Книга третья. Долг души

11

Принцесса Данита

Она чувствовала себя странно. С одной стороны, не тешилась напрасными надеждами, понимая, что Коул всё ещё влюблён в Шайну, и сильно, но с другой… Даните было приятно, что он обращает на неё внимание, разговаривает ласковее, чем раньше, приглашает погулять. Эльф ни разу не позволил себе выйти за рамки дружеского общения, и это было правильно — иначе Данита пресекла бы эти попытки и вообще обиделась. Считать себя заменой не хотелось, тем более — заменой Шайне, которую она всё же не слишком любила, несмотря ни на что. Причём Данита понимала: причина этой неприязни изначально была в Коуле, который понравился ей, но которому была безразлична она. Теперь же Шайна встречалась с Дамиром, и это устраивало принцессу. Жениться он на ней не станет, а вот от эльфа отвлечёт точно. Правда, Данита прекрасно видела, что Шайне по большому счёту безразличен и её брат, и недоумевала — как так может быть? Сразу два отличных парня ухаживают, а она ни в какую. Может, есть у неё кто? И к нему она в бордель ходит по субботам, а не к этой своей матушке Розе?

Данита даже усмехнулась этой мысли. А что, логично, почему нет? Если бы у Шайны никого не было, она вряд ли смогла бы держать на расстоянии обоих ухажёров. Интересно, кто же её очаровал? Кто может быть лучше Дамира? Коул тоже ничего, но он брату не конкурент.

— Привет.

Данита вздрогнула и словно очнулась, услышав вдруг голос «не конкурента». Она как раз вышла из своей комнаты в общежитии и шла на завтрак, успев, как это обычно и бывало, собраться первой и улизнуть от соседок. Принцесса не любила ходить с ними. Девчонки они были в целом нормальные, но очень уж стремились с ней подружиться, а она этого не переносила. В этом плане Шайна, которая скорее пожелала бы Даните провалиться, была гораздо предпочтительнее.

— Привет, — принцесса оглядела эльфа с ног до головы. Выглядел он бодро и улыбался довольно. Может, добился чего от своей разлюбимой Шайны? Спрашивать об этом Данита не собиралась, но любопытно было.

— Пойдёшь в субботу в город? — поинтересовался Коул, дружелюбно и легко улыбаясь. Удивительно, но каждый раз, когда эльф предлагал нечто подобное Шайне, выглядел он совсем иначе. Как эльф, который собирается биться на дуэли. А сейчас он был спокоен, и Данита подумала: наверное, если она откажется, Коул не особо огорчится.

— А если нет? — Принцесса сложила руки на груди и подняла брови. — Или пойду, но не с тобой?

— Твоё право. — Он пожал плечами, действительно не выглядя при этом расстроенным. — Моё дело предложить. Пошли на завтрак?

Данита недовольно запыхтела, забыв, что она вообще-то принцесса и не должна так делать. Но уж больно Коул её возмущал этим своим равнодушием. В конце концов, за девушку надо бороться!

— Даже уговаривать меня не будешь? Не согласилась, ну и ладно, да? Шайна твоя небось занята, вот ты и ищешь компанию. Не думал, что меня это унижать может?

— Не думал, потому что это глупости, — покачал головой Коул и усмехнулся, посмотрев на Даниту с иронией. — А ты не думала, что мне было бы проще найти компанию в другом месте, чем предлагать тебе? Я понимал, что получу отказ почти наверняка, но тем не менее предложил. Об этом ты тоже не догадалась?

— Почему же? — съязвила Данита. — Догадалась. Ты же у нас король курса, если какую девушку поманишь — она вмиг за тобой побежит. Ну, если только речь не о Шайне.

— И не о тебе.

— Да, — принцесса кивнула, и ей вдруг стало до ужаса смешно. Надо же, у них с Шайной есть что-то общее! И это общее — способность отказывать Коулу. Только полуэльфийка отказывает, потому что не любит, а Данита… она всего лишь хочет, чтобы её тоже любили, а не пытались заменить ею другую девушку.

— Вот и поговорили, — развёл руками Коул. — Ладно, я ещё раз предложу, а ты до завтра подумай, хорошо? Время есть. Давай пойдём в субботу в город, погуляем, сходим в театр? Обещаю вести себя прилично.

Отказывать второй раз за сегодня у Даниты не было сил, поэтому она ответила как можно более холодным тоном и гордо вздёрнув тонкий носик:

— Я подумаю.

— Отлично, — сдержанно улыбнулся Коул.

Шайна Тарс

— И всё же, что насчёт клуба в субботу? — шепнул Оливер мне на ухо, когда мы всей компанией шли на лекцию по мировой истории. По расписанию, которое я действительно с горем пополам составила и раздала им с Коулом за завтраком, вызвав у Мира и Дин понимающие усмешки, а у Даниты вытаращенные глаза, сейчас было время поддельного принца, и он пользовался им в полной мере. Держал за руку, наклонялся и говорил что-нибудь интимным шёпотом — при этом то, что он говорил, чаще всего не было романтичным, но со стороны казалось, — улыбался ласково. Если бы я до одури не любила Норда, наверное, расклеилась бы уже.

— А тебе разрешили?

— Да. Но с Кертом, как он и предупреждал. — Оливер фыркнул и признался: — Я втайне надеюсь, что он тоже решит поучаствовать. Хочется с ним на ринге сразиться.

Я едва не споткнулась.

— А ты собираешься?..

— Конечно. Иначе зачем туда идти? Смотреть и болеть ты будешь. Ты же будешь болеть за меня, Шани?

— За кого же ещё?

— Ну-у-у… За Керта, например.

Оливер внимательно вглядывался мне в лицо, и я со всей ясностью осознала — он подозревает, что я неравнодушна к магистру. Интересно, из-за чего? Я слишком нервничаю, рассказывая о нём? Или, может, Оливер что-нибудь учуял своим носом оборотня? Мало ли, как это работает у волков. Вдруг девушка, которой нравится мужчина, начинает как-то по-особенному пахнуть?

— За Керта и без меня найдётся кому поболеть, уверена, — ответила ворчливо и посмотрела на Оливера с укором. — А я с тобой туда пойду, значит, болеть буду за тебя.

— Поцелуешь, если стану победителем? — подмигнул поддельный Дамир, лукаво улыбаясь, и я улыбнулась в ответ.

— Обязательно, — хмыкнула и состроила томный голос, продолжив: — Мой при-и-инц.

Оливер на мгновение скривился, но почти сразу вновь надел обратно маску Дамира-ухажёра.

— Отличный стимул победить, — наклонился ниже и выдохнул, почти касаясь губ: — Моя принцесса.

Меня ощутимо передёрнуло.

Оливер Рино

Самым скучным в задании изображать из себя Дамира оказалось время, когда приходилось сидеть на лекциях и слушать всё, что давно и крепко знаешь. Остальные предметы ещё были ничего, но мировая история… На ней он едва не засыпал. Старался изо всех сил слушать и конспектировать, несмотря на то, что от тоски выть хотелось. Не мог же Оливер посрамить совершенный образ Дамира? Вот и делал всё, чтобы казаться студентом-первокурсником, а не сорокалетним оборотнем, который легко мог бы преподавать наравне с остальными магистрами академии. Эмирин когда-то предлагала такой вариант, но после гибели Айры Оливеру хотелось не покоя и стабильности, а риска и опасности, поэтому он выбрал работу в Тайной службе.

На лекции Шайна сидела рядом с ним и тоже конспектировала, но ей, в отличие от него, явно было интересно. И Оливер в какой-то момент поймал себя на мысли, что не отрываясь смотрит на её небольшие руки, тонкие пальцы, сжимающие перьевую ручку, следит за тем, как она выводит буквы в тетради, — и испытывает от этого удовольствие. И покой. Тот самый покой, которого ему не хватало последние двадцать лет.

Но была и тревога. Оливер, будучи крайне наблюдательным, давно заметил, что Шайне нравится магистр Керт. Поначалу он не придал этому значения — нравится и нравится, многие девушки влюбляются в преподавателей, ничего страшного в этом нет. В Арронтаре и вовсе почти каждый волчонок проходит период влюблённости в Нарро или Эмирин — в зависимости от пола. Этот период просто надо пережить, потом всё исчезает и даже вспоминать становится смешно.

Оливер был бы рад, если бы одной только Шайне нравился магистр Керт — для девушки с заблокированным Источником влюблённость полезна. Но дело в том, что и магистру нравилась Шайна, и вот это уже вызывало беспокойство. Оливер заметил, с каким выражением лица преподаватель смотрел на них, когда они гуляли в парке академии и целовались, и это его насторожило. Был бы Керт свободен… но он ведь женат. Ни к чему Шайне такие потрясения.

Поэтому Оливер всерьёз вознамерился предложить девушке заканчивать учёбу в Арронтаре, когда всё завершится и ему разрешат снять маску принца. Шайне будет лучше находиться подальше от венценосных особ и женатых преподавателей, а ему необходимо сменить работу, и академия подходит для этого лучше всего. Кроме того, Шайне хорошо бы подумать о собственном спокойствии, а здесь, в столице, в покое её наверняка не оставят.

На романтические отношения Оливер пока не рассчитывал — он никогда не был наивным и понимал, что Шайне сейчас не до этого. Но потом, если она согласится перебраться в Арронтар… Почему бы не попробовать? Оливеру нравилось то, что он чувствовал к девушке, и то, каким покоем в её присутствии наполнялось его сердце.

Говорить об этих планах кому-либо он не собирался: это касалось только их с Шайной. Но даже ей объяснять было рано. Сначала пусть поймают убийцу императора, принц и Оливер вновь станут сами собой — вот тогда и можно. А сейчас он просто будет ухаживать, как и запланировано, но не настаивать. Что получается, если на Шайну давить, Оливер прекрасно видел на примере Коула.

Время эльфа пришло после лекции и практикума по мировой истории, так что за обедом и после, на практикуме по прикладной магии, Коул находился рядом с Шайной. Девушка делала вид, что спокойна, но Оливер замечал, как она невольно напрягается каждый раз, как эльф к ней обращается, и диву на него давался. Интересно, что должно случиться, чтобы Коул прекратил попытки склонить Шайну к отношениям? Об этом определённо стоило подумать — Оливеру не нравилось это соперничество, хотелось, чтобы эльф скорее сдался и перестал нервировать девушку.

Пусть лучше на принцессу переключится, с ней у него точно больше шансов.

Шайна Тарс

К концу четверга я почувствовала, что ужасно устала. Я хорошо относилась к Оливеру и сносно — к Коулу, но их ухажёрский тандем меня утомлял. Я раздражалась и старалась отвлекаться при помощи учёбы или думая о занятиях с Кертом, и даже получалось. Особенно на практикуме по прикладной магии, где я не могла ничего делать, только смотреть и завидовать. А магистр Керт… Я не представляла, что он предпримет после моего решительного отказа резать портрет императора, да и вообще было неловко думать о случившемся на прошлом занятии. Я не знала, как теперь смотреть ему в глаза. Я же всё время буду вспоминать, как он целовал меня, прижимая к той дурацкой стене с шестерёнками. Да, в шею, но целовал же. Зачем? И действительно ли он не женат? Или соврал? Хотя врать глупо — семейный статус такого известного в узких кругах мага, как Керт, легко можно проверить. Но заниматься этим я не собиралась, подобные расследования казались мне унизительными. Да и к чему мне знать, есть у него на самом деле жена и сын или нет? Я же не собираюсь… ничего не собираюсь, вот именно.

Но почему тогда постоянно думаю о нём?

Забирая меня из наших с отцом комнат после ужина, магистр выглядел абсолютно невозмутимо и доброжелательно. По крайней мере, заподозрить его в неприличных мыслях по выражению лица было нельзя, и это меня отчего-то немного успокоило. В конце концов, матушка Роза говорила, что некоторым мужчинам… м-м-м… постоянно нужна женщина. И если они куда-то надолго уезжают, то начинают страдать, некоторые заводят любовниц. Может, Керт из таких, вот его и тянет ко мне? А то, что он кажется похожим на Норда, — не более чем наваждение. Ну или помешательство — как угодно. Никто ведь не говорил, что после всего случившегося я осталась здорова рассудком?

Магистр, к моему облегчению, перенёс меня вовсе не в ту комнату с шестерёнками, а вновь в гостиничный номер. Но не успела я обрадоваться, как Керт негромко произнёс, тяжело и хмуро глядя на меня:

— Сегодня будем работать с яростью.

— Да? — я удивилась. — Здесь? Но…

— Сейчас поймёшь. Пошли на крышу.

Я сглотнула, ощущая приближение грядущих неприятностей. Что он опять придумал? Пытаться злить меня, стоя на крыше, — плохая идея. Для меня, конечно, Керту-то что будет? Он в любом случае отобьётся, даже если я попытаюсь скинуть его отсюда.

Привычная и знакомая поверхность под ногами была жёсткой и резко уходила вниз, заставляя что-то внутри сжиматься от напряжения. Я успела отвыкнуть от этого места, как ни странно. И даже начала понемногу надеяться, что не вернусь сюда больше.

— Стой, — приказал Керт, и я застыла посреди крыши. И до подоконника не добраться за пару мгновений, и край ещё далеко. — А теперь слушай, что тебе необходимо предпринять, чтобы справиться с заданием. — Голос магистра звенел сталью, и я сразу поняла — возражения бесполезны. Он решил заставить меня выполнить то, что скажет, во что бы то ни стало. — Я сейчас начну кое-что делать. Всё, что тебе нужно, — заставить меня прекратить. Между нами нет никаких заклинаний, нет щитов. Сделаем вид, что мы — два человека без магии.

— Я и так человек без магии, — нервно съязвила я. Меня уже начинало трясти от слов Керта и неприятного, какого-то липкого ожидания.

— Ты человек с блокираторами, не путай. Ты не можешь воспользоваться магией, я тоже воздержусь. Поэтому тебе будет проще меня остановить. Готова?

Магистр просил отвечать честно, я и ответила:

— Нет.

Он усмехнулся. И отчего-то мне показалось, что он тоже нервничает.

— Полагаю, что с этим ничего нельзя поделать, ты никогда не будешь готова. Так что… набери воздуха в грудь, пригодится.

Мы ещё не начали, а он уже меня злит.

— Угу, — буркнула я и тем не менее послушно вздохнула.

— Раз, два, три… начинаем.

Крыша не покачнулась, небо не упало на землю, и даже молния не сверкнула. Всё, что сделал Керт, — это достал из сумки, висевшей у него за плечом, ножницы и… тот самый портрет. Сверкнуло лезвие…

— Не надо! — вскрикнула я, когда магистр отрезал от холста маленький кусочек с краю. — Нет!

— Я же сказал — заставь меня прекратить это, Шани. — Он серьёзно смотрел на меня, продолжая резать. — Отними то, что я держу в руках, — и всё закончится.

От его спокойного и ровного голоса, от блеска лезвия ножниц и звука, с которым они отрезали куски от портрета, я просто взбесилась. Ярость нахлынула сплошным потоком, и мне даже показалось, что у меня сейчас голова взорвётся. Я словно горела изнутри.

Наверное, это действительно похоже на Огонь.

Я сжала кулаки. За злостью я совсем забыла о страхе, и то, что мы стоим на крыше, сейчас казалось просто досадной помехой.

Я стрелой бросилась вперёд, пытаясь выхватить у Керта портрет или ножницы, но магистр ожидаемо отпрыгнул, переместившись вниз по крыше. На мгновение меня захлестнуло паникой, закружилась голова, и я всхлипнула, не зная, что в этот момент сильнее — ярость или страх?

Но потом Керт с прежней невозмутимостью продолжил кромсать портрет, и я окончательно определилась.

Рывок, ещё один. Мне казалось, что я двигаюсь быстрее ветра, но магистр был проворнее, отскакивая от меня то в одну сторону, то в другую. При этом я ощутимо задыхалась от усилий, он же и бровью не вёл, и дыхание не сбивалось, и вообще он словно ни капли не напрягался, двигаясь легко и свободно.

— Какие у тебя оценки за физподготовку? — спросил насмешливо, когда я в очередной раз, тяжело пыхтя, как загнанный в угол носорог, пролетела мимо него. — Я бы не поставил больше «неуда».

— Р-р-р! — ответила я зло, рванулась к магистру, и он, смеясь, отошёл в сторону, а я… Я оказалась на краю крыши. Прокатилась с пятки на носок, балансируя, как циркачка, вновь ощутила приступ неконтролируемой паники… а затем ехидный голос позади меня произнёс:

— Я сейчас лезвием проткну ему глаз. Хочешь посмотреть?

Я резко развернулась и прошипела:

— Я вас убью!

— Давай, — кивнул Керт, размахнулся, целясь ножницами в лицо Норда, и я, взвыв, полетела на магистра тараном. Думала, на этот раз добьюсь цели, но ничего подобного — этот мужчина был мне не по зубам, даже по настолько злым. Он был слишком ловок и силён. И магия ему для этого не была нужна вовсе.

— Тебе нужно постараться успокоиться, — произнёс магистр уже не издеваясь, а спокойно, примирительно даже. — Только тогда ты сможешь придумать стратегию. Просто так, пытаясь меня догнать, ничего не добьёшься.

— Это подсказка? — почти рявкнула я, стараясь унять бешеную дрожь. Меня колотило от возмущения, особенно когда я видела, с каким ледяным спокойствием Керт режет холст, на котором изображён мой Норд. Лицо магистр пока не трогал, вопреки обещаниям, но я не сомневалась — это ненадолго. И то, что я чувствую сейчас, окажется цветочками по сравнению с тем, что будет со мной, если Керт на самом деле решит проткнуть императору глаз.

— Конечно, подсказка, — продолжал между тем магистр. Меня от вида его невозмутимого лица аж тошнить начало. — Сама ты не способна сейчас думать, это слишком сложно. Подобное умение — думать, когда эмоции зашкаливают, — вообще долго и непросто тренировать. Но для подчинения Огня подобное и не нужно. Тебе необходимо просто научиться смирять эмоции и выполнять задачу. Так что постарайся успокоиться.

И сразу после этих якобы успокаивающих слов — щёлк ножницами, и у Норда не стало части уха. Я заскрипела зубами и закрыла глаза, пытаясь защититься от действий Керта хотя бы подобным отнюдь не оригинальным способом. И трусливым, да.

Придумать стратегию. Стратегию…

Щёлк.

Дарида, помоги!

Я плюхнулась на крышу, не обращая внимания на тот факт, что сижу на самом её краю, и потёрла ладонями горящие щёки. Представляю, как я сейчас выгляжу — красная от злости, взъерошенная от быстрого бега и попыток отнять портрет и потная. Интересно, я нравлюсь магистру… вот такая?

Я распахнула глаза, ощущая, как от неожиданности пришедшей в голову мысли зрение проясняется и даже эмоции затухают.

А что, если мне в свою очередь попытаться воздействовать на Керта? Чтобы он отвлёкся от вандализма и дал мне хотя бы несколько секунд форы. Для этого необходимо переключить его внимание с портрета на… меня?

— Шайна, что ты делаешь? — удивлённо выдохнул магистр, когда я начала снимать сапоги.

— Тут жарко, — огрызнулась я, вновь вспыхнув от злости. Думать всё же получалось плохо, ещё хуже — думать о том, чтобы выглядеть соблазнительно. Какая уж тут соблазнительность, когда меня до сих пор трясёт и хочется вцепиться Керту в глотку?

Дрожащими пальцами я отбросила в сторону сапоги, приподняла юбку и быстрым, злым движением стянула с себя тёплые колготки вместе с бельём. Повела плечами — несмотря на то, что магистр поставил защиту над этим местом и тут было тепло, всё же этого было недостаточно, чтобы ощущать себя комфортно с голыми ногами, — и подняла голову.

Керт смотрел на меня с удивлением и… ещё с чем-то. На крыше было темно, и я плохо видела выражение его лица, так же, как он наверняка плохо видел мои обнажённые ноги, только очертания — но этого оказалось достаточно, чтобы злость слегка поутихла, сменившись каким-то мстительным удовлетворением от растерянности магистра. И я, вскинув руки, начала расстёгивать ворот платья, не одёрнув юбку и позволяя Керту изучать мои ноги. Мучить портрет он, кстати, перестал с того момента, как я сняла сапоги.

— Здесь не настолько жарко, — сипло шепнул магистр, и я неожиданно заметила, что его ладони дрожат. — Лучше оденься, замёрзнешь.

— А вы оденьте меня сами, — съехидничала я, заканчивая с пуговицами. — Что, слабо? Или вы только можете, что козлом по крыше прыгать?

Он вообще не рассердился. Мне показалось, Керт толком и не расслышал, что я ему говорила. Он просто продолжал смотреть на то, как я распахиваю платье и стягиваю его с плеч, а потом и дальше. И откидываю прочь.

Платье было тёплым, поэтому на мне остались только нижняя рубашка, тонкая и почти прозрачная, и кружевной бюстгальтер под ней. Я продолжала злиться, поэтому без колебаний схватилась пальцами за край рубашки, потянула вверх…

— Шани, хватит! — громко заявил Керт, шагая ко мне. Раз, два, три…

Я бросилась на него, когда он был в шаге от меня. Выхватила из рук у опешившего мужчины портрет и ножницы, отбросила их в сторону, а потом сделала то, о чём мечтала уже давно, — зарядила кулаком ему в глаз. Кулак отлетел от невидимой защиты — на магистре, естественно, не могло не быть простейшего амулета, защищающего от подобных ударов, — а затем Керт перехватил мои руки, дёрнул меня на себя — и мы оба свалились на крышу с диким грохотом. Причём мне ещё повезло, поскольку я упала на магистра, а вот он сам хорошо треснулся о черепицу затылком.

— Так вам и надо! — заявила я мстительно, когда он поморщился, продолжая одной рукой сжимать мои ладони, а другой держать меня за талию, прижимая к себе и не давая встать. — Будете знать, как издеваться над моим императором!

Он мрачно усмехнулся, но глаза при этом были весёлыми.

— Признаю, ты сегодня отлично справилась и разделала меня под орех. Вот только теперь нужно скорее возвращаться в комнату, иначе ты простудишься. У тебя всё ещё слишком слабый организм для подобных переохлаждений.

— Переохлаждений? — съязвила я, пытаясь скрыть смущение. Теперь, когда испытание закончилось и я лежала на Керте почти голая, эмоции поменяли вектор. Я совсем не злилась, зато ярко и остро чувствовала повсюду его тело, особенно руки. — Вы горячий, как печь.

— А вот ты холодная, — шепнул он, и я не поверила собственным ощущениям, когда ладонь магистра на мгновение скользнула вниз и сжала мою ягодицу. Дарида! Рубашка задралась до самой талии! Я дёрнулась, и рука Керта вернулась на исходную позицию, а сам он хмыкнул, глядя на мои губы: — Успокойся, иначе мы продолжим занятие, но уже с другой эмоцией.

Не нужно было уточнять, с какой. Я ужаснулась.

— Нет! Не надо!

— Я тоже пока к этому не готов, — признался Керт, поправил мне рубашку и неожиданно встал с крыши, по-прежнему держа меня на руках. — Всё, пойдём.

— А вещи…

— Не волнуйся, я не забыл про них.

Он действительно не забыл — краем глаза я заметила, как за нами летят мои сапоги, платье, колготки и бельё. Зажмурилась от неловкости, только сейчас начиная по-настоящему осознавать, что именно натворила, желая достать магистра и отобрать портрет Норда. Результат был налицо — Керт нёс меня в комнату практически обнажённой.

Перелез через подоконник, поставил на пол. Следом в помещение влетели мои вещи и осторожно опустились на кровать — все, кроме сапог.

— Одевайся, я отвернусь.

Он на самом деле отвернулся, и я опрометью метнулась к постели. Схватила сапог, но тут же уронила его, поняв, что сначала надо надеть всё остальное.

— Извините меня, — прошептала минутой позже, одевшись, и села на пол. Наверное, можно было и на кровать, но мне было слишком неловко даже смотреть на неё, не то что садиться. — Я просто…

— Ты всё сделала правильно, — решительно отрезал Керт, и я вздрогнула. До чего же он похож на Норда! Нет, не внешне — во всём остальном. Если бы я говорила то же самое моему императору, он бы отреагировал точно так же. — Я могу посмотреть на тебя?

— Да, конечно.

Он развернулся ко мне лицом, смерил нечитаемым взглядом и улыбнулся, видимо осознав, насколько у меня сейчас виноватый вид.

— Шани, — сказал магистр, подходя ближе, и тоже сел на пол. Только не рядом, а напротив. — Под влиянием эмоций мы можем совершать самые разные поступки, в том числе те, за которые потом стыдно.

— Я знаю. Но всё равно стыдно.

— И зря. Лучше гордись собой, ты сегодня совершенно впечатляюще победила. Я не рассчитывал, честно. Думал, мы просто побегаем по крыше. Молодец.

Да, молодец. Но что мне делать в следующий раз, когда он начнёт заниматься тем же самым и отрезать от Норда кусочки? Опять раздеваться? Не уверена, что это сработает. Если только я не начну снимать одежду особенно соблазнительным образом, как девочки из борделя, но я такого просто не умею.

— Спасибо, магистр.

— Не унывай, — Керт подался вперёд и ласково погладил меня по ладони, лежащей на коленке. — Повторюсь — ты всё сделала правильно. И давай я в качестве поощрения что-нибудь тебе подарю. Что ты хочешь, Шани? Загадывай желание.

Я удивлённо моргнула, глядя на по-доброму улыбающегося Керта. Дарида, я заявила ему сегодня, что хочу его убить, раздевалась перед ним, потом ещё в глаз дать попыталась — а он улыбается так, будто действительно очень доволен. Хотя почему бы и нет? В глаз он так и не получил, и не убила его я, а что раздевалась — ну какой мужик откажется от подобного зрелища? А то, что я смущаюсь, ему, скорее всего, даже нравится.

— Вы уже обещали пойти в субботу со мной и Дамиром в клуб.

— Обещал, — магистр кивнул. — Но это желание скорее для принца, а не для тебя. Пожелай что-нибудь для себя.

Я закусила губу и выпалила:

— А можно мне завтра не ходить на физподготовку? — Керт поднял брови, и я пояснила: — Не могу, мы опять пойдём на стадион, по крайней мере, должны, а я… на стадионе тогда. Понимаете?

— Понимаю. Но, Шани, тебе нужна физподготовка. Иначе как ты собираешься сдавать экзамен? Ты и раньше не хватала по ней звёзд с неба, я видел журнал успеваемости, а сейчас и подавно.

— Пожалуйста! — взмолилась я и придвинулась ближе к Керту, чтобы самой сжать его ладонь. — Я вас очень прошу, только один раз! Позвольте мне не ходить туда хотя бы завтра.

Он задумался. Опустил голову, посмотрел на наши сомкнутые руки… Вздохнул и, к моей радости, кивнул.

— Ладно. Но не радуйся преждевременно — я заберу тебя из академии с утра и до самого вечера. Раз физподготовкой ты заниматься не хочешь, займёмся нашими с тобой делами.

Не радоваться преждевременно? Да он издевается. Я готова была прыгать от счастья, осознав, что целый день мне не придётся терпеть ухаживания Коула и Оливера. Уж лучше пусть будет Керт с его сомнительными экспериментами над моим эмоциональным состоянием.

— Спасибо! Спасибо, магистр!

— Что-то ты какая-то подозрительно счастливая, — прищурился Керт, по-прежнему не отпуская мою руку. — Признавайся, дело не только в физподготовке? Что-то ещё тебя беспокоит?

— Ага. — Я решила не отпираться и честно призналась: — Ухажёры мои беспокоят. Замучили оба. Век бы не видеть! Но раз век не получится, то хотя бы денёк без них побыть.

Керт развеселился, засмеялся и с улыбкой поинтересовался:

— Неужели настолько достали? И принц, и эльф?

— Дамир ещё ничего. Но они же вдвоём — то один, то другой. Устала я от этого.

— Лучше я, чем они?

Магистр погладил большим пальцем моё запястье, и я непроизвольно сглотнула, чувствуя, как к щекам приливает жар. И не только к щекам…

— Да, — тихо призналась и на всякий случай отвела глаза, испытывая облегчение оттого, что в комнате до сих пор царит полумрак и Керт не может видеть, насколько сильно я покраснела.

На этот раз я рассказала отцу о своих успехах. Правда, без подробностей — просто объяснила, что делал магистр и что я в итоге всё-таки смогла отобрать у него и портрет, и ножницы. Дрейк очень обрадовался, а потом, когда я объявила о завтрашних планах Керта, удивил меня тем, что просто кивнул, ничего не уточняя.

— Я понимаю, что он собирается делать, — пояснил отец, когда я решила спросить, отчего он так легко принял известие о нашем отъезде на день. — Я думал, это случится позже, но раз Дарион считает, что можно и сейчас, значит, так и есть. Ему виднее.

Грудь сдавило от неприятного предчувствия.

— А… что он собирается делать?

Отец развёл руками и улыбнулся.

— Колючка, я не могу объяснить, вдруг это каким-то образом навредит? Если магистр не сказал тебе ничего — значит, так надо. Но не волнуйся, в конце концов, это не первая и не последняя ваша встреча. И ты уже приблизительно знаешь, что именно можно ожидать от Керта.

— Ничего хорошего, — вырвалось у меня, и Дрейк засмеялся.