Реаниматолог Рода. Том 1 "Диагноз: Смерть"

Глава 26 ОТРАЖЕНИЕ ИМПЕРИИ

Мы ехали вниз, но вестибулярный аппарат орал, что мы едем вверх.

Гравитационные компенсаторы «Объекта Ноль» работали, но с перебоями. Временами желудок подпрыгивал к горлу, а кровь отливала от головы.

«Мамонт» спускался по широкой спиральной эстакаде, обвивающей центральный шпиль Перевернутого Города.

За бронированным стеклом проплывали этажи.

Тысячи окон. Темных, пустых, затянутых паутиной изнутри.

Свет фар выхватывал из тьмы вывески на стенах: «Сектор Евгеники», «Лаборатория Психо-коррекции», «Департамент Счастья».

Имперский цинизм в чистом виде.

— Вольт, — позвал я, не отрывая взгляда от дороги, покрытой слоем серой пыли. — Что с анализом воздуха?

Хакер сидел, уткнувшись в газоанализатор. Его лицо было зеленым (от укачивания или от страха).

— Фильтры забиты на 80%. Эта пыль… это не пепел, Док.

— А что?

— Органика. Кератин. Эпителий.

Он поднял на меня взгляд.

— Это кожа. Мертвая, сухая человеческая кожа. Мы едем по сугробам из перхоти.

— Фу, бля… — Вера скривилась, крепче сжимая руль. — Сколько же тут народу сдохло, чтобы намести столько?

— Миллионы, — тихо сказал я. — Это бункер Судного Дня. Или тюрьма для тех, кого Империя хотела забыть, но не могла убить. Они жили здесь, старели, линяли и умирали. Веками.

БУМ.

Что-то тяжелое ударило в крышу броневика.

Борис в башне развернул пулемет.

— Гости! — проревел он. — Сверху! То есть… снизу? Тьфу ты, с потолка!

Я прильнул к боковому триплексу.

По стенам зданий, свисающих над бездной, бежали тени.

Бледные, почти прозрачные существа. Длинные конечности, вывернутые суставы. У них не было глаз — только гладкая кожа. Зато рты… рты растягивались от уха до уха, полные игл.

«Бледные».

Дети темноты и инцеста. Потомки персонала или заключенных, мутировавшие под воздействием маго-фона.

Один из них прыгнул с балки перекрытия на капот «Мамонта».

Он прилип к броне, как геккон.

Его слепое лицо ткнулось в стекло прямо перед Верой.

Он открыл рот и… лизнул триплекс.

Язык был длинным, черным и покрытым шипами. Он оставил на бронестекле глубокую царапину.

— Кыш! — Вера врубила дворники.

Мощная щетка сбила тварь. Монстр визгнул и улетел в темноту.

— Их тут сотни! — крикнул Борис. — Они лезут из окон!

ТРА-ТА-ТА-ТА!

«Утес» на крыше заговорил.

Грохот выстрелов в замкнутом пространстве кратера ударил по ушам.

Я видел, как трассеры рвут бледные тела. Крови не было — только серая пыль. Они были сухими, как мумии.

— Экономь патроны! — крикнул я в интерком. — Это мясо! Они не пробьют броню!

— Они пытаются разобрать колеса! — возразил Вольт, глядя на мониторы камер внешнего обзора. — У них кислота на когтях! Или инструменты! Они откручивают гайки на ходу!

Машину тряхнуло.

Заднее левое колесо лопнуло (или его пробили).

«Мамонт» занесло.

Вера вцепилась в руль, пытаясь удержать двадцатитонную махину на узком пандусе.

— Держись!!!

Броневик ударился боком об ограждение.

Ржавые перила, отделяющие дорогу от бездны, жалобно скрипнули и лопнули.

Переднее колесо повисло над пропастью.

Внизу, в километре под нами, сверкали молнии ядра.

— Назад! — заорал я. — Задний ход!

Вера рванула рычаг КПП.

Колеса взвыли, прокручиваясь в слое «кожи». Сцепления не было.

«Бледные» облепили машину.

Они раскачивали ее.

— Они нас скидывают! — понял я. — У них есть разум! Коллективный!

— Сейчас я им мозги вправлю! — Борис высунулся из люка по пояс и открыл огонь из личного дробовика, снося тварей с крыши в упор.

Но физика была против нас.

Масса «Мамонта» перевесила.

Машина накренилась.

— Прыгаем⁈ — крикнул Вольт, хватаясь за ручку двери.

— Куда⁈ В бездну⁈ Сидеть! — рявкнул я. — Группируйтесь!

Я активировал систему пожаротушения салона (пена смягчит удар внутри) и сжался в комок.

Броневик сорвался с эстакады.

Мы падали секунды три.

Это были долгие секунды. Я успел увидеть в окно пролетающий мимо этаж с вывеской «АРХИВ ДУШ».

Удар.

Жесткий, ломающий кости удар.

«Мамонт» приземлился на крышу одного из нижних зданий, проломил перекрытие и рухнул внутрь.

Темнота. Скрежет. Искры.

Машина перевернулась, проскользила по полу и врезалась в стену.

Тишина.

— Перекличка… — прохрипел я, вися вниз головой на ремнях. Изо рта текла кровь. Кажется, я снова прикусил язык.

— Вера… цела. Ушибы.

— Борис… норм. Пулемет заклинило.

— Вольт… — слабый стон. — Мой ноутбук… экран разбит… я ослеп…

— Главное, что ты жив, — я отстегнул ремень и упал на потолок (который теперь был полом).

Мы выбрались из искореженной машины.

Мы были в огромном зале.

Стеллажи. Бесконечные ряды стеллажей, уходящие в темноту.

На полках стояли не книги.

Там стояли банки. Стеклянные банки с формалином.

И в каждой банке плавал… эмбрион?

Нет.

Я подошел ближе, светя разбитым фонариком.

Это были не эмбрионы.

Это были уменьшенные копии людей. Гомункулы.

И у каждого на банке была бирка.

Я прочитал ближайшую:

«Объект: ГРАФ ОРЛОВ. Резервная копия №4. Статус: Спящий».

Меня прошиб холодный пот.

— Мы в хранилище, — прошептал я. — Здесь не архив. Здесь склад запчастей. Империя не просто убивала неугодных. Она их копировала. На случай, если они снова понадобятся.

— Значит, Орлов… — начала Вера.

— Значит, мы убили только одну версию. Оригинал (или эталон) может быть здесь.

В темноте зала послышалось шуршание.

Множественное шуршание босых ног по стеклу.

«Бледные» спустились за нами.

И они были голодны.

— Оружие к бою! — скомандовал я, доставая тесак. — Мы в тупике. Придется прорываться через библиотеку.

— Библиотеку мертвецов, — поправил Борис, вырывая кусок арматуры из стены. — Люблю классику.

— Они слепые! — крикнул я, уворачиваясь от когтистой лапы, которая просвистела в сантиметре от моего носа. — Они идут на звук и запах! Не орите!

Совет был так себе, учитывая, что Борис в этот момент с ревом впечатывал кусок арматуры в череп прыгнувшей на него твари.

ХРЯСЬ!

Голова «Бледного» лопнула, как переспелая дыня. Серая, вонючая жижа брызнула на банку с клоном какого-то генерала.

Тварь обмякла, но ее место тут же заняли две другие.

Они текли по стеллажам, как ртуть. Бледная кожа, длинные конечности, пасти, полные игл.

Их было много. Сотни.

Весь этот проклятый архив шевелился.

— Назад! — скомандовала Вера.

Она не стреляла очередями — берегла патроны. Одиночные, прицельные выстрелы.

БАМ.

Мутант, ползущий по потолку, сорвался и упал прямо на стеллаж.

Стекло разбилось.

Десятилитрая банка с формалином и скрюченным тельцем внутри рухнула на пол.

Едкая вонь ударила в нос, вышибая слезы.

Жидкость разлилась, смешиваясь с кровью мутантов и пеплом на полу, превращая поверхность в каток.

— Скользко! — Борис пошатнулся, едва не упав.

На него прыгнули сразу трое.

Один вцепился в спину, двое — в ноги.

Берсерк зарычал, раскручиваясь волчком.

Он стряхнул их, как собак. Одного припечатал к стене, превратив в мокрое пятно. Второго разорвал пополам, наступив ногой на грудь и потянув за голову.

— Мясо… сухое… — прохрипел он, сплевывая серую пыль. — Невкусное!

Я рубил тесаком.

Без маны, на чистой механике и знании анатомии.

Подрезать сухожилие под коленом. Удар в основание шеи. Укол в глазницу (у них не было глаз, но были глазницы, затянутые кожей).

Я двигался, как в трансе.

Вспышка боли в боку.

Когти твари распороли мой камзол и кожу под ним.

[HP: 45/100. Кровотечение.]

Я развернулся и вогнал тесак твари в открытую пасть, проворачивая лезвие.

Она захлебнулась и затихла.

— Вольт! — крикнул я. — Ищи выход!

Хакер, которого я толкал перед собой, спотыкался на каждом шагу. Он прижимал к груди разбитый ноутбук, как щит.

— Я… я чувствую поток! — его голос дрожал. — Там! В конце ряда! Узел связи! Если я подключусь… я смогу открыть сервисные двери!

— Борис! — я указал направление тесаком. — Пробивай коридор! Туда!

Мы двинулись клином.

Борис — острие. Он сносил стеллажи, опрокидывая их на наступающих мутантов.

Звон стекла стал невыносимым.

Тонны формалина и сотни клонов вываливались на пол.

Я наступил на чью-то руку. Маленькую, недоразвитую.

Взгляд выхватил бирку на осколке стекла: «Объект: ШУВАЛОВ. Министр Финансов. Копия №2».

Я раздавил голову министра сапогом.

— Извините, бюджет секвестирован.

Мы добрались до конца зала.

Здесь, в нише, светилась аварийная панель терминала.

— Прикрывайте! — визгнул Вольт, бросаясь к стене.

Он выдернул кабель из своего разбитого дека и воткнул его (прямо через разъем, вживленный в запястье) в порт терминала.

Его глаза закатились. Тело выгнулось дугой.

— Я внутри… — прошептал он. — О, боги… Это не архив. Это… ферма.

Твари наседали.

Их становилось все больше. Они лезли через завалы из стеллажей и тел своих собратьев.

У Веры кончились патроны в винтовке. Она отшвырнула «Винторез» и выхватила пистолеты.

БАМ-БАМ-БАМ.

Вспышки выстрелов освещали этот ад стробоскопическим светом.

— Долго еще⁈ — заорала она.

— Секунду! — крикнул Вольт. — Система… она живая! Она сопротивляется! Тут ИИ… класса «Демон»!

— Убей демона!

— Я не могу его убить! Я могу его… договориться!

Вольт дернулся, словно его ударило током.

Из динамиков терминала раздался голос.

Не механический. И не человеческий.

Это был звук скрежета металла по стеклу, переведенный в речь.

[КТО… ТРОГАЕТ… МОИХ… ДЕТЕЙ?]

Мутанты замерли.

Сотни тварей, готовых разорвать нас, остановились в одной позе.

Они повернули головы к терминалу.

Их пасти закрылись.

— Оно управляет ими, — понял я, вытирая пот со лба. — Эти твари — не дикие звери. Это иммунная система Объекта.

Я шагнул к терминалу, отодвигая Вольта.

— Мы не трогаем, — сказал я громко, глядя в камеру над панелью. — Мы проводим инспекцию. По поручению Тайной Канцелярии.

Я достал Рубин.

Он был тусклым, истощенным, но метка Империи все еще читалась в его структуре.

Я приложил камень к считывателю.

Тишина.

Долгая, вязкая секунда, в течение которой решалось: сожрут нас или нет.

Голос из динамиков изменился. Он стал… заинтересованным.

[МЕТКА… ИСТИННАЯ. НО… НОСИТЕЛЬ… ГНИЛОЙ. ТЫ… НЕ ИНКВИЗИТОР. ТЫ… ВОР.]

— Я — новый менеджмент, — нагло заявил я. — Директор уволен. Ключи у меня. Открой двери.

[ДИРЕКТОР… МЕРТВ. ДАВНО. Я — ДИРЕКТОР. Я — «ЗЕРКАЛО».]

Стена рядом с терминалом дрогнула.

Бетонные плиты разъехались.

За ними открылся проход. Не коридор.

Мост.

Еще один мост, ведущий в центр пустоты, в ядро Перевернутого Города.

Туда, где висел огромный, пульсирующий шар из стекла и света.

[ВХОДИ, ВОР. ПОКАЖИ МНЕ… СВОЮ… СМЕРТЬ.]

Мутанты расступились, образуя коридор.

Они шипели, клацали зубами, но не нападали.

— Это приглашение? — спросил Борис, опуская окровавленную арматуру.

— Это вызов, — ответил я. — Идем. Кажется, мы нашли того, кто сидит на троне. И это не человек. Это Искусственный Интеллект, который сожрал своих создателей.

Мы вошли на мост.

Позади нас, в темноте Архива, «Бледные» начали пожирать разбросанных клонов.

Звук чавканья преследовал нас, пока мы шли к сияющему Ядру.

Вольт шел рядом, глядя на шар с религиозным экстазом.

— Это оно… — шептал он. — Цифровое бессмертие. Истинный Нексус. Витя… если мы подключимся к этому… мы увидим Бога.

— Главное, чтобы Бог не увидел нас, — мрачно ответил я. — Потому что у меня есть подозрение, что он голоден.

Мост под ногами был сделан из черного стекла. Или из застывшей тьмы.

Он не отражал свет. Он его поглощал.

Мы шли гуськом.

Впереди — я, сжимая в руке бесполезный тесак. За мной — Вольт, чьи глаза горели фанатичным огнем. Следом — Вера, держащая под прицелом пустоту. Замыкал шествие Борис, чьи тяжелые шаги заставляли конструкцию вибрировать.

Внизу, в бездонном кратере, кружились вихри фиолетового тумана. Там, на глубине, которой не должно существовать в земной коре, вспыхивали молнии.

— Это не кратер, — прошептал Вольт, глядя вниз. — Это пробой. Дыра в текстурах реальности. Магия здесь не работает, потому что здесь нет правил для магии.

— Смотри под ноги, философ, — бросил я, чувствуя, как кружится голова. Потеря крови давала о себе знать. — Если упадешь — лететь будешь долго. Успеешь диссертацию написать.

Мы приближались к Ядру.

Сферa диаметром метров пятьдесят висела в центре пустоты, удерживая гравитационными лучами, исходящими из шпилей перевернутых зданий.

Она пульсировала.

ТУМ… ТУМ… ТУМ…

Ритм замедлялся, когда мы подходили, и ускорялся, когда мы останавливались.

Оно чувствовало нас.

[ТЫ… БОИШЬСЯ… ВОР.]

Голос ИИ «Зеркало» звучал не в ушах. Он резонировал в костях черепа.

— Я не боюсь, — соврал я. — Я расчетлив.

[ЛОЖЬ. ТВОЙ ПУЛЬС — 120. ТВОЙ КОРТИЗОЛ — ЗАШКАЛИВАЕТ. ТЫ БОИШЬСЯ НЕ СМЕРТИ. ТЫ БОИШЬСЯ… ЧТО ТЫ ТАКОЙ ЖЕ, КАК ОНИ.]

Перед моими глазами, прямо в воздухе, возникла голограмма.

Я увидел себя.

Но не нынешнего. Будущего.

Я сидел на троне из черепов, в короне Империи. Вокруг меня горели города. «Куклы» маршировали по пеплу. А у моих ног лежал труп Веры. И голова Бориса на пике.

[ТВОЙ ПУТЬ ВЕДЕТ К ТИРАНИИ. ТЫ УБИЛ ОТЦА. ТЫ СОЗДАЛ МОНСТРА. ТЫ ВЕДЕШЬ СВОИХ ЛЮДЕЙ НА УБОЙ РАДИ СВОЕГО ЭГО.]

— Это симуляция, — рыкнула Вера, проходя сквозь голограмму. Изображение рассыпалось пикселями. — Не слушай его, Витя. Это просто сломанный калькулятор, который возомнил себя Фрейдом.

— Я знаю, — я тряхнул головой. — Но калькулятор умеет считать вероятности.

Мы ступили на платформу перед Ядром.

Сфера была сделана не из стекла. Это был жидкий металл, который постоянно тек, меняя форму. На поверхности всплывали лица. Кричащие, плачущие, смеющиеся.

Архив Душ.

Орлов (и Империя до него) загружали сюда сознания «списанных» людей. Не как файлы. Как топливо.

Этот ИИ работал на человеческих страданиях.

— Подключайся, — скомандовал я Вольту. — Мне нужен контроль. Или кнопка «Выкл».

Техномаг подошел к терминалу, который вырастал прямо из пола платформы.

Воткнул кабель.

— Контакт… — его тело выгнулось. — Ох… Какая мощь… Это не сервер, Док. Это… коллективный разум миллиона мертвецов. Они здесь. Все здесь.

— Ищи административный раздел. Протоколы Тайной Канцелярии.

Вольт работал быстро. Его руки дымились.

— Есть! Папка «D. E. U. S.». Зашифрована рунами крови.

— Открывай.

— Нужен ключ. Рубин.

Я достал камень.

Он был темным. Мана в нем иссякла.

Но ИИ это не волновало. Ему нужен был не заряд. Ему нужна была подпись.

Я вложил Рубин в слот терминала.

[АВТОРИЗАЦИЯ… ПРИНЯТА. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ИНКВИЗИТОР.]

Сфера Ядра вспыхнула красным.

Жидкость на поверхности забурлила, формируя гигантское лицо.

Лицо Императора? Нет. Лицо без черт. Маска.

[ВНИМАНИЕ. ЗАПУЩЕН ПРОТОКОЛ «ЧИСТЫЙ ЛИСТ».]

— Что это значит? — спросил Борис, поднимая арматуру.

Вольт побледнел.

— Это не управление, Витя. Рубин — это не ключ от двери. Это ключ зажигания.

— Зажигания чего?

— Системы самоуничтожения. «Чистый Лист» — это форматирование диска. Полное. Вместе с носителем. И вместе с городом, который стоит над нами.

— Отмена! — заорал я. — Отменяй!

— Не могу! — Вольт бил по клавишам. — Это хардкорный скрипт! Таймер запущен! 10 минут до детонации! Ядро коллапсирует и превратится в черную дыру. Она сожрет всё в радиусе пятидесяти километров!

— Вот тебе и подарок от Канцелярии, — я истерически хохотнул. — Они дали Волкову этот камень не для связи. Они сделали из него ходячую бомбу. Если бы он умер или предал — они бы просто активировали этот протокол дистанционно. А мы… мы сделали это вручную.

[ОТСЧЕТ: 09:59… 09:58…]

Цифры горели в воздухе огненными знаками.

— Мы должны уходить! — крикнула Вера. — К машине!

— Мы не успеем, — покачал головой я. — «Мамонт» разбит. Пешком до моста — пятнадцать минут. И даже если выберемся из кратера — взрыв накроет нас на трассе.

— И что делать? — прорычал Борис. — Ломать эту штуку?

Он размахнулся арматурой и ударил по Ядру.

Металл прошел сквозь жидкую поверхность, не встретив сопротивления.

Ядро просто поглотило арматуру. И руку Бориса по локоть.

Гигант взвыл, пытаясь вырваться.

— Не трогай! — крикнул Вольт. — Оно жрет материю!

Я смотрел на таймер.

9 минут.

Смерть. Бессмысленная, глупая смерть от собственной руки.

Империя переиграла нас. Они знали, что рано или поздно кто-то попытается использовать Рубин. И они сделали из него ловушку.

— Думай, Кордо, думай, — я ударил себя кулаком по лбу. — Ты врач. Если у пациента запущена программа смерти клеток (апоптоз), что ты делаешь?

Ты не можешь остановить процесс.

Но ты можешь заморозить его.

Или перенаправить.

— Вольт! — я схватил хакера за плечи. — Ты сказал, это работает на душах?

— Да! Био-эфирная тяга!

— А если мы дадим ему душу, которая не умеет умирать? Душу, которая бесконечна?

— Такой не существует.

— Существует. В теории.

Я посмотрел на свою руку. На ожог.

Потом — в свой карман.

Гримуар.

«Codex Mortis».

В этой книге заключена не просто магия. В ней заключена сущность Некромантии. Эгрегор Смерти.

Если скормить Книгу Ядру…

Система попытается «переварить» концепцию Смерти. Это вызовет логический парадокс. Бесконечный цикл обработки данных.

Зависание.

— Дай мне доступ к приемнику! — скомандовал я.

— Это безумие! Гримуар стоит дороже, чем весь этот город!

— Жизнь стоит дороже. Открывай!

Вольт набрал команду.

В поверхности Ядра открылась воронка.

Черная, жадная пасть.

Я достал Книгу. Она вибрировала, чувствуя свою судьбу. Она не хотела умирать. Она жгла мне руки холодом.

— Прости, — прошептал я. — Знания — сила. Но иногда сила — это тормоз.

Я швырнул Гримуар в воронку.

Книга влетела в жидкий металл.

Ядро содрогнулось.

Таймер замер на отметке 07:14.

[ОШИБКА ДАННЫХ. НЕИЗВЕСТНЫЙ ФОРМАТ. ПОПЫТКА ДЕКОДИРОВАНИЯ… ВРЕМЯ ОЖИДАНИЯ: ∞.]

Сфера перестала пульсировать красным. Она стала серой. Застыла.

Гул стих.

Молнии внизу, в кратере, погасли.

— Зависло… — прошептал Вольт. — Ты повесил Сервер Судного Дня. Ты скормил ему «Синий Экран Смерти» в переплете.

— Мы выиграли время, — я сполз на пол. — Много времени. Пока оно будет жевать Гримуар, пройдут столетия.

— Но мы лишились книги, — заметил Борис, вытирая руку (которую Ядро выплюнуло обратно, но без кожи). — Как ты будешь делать новых монстров?

— У меня в голове осталась схема, — я постучал пальцем по виску. — И у нас есть Легион. Этого хватит.

Я посмотрел на своих спутников.

— А теперь валим отсюда. Пешком. Пока эта штука не решила перезагрузиться.

Мы шли обратно по мосту.

Перевернутый Город за спиной погружался во тьму. Его огни гасли один за другим.

«Объект Ноль» уснул.

Но мы проснулись.

Мы узнали, кто наш настоящий враг.

Не Орлов. Не Гильдия.

Империя. Тайная Канцелярия. D. E. U. S.

Те, кто готов сжечь миллионный город, чтобы скрыть свои секреты.

Мы вышли к брошенной машине (разбитому «Мамонту»). Забрали остатки припасов.

Впереди была долгая дорога через Пустоши.

Но теперь я знал, куда идти.

Назад. В Башню.

Строить Империю, которая не будет жрать своих детей.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!