Чужие звезды

Глава 13

На «Планете-бродяге» не было ощущения победы. Было ощущение правильно сделанной работы. В рейд уходили все новые и новые группы кораблей и так же по частям возвращались. Корабли появлялись из прыжков, уходили в доки, сбрасывали повреждённые модули, принимали новые экипажи и снова исчезали. Никаких фанфар. Никаких поздравлений. Просто ритм. Спокойный, деловой, выверенный.

Буквально за неделю Содружество исчезло из пространства нейтральной зоны так же резко, как раньше в нём доминировало. Нейтральная зона перестала быть зоной патрулей. Она стала пустой. Ни маяков. Ни контрольных групп. Ни досмотров. Только редкие сигнатуры гражданских судов Земли и Карсы, которые сначала шли осторожно, почти на ощупь, а потом — всё смелее. Как звери, которые поняли, что хищник ушёл. На границах территории, которая по договору должна была принадлежать Земле, теперь висели разведчики СОЛМО, постоянно находящиеся на связи с одним из ударных флотов землян.

Я стоял на смотровой галерее штаба и смотрел на движение в доках. На экранах мелькали отметки готовности соединений. Зелёный. Жёлтый. Снова зелёный. Рабочая картина. Где-то там, за пределами системы, Содружество наверняка пыталось сейчас понять, что происходит. Но здесь, на «Планете-бродяге», это уже никого не волновало. Блокада перестала существовать. Пока официальной реакции от сторон договора не было. Содружество молчало, Конфедерация и Базис не вмешивались, да и Земля пока никак не отреагировала на наши действия. Мы сделали первый ход и сейчас мяч был на стороне противника. А отдавать инициативу Содружеству мне ой как не хотелось.

На очередном совещании штаба, оглядев воодушевленные лица соратников я отдал очередной приказ.

— Начинаем второй этап операции — начал я — Аналитики, да и подключенные к решению вопроса искины в один голос утверждают, что сейчас Содружество предпримет ряд контрмер. Первое — сейчас они начнут перехватывать все торговые корабли Земли и Карсы за пределами нейтральной зоны. Второе — наверняка они уже готовят флот возмездия, чтобы разобраться с нами одним решительным ударом. Думаю, что сейчас они недооценивают наши силы и пришлют на разборки один из резервных армейских флотов. Снять боевые части с фронта они не осмелятся, так как действуем мы пока на руку Конфедерации. Ну и третье, но немаловажное, они поставят ультиматум Земле, угрожая полномасштабной войной. Что ответит Земля я предсказать не берусь. Тут тоже вариантов масса. Могут послать Содружество нахер и официально нас признать, а могут и перестраховаться, публично осудив наши действия и открестившись от нас. В обоих случаях Земля всё равно будет нам помогать и прикрывать, но я бы предпочел, чтобы политики не мяли булки, а сразу всем и каждому сказали, на чьей они стороне. Впрочем, это пока не важно. Слушайте приказ. С этого дня все торговые караваны Земли и Карсы, будут ходить под конвоем военных сил сопротивления. Даже за пределы нейтральной зоны. От точки до точки! Штабу подготовить план работы конвоев, точки сбора торговых и гражданских судов, а также известить об этом решении все заинтересованные стороны. Все частные компании, корпорации и физические лица, владеющие звездолетами должны быть извещены и предупреждены о последствиях несоблюдения моего приказа. Управлению разведки начать поиск точки сбора ударного флота возмездия Содружества. Мы должны знать, когда они будут готовы к атаке. Так же нужно передать неофициальные послания Базису и Конфедерации. Содержание простое — не лезьте, мы не собираемся выступать ни на чьей стороне в конфликте, Земля останется нейтральной.

Приказ приняли без обсуждений. Штаб отработал молча и быстро — как люди, которые понимают, что дальше начинается фаза, где ошибки стоят дорого, а разговоры никому не нужны.

Первый конвой вышел через восемь часов. Обычный торговый караван: пять земных грузовых звездолётов и два карсийских транспортника. Контейнеры с оборудованием, редкоземом и промышленными узлами. Ни одного вооружённого судна. Идеальный вариант для тех, кто привык путать «досмотр» с грабежом.

Прикрытие — две малые группы кораблей СОЛМО. Разведчик впереди, ещё один — в стороне маршрута. Мы не прятались. Если уж объяснять правила, то громко и понятно. Мой линкор и небольшая группа прикрытия следовали позади каравана, не отсвечивая, но готовые немедленно прийти на помощь, если это понадобится. Я сам решил проводить первый конвой в путь.

Заметили нас быстро. Едва только караван совершил выход из прыжка за пределами невидимой границы подконтрольной нам территории, как тут же нарисовались встречающие.

— Контакт, — доложил оператор. — Четыре корабля перехвата Содружества. Лёгкие крейсера. Требуют остановки каравана для досмотра.

— Дайте угадаю, — вздохнул я. — Временные меры, безопасность и забота о мире во всём космосе?

— Почти слово в слово.

— Прогресс, — хмыкнул я. — Ответ стандартный. Караван под защитой военных сил Земли. Требования о досмотре отклонено.

Ответ ушёл. Вежливый. Холодный. Без оскорблений. Пауза длилась ровно три секунды. Потом крейсера ускорились.

— Ну всё, — сказал я. — Значит, не договорились.

СОЛМО вышли из тени резко. Пространство повело, как воду от резкого движения. Крейсера Содружества попытались перестроиться, но уже поздно. Первый погиб мгновенно — его центральный контур управления схлопнулся внутрь корпуса, словно кто-то просто выключил физику. Второй успел дать залп — и тут же лишился половины корпуса вместе с реактором. Вспышка была короткой и некрасивой. Третий и четвёртый попробовали уйти в прыжок. Не успели. Один разорвало пополам при попытке манёвра, второй превратился в облако обломков, когда его навигационный модуль внезапно перестал быть частью реальности.

— Контакты уничтожены, — доложил оператор. — Потерь с нашей стороны нет. Наблюдаю среди обломков кораблей противника спасательные капсулы.

— Хорошо, — кивнул я. — Никого не подбираем, пусть проболтаются в космосе и подумают над своим поведением, скоро их найдут. Караван пусть идёт дальше. Без задержек. Дальше сами, группа подстраховки возвращается на базу.

Караван ушёл по маршруту. Транспортники даже не сбросили скорость. Один из капитанов потом передал короткое сообщение: «Спасибо за охрану. В следующий раз, если можно, чуть дальше от нас». Я пообещал учесть.

Это было первое нападение на конвой. И последнее в исполнении именно этой группы.

В это время разведка работала и скоро дала первые результаты. Разведчики СОЛМО искали не просто корабли. Они искали место, где Содружество чувствовало себя спокойно. Где удобно собирать силы, не оглядываясь по сторонам. Где никто не ждёт гостей. Нашли быстро.

Система без обитаемых миров. Старый перевалочный узел, списанные станции, маяки, существующие только в архивах. Идеальное место для формирования флота возмездия и одновременно — худшее, если тебя там ждут.

— Подтверждаю, — доложил начальник разведки. — Формируется армейский флот. Тяжёлые корабли, крейсера, снабжение. Не патруль.

— Сколько времени до готовности? — спросил я.

— Около двух недель. Возможно меньше.

— Значит, торопятся, — кивнул я. — Это хорошо. Спешка — наш союзник.

Ультиматум пришёл на следующие сутки.

Официальный. Красивый. С идеально выверенным текстом. Земле предписывалось немедленно прекратить «незаконные военные действия», выдать меня как «международного преступника» и восстановить блокаду до «окончательного урегулирования». В противном случае — «Содружество оставляет за собой право на силовое восстановление порядка».

Я дочитал, свернул текст и посмотрел на отца.

— Ну? — спросил он.

— Пишут уверенно, — ответил я. — Значит, ещё не поняли.

— Земля ответит, что не имеет к этим инцидентам отношения, осуждает не спровоцированное насилие, а ты и так в розыске. — Отец пожал плечами — Пока так сынок. Заметь, они не согласятся выдать тебе, не ответят, что направят свой флот на пресечение твоих незаконных действий, и вообще, ответ будет в стиле «моя хата с краю, сами разбирайтесь с гражданином Содружества Найденовым». Политика, но этот ответ многое скажет дипломатам. Это будет намек, что Земля всё же одобряет твои действия, хоть и не официально.

— Да мне пофиг, — рассмеялся я. — Ответит и ответит. Но мы раньше. Ультиматумы хороши, когда у тебя есть возможность их выполнить. А мы как раз собираемся проверить, не выдали ли им эту возможность по ошибке.

После первого конвоя стало понятно: спокойной работы больше не будет.

Следующие столкновения пошли почти по графику, словно кто-то в Содружестве поставил галочку «реагировать автоматически». Где-то пытались действовать аккуратнее — выходили из прыжка дальше, пробовали зайти с тыла, поговорить для начала, изображали «рутинный досмотр». Где-то, наоборот, лезли нагло, с ходу включая оружие, будто надеялись, что в этот раз прокатит.

Не прокатывало.

За три дня мы сопроводили ещё шесть караванов. В четырёх случаях Содружество пыталось вмешаться. Два раза — лёгкие силы, два раза — усиленные группы. Итог был одинаковый: контакт — короткая фаза непонимания — резкое прекращение существования нападавших как боеспособных единиц. Во всех случаях корабли сопровождения передавали предупреждение, что транспорты под охраной землян, а нападение будет считаться нарушением международных норм и пиратством.

После третьего такого случая атаки стали реже, но злее. Видимо, кто-то там наконец понял, что это уже не патрульная возня, а нормальная война, только без официального объявления.

И вот тогда Земля заговорила.

Официальный ответ пришёл по дипломатическим каналам, аккуратно, без лишних слов. Его зачитали на совещании штаба, без эмоций, как сводку погоды.

Земля выражала «глубокую озабоченность эскалацией насилия», осуждала «любые несанкционированные вооружённые действия и нарушение действующих международных норм» и подчёркивала, что гражданин Найденов действует «исключительно по собственной инициативе, не представляя интересы Солнечной системы».

Классика. Но дальше шёл интересный абзац.

Земля заявляла, что считает любые атаки на торговые и гражданские суда Земли и Карсы недружественными актами, оставляет за собой право на «обеспечение безопасности своих граждан и собственности» и настоятельно рекомендует всем сторонам воздержаться от действий, которые могут быть расценены как агрессия.

Я дочитал и хмыкнул.

— Ну вот, — сказал я. — «Мы ни при чём, но если что — вы сами виноваты».

— Политики, — вздохнул отец. — Но это хороший ответ. Лучше, чем прямое отмежевание.

— Более чем, — кивнул я. — Значит, коридор нам оставили.

Почти одновременно пришёл доклад разведки. Флот возмездия был готов.

Корабли Содружества вышли на финальные построения, провели синхронизацию контуров, подтянули снабжение. Армейский флот Содружества. Тяжёлый. Заточенный не для пограничных стычек, а для полномасштабных боевых действий. Два дредноута, линкоры, крейсера, носители, орбитальные станции для подавления планетарной обороны и контроля орбиты. Содружество подготовилось основательно.

— Подтверждаю, — сказал начальник разведки. — Они закончили подготовку. В ближайшие сорок восемь часов могут начать движение.

— Куда? — спросил кто-то.

— Очевидно куда, — ответил я вместо него. — К нам. К Земле.

В зале повисла тишина. Не напряжённая — сосредоточенная. Люди смотрели на карту, на отметки своих кораблей, на тонкую линию маршрута вторжения.

— Ну что ж, — сказал я наконец. — Значит, всё идёт по плану.

— По какому именно? — хмыкнула Кира с задних рядов.

Я усмехнулся.

— По плохому для них.

Я повернулся к отцу.

— Передай всем соединениям: боевая готовность — полная. Учебки сворачивать, экипажи на корабли. Доки — по ускоренному циклу. Усилить оборону базы. Теневой флот, а также второй, третий и четвертый флот СОЛМО в резерве, пока в бой пойдет только первый флот СОЛМО.

Я посмотрел на карту ещё раз, задержав взгляд на точке сбора флота вторжения.

— А мы не любим встречать гостей дома, — ответил я. — Это дурной тон. Лучше выйти навстречу. Не хочу гонятся за ними по нашей территории, дай им время они могут и дел натворить.

Подготовка заняла минимум времени. План был прост и потому понятен всем. Никаких манёвров «по дороге», никаких заходов по частям. Флот сопротивления выходил весь и сразу.

Разведчики заранее отметили точки выхода — аккуратно, без суеты, как помечают рабочее место перед началом смены. Эти координаты легли в основу боевого порядка. Каждый экипаж знал свою точку и своё место в строю ещё до старта.

Прыжок произошёл одновременно. Без волны, без «сначала авангард». Просто — раз, и пространство заполнилось нашими кораблями. Флот вышел сразу в боевом порядке, на заранее рассчитанную дистанцию, без перестроений и лишних движений. Как будто мы давно здесь стояли и просто ждали, пока противник подойдёт ближе.

На тактической карте отметки вспыхнули все разом.

— Контакт подтверждён, — доложил спокойно дежурный офицер. — Визуальный. Флот Содружества перед нами.

Они шли строем, уверенные, что впереди — точка сбора, а не встреча с противником. Несколько секунд ушло на осознание. Даже отсюда было видно, как у них ломается ритм: задержки, мелкие коррекции курса, запоздалые команды.

— Опознали нас, — добавили с поста связи.

— Конечно, — сказал я. — Тут сложно ошибиться.

Мы не ускорялись и не сближались резко. Просто держали строй. Давали им время понять, что произошло, и принять факт: точка сбора занята, маршрут перекрыт, и дальше всё будет идти по другим правилам. Кира стояла рядом и молча смотрела на схему.

— Красиво вышли, — сказала она без улыбки.

— Рабоче, — ответил я. — Этого достаточно.

Флоты зависли друг напротив друга. Расстояние сокращалось медленно — отступать уже было неудобно, а договариваться поздно. Бой начинался.

Я поднял руку, останавливая суету в рубке.

— Связь с флотом Содружества. На открытом канале.

Кто-то кивнул, кто-то уже работал. Несколько секунд — и канал открылся.

На голографе появился адмирал. Усталое лицо, спокойный взгляд человека, который видел достаточно боёв, чтобы не удивляться происходящему. Он быстро оценил обстановку, строй, расстояние. Ничего не сказал первым. Ждал.

Я не тянул.

— Адмирал, — сказал я ровно. — Дмитрий Найденов. Командующий силами сопротивления Земли.

Он чуть кивнул. Без эмоций.

— Вы находитесь на территории Содружества, — ответил он. — Это враждебный акт.

— Это экономия времени, — сказал я. — Мы всё равно бы скоро встретились, только уже на нашей территории. Я решил не ждать и прийти раньше.

Он помолчал. Было видно, как у него за спиной кто-то говорит, но адмирал не отвлекался. В отличии от остальных высокопоставленных военных Содружества, с которыми мне до этого приходилось говорить в похожей обстановке, этот ветеран не истерил, не угрожал и не пытался назвать меня преступником. Он принял правила игры. Опасный, быстро ориентируется и принимает решения…

— Вы понимаете, чем это закончится? — спросил он.

— Да, — ответил я. — Поэтому и говорю сейчас, а не после первого залпа.

Я сделал паузу. Не для эффекта — просто чтобы он успел услышать.

— Моё требование простое. Вы разворачиваетесь и уходите. Я ещё раз повторю, то что говорил раньше. Блокада торговых путей Земли и Карсы прекращается полностью. Патрули выводятся. Любая попытка досмотра или перехвата дальше будет считаться атакой.

Адмирал смотрел прямо, не моргая.

— А если мы откажемся?

— Первым атаковать я не буду, но вы ведь попробуете пройти здесь силой, — сказал я. — И потеряете этот флот. Не сразу. Не весь за минуту. Но целиком. А дальше вам придётся объяснять, зачем вы полезли туда, где вас не ждали.

Он усмехнулся краем губ.

— Вы уверены в своих силах?

— Я уверен в расчётах, — ответил я. — Вы просто недооценивали силы сопротивления, а вот я такой ошибки не делал, я всегда уважаю противника и жду от него худшего. И да, я уверен в том, что вам сейчас проще уйти, чем проверять готовность моих сил на практике.

Молчание затянулось. В рубке можно было услышать, как кто-то тихо выдохнул. Адмирал отвёл взгляд в сторону, потом снова посмотрел на меня.

— Вы даёте ультиматум флоту Содружества? — уточнил он.

— Я предлагаю вам выбрать, — сказал я. — Либо вы уходите сейчас и дальше решаете всё через дипломатов. Либо мы начинаем здесь, и дипломатам потом будет уже не о чем говорить.

Он кивнул медленно. Не соглашаясь принимая факт, что выбор действительно есть.

— Время на ответ? — спросил адмирал.

— Десять минут, — ответил я. — Хватит, чтобы отдать команду и сохранить людям жизнь.

Связь прервалась. Голограф потух. Я опустил руку и посмотрел на карту. Флоты висели друг напротив друга, спокойно, почти буднично. Никто не стрелял. Никто не маневрировал.

— Думаешь, уйдут? — тихо спросила Кира.

— Думаю нет. Нас ещё не воспринимают всерьез, и отступи сейчас этот адмирал, трибунала ему не избежать. Пойдет грязь месить в штрафной бригаде рядовым штурмовиком. Кадровое части нельзя отступать перед бандой партизан любителей. — ответил я. — Но все равно поговорить надо было. Адмирал производит впечатление адекватного и честного человека, а такие иногда могут принимать не популярные решение даже жертвуя собой.

Таймер пошёл. И эти десять минут были самыми длинными за весь день.