.

Чем больше проходило времени, тем сильнее я уверялась в том, что Дарион Керт и мой Норд — один и тот же человек. И сегодняшние его неосторожные слова стали очередным доказательством в копилку моей уверенности в этом факте. Хотя «очередным доказательством» — это слишком громко сказано. Все доказательства — это мои предчувствия и невнятные ощущения. Ну, теперь ещё вот эти странные слова, которые, возможно, Керт и сумел бы как-то объяснить. Но я не желала ничего у него спрашивать. Я хотела догадаться сама. Если, конечно, есть о чём догадываться.

Два часа я находилась в нейролейн, наслаждаясь тёплым летним солнышком и свежим ветром, лёжа на мягкой зелёной листве. Я не шевелилась, просто лежала, закрыв глаза, дышала и думала.

Дарида, как же страшно оказаться неправой. И, раз так, я пока помолчу, поизучаю Керта ещё. Рано предъявлять ему какие-то претензии, тем более что они смешные.

И, конечно, я никому не стану говорить о своих подозрениях. Если всё действительно так, то у моего императора должна быть очень веская причина, почему он поступил подобным образом не только со мной, но и с племянниками.

Я-то прощу и пойму. А Дамир и Данита?..

Оливер Рино

Он поймал Шайну перед входом в столовую и сразу понял: что-то случилось. Не катастрофичное, но то, что её тревожило.

— Сегодня всё в силе? — спросил Оливер негромко, подхватывая девушку под локоть. Она не сопротивлялась, но не улыбнулась, да и не обратила толком внимания на этот его жест, погружённая в собственные мысли.

— Да, — кивнула и неожиданно предложила: — Может, возьмём с собой Мирру и Дин? Я как-то не задумывалась об этом, но, наверное, стоит их пригласить?

— А почему не Коула с Данитой? — пошутил Оливер, и Шайна слабо улыбнулась.

— Ты знаешь почему.

— Я бы предпочёл не вмешивать в это больше никого, — ответил он уже серьёзно. — Слишком рискованно. Во-первых, нас тогда будет не трое, а пятеро, и мы начнём сильнее привлекать внимание. А во-вторых, всегда есть риск, что по мне может прилететь.

— А за меня ты, значит, не боишься?

У другой девушки эта фраза могла бы получиться кокетливо, но только не у Шайны. Она спрашивала спокойно и вдумчиво, потому что не понимала, отчего так — её он с собой может взять, а Мирру и Дин — нет.

Оливер вздохнул и притянул Шайну ближе, склонился над лицом, вглядываясь в глаза, и очень тихо сказал:

— Не боюсь. Тебя не тронут. Ни при каких обстоятельствах. Так объяснила Эмирин.

Зрачки удивлённо расширились, заполнив почти всю радужку.

— Но почему?.. — прошептала Шайна едва слышно и сглотнула, неожиданно покраснев, будто её смущала какая-то мысль.

— Я не знаю, — честно ответил Оливер. Он и правда не имел понятия, хотя кое-какие соображения у него имелись, но по-другому и быть не могло — слишком уж давно он варился в этом деле. И слишком много всего видел. — Пойдём лучше завтракать? А то застыли, нас все обходят и глазеют, дыру скоро мне сделают в затылке.

— Да-да, пойдём, — кивнула Шайна. Краска схлынула с лица девушки, её сменила мертвенная бледность, широкие брови нахмурились, и Оливер на секунду пожалел, что сболтнул лишнее. Несмотря на то, что Эмирин говорила: если Шайна задаст прямой вопрос — отвечай. И вот — она задала. Но легче от этого не стало ни ей, ни ему.

«Когда всё это закончится, я напьюсь, — пообещал сам себе Оливер, стиснув зубы. Оборотни пили крайне редко и вообще не слишком уважали алкоголь, но если уж пили, то со знанием дела и волчьим размахом — до оборота и тоскливого воя на луну. — Главное, чтобы я был жив, когда всё это закончится…»

Шайна Тарс

О словах Оливера я решила подумать потом, наедине с собой. И временно отсекла их от себя, предпочитая думать о чём угодно, но только не об этом.

Слишком много загадок на одну меня свалилось за последние сутки. Или раньше? Я уже отчаялась во всём разобраться.

Керт не запрещал мне рассказывать друзьям о том, чем мы занимались накануне, — да и зачем запрещать? — поэтому, когда пришедшие на завтрак Дин и Дамир поинтересовались, как всё прошло и что вообще было, я честно ответила:

— Блокираторы снимали.

Наверное, в другой день и час я даже смогла бы насладиться их обалдевшими лицами, но не сегодня, увы. Сегодня мне было не до этого. Я вкратце рассказала, что задумал Керт, и повторила свою историю ещё раз чуть позже, когда к столу подсели Коул и принцесса.

Все были в шоке. Особенно эльф.

— Поверить не могу! — возмущался он, аж побагровев, что для его вечно бледного лица было удивительно. — Затащил тебя кхаррт знает куда и в одиночестве снял браслеты! А если бы не вытянул? Ты могла бы сгореть!

— Ну, Керт был уверен, что справится, — я пожала плечами, и Коул посмотрел на меня с яростью.

— Шани, ты забываешь о том, что до тебя никто из взрослых инициированных Огнём не выживал. И Керт просто не может знать, справится он или нет, потому что у него нет опыта. Ни у кого нет! Он должен был подстраховаться.

— Можешь высказать магистру свои претензии, — я вновь пожала плечами. — Я допускаю, что он тебя даже выслушает, прежде чем послать.

Данита фыркнула, Дин и Дамир по обыкновению переглянулись, а Оливер осторожно заметил:

— Я согласен с Коулом. Со стороны магистра это было немного безответственно. Да, он давно занимается инициированными, но это дети. С тобой всё иначе.

Сил возражать не было, поэтому я просто кивнула. Я доверяла магистру Керту — вне зависимости от того, было ли это имя у него настоящим или нет, — но доказывать его правоту ни Коулу, ни Оливеру не собиралась. По правде говоря, моё обучение у Керта — не их дело.

— Какие у всех планы на сегодня? — спросила принцесса, явно пытаясь перевести тему, и я была ей за это благодарна. — Пойдёте в город?

— Мы с Миррой нет, — ответила Дин. — Завтра, возможно. А сегодня будем заниматься курсовой работой. Там ещё у обеих конь не валялся.

— У меня тоже, — призналась я, — но пока не до неё.

— С тобой всё ясно, — вздохнула Данита, и, к моему удивлению, в её голосе не было язвительности. — А ты пойдёшь в город, Мир?

Я не сразу поняла, что она обращается к Оливеру. Несмотря на то, что мой язык всегда сам произносил это сокращение, мысленно я к нему так и не привыкла по отношению к ненастоящему принцу.

— Да, мы с Шайной вместе пойдём. Только она чуть раньше, а я — чуть позже.

Почему я пойду в город чуть раньше, никто не уточнил — все помнили, что по субботам я обычно навещаю матушку Розу.

Мы с Оливером договорились встретиться недалеко от борделя в шесть часов вечера. Таким образом, у меня было несколько свободных часов, чтобы наведаться к матушке. С утра я занималась домашними заданиями, а к ней собиралась ближе к обеду. Заодно и поем.

По дороге в бордель думала о том, что сказал Оливер, — что меня не тронут ни при каких обстоятельствах. Это было возможно только в одном случае: если я дорога тому, кто хочет занять трон моего императора. Чувства Норда здесь ни при чём, они не гарантируют неприкосновенность. А вот чувства того, кто заварил всю эту кашу с покушениями и убийствами…

Возникал очевидный ответ, и он мне абсолютно не нравился. Как бы я ни шарахалась в итоге от Коула, я не желала, чтобы он оказался замешан в эту историю, но вряд ли мои пожелания будут учтены. Осталось только понять, сам ли Коул или кто-то вместо него?..

У матушки Розы я столкнулась с дядей Когтем, но о том, что он тут будет, она меня предупредила ещё утром, когда я связалась с ней по переговорнику, подаренному отцом. Да, координаты борделя стали вторыми после координат Дрейка, и это казалось мне забавным. Отражало тот хаос, что творился в моей жизни в последнее время.

Стальной Коготь сидел на кухне и уплетал матушкины пирожки один за другим, почти как семечки. Лицо его лоснилось от удовольствия, и смотрел он на матушку так, словно она сама была одним из этих пирожков. Мне даже неловко стало. Впрочем, неловкость быстро ушла, как только матушка Роза усадила меня за стол, дала пирожок, а потом на кухню пришли ещё три девчонки из числа обитательниц борделя. Меня стали ненавязчиво расспрашивать об учёбе, рассказывали смешные и отчасти пошлые истории и всячески громко подбадривали. Это был абсолютно другой мир — яркий, беззаботный, чувственный… Я не хуже остальных знала, что это не более чем иллюзия, но качественная и очень искренняя, в неё приятно погружаться, топить в ней свою тоску. За этим сюда и приходили на самом-то деле, а не только за постелью. И сейчас я была на месте тех, кто желал справиться со своей болью, притупить её, слушая щебетание девчонок и глядя на ласковую улыбку матушки Розы.

Дарида! Всё бы отдала, лишь бы перенестись на несколько недель назад, чтобы Норд был жив и вечером этого дня я могла отправиться в библиотеку через портальное зеркало…

— Ну-с, я, наверное, пойду, — неожиданно прогремел Стальной Коготь, и я очнулась. — Зайду к тебе ещё, Рози, через пару-тройку часиков.

— Погодите, дядя Коготь, — я едва не вскочила с табуретки, намереваясь остановить его, но это не понадобилось — мужчина, уже начавший вставать, опустился обратно и посмотрел на меня, вопросительно подняв брови. — Я хотела кое-что узнать у вас. Насчёт… м-м-м… Коула.

— Ого, это интересно. Насчёт эльфёныша, значит, — дядя Коготь расплылся в улыбке. И матушка Роза, и девчонки молчали, даже не пытаясь подшучивать над моим интересом. — Ну давай, спрашивай, отвечу, если смогу.

Я вздохнула. Задавать вопрос было больно, как всегда, когда речь заходила о моём императоре.

— Прежде чем докладывать Коулу о его отце, вы рассказали о Пауке… ещё кому-нибудь?

Улыбка Стального Когтя слегка померкла, и одна из девчонок, рыжая Кэрри, вскочила из-за стола, потянув за собой остальных.

— Мы пойдём, да, матушка?..

— Идите-идите, — махнула рукой матушка Роза, и через пару мгновений девчонок и правда словно сдуло с кухни. А Коготь, глотнув из кружки чаю, кивнул и сказал, потянувшись за очередным пирожком:

— Ты ж сама понимаешь, Шайна, — я был обязан доложить. Дело такое, не только эльфёныша касается.

Я закусила губу. Меня уже начинало колотить от волнения и напряжения, от мыслей и домыслов.

— Но почему Паука в таком случае не арестовали сразу? — выдохнула я резко. — Почему?..

— Не знаю, — дядя Коготь пожал плечами. — Может, времени не хватило, может, хотели на живца поймать. Мне же Тайная служба не отчитывается.

Я побарабанила пальцами по столу. Времени не хватило… Зная Норда — вряд ли ему могло бы не хватить времени. Если, конечно, он получил этот доклад, в чём я не сомневалась. Думаю, о сущности Паука он знал даже до итогов расследования Стального Когтя.

Но тогда тем более. Почему не арестовывал? Было ведь за что!

— Вы же знали его, дядя Коготь, — вздохнула я, почти умоляюще посмотрев на собеседника. — Паука. Немного, но знали. Скажите честно… он мог убить императора? Мог?

— Что ты имеешь в виду, Шайна? — Коготь нахмурился, и я потёрла ладонью лоб. Как объяснить…

— Я провела у него три воскресенья, и Паук не показался мне человеком… то есть эльфом, который способен бросить всё ради мести. В конце концов, он проводил исследования, поэтому и приглашал меня к себе в лабораторию, чтобы изучать полукровок. Если Паук собирался погибнуть, то по какой причине он не свернул хотя бы эти исследования? Да и в целом он не был похож на эльфа, который готовится к смерти. Я знаю, что он ненавидел императора, но…

— Шани, — перебила меня матушка Роза тихим, но уверенным голосом, — не цепляйся за иллюзии, прошу тебя.

Я тяжело замолчала, не представляя, что ещё могу сказать, чтобы объяснить: дело не в моей любви к Норду, точнее, не только в ней. «Огненный цветок» нужно творить зная, что умрёшь и сам, но Паук не собирался умирать. Дарида, да он был живее всех живых, работая со своими артефакторскими штучками! Разве так выглядят смертники?

Но говорить всё это сейчас — только воздух зря сотрясать. Да и матушку Розу волновать не нужно. И так смотрит на меня с беспокойством и в глазах слёзы блестят.

— Не волнуйся, — я улыбнулась и коснулась её руки. — Всё в порядке, правда. А… можно мне ещё пирожок? Если остался, то с малиной.

— Остался, — кивнула матушка и повернулась к плите.

Принцесса Данита

Она думала, Коул проведёт с ней максимум пару часов — сводит в сквер, парк или кафе ненадолго, а потом простится и поспешит куда-нибудь ещё, раз уж Шайна недоступна. Но эльф удивил. Сначала повёл гулять по городу, потом завёл в отличное и очень дорогое кафе в центре, а затем сообщил, что у него куплены билеты на вечерний концерт в Доме филармонии, но до него ещё два часа и можно скоротать время, пройдясь по магазинам.

— Не пойму, — вздохнула Данита, глядя на опустевший бокал, где пару минут назад красовался шикарный шоколадный мусс. — Ты на мне тренируешься, что ли? Репетируешь перед тем, как выгулять Шайну?

— Мы уже четыре часа вместе, — хмыкнул Коул, иронично прищурившись. — Думаешь, Шайна выдержит находиться со мной столько времени? Не будь наивной, Нита. Она сделает всё, чтобы скорее от меня удрать.

— В этом нет ничего нового, — пожала плечами принцесса. — Однако раньше ты меня на свидания не приглашал.

— Всё меняется.

— Ну-ну.

— Не веришь? — Он кивнул, словно понимал, почему Данита сомневалась. — Хорошо, давай скажу откровенно. Ты мне действительно нравишься. Да, не так сильно, как Шайна. Но, знаешь ли, и горячий чай быстро остынет и превратится в лёд, если его вынести на мороз.

— Интересное сравнение, — фыркнула Данита, пытаясь скрыть собственное смущение и волнение из-за слов Коула. — Значит, Шайна — не твоя единственная?

— Нет, она не моя латкарто.

— Тогда что же ты за ней так бегаешь?

Коул выглядел искренним, когда говорил, что Шайна не его единственная, но Даниту почему-то точил червячок сомнения. Если это правда, то действительно — зачем он так долго её окучивает? Давно мог найти кого-нибудь сговорчивее.

— Нравится. Кроме того, мне хочется её завоевать. Чем неприступнее девушка, тем она желаннее.

Да, эту теорию Данита хорошо знала, поэтому никогда и никому не валилась радостно в руки. Да и дядя не позволил бы.

Дядя…

Сердце привычно кольнуло острой болью. Смириться со смертью дяди Велдона оказалось невозможно, поэтому каждый раз, вспоминая его, Данита старалась просто затолкнуть эти воспоминания глубже и ни о чём не думать. Из-за этого ей казалось, что в лёгких у неё что-то застряло и это что-то мешает дышать и говорить.

— Знаешь, что мне не нравится? — Принцесса привычно сглотнула свою боль, спрятала воспоминания о дяде и продолжила: — Я чувствую себя запасным вариантом. Вроде как — если не завоюешь Шайну, переметнёшься ко мне. Ты уж определись, ладно? И если хочешь начать… ну… со мной, то перестань с ней встречаться в свободное время. Это меня оскорбляет. Шайна ведь тоже видится и с тобой, и с Дамиром, ты должен понимать, как это неприятно!

Коул кивнул, и Даните неожиданно стало не по себе от ледяной ярости, промелькнувшей в глазах эльфа.

— Кстати, хотел спросить. Ты уверена, что этот Дамир — твой брат?

— Что? — она уставилась на собеседника с искренним изумлением, не понимая, о чём он говорит.

— Дамир, который учится сейчас с нами, — действительно твой брат, ты уверена? — переспросил Коул с абсолютно серьёзным лицом, явно вовсе не считая, что несёт полный бред. — Или это кто-то другой выдаёт себя за него?

— Коул, — вздохнула принцесса, иронично изогнув бровь, — мне кажется, тебе надо лечиться. Что за ерунду ты несёшь? Конечно это Дамир! Организатор покушений на нашу семью мёртв, всё закончилось. Брата короновали. Или ты думаешь, что короновали не его?

— Не знаю. Я не был знаком с Дамиром, так что тебе виднее, с ним ты видишься каждый день или не с ним.

На самом деле у Даниты иногда возникало неясное ощущение, словно она общается не с братом, а с кем-то другим, незнакомым. Но девушка никогда в жизни не призналась бы в подобном. И вовсе не потому, что не желала выглядеть дурой, — нет.

Раньше, возможно, она сообщила бы Коулу о своих подозрениях, но не теперь, когда они с братом потеряли дядю Велдона. Слишком высоки ставки, и если этот Дамир — не её Дамир, значит, так надо. И Коул не должен знать об этом.

Кстати, а вот интересно, почему он постоянно спрашивает у неё про брата? Ладно про Шайну — там любовь, всё понятно. Но про Дамира Коул интересовался задолго до появления брата в академии. Это всего лишь любопытство или?..

— Не надо нести чушь, — отрезала Данита, не ведая, что в этот момент невольно скопировала интонации дяди Велдона. — Повторяю: у меня нет сомнений, что это Дамир. Зато есть сомнения, стоит ли идти с тобой на концерт.

— Тебе же нравится Дом филармонии, ты сама говорила.

— Говорила. Но мне не нравится быть запасным вариантом, и это я тоже говорила.

— Я учту, — усмехнулся Коул, глядя на Даниту с таким выражением на лице, что девушку немедленно бросило в дрожь. Не чувственную, а какую-то иную, нехорошую. — Но сегодня давай всё-таки отложим в сторону твои аргументы и просто хорошо проведём время, ладно? В конце концов, тебя это ни к чему не обяжет.

— Ты это Шайне скажи в следующий раз, — съязвила принцесса и улыбнулась, когда Коул поморщился. — Ей такой аргумент точно понравится. Но, знаешь, я, пожалуй, последую твоему своеобразному совету и пойду в Дом филармонии. Не хочется терять билеты.

— Отлично. Я знал, что ты разумна, высочество.

Это была месть за её шутку об аргументе, Данита сразу поняла, но не могла не возмутиться.

— Будешь так меня называть, точно не пойду, и вообще…

— Последний раз, — хмыкнул Коул и развёл руками. — Больше не буду, обещаю.

— Так-то лучше.

Шайна Тарс

От матушки Розы я уходила в смятении. Разговор с дядей Когтем ничего не дал, кроме того, что я понимала и так, — о личности Паука императору было доложено раньше, чем Коулу. И Норд, зная, что рискует, покидая дворец на время парада, по какой-то причине не арестовал артефактора. Я не верила, что мой император мог не осознавать опасность и откровенно плюнуть на неё. Тогда почему?..

А может, он просто хотел умереть? И это был способ всё закончить поскорее?

Нет. Нельзя так думать. Тот Норд, сильный и благородный, любящий своих племянников, ни за что не пошёл бы на такое исключительно из собственного эгоизма. Нет!

— Шайна!

Я подняла глаза и слегка вздрогнула, заметив, что у здания библиотеки, где мы договорились встретиться с Оливером, меня ждёт не только он, но и магистр Керт. Я не ожидала этого, думала, он придёт сразу в клуб. А он, получается, решил охранять наследника по полной программе.

Приветственно кивнув обоим, я подошла ближе. Прищурилась, пытаясь рассмотреть на Оливере хоть какие-то чары… ну не мог же он пойти в город вот так, с открытым лицом, как Дамир? В прошлый раз, на ярмарку в честь праздника урожая, он так и ходил, но тогда рядом была охрана. А сейчас я не видела здесь никого, кроме Керта.

— Ректор поставила отвод глаз, — объяснил магистр, будто поняв, о чём я думаю. — Пока его величество не обратится к кому-либо, его не замечают. А в самом клубе дают маски, там никто не открывает лицо, это нормально.

— Мне тоже дадут?

— Конечно.

По пути в клуб я заметила, что Оливер пребывает в приподнятом настроении, и тоже невольно чуть развеселилась — оказалось приятно осознавать, что сегодня он немного развеется и отвлечётся от своей работы. Может, удастся и мне? Вдруг дуэли — это интересно?

— А вы будете участвовать, магистр? — поинтересовалась я, когда мы уже подходили к зданию, в котором, как сказал Оливер, и находился дуэльный клуб. Керт бросил на меня мимолётный взгляд и пожал плечами.

— Не знаю, не уверен.

— Да ладно вам, магистр! — весело хмыкнул Оливер, сверкая возбуждёнными глазами. Он был такой радостный, что у меня невольно растягивались в улыбке губы, когда я на него смотрела. — С вашим мастерством и простаивать среди зрителей? Это расточительство.

— Ваше величество, — протянул Керт, и я невольно поморщилась. Подобное обращение по отношению к Оливеру звучало более чем дико, но одёрнуть магистра я, понятное дело, не могла. — Вы считаете это расточительством, но отчего-то не считаете нечестным. В клубе дерутся любители, а я, мягко говоря, давно к ним не отношусь.

Я едва не фыркнула. Ну да, он не относится, разумеется, но и Оливер тоже. «Хамелеон» и сотрудник Тайной службы не может быть любителем в боевой магии.

— Да ладно вам, — махнул рукой Оливер, судя по всему, не испытывая ни малейших угрызений совести. — Думаете, там все такие уж честные и не скрывают свои способности и уровень? Сомневаюсь. Чем больше ты скрываешь, тем выше шансы на успех. У вас они высоки. Кроме того, я бы хотел с вами сразиться. Соглашайтесь!

Я не выдержала и всё-таки фыркнула. Сразиться бы он хотел, подумать только!

— Интересно, кто из вас в таком случае победит, — протянула я, когда оба собеседника покосились на меня, и едва не хлопнула себя по губам. Кхаррт, это же должно быть очевидно! Дамир — студент, а Керт — преподаватель со стажем. А я высказалась так, словно… Ох, хоть бы магистр ничего не заметил! Или подумал, что это была такая неудачная шутка.

— Конечно я! — с пафосом воскликнул Оливер. — У меня же стимул есть. Ты меня поцеловать обещала.

Я поперхнулась воздухом.

— Да? — Керт усмехнулся, но в этой усмешке мне почудилось что-то почти зловещее. — Действительно, прекрасный стимул. Тогда я, пожалуй, поучаствую.

От неожиданности я покачнулась, и Оливер, посмеиваясь, подхватил меня под локоть.

— Магистр, боюсь, Шайна не захочет вас целовать, даже если вы меня победите.

Вот с этим можно было поспорить, но я промолчала. Ещё не хватает признаваться в подобном позоре…

— Ничего страшного, — ответил Керт и холодно улыбнулся. — Главное, что она не поцелует вас, ваше величество.

Оливер Рино

Было странно и забавно наблюдать за тем, как ломало магистра Керта по отношению к Шайне. Оливер даже не удержался и немного подразнил его, правда, почти сразу пожалел об этом. Так бы Керт и не подумал лезть на ринг, а после его показательного выступления обязательно полезет. И плевать, что Оливер не был уверен в собственной победе, — проиграть достойному сопернику честь, а не неприятность. Но не возникнут ли у этого соперника лишние вопросы по поводу уровня подготовки Дамира? Вряд ли принц такой уж хороший дуэлянт. Неплохой, да, но Оливеру он пока не годился даже в подмётки. Значит, на ринге нужно быть осторожнее и не показывать лишнее мастерство.

Дуэльный клуб находился в подвальном помещении под трактиром «У Храла». Храл, крупный суровый орк с большими клыками и тёмной щетиной на массивном подбородке, владел клубом давно и платил хорошие деньги Стальному Когтю, который занимался прикрытием любой незаконной деятельности перед гвардейцами Тайной службы. И заведение это было одним из самых прибыльных в столице, чуть ли не прибыльнее борделя. Поэтому Храл зорко следил за тем, чтобы всё было в порядке и обходилось без нарушений, лишних травм и незарегистрированных (то бишь за пределами ринга) драк. Алкоголь здесь и вовсе не продавали, и пьяных не пускали. Храл так и говорил: «Хорошая драка может быть только на трезвую голову».

Они вошли в трактир, сели за столик, и подошедшей подавальщице вместо заказа Оливер сказал пароль для входа в клуб. Темноволосая орчанка кивнула, подмигнула ему и сообщила, что, как только одна из парадных освободится, их сразу же позовут.

— Почему она так сказала? — шепнула Шайна, явно чувствуя себя не в своей тарелке из-за того, что они ничего не заказали, ещё и сидела она напротив магистра Керта, периодически ловя на себе его напряжённый взгляд.

— В клуб входят через одну из комнат для контроля. Храл, хозяин клуба, называет их парадными. Там всех проверяют на предмет всякого запретного и выдают маски. Желающих много, а это не быстро, поэтому запускают по очереди. Не переживай, я ни разу не ждал дольше двадцати минут, — объяснил Оливер, невольно пожалев, что ничего не заказал. Шайне не было бы настолько неловко, если бы она держала в руках какую-нибудь кружку с чаем, куда можно уткнуться носом.

— А что относится к запретному?

— Алкоголь, дурман, разные артефакты, оружие. Не переживай, у нас с собой этого точно нет.

— М-м-м… — Шайна закусила губу и неуверенно произнесла: — У меня есть один артефакт…

— С ним пустят, — вмешался Керт. — В нём нет атакующих чар, только щитовые. Кроме того, ты не участник, а гость.

Оливер не понял, о чём говорил магистр, а вот Шайна явно поняла и очень удивилась.

— А-а-а… откуда вы знаете?

— Ректор сказала.

Девушка смотрела на магистра с сомнением, будто не до конца доверяла. Интересно почему? Дартхари не могла сказать Керту про какой-то артефакт Шайны? Что в нём такого особенного?

Спрашивать об этом было не к месту, да и времени не оказалось — к их столику, обворожительно улыбаясь, подрулила подавальщица и, сверкая длинными клыками, объявила:

— Пойдёмте, я вас провожу.

Они прошли за орчанкой в соседний зал, там дошли до конца, где в углу приютилась небольшая и неприметная дверь с красноречивой надписью: «Приватная зона», отчего Шайна слегка порозовела, спустились по длинной каменной лестнице и очутились в просторном светлом зале, где не было ничего, кроме трёх столов, за которыми сидели три человеческих мага с бесстрастными лицами.

— Вот, мальчики, ещё трое, — орчанка кокетливо изогнулась, заигрывая то ли с кем-то одним, то ли со всеми сразу. — Свистните, как закончите.

Она метнулась обратно по лестнице, и один из магов кивнул на место за своим столом.

— Садитесь, по одному к каждому из нас. Первый раз?

— Нет, — ответил вместо Оливера Керт, и оборотень с интересом покосился на магистра. Бывал здесь, значит? Интересно, когда успел? Насколько ему было известно, Керт почти не покидал Гротхэм. Удивительно, как Эмирин вообще уговорила его преподавать в столице даже недолгое время. — Точнее, мы двое — нет, девушка — да.

— Ясно.

Процедура проверки заняла не более пары минут. По истечении этого времени троим посетителям надели маски, выдали красные верёвочные браслеты и пояснили специально для Шайны:

— Это сигналки. Во-первых, так видно, что вы действительно прошли контроль, а не пролезли как-то окольными путями, а во-вторых, если с вами что-то случится, охрана узнает об этом тут же. Браслеты спадут и превратятся в бесполезные верёвки, как только выйдете из клуба. Не забудьте их выбросить, наверху есть урна специально для такого случая. Всё понятно?

— Предельно, — на этот раз ответил Оливер, и их наконец пропустили дальше.

Шайна Тарс

Я не ожидала, что в этом… не знаю даже, как назвать, — зале? — будет столько народу. Все в масках, конечно. Маски были интересные, похожие на переливающуюся жидкую ртуть, облепившую лицо так, что видны оставались только глаза и немного подбородка с губами. Большинство посетителей ещё были в плащах и надевали на голову капюшоны, так что узнать кого-то на улице после ухода из клуба точно будет проблематично. Однако даже сейчас можно было сказать, что мужчин здесь в несколько раз больше, чем женщин. И на всех женщин смотрели, причём пристально и откровенно. Я подобного не ожидала — в конце концов, это же не бордель! — и невольно пряталась за Оливера и Керта, стараясь лишний раз не высовываться.

— Здесь принято искать себе даму на вечер? — съязвила я, заметив очередной сальный взгляд со стороны одного из посетителей, которым он смерил меня с головы до ног. Хорошо, что плащ академии я оставила в борделе, пообещав забрать его на обратном пути, а сюда явилась в обычном, иначе это вызвало бы лишние вопросы. — Так смотрят…

— Не то чтобы принято, — усмехнулся Оливер, не глядя на меня. Он смотрел по сторонам, и сразу чувствовалось — мужчина в своей стихии. В эту секунду он совсем не был похож на Дамира. И дело было даже не в маске, а во всём остальном. Дамир так не двигался, не смотрел, не разговаривал. Оливер будто оставил этот образ за дверьми клуба. Не боится при Керте-то? — Скорее, многие женщины, приходящие сюда, сами не против познакомиться. Но ты не переживай, приставать не будут, ты же с нами. Правилами клуба запрещено подходить к чужим спутницам.

Мне тут же стало легче. Какие хорошие правила! Не сомневаюсь, дядя Коготь приложил к ним свою когтистую лапу. Он не любил лишние скандалы.

Зал, в котором мы оказались после прохождения контроля, был выкрашен в кроваво-красные тона. Бордовые стены, коричневый ковёр, алый ринг с магическим заграждением, переливающимся, словно мыльный пузырь. На фоне всего этого посетители, одетые преимущественно в чёрное, и работники клуба — они были в белой форме — смотрелись контрастно. Как представители добра и зла практически. «Добро» подавало напитки, исключительно безалкогольные, и кое-какую еду — всё бесплатно, так как за участие мы заплатили на входе, — регистрировало участников дуэлей, а «зло» только глазело по сторонам, потребляло предлагаемое и порой переговаривалось друг с другом. Народ кучковался группами, кое-где слышался заливистый хохот. В общем, не всем тут было, как мне, не в своей тарелке, далеко не всем.

— Некоторые приходят сюда не сражаться, а делать ставки, — сказал вдруг Оливер, кивая на одного из сотрудников клуба, высокого и очень остроухого эльфа. — Вот он их принимает. Хочешь поставить на кого-нибудь?

Я пожала плечами.

— У меня почти нет денег. Да и если бы были… я могу только на тебя поставить, больше никого тут не знаю, а ты ещё не зарегистрировался.

— Сейчас зарегистрируюсь и поставишь.

Спорить я не стала. Найду уж мелкую монетку. Хотя, честно говоря, если Керт действительно будет участвовать, то вряд ли Оливеру светит победа при всём его несомненном мастерстве.

Магистр решил участвовать. Их с Оливером зарегистрировали под выдуманными именами: Керт назвался Севером, Оливер — Лисом. Почему они выбрали именно эти имена, я не имела понятия, а спрашивать было недосуг — практически сразу после того, как моих спутников вписали во внушительный список, на ринг вышел ведущий и объявил начало дуэльных состязаний, а Оливер, вполголоса выругавшись, потянул меня к эльфу делать ставку. Я послушно поставила на него небольшую сумму — курам на смех, даже эльфу было смешно, судя по ехидной улыбке, — и мы поспешили занимать места среди зрителей.

Ринг находился в центре зала, в низине, как сцена в театре, он был круглый, и возле него предполагалось стоять. Хотя стулья и кресла со столами здесь были, но вдоль стен. Пол, уходивший вниз под небольшим углом и покрытый ковром, чтобы никто не заскользил по нему на каблуках, предполагал отличный обзор практически из любого места зала, но и Керту, и Оливеру хотелось быть ближе к рингу. Я не возражала и позволила дотащить себя почти до самого переливающегося всеми цветами радуги щита, за которым ведущий уже объявлял первую пару дуэлянтов — неких Вихря и Радугу. Последняя вроде бы была женщиной, если судить по фигуре, затянутой в кожаные штаны и куртку с карманами.

— Наёмница, — пояснил Оливер, склоняясь к моему уху под бешеный рёв зрителей. — По крайней мере по одежде так кажется. Скорее всего, решила подзаработать денег. Наёмники обычно неплохие дуэлянты. Первое место не займёт, но в десятку войдёт, а это тоже деньги.

— А, так платят за первые десять мест? — удивилась я. — Я думала, только за победителя.

— Нет. Причём ставки можно разные делать. Мы с тобой поставили на победителя, а кто-то пытается угадать распределение мест среди участников. Вот там, если твоё предсказание сбудется, вообще можно отличный куш урвать.

— А ты на кого поставил? — Меня очень интересовал этот вопрос. Неужели Оливер сделал ставку на себя? Это как-то… не знаю… не очень скромно, что ли.

— На Керта, разумеется, — ответил Оливер, огорошив меня этим ещё сильнее, чем если бы он признался, что поставил на себя.

— Думаешь, он победит?

— Увидим, — Оливер хмыкнул и подмигнул мне, на мгновение покосившись на сурового магистра, что стоял по другую сторону от меня и наблюдал за происходящим на ринге. — Только ты его не целуй, даже если победит, ладно?

— С ума сошёл? — выдавила из себя я и перестала дышать на мгновение, когда Оливер, наклонившись ниже, почти неслышно шепнул:

— Шани, Керт по тебе сохнет. Он просто по уши, неужели не видишь? Так что не обнадёживай магистра.

Что на это ответить, придумать я так и не смогла.

Да и вообще я какое-то время ничего не могла, находясь в каком-то ступоре из-за слов Оливера. Керт по мне сохнет, он «по уши». О Дарида! Заезжий магистр влюбился в студентку, потерявшую магию из-за инициации? С чего вдруг? Я не настолько симпатичная. А вот если предположить, что под маской Керта находится другой человек…

Кхаррт, Шайна! Ну сколько можно выдумывать?!

Первую и вторую дуэли я пропустила, погружённая в собственные мысли и сомнения. Начала воспринимать реальность только с третьего поединка — между двумя тёмными эльфами. И сразу осознала, что любая дуэль не длится дольше пары минут. Причём чем меньше времени уходило у соперников, чтобы разобраться друг с другом, тем зрелищнее всё оказывалось для зрителей.

Оливера вызвали на ринг в десятую пару, и его соперником оказался маг под именем Кинжал. С виду человек, а там уж кто его знает? В любом случае против поддельного принца он продержался секунд двадцать, хотя сражался достойно. Я-то в этом не разбираюсь, но так сказал мне Керт. Для того, чтобы сделать это замечание, ему пришлось наклониться к моему лицу, и несмотря на то, что я стояла полубоком и не поворачивалась к магистру, по телу от его горячего дыхания, коснувшегося щеки, прошла целая волна взволнованных мурашек.

Ответить я не успела — рядом с нами приземлился Оливер, спрыгнув с ринга и тут же бесцеремонно оттеснив меня от Керта.

— Ну-с, Шани, я победил, — хмыкнул он, приобняв меня, — целуй!

— Я имела в виду победу в турнире целиком, — я дёрнулась, и Оливер откровенно расхохотался, а потом сам чмокнул меня в щёку.

— Ах ты, обманщица! Но так уж и быть, прощаю на первый раз.

— На первый?.. — начала я, но не договорила — ведущий вечера громко возвестил:

— На ринг приглашаются Север и Таран!

Я вздрогнула, немедленно отстраняясь от Оливера, и проводила взглядом взметнувшуюся фигуру Керта. Магистр, не мешкая, запрыгнул на ринг — щит легко пропустил его, как и остальных дуэлянтов, — и выпрямился рядом с ведущим, толком и не смотря на соперника. А мне отчего-то стало смешно, потому что крупный и плечистый мужик под именем Таран рядом с Кертом выглядел не настолько крупным и плечистым. Интересно, как он смотрелся бы рядом с Нордом…

— Как думаешь, сколько времени продлится поединок? — спросил Оливер, прижимая меня к своему боку. Демонстративно, нахально. И Керт явно видел этот жест, иначе отчего его глаза настолько зло сверкнули? — Я ставлю на десять секунд.

— Не маловато ли? — засомневалась я. — Твоя дуэль была самой короткой и длилась двадцать.

— Ну, то моя, — хмыкнул Оливер многозначительно.

Он оказался прав. Почти. Поединок Керта с Тараном длился всего три секунды, и никто даже не успел ничего толком заметить. Раз — огненная вспышка, два — громкий бабах, от которого все разом зажали уши, три — огонь исчез, и оказалось, что соперник магистра уже лежит на полу без сознания.

Зрители обалдели. Даже ведущий, наверняка видевший на своём веку много всего удивительного и невероятного, уронил челюсть на грудь.

— Сейчас все побегут ставить на нашего магистра, — засмеялся Оливер где-то рядом с моей макушкой. — У турнира явно новый фаворит.

Керт собственную победу воспринял как должное, он лишь кивал на поздравления, доносившиеся со всех сторон, и смотрел куда угодно, только не на меня.

А мне отчего-то было неловко. И жарко.

Я почти задыхалась, потому что уже видела однажды Норда во время дуэли. Там, в своём сне, где он и мама ещё были студентами академии, молодыми и живыми. И будь я проклята, если в том сне Норд двигался не точно так же, как сейчас двигался Керт.

Наваждение какое-то…

Всего в первом туре было шестнадцать пар, и после его окончания претендентов на победу стало в два раза меньше. Во втором туре нас ждало восемь поединков, и я не сомневалась, что из восьми будущих победителей знакома как минимум с двумя.

На этот раз магистр бился первым, и его соперником был маг под именем Лют — оборотень, как сказал Оливер. В первом туре он был молодцом, но во втором продержался против Керта всего на пару секунд дольше, чем Таран. А когда его привели в чувство, подошёл к нам и пожал магистру руку, глядя на него с уважением. Как я поняла из того, что чуть позже рассказал мне Оливер, Лют был одним из главных претендентов на победу и последние лет пять не занимал места ниже третьего, а тут такое.

— Умеет проигрывать, это нужное качество для боевого мага, — говорил Оливер, провожая взглядом удаляющегося оборотня. — Даже жаль его, не повезло. Не выпал бы по жребию наш Керт, мог бы забраться выше по таблице.

Сам поддельный принц сражался против наёмницы Радуги, всё-таки победившей в прошлом туре, чего я умудрилась не заметить. Радуга оказалась упрямой, билась долго и упорно, но всё же проиграла. А Оливер, издав радостный победный клич, сиганул с ринга, метнулся ко мне — и я даже не успела ничего сообразить или просто пискнуть, когда он вдруг под улюлюканье толпы прижался к моим губам. Крепко, откровенно и настойчиво раздвинул их, погладив языком, и отстранился, как только почувствовал, что я собираюсь треснуть ему кулаком по плечу.

— Сладкая, — прошептал он с озорной и бесшабашной улыбкой, пока рядом хохотали. — Прости, не удержался.

Я сражалась одновременно с двумя желаниями. Первым было стремление дать Оливеру в лоб, нос или пах — куда получится, — а вторым…

Не смотреть на Керта. Только не смотреть на Керта! Не смотреть! Нельзя, нельзя, нет!

Посмотрела…

И замерла, наткнувшись на его тёмный от ревности взгляд. Таким он смотрел на меня, когда я рассказывала про поцелуй Коула.

Нет, Шайна, нет. Это не может быть Норд. Не может быть! Ты обманываешь саму себя, обманываешь!

Его губы дрогнули в усмешке — знакомой, родной и настолько болезненной, что у меня бешено забилось сердце, — и я ждала каких-то слов… но он молчал. Молчал и просто смотрел на меня, жёстко и многозначительно, и мне хотелось заорать на весь зал:

— Ты?! Это же ты, да?! Ты?!

Но я тоже молчала.

Третий тур начался с победы Оливера над каким-то светлым эльфом. Сражались они долго, и я даже успела усомниться в том, что мой спутник победит. Кроме того, я прекрасно понимала: Оливер не хочет раскрываться перед Кертом, у которого и так наверняка возникнут вопросы после сегодняшнего вечера. Поэтому и не показывает как минимум половину своих настоящих способностей.

После были ещё два поединка, их я смотрела вполглаза. Не только потому, что думала о Керте, но и потому, что уже успела устать от дуэлей. Я понимала Оливера — наблюдать это всё было интересно, но до определённого предела. Потом накапливалась усталость и начинало казаться, что все поединки одинаковые.

Керт бился последним, и в зале, когда он поднимался на ринг, стояла оглушительная тишина. Соперником магистра был тёмный эльф с надменным взглядом, видным даже из-под маски. Он мне сразу не понравился, и я была очень рада, когда Керт справился с ним за десять секунд.

— Кхаррт, здорово как, — выдохнул Оливер с восхищением, сжимая мою руку. Я опомнилась и выдернула кисть из его захвата, пока магистр не заметил. — Я уже начинаю завидовать Гротхэму, что у них есть такой преподаватель.

Я хотела сказать: «Тебе-то что, ты же не студент», но ожидаемо не смогла произнести ни слова, заклинание Эмирин не дало.

Ведущий объявил пятнадцатиминутный перерыв перед итоговыми поединками, и Оливер предложил мне и Керту отойти к столам и что-нибудь съесть и выпить. Это было проще, чем искать подавальщиков. Мы так увлеклись происходящим, что до сих пор этого не сделали. И только услышав предложение Оливера, я осознала, насколько проголодалась. Ещё бы! Уже было время ужина.

— Боюсь, в финале нам с вами всё-таки придётся столкнуться, магистр, — шутливо произнёс Оливер, как только мы подошли к столам. Серьёзного здесь ничего не было, одни маленькие бутерброды на шпажках, нарезанный небольшими кусочками сыр и фрукты. Из напитков — сок и вода. — Как думаете?

Керт покосился на табло, висевшее над рингом. Перед очередным этапом там появлялся список дуэлянтов, и сейчас было понятно, что Оливеру придётся противостоять какому-то Медведю. Я плохо его помнила, а вот магистр, как оказалось, запомнил отлично.

— Я не уверен. Ваш противник — отличный боевой маг. Очень хорош в атакующих, у вас же лучше получаются щиты. Попробуйте сыграть на этом.

— Подсказываете мне, магистр? — хмыкнул Оливер, но Керт не отреагировал на подколку, а просто молча кивнул.

Спустя пятнадцать минут наш поддельный принц поднялся на ринг, и как только началась дуэль, я сразу подумала — нет, не выдюжит. Этот Медведь, даром что крупный мужчина, был ловким и быстрым, да и знал больше, чем полагалось знать Дамиру. Я понимала, что Оливер мог бы его победить, будучи собой, но он прежде всего был профессионалом в своём деле, он отвечал не только за себя.

Поэтому он проиграл.

Спрыгнул с ринга с выражением вселенской скорби на лице и, горестно вздыхая, поплёлся к нам с магистром.

— Не унывай, — улыбнулась я и хлопнула Оливера по плечу. — Не последний день живёшь. Тем более добрался до четвёрки лидеров.

— Я хотел быть хотя бы вторым, — вновь вздохнул мужчина. — Тем более ты теперь меня не поцелуешь.

— Ой, да перестань, — я закатила глаза, но нам обоим пришлось замолчать — настало время дуэли Керта.

Ему вновь противостоял тёмный эльф, и на этот раз всё длилось намного дольше, целую минуту. Для магистра это было удивительно, но я поняла почему — эльф бился ни на жизнь, а на смерть, и Керт, кажется, опасался его покалечить. Такие случаи бывали, хотя щиты здесь стояли отменные, почти такие же, как в академии. И максимум, что грозило соперникам, — это лёгкая царапина или сотрясение мозга от слишком сильного удара об землю.

Эльф был недоволен проигрышем, но руку Керту всё же пожал. И ведущий тут же, не сходя с ринга, пригласил Медведя для заключительного поединка.

— Сегодня у нас беспрецедентные ставки, — пошутил ведущий, пока противники раскланивались и расходились по разным углам ринга. — Такая интрига! Столько сильных игроков! Ну-ка, кто в зале болеет за Севера? Кричите громче!

Вместо того чтобы кричать, я стиснула зубы от волнения. Что за балаган?! Но народу нравилось. Народ орал, свистел и улюлюкал, пока я стояла и нервно отстукивала ботинками по полу какую-то мелодию. Скорее бы всё закончилось!

— Переживаешь? — Оливер приобнял меня за плечи, и на этот раз я не стала вырываться. — Зря. Он победит. Хотя, конечно, не так чтобы совсем легко.

Тридцать секунд. Дуэль длилась всего тридцать секунд, а мне показалось — полжизни! Моей. Между соперниками всё искрило, взрывалось и полыхало, и всё это время я не дышала, опасаясь, что…

Это было безумно глупо. Потому что, даже если бы Керт проиграл, это бы ничего не изменило ни в моей жизни, ни в его. В конце концов, это всего лишь какой-то дурацкий клуб! Но мне хотелось, чтобы он победил. Всех!

И когда рассеялся неведомо откуда взявшийся дым и я увидела, что магистр стоит на ногах, а неподалёку сидит и держится за голову его соперник, едва не завопила от радости. Но меня опередили. Зрители завизжали, заорали, засвистели, захлопали, приветствуя победителя, которого уже объявлял ведущий, поднимая руку Керта.

— Север — наш сегодняшний победитель! Поздравляю!

Он усмехнулся, неуловимо и совсем не радостно, а затем освободил ладонь из хватки ведущего и пошёл к краю ринга, глядя на меня. Спрыгнул, не отводя глаз, и я поняла, что он собирается сделать, за несколько мгновений до того, как сильные и жёсткие руки вырвали меня из полуобъятий Оливера, а затем…

Мелькнул его взгляд — тёмный и жадный, взгляд жаждущего, дорвавшегося наконец до живительной воды. Я успела сделать вдох, быстрый и лихорадочный, а потом было уже не до дыхания.

Он целовал меня, прижимая к себе, так откровенно и настойчиво, словно не было здесь ни зрителей, ни Оливера — вообще никого, кроме нас. И я отвечала ему точно так же, наплевав на происходящее вокруг. Я жадничала, я кусала его за губы, впивалась пальцами в твёрдые, словно каменные плечи и ликовала от нахлынувших ощущений.

Норд. Мой Норд. Это ты, правда же, ты?!

— Ну хватит, хватит вам, — смеялся кто-то, отдирая меня от него, но он сопротивлялся и почти рычал, продолжая терзать мои губы. — Магистр, очнитесь! Магистр!

И небо вновь упало на землю, когда он меня отпустил.

Я не сразу смогла сфокусироваться на происходящем. Стояла, хлопала глазами и пыталась что-то разобрать сквозь слёзы — то ли боли, то ли радости…

— Вам нужно забрать выигрыш, — говорил Оливер Керту, который смотрел на меня так, будто не верил в происходящее. — А потом нам всем необходимо вернуться в академию. И следует поторопиться, иначе мы не успеем до отбоя.

— Ты прав, — пробормотал магистр, развернулся и куда-то пошёл. Забирать выигрыш?.. Да, наверное.

— Шайна! — Оливер встал напротив, поймал мой взгляд, положил ладони мне на плечи и хорошенько встряхнул. — Приходи в себя! Я всё понимаю, но… Кхаррт, угораздило же вас! И когда успели только!

Когда успели… Когда мы успели?..

Дарида! Я всё-таки схожу с ума или нет?..