Дом вверх дном, или поместье с сюрпризом

Глава 24

Едва забрезжил рассвет, я покинула комнату и, крадучись, проскользнула во двор.

— Куда собралась? — раздалось сзади, едва я дошла до ворот.

Резко обернувшись, увидела Вранко, который, похоже, решил стать моим личным стражем. Его тёмные глаза c подозрением изучали меня.

— Ты что, следишь за мной? — нахмурилась я.

— Неужели прошлая прогулка по лесу ничему тебя не научила? — послышался голос Дарёна, который появился так внезапно, словно был призраком. Жёлто-зелёные кошачьи глаза сверлили меня, будто пытаясь прожечь дыру.

— Мы пойдём с тобой! — Заявил Вранко таким тоном, словно это было давно решённым делом.

— Мне не нужна ваша помощь. Оставайтесь здесь! — отрезала я.

Собрав остатки храбрости, я ступила на тропинку, невидимую глазу, но ощущаемую каждой клеточкой тела. Каждый шаг открывал новые детали: вот коряга, которую нужно перешагнуть, вот низко висящая ветка, от которой следует отклониться. Казалось, невидимая рука вела меня, шепча подсказки на ухо. Неужели это Пелагея направляет меня или так действует её амулет?

Путь к болоту оказался куда труднее, чем я предполагала. Синевато-сизый туман стелился под ногами, белёсым покрывалом холодя кожу даже через сапоги. Мысли метались между сомнениями и любопытством, как в старом анекдоте: «А может, стоило остаться дома с пирогами?» Амулет на шее пульсировал теплом, но не мог развеять тревогу, сжимавшую сердце. Когда солнце поднялось над макушками деревьев, туман отполз к оврагу, затаившись, словно хищник перед прыжком. Но с каждым моим шагом он начинал вздрагивать и шипеть всё громче — звук, от которого мурашки бежали по коже.

Ветер тихо завывал, словно пытался предупредить: «Ты точно уверена, что тебе сюда нужно?» Я вспомнила слова Буяна и крепче сжала амулет. Тепло магического предмета, словно живое существо, придавало сил двигаться вперёд сквозь страх и неизвестность.

Я продиралась через густую муть — всюду полумрак, деревья стояли стеной, их кора под пальцами казалось влажной и скользкой. И вдруг — передо мной развернулось бескрайнее болото! Зеленоватые лужи плескались у ног, а воздух пропитался едким ароматом, что к горлу подкатила тошнота — смесь тухлых яиц и старого сыра ударила в ноздри.

Туман здесь сгустился, навис над водой тяжёлой, непроглядной пеленой. Лучи солнца пытались пробиться сквозь мглу, создавая причудливые тени, которые так и манили обратить на них внимание.

Я стояла на краю зловещего водоёма, тишина вокруг сгущалась, становясь почти осязаемой. Даже насекомые замерли в ожидании. Вода, скрытая под серым покрывалом тумана, казалась мёртвой, но что-то в ней притягивало взгляд — какое-то движение, едва заметное, но увлекательное в своей таинственности.

Сделав шаг вперёд, я погрузилась в вязкую жижу. Болото схватило мои ноги своими липкими пальцами, словно пытаясь утянуть в глубину. Каждое движение давалось с трудом, холод проникал под одежду, заставляя дрожать.

Вокруг возвышались деревья с искривлёнными стволами, их корни, подобно змеям, опутывали землю. Ветви, как длинные скользкие руки, тянулись ко мне, задевая лицо и плечи. В каждой трещине коры таились тени — они шептали что-то, и мне было любопытно разобрать их слова.

В памяти всплыли старые легенды о болотных духах, завлекающих путников шёпотом, обещающих несметные богатства. Вдалеке замерцали странные блуждающие огоньки, манящие своим загадочным танцем.

Туман окутывал меня, как ледяное одеяло. По коже пробежали мурашки, а в ушах зазвучали странные шорохи и шёпот. Я замерла, пытаясь понять — это души погибших здесь или просто лесные создания, прячущиеся от чужаков? Вдруг за деревьями что-то громко треснуло. Сердце подпрыгнуло к горлу и забилось как сумасшедшее.

С каждым моим вдохом болото словно дышало в ответ. Оно жило — пульсировало под ногами, чавкало, шипело. Я была здесь чужой незваной гостьей в царстве тьмы и сырости. Пальцы до боли сжали амулет, но даже его тепло казалось слабым утешением в этом проклятом месте.

Я рискнула сделать шаг вперёд и вздрогнула — что-то мокрое и холодное скользнуло по запястью. Отдёрнув руку, я опустила взгляд. Из высокой травы выглядывали неприметные белые цветы с лазурно-синими листьями. От них исходил горький запах, как от полыни, только сильнее, терпче.

«Лазорелист! Нашла!» — мелькнула радостная мысль, но тут же угасла. Кожей я почувствовала чужой взгляд — тяжёлый, изучающий. Что-то наблюдало за мной из глубины болота. Страх скрутил внутренности в тугой узел.

Камыши зашевелились, и их них показалась зелёная голова, покрытая коричневыми наростами и свисающими водорослями. Существо воняло тиной и гнилью, так сильно, что к горлу подкатывала тошнота. Оно напоминало водяного из сказок, которыми пугали меня в детстве, но его глаза… Боги, эти глаза! Они светились холодным, нечеловеческим светом.

— Добро пожа-а-аловать, — прошипело оно, растягивая слова, будто смакуя каждый звук.

Земля под ногами вдруг качнулась, словно живая. Я отшатнулась, но туман уже обхватил мои лодыжки — его хватка была обжигающе холодной.

— Зачем пришла-а-а? — существо подплыло ближе. Его голос напоминал шелест ветра в мёртвых деревьях — жуткий и одновременно завораживающий.

Я судорожно вдохнула затхлый воздух. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Но я сделала шаг вперёд.

— Мне нужен Лазорелист! — мой голос прозвучал неожиданно твёрдо.

Существо застыло. Его выпученные глаза, похожие на мутные лужи болотной воды, уставились на меня с немым вопросом.

— Для чего тебе-е-е этот цветок? — его голос, как скрип старого дерева, эхом разнёсся по топям.

Я стиснула амулет так сильно, что его края впились в ладонь. Глубокий вдох. Выдох. «Соберись!» От моего ответа зависело всё — моя судьба, моя свобода, возможно, даже жизнь.

— Для зелья! — выпалила я, чувствуя, как пересохло во рту.

— Выходит, ты вороже-е-ея? — удивлённо протянуло существо, его склизкая кожа блеснула в тусклом свете. — О-о-очень интересно. Давно-о-о в наших краях чародеев не было. Ну что же, бери-и-и, коль цветок так тебе нужен, и ты решилась дойти до самого Гнило-о-ого боло-о-ота.

Оно развернулось и поплыло обратно в камыши, оставляя за собой маслянистые разводы на воде. Запах гнили усилился, заставив меня прикрыть нос рукавом.

«И всё? Вот так легко и просто?» — поразилась я и потянулась к цветку. Но пальцы схватили пустоту. Все синие листочки, которые ещё недавно стелились под ногами, словно ковёр, исчезли. Сердце пропустило удар.

«Что за чертовщина? — нахмурилась я, лихорадочно ощупывая землю. — Только что весь берег был усыпан этими цветами. Куда они подевались?»

Я растерянно оглядывалась, почёсывая лоб, искусанный комарами. Кожа горела, а в ушах стоял противный звон насекомых, кружащих вокруг меня.

— А где Лазорелист? — крикнула я, и голос мой дрогнул от досады, отразившись от стволов мёртвых деревьев.

— Как где? — существо обернулось так резко, что вода вокруг него пошла кругами. Его глаза моргнули пару раз, как у лягушки, а рот открылся так широко, что я увидела ряды острых, гнилых зубов.

Я инстинктивно отшатнулась, нога соскользнула в ледяную жижу. Холод мгновенно пробрал до костей, а в нос ударил запах разложения.

Тварь засмеялась. Смех её, подобно бульканью болотной жижи, разнёсся по округе, заставив стаю ворон сорваться с ближайшего дерева.

— Какая же ты вороже-е-ея, если даже не способна отыска-а-ать Лазорелист? — произнесла она с ехидной ухмылкой, и я увидела, как между её зубов застряли клочки чего-то, подозрительно напоминающего человеческую плоть.

— Я видела, цветок только что был здесь, а теперь исчез! — возмутилась я, чувствуя, как раздражение поднимается во мне горячей волной. — Или ты со мной вздумал шутить?

Амулет на шее внезапно стал тяжёлым, словно налился свинцом. Я сжала его, ощущая, как он пульсирует в такт моему сердцу.

Существо улыбнулось, но улыбка быстро слетела с его лица, как маска.

— Может, это я, а может, цветы сами решили скрыться от тебя, — пробормотало оно, и в его голосе я услышала что-то похожее на предвкушение.

— Почему? — спросила я дрогнувшим голосом. Страх и отчаяние сплелись внутри меня в тугой узел.

Оно чуть усмехнулось, его глаза ярко сверкнули в тумане, как два болотных огонька. По спине пробежал холодок.

— Лазорелист — не про-о-осто цветок, — прошипело существо, подплывая ближе. От него несло тиной. — Его охраняют ду-у-ухи болот. Он пойдёт в руки только тем, кто пройдёт испыта-а-ание.

Моё сердце забилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Я не могла уйти без этого растения. Это была моя единственная надежда на возвращение домой.

— Испытание? — удивлённо протянула я, стараясь, чтобы голос не выдал моего страха. — А как мне его пройти?

Болотное существо наклонило голову, изучая меня, как кот изучает мышь перед тем, как сожрать. Его взгляд скользил по мне, задерживаясь на амулете.

— Я могу-у-у тебе помо-о-очь, — наконец проговорило оно, и каждое слово падало в тишину, как камень в воду. — Если ты действи-и-ительно ворожея, то сможешь пройти его. Но имей в виду: если потерпишь неудачу, оста-а-анешься здесь навсегда. Согла-а-асна?

Я сглотнула комок в горле. Пальцы до боли сжали амулет. Выбора не было. Никогда не было.

— Говори, что нужно делать, — мой голос прозвучал неожиданно твёрдо.

— Любава, не связывайся с ним! Он обманет тебя! — раздался отчаянный крик Вранко за спиной.

Но было уже поздно. Туман сгустился вокруг меня плотным коконом, отрезая путь к отступлению. Болото вздохнуло, и я почувствовала, как земля под ногами начинает медленно погружаться в трясину.