Книга третья. Долг души

12

Шайна Тарс

Я вновь долго не могла уснуть, но, взбудораженная, даже не ложилась, а просто сидела на кровати и гладила умиротворённую мурчащую Хель. Кошка императора была такой спокойной, словно никогда не теряла хозяина. Неужели животные настолько бесчувственны? Или…

Почему всё это пришло мне в голову только сейчас?..

— Ты же не можешь не скучать по нему? — прошептала я, наглаживая Хель между маленьких острых ушек. Кошка приоткрыла глаза и внимательно посмотрела на меня. Её взгляд показался мне мудрым и понимающим, будто она осознавала всё, что я ей говорила. Всё, что со мной происходило с тех пор, как не стало Норда. — Не грустить, не печалиться? Ты же любила его, я видела, что ты его любила. Да, я знаю, что кошки не плачут, но я ведь тоже мало плакала. А ты… — Я кашлянула, задохнувшись от острого желания, чтобы всё было так, как мне сейчас подумалось. — Неужели он и правда… жив? Хель… ты же знаешь ответ на этот вопрос. Подскажи мне!

Кошка окончательно открыла глаза, перевернулась со спины на живот, потянулась… и прыгнула мне на грудь, едва не опрокинув на постель. Я охнула, придержала её руками, а она боднула меня лбом — туда, где взволнованно билось сердце, — и замурчала что-то ласковое, успокаивающее…

Я боялась поверить в эти намёки и собственные чувства. Боялась до темноты в глазах и тошноты в горле. Я же могу принимать желаемое за действительное, верно? В конце концов, Хель — просто кошка. Да, я не вижу, чтобы она грустила и печалилась, но, может, кошки не умеют этого делать? У меня никогда не было кошек, поэтому я просто не знаю, как они должны себя вести.

— Если он жив, — прошептала я, обнимая Хель, — я не откажусь от него. Ни за что. Что бы он ни сделал, какие бы слова ни говорил. Даже если будет гнать меня, даже если сам откажется, даже если уедет. Ни за что не откажусь, клянусь. Веришь, Хель?

Она мурчала, задрёмывая у меня на груди, и в ту секунду мне как никогда хотелось поверить, что наше с Нордом совместное счастье ещё возможно.

Утром Керт забрал меня из академии сразу после завтрака. Оливер и Коул, узнав, что я буду с магистром неизвестно где до самого вечера, взволновались, начали расспрашивать, но ответить мне было нечего, кроме одного — это как-то связано с приручением Огня. Помучив меня пару минут, они всё же отстали, и я вздохнула с облегчением, а после улыбнулась, заметив, как Дин и Дамир понимающе переглянулись, обменявшись лукавыми смешками. Разумеется, друзья осознавали, каким счастьем для меня будет эта отлучка, несмотря ни на что. И на физподготовку не ходить, и Оливера с Коулом не видеть до ужина. А на ужин я, скорее всего, и не пойду, так что можно не видеть и до утра! Главное, чтобы Керт не испортил мне настроение своими немыслимыми заданиями.

Было у меня предположение, что именно он хочет предложить мне сделать, но я благоразумно молчала, ничего не уточняя, даже когда магистр использовал амулет переноса и через пару мгновений мы с ним уже стояли посреди заснеженного леса.

Я охнула от неожиданности, ощутив дикий холод, несмотря на то, что была одета по погоде — Керт попросил одеться как можно теплее, — но спустя секунду стало гораздо лучше, и магистр пояснил:

— Купол поставил.

Сам он тоже был в зимней кожаной куртке, штанах явно на толстом меху и в сапогах. Только без шапки, и я невольно покосилась на его уши — мне показалось, что за прошедшую секунду они вполне могли бы отвалиться. Но нет, на месте, только покраснели.

— Это Северные горы, да?

— Гномьи горы, — кивнул Керт, использовав второе название этого места, неофициальное. — Самое холодное место в Эрамире, лета здесь практически не бывает.

Я огляделась и вдруг обнаружила, что мы стоим вовсе не посреди леса, а на поляне, а позади виднеется небольшой деревянный дом. Одноэтажный, с крышей, заваленной снегом так, что было удивительно, как она до сих пор не провалилась под его тяжестью, и без всяких заборов вокруг. Хотя… возможно, забор тоже под снегом?

К входной двери вела узкая колея — дорожка, явно проделанная человеком и лопатой. Снег, обступавший эту колею, доходил мне почти до пояса.

— Пойдём. — Керт кивнул на дом. — Немного согреемся, а потом я тебе расскажу, зачем мы здесь.

— Согреемся? — переспросила я с недоумением. Дом, в который мы направлялись — медленно, друг за другом, поскольку идти по дорожке рядом было невозможно, — вовсе не выглядел тёплым.

— Растопим камин, выпьем чаю и согреемся, — уточнил магистр, и я вздохнула с облегчением. Что ж, какое-то время мучить меня он точно не будет, можно хоть немного расслабиться.

А дальше началось удивительное.

Сначала Керт, усадив меня на диван, принялся растапливать камин, отмахнувшись, когда я спросила, чем могу помочь. Я пожала плечами, послушно уселась и огляделась по сторонам, пытаясь понять, что это за дом, но не преуспела. Здесь практически и не было ничего — камин, диван, кресла, деревянный стол, блестящий от чистоты, и таинственный шкаф в углу возле окна, непохожий на гардероб, да и на книжный тоже. В подобных шкафах порой хранили склянки с зельями, но зачем им тут быть? Это явно не дом целителя или зельевара.

Комната, в которой мы находились, наверное, могла бы считаться гостиной. Напротив двери, ведущей в коридор — оттуда мы и пришли, — была ещё одна дверь, и я предположила, что там спальня. Интересно, а кухня есть?

Керт между тем наконец справился с камином, и комната наполнилась весёлым треском хвороста и мерцающими огоньками. Освещением в доме служил не только камин, на стенах висели магические светильники, но они были тусклыми, словно их давно не перезаряжали.

— Чей это дом? — поинтересовалась я, глядя на то, как магистр сбрасывает в кресло куртку, оставаясь в тёмно-коричневой плотной рубашке.

— Одного моего знакомого. Он здесь не живёт, держит этот дом для… скажем так, особых случаев. Ты можешь снять пальто, Шани, теперь не замёрзнем. И вместо сапог… держи.

У Керта с собой был кожаный рюкзак, такие часто носили боевые маги, правда, держали они там совсем не то, что вытащил магистр. Не меховые тапочки.

— Предусмотрительно, — пробормотала я, стаскивая сапоги и погружая ноги внутрь тапочек. Поморщилась — там ещё пока было холодно, мы ведь недавно пришли с улицы. — А что в том шкафу? Не похоже, что книги.

— Не книги, — Керт усмехнулся и, развернувшись, пошёл к шкафу. — Алкоголь. Вот, смотри.

Он распахнул створки, и я открыла рот, уставившись на ряды бутылок. Они не стояли, а лежали в нишах, и я видела только их блестящие донышки.

Для особых случаев дом, значит? Для пьянок, что ли?

— Что это за особые случаи такие, для которых нужно столько выпивки? — протянула я, пока магистр доставал с верхней полки бокалы и, наклонившись, искал что-то среди бутылок. — Вечеринки какие-то?

— Необязательно. Переговоры, охота, для романтических встреч тоже подходит. Никто же не говорит, что это всё обязательно выпить за один раз, верно? Будешь вино?

— М-м-м… А мне можно?

— Можно. Пару бокалов точно.

— Тогда буду.

Керт кивнул и вытащил откуда-то снизу бутылку из тёмного стекла. Вернулся обратно к дивану, поставил на столик бокалы, сел рядом со мной и быстро открыл бутылку, используя какое-то неизвестное мне заклинание.

— Между прочим, когда мы шли сюда, вы сказали, что мы будем пить чай, — протянула я с иронией, глядя на то, как Керт разливает вино по бокалам. Напиток был тёмно-фиолетового цвета и казался густым, словно кисель. — Но на чай это не похоже.

— Я передумал. Но, если ты хочешь чай, я сделаю.

— Не надо. Чай я каждый день пью, а когда ещё я выпью вина в таком вот домике для особых случаев?

Магистр улыбнулся и достал из рюкзака какой-то свёрток.

— Это сыр. Надо же чем-то закусывать.

Я промолчала. Передумал он, как же. Не нёс же сыр к чаю? С самого начала, видимо, вино пить планировал, просто боялся меня напугать, поэтому про чай сказал. И действительно, если бы в тот момент я услышала про вино, подумала бы кхаррт знает что. Хотя я и сейчас думала.

Вдруг Керт захочет напоить меня и дать задание, касающееся страсти? А что, от него всего можно ожидать. И я не обольщалась — день только начинается, и самая неприятная его часть точно будет после того, как мы попьём вина и съедим этот сыр.

Очень вкусный сыр, кстати. И вино потрясающее, сладко-кислое, дивно ароматное, и словно…

— Оно не из винограда, что ли? — вырвалось у меня, когда я поняла, что вкус у напитка непривычный.

— Верно. Это рябиновое вино.

— О-о-о! — протянула я, с уважением вглядываясь в бокал. — Традиционный гномий напиток, здорово! Хозяин дома — гном?

— Да, — кивнул Керт и уточнил: — Король гномов, если быть точным.

Я в шоке закашлялась.

— Кто-кто?..

— У меня хорошие отношения с Гердтом, — невозмутимо продолжил магистр, так, словно не говорил только что нечто поразительное. — Дружеские, можно сказать. Я попросил его об одолжении, он согласился. Так что ты, Шани, находишься в частных владениях гномьего короля.

Я обвела глазами скромное пространство гостиной и призналась:

— Не похоже на королевские покои.

— Короли бывают разные, — пожал плечами магистр. — Гердт не любит, как он выражается, «всякие финтифлюшки». Ему бы по-простому всё.

Я грустно улыбнулась, вспомнив Норда. Наверное, у него тоже были хорошие отношения с гномьим королём. Мой император сам не любил «финтифлюшек». Может, поэтому он полюбил меня? Я тоже очень простая.

Видимо, что-то такое промелькнуло у меня на лице, потому что Керт вдруг спросил:

— О чём думаешь, Шани?

Я вздохнула и сделала глоток вина, чтобы убрать горечь, появившуюся во рту, как только подумала о Норде.

— Честно?

— Разумеется.

— Я думала о своём императоре, — ответила откровенно, и на этот раз закашлялся уже Керт. — И о том, по какой причине он меня полюбил.

Магистр хлебнул из бокала, слегка покраснев — а может, мне так казалось из-за отблесков огня? — и сипло поинтересовался:

— И по какой же?

— Я простая. Без вычурности и всяких финтифлюшек. Честная, наверное. Думаю, я казалась ему настоящей.

Керт не смотрел на меня — он смотрел на огонь, сжимая пальцами бокал с почти допитым вином. Я видела только его профиль — крупный нос, широкий и высокий лоб, густые усы и бороду, — и мне казалось, что он изо всех сил сжимает зубы, пытаясь что-то мне не сказать.

— Да, — произнёс он в конце концов каким-то изменившимся голосом, хриплым, слегка надрывным. — Скорее всего, ты права. — Поставил бокал на стол, потёр ладонями лицо, повернулся ко мне и, искривив губы в неискренней улыбке, выпалил: — Что ж, Шайна, пришла пора объяснить тебе, зачем мы сюда перенеслись.

Сердце сразу рухнуло в пятки.

— Может, ещё немного просто посидим? — простонала я жалобно, но Керт безжалостно мотнул головой.

— Нет. Пора. Это займёт время, поэтому… Но ты не бойся так, ничего сверх того, что мы уже проходили, не будет.

Сверх того… Он издевается?

— Вы считаете, это очень утешает?

— А нет?

— Нет.

— Ну ладно, — пожал плечами, посмотрев на меня с иронией. — Однако выбора у нас всё равно не имеется. Так вот, сегодня я хочу попробовать снять браслеты-блокираторы.

Так я и думала…

— Вы полагаете, я готова приручить?..

— Нет, ты однозначно не готова. Но цель и не в этом. Я хочу снять браслеты для того, чтобы ты поняла, что тебя ждёт. Назовём это репетицией. Так ты будешь лучше понимать, по какой причине мы с тобой делаем все эти упражнения, с чем ты столкнёшься, когда придётся приручать Огонь по-настоящему.

— Погодите! — воскликнула я, махнув на магистра рукой. — Вы же сами говорили — и не только вы, — что, как только мы снимем блокираторы, Огонь вновь попытается сжечь меня.

— Не совсем так, Шани. — Керт смотрел серьёзно и теперь без всякой иронии. — Ты ещё не до конца поняла, что этот Огонь и есть ты. Ты сама пыталась себя сжечь.

Я поперхнулась своим следующим вопросом.

Чисто теоретически — я это понимала, об этом говорили и Эмирин, и отец, и сам Керт. Но магистр был прав, и понимала я не до конца.

— Я надеюсь, что сейчас ты уже не станешь пытаться сжечь себя, и у нас будет хотя бы минута, чтобы ты могла почувствовать Огонь, попробовать его, познакомиться с ним. Приручить не получится, само собой, даже когда ты будешь готова, это выйдет точно не с первого раза. Он будет вырываться из тебя, потом начнёт сжигать окружающее пространство, но как только это случится — я вновь надену на тебя браслеты.

Звучало всё логично, вот только…

— В прошлый раз со мной и моим Огнём едва справились отец, ректор и её муж, — возразила я, чувствуя безумное желание как-то отговорить Керта от этого сомнительного приключения. — А сейчас только вы.

— В прошлый раз у тебя случилась инициация, неконтролируемая вспышка Источника силы. Это несколько другое, Шайна. Сегодня никакой вспышки не будет. Не волнуйся, я точно справлюсь. Или ты не доверяешь мне? Если не доверяешь, тогда, конечно, мы не станем снимать браслеты. Необходимо, чтобы ты доверяла.

Соблазн соврать был неимоверный.

— Я доверяю. Просто боюсь очень.

— Это нормально, — «утешил» меня Керт. — Было бы странно не бояться на твоём месте. Но послушай, вот что ещё важно… Мы находимся в Гномьих горах, здесь практически нет Источника природного Огня. Это затрудняет работу стихийным магам. Понимаешь, о чём я говорю?

Я кивнула. На самом деле Источник силы находится не внутри мага, а снаружи. Сами маги — всего лишь сосуд для хранения силы. Каждый из нас умеет работать с определённым Источником, поэтому все привыкли говорить так — маг Огня, маг Воды, маг Тьмы или Света, и так далее. На самом деле сила одна и та же — отличается только её способность реагировать именно на природные Источники. Только взаимодействуя с ними, можно было построить заклинание. И чем больше твоего Источника в том месте, где ты находишься, тем проще работать. Конечно, все маги умели преобразовывать Источник — в том числе этим мы занимались на прикладной магии, — но это требовало времени. Пусть небольшого, но времени. И умений.

Время для меня имело значение, а умения… Я пока не умела работать со своим Огнём, поэтому нечего было и говорить о его преобразовании. Я преобразовывала чужой Огонь — принцессы Даниты, например, — но, как обращаться со своим, не имела понятия.

— Так вот, из-за того, что в Гномьих горах почти нет природного Огня, я и привёл тебя сюда. Твоему внутреннему Огню просто будет не от чего питаться, и это, во-первых, даст нам дополнительное время, а во-вторых, уменьшит его силу. Грубо говоря, он будет не настолько горячим для нас обоих. Понятно?

Я вновь кивнула. Страх немного поутих, когда я услышала объяснения Керта. Всё же осознавать, что твой Огонь не сможет тебя зажарить, — дорогого стоит.

— Однако есть одна проблема, — продолжил магистр, и я сразу напряглась. Почему только одна? Разве у нас есть что-то ещё кроме сплошных проблем? — Что бы я ни предпринял, контролировать или пресечь это я не смогу. В общем, Шайна, Огонь обязательно сожжёт всю твою одежду. Не сразу, через несколько секунд, — но сожжёт непременно.

— Почему? — выдохнула я, не в силах осознать, что говорит мне Керт.

— Потому что ты не умеешь с ним работать. Пока не умеешь. Огню комфортнее без оков, одежда воспринимается им как оковы. Загнать Огонь обратно в тебя я просто не успею — это случится слишком быстро. Поэтому тебе надо переодеться. Я принёс нормальную плотную ночную рубашку, не волнуйся. Будем тренироваться в ней.

Магистр наклонился к своему рюкзаку и с невозмутимым видом принялся рыться в нём, пока я пыталась осознать, что…

Да, вначале я буду в рубашке. А потом, в конце? После того, как Керт нацепит на меня браслеты? Даже если он взял с собой ещё одну рубашку — мне нужно будет время, чтобы переодеться, да и вообще…

Я как-то не готова стоять перед ним совсем голой.

Я бы хотела сказать магистру об этом — но толку? Он наверняка ответит, что у меня нет выбора, и будет прав. Какой тут может быть выбор? Не снимать браслеты? Ну хорошо, допустим, сегодня мы не станем их снимать. Но когда-нибудь этот день обязательно настанет, и тогда случится всё то же самое. Так какая разница, когда обнажаться — сегодня или, допустим, через неделю?

— Держи. — Керт протянул мне аккуратно сложенную белую рубашку. — Я сейчас отвернусь, а ты переодевайся. Только тапочки оставь. Снимать браслеты будем на улице, а то я боюсь дом спалить. Защиту от холода поставлю, не переживай.

Ещё не хватает мне переживать из-за холода. Я бы лучше замёрзла, чем…

Ох, ладно. Не буду думать. В конце концов, ничего смертельного не происходит. Подумаешь, постою минутку голой… Керт наверняка много раз видел голых девушек.

Удивительно, но подобная мысль никак не успокаивала, даже наоборот — заставляла злиться и немного ревновать. Я опять начала невольно думать о том, женат ли магистр, а ещё… может ли быть правдой то, о чём я говорила Хель? Предполагать это было настолько боязно, что я предпочитала забить эти мысли подальше в голову, отложить на время, чтобы не впасть в оцепенение. И не сравнивать бесконечно Керта и Норда. Впрочем, я и так занималась этим почти постоянно.

Рубашка оказалась очень длинной, до пола, закрытой и тёплой. Это была не рубашка, а почти платье, даже рукава длинные и вырез под горло. В общем, вещь без всякого намёка на соблазн. Видимо, магистр понимал, насколько неловко мне будет, поэтому взял с собой именно такую рубашку. Но не только её.

— Ещё у меня в рюкзаке халат, — сказал Керт, когда я уже застёгивала последнюю пуговицу. — Его накинешь после. Готова?

— Да, можете поворачиваться.

Магистр обернулся, окинул меня беглым взглядом, затем быстро надел свою куртку, взял рюкзак и кивнул на дверь.

— Пойдём. — Взял меня за руку и повёл прочь из дома.

На этот раз защитный купол Керт поставил заранее, и когда мы вышли на улицу, я не ощутила того же сшибающего с ног холода, как в прошлый раз. Жарко не было тоже, и вообще я чувствовала себя на редкость неуютно, находясь в ночнушке посреди заснеженного леса. Умом я понимала, что при наличии купола неважно, во что одеваться, но всё равно было как-то чудно.

Магистр отвёл меня от дома на приличное расстояние, остановившись практически на краю поляны, возле деревьев с противоположной её стороны. Я с сомнением покосилась на высокие сосны, пушистые и облепленные снегом, как пирожное пудрой, и протянула:

— А мы пожар не устроим?

— Нет. Я щит поставлю. Даже если пробьём, огонь я успею погасить.

Успеет он… А если нет? Представляю, в каком шоке будет гномий король, как там его зовут…

— Вы всегда уверены в себе, магистр?

Керт покосился на меня с удивлением, потом усмехнулся — и начал строить щит. И это была «паутина» второго уровня! Я открыла рот, с жадностью глядя на то, как он быстро и ловко это делает, и не сразу поняла смысл его чёткого и резкого ответа:

— Не всегда. Но сейчас — уверен.

Прошло не более пятнадцати секунд, когда вокруг нас вырос сферический щит-паутина, окруживший лес и дом, и я восхищённо охнула, поняв, что этот щит не отбрасывает заклинания назад, а поглощает их. Мы на боевой магии ещё подобного не строили, только проходили возможные свойства щитовых чар.

— Здорово…

— Да, должно выдержать, — кивнул Керт настолько равнодушно, словно он только что тут не продемонстрировал мне исключительное мастерство. — Что ж… подойди ближе, Шани.

Я моментально перестала восхищаться щитом и, наоборот, отшатнулась в сторону от магистра. Он понимающе улыбнулся и повторил:

— Подойди ближе.

— А если не подойду, вы меня заставите? — уточнила я осторожно, пытаясь что-нибудь придумать, дабы оттянуть неизбежное. Убегать было некуда, если только попытаться зарыться в сугроб…

— Можно и так сказать, — хмыкнул Керт. Дёрнул ладонью — и вокруг моей талии обвилась тонкая ленточка заклинания, которая секундой спустя потянула меня вперёд, к магистру.

— Оригинально, — пробормотала я, оказавшись в шаге от Керта, и он пожал плечами.

— Это было быстрее, чем уговаривать. Повернёшься спиной ко мне, хорошо?

— Вы будете стоять сзади?

— Да. И держать тебя за плечи. Не волнуйся, — голос магистра звучал мягко, и улыбка была ободряющей, — всё под контролем. Веришь?

— Верю, — ответила я честно и развернулась, нервно сжимая ладони в кулаки и вздыхая, пытаясь унять пустившееся вскачь сердцебиение.

Керт взял меня за руки, погладил пальцы, сжатые в кулаки, и я невольно разжала их, испытав облегчение. В этом жесте не было ничего чувственного — просто поддержка, ещё одно напоминание о том, что он рядом и будет помогать мне во всём.

— Подними руки выше.

Я послушалась, и Керт скользнул ладонями на мои запястья, погладил тонкие браслеты из чёрного металла. Точнее, мне показалось поначалу, что он всего лишь погладил… Спустя мгновение, когда меня накрыло, я поняла, что магистр на самом деле их расстегнул, просто не стал снимать.

Ощущение было такое, словно на меня одновременно упали гора и костёр. Тяжело и безумно жарко — настолько, что дышать не можешь, хлопаешь ртом, как рыба, и таращишься в пространство перед собой, которое пульсирует и расползается в стороны, будто на тебя надели неподходящие очки.

Не знаю, в какой момент сгорела одежда, мне было не до неё, потому что я лихорадочно пыталась сделать вдох. Дарида, хотя бы один вдох, иначе я просто умру от этого жара и тяжести, сковавшей лёгкие. Это действительно оказалось похоже на то, что делали мы с Кертом во время наших занятий, — когда чувствуешь нечто, что мешает выполнить задачу. И я никак не могла справиться с собой и вспомнить, как нужно правильно дышать…

— Не бойся, хорошая моя, — раздался хриплый шёпот рядом с моим ухом, — я рядом, я с тобой. Дыши, моя Шани, дыши…

Воздух вошёл в лёгкие со свистом, а следом я закашлялась, потому что он был раскалённый. Огонь… теперь я ощущала его лучше, и его было так много, что мне чудилось — он даже в воздухе, я им дышу. И в крови, течёт по венам и артериям, по пути выжигая их, чтобы не мешались. И плакала я словно не слезами, а огнём, уничтожая глазные яблоки — я уже давно ничего не видела, кроме пульсирующей темноты, иногда взрывающейся яркими белыми искрами. Только слышала голос Керта — магистр шептал что-то успокаивающее, но, что именно, я не могла разобрать от дикой боли, уничтожающей меня и изнутри, и снаружи.

— Всё, почти всё уже, всё…

Браслеты защёлкнулись обратно с громким чавкающим звуком — будто огромное чудовище, пожиравшее свою жертву, насытилось и наконец захлопнуло пасть. И сразу после этого я осела на землю, не в силах больше стоять на ногах.

Однако долго лежать на снегу мне не дали — Керт подхватил меня на руки, судя по ощущениям, напрочь забыв про приготовленный халат, и побежал обратно в дом, по пути снимая щит. У меня болела каждая косточка, но эта боль была уже уходящей, остаточной, и я всё же смогла открыть глаза, чтобы зажмуриться мгновением позже — вокруг всё было белым. Снег, небо, снова снег… Выделялись только чёрные стволы деревьев, тёмный кусочек крыши дома, выглядывающей из-под снега, и борода Керта. Она щекотала мне лицо.

— К-к-кошмар, — призналась я, заикаясь. То ли от холода — после закрытия браслетов возникло ощущение, что температура воздуха вокруг стала ниже градусов на десять, хотя этого не могло быть, — то ли от переживаний. Но было и облегчение. Скорее всего, сегодня магистр больше не станет меня мучить, и это хорошо.

— Согласен, не предел мечтаний. Но ты молодец. Смогла вздохнуть. Я уж боялся, придётся закрывать браслеты раньше планируемого времени, когда ты вся посинела от напряжения. А ведь это просто вдох, Шани… Задача крайне простая. Когда ты будешь подчинять Огонь, тебе придётся загнать его обратно в себя, заставить уйти и больше не возвращаться без приказа.

— К-к-кошмар, — повторила я. Хотела сказать, что в данный конкретный момент в то, что я справлюсь, почти не верится, но промолчала — побоялась услышать, что магистр тоже не уверен.

Скрип открывающейся двери, быстрые шаги вперёд, до гостиной, — и Керт бережно положил меня на диван. Выпрямился, оглядывая всю, с ног до головы… и только тут я вспомнила, что одежды на мне нет. Поняла по его взгляду, такому жаркому, словно магистр принял в себя часть моего Огня минутой ранее и теперь он сжигает его изнутри.

Прикрыться мне отчего-то не хотелось. Несмотря на то, что я чувствовала дикое смущение. Я просто продолжала лежать, следя за всё сильнее разгорающимся взглядом Керта, и покрывалась взволнованными мурашками.

Вздох — и магистр, вместо того, чтобы отойти, сел рядом со мной на диван, глядя в глаза. Положил ладонь на мой живот, погладил, легко касаясь кожи, и провёл пальцами вверх, задевая болезненно-острые пики сосков.

Наверное, я должна была отстраниться, но вместо этого потянулась за его ладонью, как кошка за лаской, и всхлипнула, когда он сильно и почти грубо сжал мою грудь, подаваясь вперёд, словно стремился получить поцелуй.

Этот всхлип будто отрезвил Керта. Он внезапно вскочил, побледнев, сделал шаг назад, прочь от дивана, на котором я лежала, и пробормотал:

— Одевайся скорее.

А потом стремительно выскочил на улицу.

Одевалась я, вопреки пожеланию магистра, долго и дрожа от слабости. После случившегося ноги не держали, да и руки отказывались повиноваться. Я путалась в одежде, от напряжения дышала как загнанный зверь, особенно когда натягивала колготки, и если бы не врождённое упрямство, наверное, плюнула бы и попросила Керта дать мне халат. Но очень уж хотелось доказать и ему, и себе, что я могу сделать, как он говорит, и не просить никаких поблажек.

О том, что произошло, когда я лежала на диване, я старалась не думать, боясь вновь провалиться в сравнения магистра с Нордом. Мысли всё равно лезли в голову, но я гнала их, шепча матерные частушки, которые не раз слышала от посетителей борделя. Потом подумаю обо всём, потом. Вот вернёмся в академию, тогда и подумаю, и попереживаю… А пока не стану думать. Не стану, и всё тут!

Керт вернулся в дом, когда я уже минут пять как сидела на краю дивана и нервно теребила пальцами одну из пуговиц на платье, поглядывая на входную дверь. Магистр застыл на пороге, как статуя, только кадык дёрнулся — он сглотнул. И если бы не это мимолётное движение, я могла бы подумать, что Керт абсолютно спокоен, по крайней мере, так казалось по его невозмутимому лицу. Даже взгляд был какой-то словно замороженный.

Интересно, что магистр делал, чтобы успокоиться? Нырял головой в сугроб? Мне точно помогло бы только это, и то не факт.

— Готова? — поинтересовался, прислоняясь к косяку и складывая руки на груди. Помнится, матушка Роза называла подобную позу «закрытой» и утверждала, что если собеседник так делает — значит, испытывает неловкость или пытается что-то скрыть. — Сейчас перенесёмся обратно в академию.

Я даже вздрогнула.

— Что?.. Но, магистр, вы ведь говорили, что заберёте меня до вечера, а сейчас ещё даже не время обеда!

Керт нахмурился, и в его взгляде мелькнуло удивление.

— Я подумал, ты захочешь поскорее назад после… всего. — Вздохнул, и наконец его лицо перестало быть бесстрастным. Вот только лучше бы оно оставалось таковым — видеть недовольство и сожаление мне всё же не хотелось. Не после того, как он видел и трогал меня обнажённую. — Извини за всё. Я постараюсь держать себя в руках. Это больше не повторится.

Одна часть меня хотела смело спросить, нравлюсь ли я ему, но вторая… вторая трусливо спряталась, как котёнок под одеялом.

— Я верю вам, магистр. И совсем не хочу назад. Давайте лучше ещё выпьем… только чаю. И съедим что-нибудь. Может, остался сыр?

Керт качнул головой.

— Нет. — Я уже успела расстроиться, как он продолжил: — В смысле сыра нет, а всё остальное можно. Хочешь нормально пообедать? А не только чай с конфетами.

— Конечно, хочу. А… чем?

— Продукты есть на кухне, я сейчас приготовлю, — ответил магистр, убив меня этим наповал. — А ты тут можешь посидеть, подождать.

— Давайте я лучше вам помогу, — возразила я, не в силах представить, как это так — я буду бездельничать, а Керт — готовить для меня. Немыслимо! — Можно? Я хорошо готовлю.

— Тебе есть в кого, — засмеялся магистр и кивнул. — Ладно, пойдём на кухню.

Я ничуть не пожалела о том, что попросила Керта остаться в этом странном доме гномьего короля до вечера. Мы отлично провели время, сначала занимаясь обедом — я резала овощной салат, магистр готовил мясо на углях, — а потом разговаривая о разном. Мы старались не упоминать случившееся и касались только нейтральных тем. Керт рассказал мне о том, как устроен учебный процесс в Гротхэме — оказалось, у них нет понятий «лекция» или «практикум», все занятия исключительно практические, — а я делилась историями из своего детства и расспрашивала магистра о том же самом. Правда, он всё время старался куда-то свернуть, явно не желая делиться воспоминаниями, поэтому после пары попыток я решила побыть деликатной и больше не возвращалась к вопросам про детство. Но на заметку взяла.

Керт перенёс меня в академию перед ужином и быстро ушёл, покачав головой на предложение отца поужинать с нами. После его ухода Дрейк поинтересовался, как всё прошло, мы начали обсуждать моё первое снятие браслетов-блокираторов — и тут я неожиданно замерла, вспомнив и осознав одну вещь…

— Колючка? Что такое? — встревоженно спросил отец, когда я, глотая ртом воздух, опустилась на диван в его кабинете. Голова закружилась от волнения, стало душно, и я рванула ворот платья, пытаясь расстегнуть пуговицы. — Тебе нехорошо? Шани? Не молчи, скажи что-нибудь!

Сказать… Что сказать? Не могу же я заявить отцу, что магистр Керт считает, будто мне есть в кого уметь готовить? Учитывая тот факт, что Дрейк готовить не умеет совсем, а с матушкой Розой магистр, по её словам, не знаком, это более чем странное утверждение.

Да, странное. Но только если Дарион Керт — это действительно Дарион Керт, а не…

Шайна, кхаррт. Ты сходишь с ума или всё-таки нет?!

— Всё в порядке, пап, — выдавила я из себя и даже улыбнулась. — Это, видимо, просто остаточные явления. Уже всё прошло.

— Точно? — Тревога в глазах отца не угасала, и я подалась вперёд, желая обнять его. Прижалась к тёплой и уютной груди, вздохнула и искренне соврала:

— Точно.