Чужие звезды

Эпилог

Пространство вокруг узла «Карса» уже было не пустым — оно было напряжённым. Как перед грозой, когда воздух плотный и сухой, и любой звук кажется громче. Линкоры Содружества и Базиса дали первый залп из орудий.

— Началось! — выдохнул Тимур.

— Кораблям возле станции сменить позиции!

Наши звездолеты растворились, исчезая из тех точек, где они были. Первый пространственный скачок произошёл без вспышки — просто корабли исчезли с позиции и появились в трёх тысячах километров сбоку, уже открывая ответный огонь. Через долю секунды — второй скачок. Третий.

Для обычного противника это выглядело бы как хаос. Но дредноуты не паниковали.

— Временной сдвиг! — крикнул Тимур.

На экране я увидел, как один из линейных кораблей Содружества взрывается — прямое попадание с борта СОЛМО. Вспышка гаснущего силового поля, разлёт обломков… и всё схлопывается обратно. Взрыва не было. Линейный снова цел, щиты на месте, только теперь его орудия уже развернуты туда, откуда секунду назад пришёл удар.

— Откат на восемнадцать секунд, — тихо сказала Кира. — Далеко в прошлое не прыгают. Видимо это из-за того, что они держат временные окна импульсами. Так они быстрее по времени смещаются, практически мгновенно, но каждый сдвиг создаёт инерцию временной линии, нельзя бесконечно переписывать события. Чем больше вмешательств — тем выше вероятность деградации реальности или перегрузки систем.

Я не отреагировал на слова подруги, я следил за линкором. Он дал себе погибнуть. Посмотрел, откуда прилетело. Вернулись назад. Умно… Теперь уже наш охотник, до этого уничтоживший линкор, исчезает во вспышке плазмы.

— Меняем схему, — сказал я. — Переход к распределённой атаке.

СОЛМО перестали стрелять «в цель». Вместо этого в сектор ушли десятки автономных дронов. Мины. Самонаводящиеся блоки. Телепортируемые боеголовки с отложенной активацией. Пространство вокруг «Карсы» стало шахматной доской, где фигуры появлялись и исчезали каждую секунду.

Один из наших кораблей прыгнул почти вплотную к дредноуту, выстрелил и тут же сместился. Но дредноут не пытался его догнать. Он просто исчез и появился снова, пропустив мимо себя залп. Он не стрелял в ответ, он ждал.

— Он просчитывает, — сказал Тимур. — Смотрит весь бой вперёд.

— Пусть смотрит, — прошептал я. — Хер он разберется, даже если три раза подряд это кино посмотрит. Включить квантовые генераторы случайности!

Теперь даже я не знал, куда прыгнет следующий СОЛМО. Координаты выбирались за долю микросекунды, вне логики, вне тактики.

Дредноут попробовал откатиться ещё раз. На экране на мгновение возникла двойная картинка — две версии боя, накладывающиеся друг на друга. В одной наш корабль получал попадание и рассыпался. В другой — его уже не было в этой точке. Сдвиг времени прошёл, но результат оказался другим.

— Они теряют точность, — сказал Тимур.

В этот момент второй дредноут активировал свой портал. Не для переброски флота, а локально. Прямо в секторе боя. Разрыв открылся на полсекунды, и один из наших СОЛМО, только что прыгнувший на новую позицию, оказался втянут в искажённое поле.

— Захват! — выкрикнула Кира.

Корабль не исчез полностью. Он «застрял» — половина корпуса в нашем времени, половина в чужом. Корабль разорвало на части. Носовая оконечность охотника неуправляемо закувыркалась среди рассыпающихся вокруг обломков. Секунда, и взрыв распылил их на атомы. Это мы позаботились о том, чтобы даже фрагментов технологий из другой галактики не досталось врагу.

— Они хотели вытащить его через окно, — понял я. — Взять живьём.

— Что делать? — спросил Тимур.

Я уже отдавал приказ.

— Ближайшие три корабля — к нему. Синхронный скачок. На выходе — перегруз пространства. Открыть гиперпереход прямо в окне портала!

Три СОЛМО исчезли и появились вокруг застрявшего корабля. Их поля синхронизировались, и они сделали невозможное — прыгнули не в точку, а в состояние. Пространство вокруг портала дрогнуло. Разрыв начал нестабильно пульсировать.

Дредноут попытался откатиться. Но в этот раз откат сработал против него.

Он вернулся в момент до открытия портала — но перегруз уже был заложен. Дроны, выпущенные ранее, не зависели от временной линии. Они двигались автономно. В новом «старом» будущем они всё равно были там. Портал открылся — и сразу же схлопнулся, получив удар изнутри. Вспышка не была яркой. Она была плотной. Пространство вокруг дредноута на долю секунды стало матовым.

— Повреждение портальной установки, — доложил Тимур. — Они теряют окно.

Второй дредноут попытался компенсировать. Ещё один импульс. Но теперь поле было заминировано. Каждый раз, когда он открывал временной разрыв, в него попадала одна из наших автономных боеголовок. Он мог видеть будущее. Но не мог отменить статистику.

Третий дредноут всё ещё держался. Его платформы подавления били по нашим каналам управления. Синхронизация флотов проседала. Вступившие в бой каперы Базиса и обычные фронтовые корабли Содружества, оставленные нами без внимания, сосредоточенным огнем гасили точки охотников СОЛМО одну за другой.

— Они режут нас на куски, — сказал Петрович, смотря на творящийся в системе хаос.

— Нет, — ответил я. — Мы уже разделены. И нам так удобнее.

Я отключил централизованный контур.

— Всем флотам — автономия. Приоритет: портальные узлы.

Связь ослабла. Но СОЛМО не были обычными кораблями. Каждый из них был системой. В пространстве больше не было стройной линии фронта. Были сотни локальных дуэлей. Пространственные скачки. Временные откаты. Мины, появляющиеся в прошлом. Корабли, стреляющие в будущее. Один из наших крейсеров получил прямое попадание. Его корпус разорвало. Дредноут противника откатился — пытаясь изменить момент выстрела и задеть одним залпом сразу и другого охотника, чудом избежавшего гибели. Откат, и… погибший звездолет землян снова ожил как ни в чем не бывало! В новой версии боя крейсер уже не шёл по прежней траектории. Он прыгнул хаотично, и попадание ушло в пустоту.

— Они устали, — тихо сказала Кира. — Слишком много откатов. Даже их искины начали ошибаться.

Временные сдвиги оставляли след. Дредноут начал «дрожать» — его сигнатура двоилась, как плохая запись.

— Сейчас, — сказал я.

Пять СОЛМО синхронно прыгнули в сектор вокруг него. Не для удара. Они просто исказили пространство. Когда дредноут попытался сделать очередной откат, он вернулся не туда. Он вернулся в момент, когда уже начал разрушаться.

Временная линия не выдержала собственных правок. Разрыв прошёл по его корпусу — не взрыв, а тихое расслоение. Корабль словно потерял согласие с самим собой.

Второй дредноут, с повреждённой установкой, начал отступать. Портал открылся нестабильно, и его часть флота, а также поврежденный автономными дронами собрат ушла в него. Остальные корабли Содружества и Базиса синхронно развернулись и начали разгонятся, для прыжка. Перехватчики, брошенные носителями, пытались догнать свои материнские корабли. На торговой станции, куда во время боя враг успел высадить десант, всё ещё шел бой. Там штурмовая бригада, оснащенная биоскафандрами АВАК, долавливала остатки абордажников Содружества. Первый бой близнецов, и я, надеясь, что они живы.

— Они уходят, — сказал Тимур.

— Пусть, — ответил я.

Пространство медленно приходило в норму. Минные поля гасли. Дроны возвращались на сбор. На экране остались следы — зоны, где время и пространство ещё не договорились между собой. То и дело на месте боестолкновения из разрывов пространства вырывались языки плазмы. Весь сектор был просто усеян обломками и спасательными капсулами. Из вступивших в бой охотников СОЛМО в строю осталась только четверть… Потери просто колоссальные.

Я смотрел на карту. Мы не уничтожили их полностью. Они не уничтожили нас. Но теперь они знали. Мгновенный прыжок — не панацея. Временной откат — не гарантия.

— Это только первая партия, — сказал Петрович.

— Да, — ответил я.

Кира сняла броню. Пластины растворились, как будто боя и не было.

— В следующий раз они будут осторожнее, — сказала она.

Я кивнул.

— И мы тоже.

Война только начиналась.